Виктория Суворова, институт. Часть 2. (джен)

Глава 1.

Четверг. Двенадцатое ноября. 1970-й год.

Сегодня, когда мы с Машкой и ночевавшей у нас Юлькой пришли в институт, нас ошарашили охренеть каким событием. Оказывается, что во всех учебных заведениях страны отменили занятия, по причине смерти Молотова Вячеслава Михайловича.

Девчонки расстроились, или сделали вид, а я сразу понял, что мужика просто убрали. Ну а как иначе то, в моём мире он прожил до восемьдесят шестого года. Да уж, видимо кому то он сильно мешал, но это сто пудов наши, потому что, как рассказывал Гончаров, Молотов был ещё тем западником, всем старался угодить и многие в верхах были им недовольны. Фигня, наше дело маленькое, положено скорбеть, значит будем скорбеть. Лично я сейчас поеду на завод, там скорбя, будем с ребятами обшивать в студии стены. Нормального звукопоглощающего материала не нашли, поэтому, ватин в несколько слоёв наше всё.

Машка с Юлькой пошли в общагу, взять там кое какие Юлькины шмотки, а я пошел домой, переодеваться в рабочее.

Машинку свою ещё вчера переобул, верней сперва прошиповал, а только потом переобул, а заодно и бусика своего на завод перегнал.

Из больницы меня выписали три дня назад, во вторник. Да уж, в этот раз мне досталось не хило, бедная моя голова, что ж тебе так не везёт то?

По рассказу Машки, её брательник всего лишь на несколько секунд опередил меня. Она дура, как обычно не глядя в глазок, открыла дверь. Он пришел не один, а со знакомым мужиком из Павловска. Тот сразу же в поисках тебя пошел осматривать помещения, спальню, кухню, зал. Юлька с Фанькой прятались за холодильником, поэтому он её не нашел, а когда услышал грохот упавшего Ваньки, вышел и сразу выстрелил в тебя. Увидев как ты упала, выронил пистолет и начал блевать, обгадив нам всю прихожую. Через несколько секунд на грохот выстрела, прибежал наш сосед дядя Костя, в семейных трусах и с пистолетом в руке. С нашего телефона позвонил в скорую и дядь Толе Гончарову. А я стою в ступоре, не зная чего делать. Дядь Костя прикрикнул на меня, обозвав какой то тюхтей, мол, чего встала, давай полотенце. Я очухалась и метнулась в ванну. Дядька сразу же связал Ванькиного пособника, что стоя на коленях блевал, а сам Ванька валялся рядом с тобой. Я кинулась к тебе. Прощупала пульс, всё нормально, живая. Взяла аптечку и стала останавливать кровь на голове. А потом приехали скорая и генерал с милицией. Я хотела ехать с тобой, но дядька Толя сказал оставаться дома и ждать его звонка. Ну, я пока порядок навела, пока Юльку успокоила, хотя саму всю трясло так, что зуб на зуб не попадал. В больницу к тебе попала лишь только на следующий день, и то спасибо Гончарову, без него, в реанимацию не пропустили бы.

Это то что мне рассказала Машка за тот злополучный день. Этот мужик мне в голову попал, пуля прошла по касательной и сломала кость черепа. Вот, сейчас хожу лысая и с титановой пластиной в голове, одним словом трепанация.

А когда перевели в общую палату, кого только у меня не было. И Зинаида с Машенькой, и Ласточкин с моим женихом Толиком, и Лапины всем семейством, правда без Марины, которая в то время, до сих пор лежала в родильном на сохранении, сейчас то конечно родила мальчишку. Как назвали ещё не знаю. Настенька, проплакала всё время пока они были у меня, схватилась за руку, еле оторвали.

Ещё были Дормидонтов с генеральным директором, музыканты все поголовно. Ну а Машка со своей новой подружкой Юлькой, с Зойкой и Надюхой, почти каждый день приходили.

Был и Романов, специально из Москвы прилетал. Извинился за племянника и поблагодарил за Марию, сказал, что жизнь длинная, выздоравливай, а там сочтёмся. И ещё поведал, что Ивана я своим ударом на всю жизнь дурачком сделала, чего то стряхнула у него в башке. А второй мужчина, тот что в меня выстрелил, это был его дядька. Я удивился, что за дядька, знаю что дядька у него один, но переспрашивать не стал. Потом Машка мне объяснила, что это не родной дядька. Мальчикам в их семье, ещё в трёх летнем возрасте всегда прикрепляют воспитателя, который всю жизнь с ним бок о бок живёт, вот, таких воспитателей и называют дядьками. Он и помог Ваньке с новой земли сбежать. Но ни чего, теперь скорей всего сядет пожизненно.

