Рыжий в море (джен)

— Плохо дело, братцы, — хмуро сказал Патрик Сайкс, подозвав к себе товарищей. — Чует моя селезенка, ничего хорошего нас в этом плавании не ждет.

Брук и Хедерли встревоженно переглянулись. Они оба значительно уступали Сайксу в опыте и потому безоговорочно доверяли его познаниям в морском деле. От его слов, от тона, которым эти слова были произнесены, и от выражения лица старшего приятеля обоим сделалось не по себе. Брук посмотрел на небо, а Хедерли — на воду. Оба не нашли там ничего, что могло бы вызывать опасения.

— Ты уверен, Патрик? — осторожно спросил Брук. — По мне, так все спокойно.

— Это ты так думаешь, Сэмюэль Брук, — мрачно ответил Сайкс. — А угроза-то не всегда прячется в волнах или в тучах.

— А в чем же тогда?

Сайкс понизил голос:

— Вы видали того малого, который приплыл сюда на шлюпке вместе с капитаном?

— Да, — в один голос сказали Брук и Хедерли.

— Я его видел еще на пристани, — поведал Сайкс. — Так вот, коли свет фонаря меня не обманывал, то этот парень рыжий.

— И что? — удивился Хедерли.

— С рыжим даже по дороге в порт встретиться опасно. А этот и вовсе у нас на борту. Значит, быть беде.

— Да ладно тебе, Патрик, — отозвался Брук. — Я его тут на палубе видел, так не такой уж он рыжий. Рыжеватый скорей. Хотя…

На его лице отразилось сомнение.

— Вот-вот, поди разбери в такой темени, — пробормотал Хедерли. — А что, Патрик, это и правда плохо?

— Дурной это знак, ребята. Многие капитаны, которых я знавал, ни за что рыжих в команду не брали.

— Так что ж теперь делать, а? — с тревогой спросил Брук.

— Есть одно средство защититься, — сказал Сайкс. — Надо поздороваться с ним первыми. Так можно беду отвести.

— И всего-то? — обрадовался Хедерли. — Так пойдемте и поздороваемся. Сэм, ты знаешь, где он?

— Знаю, а как же. В капитанской каюте сидит.

— Так может, ты знаешь, и как его зовут? — спросил Сайкс. — Чтобы уж наверняка поздороваться?

— Я слыхал, капитан его мистером Мордаунтом называл.

— Отлично! — обрадовался Сайкс. — Пошли, ребята. Подстрахуемся.

Все трое подошли к каюте, и Сайкс распахнул дверь.

— Здравствуйте, мистер Мордаунт! — громко объявил он.

— Добрый вечер, мистер Мордаунт! — заглянув ему через плечо, прокричал Хедерли.

Брук привставал на цыпочки позади своих товарищей и вопил:

— Мое почтение, мистер Мордаунт! Здравствуйте!

Ответ последовал вовсе не из каюты. Д’Артаньян, как раз вышедший на палубу в сопровождении Грослоу, проревел яростное проклятие. И хотя прозвучало оно на французском, матросы прекрасно поняли смысл и, обернувшись на некультурного пассажира, захлопали глазами.

Надо отдать должное человеку, находившемуся в каюте капитана, — ориентировался он быстро. Мордаунт вылетел на палубу и проскочил мимо раскинувшего руки д’Артаньяна с проворством шарика ртути. Никто и опомниться не успел, как он перескочил через борт и нырнул в воду.

В следующий миг д’Артаньяна грубо спихнул с дороги Грослоу. Он тоже подбежал к борту и перемахнул через него с легкостью воробья. Матросы переглянулись.

— А че я, рыжий, что ли? — заорал Сайкс и, с громким топотом промчавшись по палубе, последовал за своим капитаном. Следом в воду плюхнулись Брук и Хедерли.

Когда Атос, Портос и Арамис выскочили на палубу, они застали там только разъяренного д’Артаньяна, бегающего вдоль борта. Тихонько поскрипывала распахнутая дверь капитанской каюты, и откуда-то издалека доносился удаляющийся плеск воды под веслами.

* * *

Матросы сильными взмахами весел гнали шлюпку к берегу. Время от времени они с виноватым видом косились на Мордаунта, который при свете луны оказался не таким уж рыжим, но был очень крепко не в духе.

Зато Грослоу пребывал во вполне благодушном настроении.

— Да ладно вам, дружище, — сказал он. — Сейчас на берег выйдем, закусим, ромом согреемся. Вон бутылки, под скамейкой, как вы и велели.

Матросы с оживлением переглянулись, но Мордаунт только тяжело вздохнул и уставился на фелуку, очертания которой едва угадывались во мраке.

— Представьте лучше, каково им, — продолжал Грослоу. — Торчат в море на судне, которым некому управлять, и из припасов у них только… ха-ха-ха!

Он залился раскатистым смехом. Мордаунт подумал и, наконец, тоже злорадно усмехнулся.

Огни порта были все ближе.

* * *

Атос кое-как вспомнил основы мореходного дела и после двухчасовых усилий всей компании фелука с поднятым набекрень парусом неуверенно двинулась куда-то в сторону континентальной Европы.

— Пошли в трюм, — скомандовал д’Артаньян. — Там должен быть портвейн.

Пять минут спустя все четверо сверлили угрюмыми взглядами кувшин, до краев полный пороха. Атос горько вздохнул.

— Во флоте старики матросы говаривали, что всегда надо помнить о морских традициях, — сказал он. — И одна из примет, в которые они верили, гласила: рыжий на борту — не к добру.