В общем, жизнь продолжается, а там посмотрим.

Дома, я завёл машину с брелка, переоделся в джинсы с тёплыми колготками, свитер, а на голову натянул строительный подшлемник, с белыми шнурками на затылке. А чего, тепло и хорошо, к тому же, красоваться мне вообще не перед кем. Парни, Женька Ромка и Васька, красивей меня ни кого не встречали, будь я хоть в строительном шлеме, хоть в платке, как та Настенька из Морозко. А мне чего лысиной то сверкать? Пробовал платок повязать, но, тот постоянно то на глаза съезжает, то на бок сворачивается, смотрю одним глазом как шпиён из за угла, а с подшлемником зашибись.

Переоделся, погладил Фаньку, захватил гитару, побежал в котельную к машине, как раз сегодня ночью на дороге снегу навалило, испытаю как снежинку, так и шиповку, главное при торможении назад посмотреть, а то, кто нибудь поцелует мою жигулюшку в попку.

Вчера парни попросили песни попеть, говорят ты пой, а мы будем работать. Кроме них, там ещё два мужика строителя трудятся, так что, как слушателей так и работяг, хватает. А мне чего, мне работать нельзя, я головой стукнутый. Раньше частенько видал, как в футболе вратари мяч башкой отбивают, а вот попробовали бы они пулю отбить, да и не только вратари, все футболисты бы с трепанациями бегали. Помните, раньше рыцари железными шлемаками щеголяли, так вот, я теперь почти как энтот рыцарь. Ещё, хорошо в столовой хавчик требовать, постучал ложкой по голове, бздынь-бздынь, поварёшка, жрать давай! Плохо что пластинку титановую вставили, была бы железная, вот круто было бы. Вшил бы в шапку магнит и всё, ни каким ветром не сдует, крааасота!!!

Так, крутя в своей кастрюльке всякий бред, доехал до завода. Мои девчата сегодня выходные, но ворота мне и так сразу же открыли. Я, помахал вахтёрше ручкой, что смотрела на меня в окно, и помчался к своему боксу.

Парни и два строителя были там. Сидели на тюках ватина и курили, все кроме Женьки, он у нас не курящий.

— Здрасти! (помахал я всем присутствующим). Ну чего, приступим к работе?

Мужики затушили бычки в стеклянной банке и встали.

— Мы это! (поправил шапку один из строителей). Нам сейчас должны цемент подвезти, а то вчера весь выработали, и продолжим снаружи стены штукатурить.

— Я знаю. (кивнул я дядькам). — Парни, пойдёмте резать ватин и укладывать в клетки, чего рассиживаться то?

И мы занялись работой. На стены был набит брус шестьдесят миллиметров толщиной, вот мы и укладывали в него куски ватина, так, что бы потом с верху всё зашить сухой штукатуркой, по современному гипсокартоном. Так будем обделывать только две комнаты, где ребята будут репетировать, а вот третья комната, обойдётся без штукатурки, это будет студия звукозаписи, там нужно отличное звукопоглощение.

Провозились до обеда. Верней мальчишки провозились, а я тренькал на гитаре и пел им дворовые песни из своей молодости, но зато в обеих комнатах стены уложили Ватином. После обеда буду просить у прораба штукатуров, пусть обшивают гипсом. Потому что эти мужики доделали свою работу и слиняли в тихаря. Ах да, ещё должен плотник на каре приехать и привезти двойные двери с коробками, а после него ещё мужики, делать вентиляцию. Дормидонтов с Великановым отлично потрудились, всё продумали и придумали. Пока я валялся в больничке, а с моей бестолковой ковырялись жестянщики, дядьки, времени даром не теряли и стены сделали и полы и электрику, ещё и в душевой с буфетом отличный ремонт забабахали, молодцы, чего сказать!

Парни ушли на обед, а я отказался. Сел в свою копеечку и рванул домой. Чёт, как то не хочется в заводской столовой при всех рисоваться. Весь завод знает что со мной случилось, а это как на красной площади девушку, сами знаете чего делать, ни советами, так вопросами задолбают.

Долетев до нашего подъезда поднялся на этаж и отпер дверь своим ключом. В прихожке как всегда меня встречала кошка, а из кухни доносились еле слышные стоны. Чего за фигня, кого там шпиндюхают.

Я разулся и прямо из прихожей заглянул в проём кухонной двери, которая у нас ни когда не закрывалась. Там на мягком уголке сидели две Лолиты и с томными моськами, чего то внимательно смотрели по телевизору. Я прошел внутрь и Машка испугавшись перепутала кнопки, нажав перемотку, а на экране, мужик заработал голой жопой как челнок у ткацкой машинки. Мля, мне его так жалко стало, что я подойдя к видаку выключил, дав дядьке отдохнуть.

— Девчата, вы где эту кассету взяли?

— Вик, ты чего!? (удивилась Машка). Ты же сама её привезла, три фильма про жандарма и эту.

— Х эммм, значит я чего то напутала или надпись какая то левая.

Я вытащил кассету из магнитофона и посмотрел. Да нет, там написано Большая прогулка, комедия, Франция. Ни хрена себе прогулочка.

— Девчат, и часто вы её смотрите?

— Нет Вик, всего второй раз, мы сперва те просмотрели, а потом эту включили, а тут такое, ну, интересно же.

— Ладно Маш, только смотрите без меня и убирай её пожалуйста по дальше.

— Конечно Вик, а ты чего, разве не хочешь посмотреть?

— Нет Машунь, спасибо, это как нибудь без меня.

Ну не говорить же им, что я в своё время такой хрени насмотрелся, аж до тошноты.

— Давай Маш, включай жандарма и пожрём чего нибудь, я обедать приехала.

Девчонки обе вскочили и стали накрывать поляну, а я пошел в прихожую раздеваться, и в ванну мыть руки.

Посмотрелся в зеркало. Ох и смешная у меня Викуля когда лысая. Мордочка круглая, особенно когда улыбаюсь и ушки оттопыренные, удобно с такими маску носить, никогда не свалится. А на боку, чуть выше уха, шрамы после операции. Фигня, волосы вырастут, всё закроет, а пока повяжу косынку.

— Ну чего девчата. (зашел я на кухню потирая ладошками). Вы со мной покушаете?

— Конечно Вик, мы тоже не ели, тебя ждали.

— Ага, знаю как вы ждали хулиганки. Смотрите не проболтайтесь ни кому, а то беда будет. Мне то пофиг, а вас могут с комсомола турнуть. Юль, ты состоишь в этой организации?

— Ага, у нас в группе всего одна девочка не состоит, это Танька Снегирёва, а так, все комсомольцы.

— Ааа, с Татьяной я знакома, это внучка нашей кочегарши тёть Глаши, хорошая девчонка. Вы с ней дру'жите?

— Угу. (синхронно, как поршни первого и четвёртого цилиндров, кивнули девчата головами).

Блин, я чуть не заржал, до чего смешно у них это получилось.

— Вик, чего у вас там со стройкой, дела двигаются? (поинтересовалась Машка).

— Да Машунь, всё нормально, дела идут. Не хотите со мной на завод сгонять? Я вам там по такому же как у меня подшлемнику выдам.

— Да ну Вик, мы сейчас лучше уроками займёмся.

— Хех, займутся они, опять наверное Большую прогулку включите? Ну, да это ваше дело девчонки, только смотрите без звука, а то не дай бог.

Те опять синхронно кивнули, и навалились на рассольник. Я тоже от них не отставал, работая ложкой как гребец на финише.

Отлично перекусив, откинулся на спинку.

— Тааак, девчата, мне сейчас надо на базу к Аиде заскочить, а то, я так с ней и не расплатился за кассеты.

— Ты чего Вик. (удивилась Машка). Я же тебе говорила, что рассчиталась с ней. И за кассеты и за зонтики и за кофе, ещё и записи отдала.

— Не помню Маш, это когда ты мне говорила? Может когда я под наркозом лежала, так поверь, я тогда вообще ни чего не соображала, я тогда на Баунти отдыхала, ловила рааайское наслаждение!

— Не знаю Вик про какой ты бунти говоришь, но, ты тогда уже в общей палате находилась, помнишь, ты тогда ещё Зойке и Надюшке апельсинов целый кулёк отдала, сказала что бы в детдоме с ребятами поделились?

— Про апельсины помню Машунь, а про Аиду нет, ну да не суть, рассчиталась и молодец. Ладно девочки, с вами хорошо, но мне ехать надо, работы, просто завались, а вы не хулиганьте здесь, лучше и впрямь уроками займитесь.

— Конечно Вик! ( хитрющей улыбкой просияла подруга).

Я, напялив свою крутую шапку помчался обратно на завод, а в это время на кухне.

— Маш, твоя Вика чего, вообще ни когда не сидит на месте? Постоянно куда то спешит, чего то делает. Даже во вторник, не успела из больницы выписаться, сразу же села какую то штуку ремонтировать, потом к машине побежала, в среду тоже весь день на своём заводе проторчала.

— Не обращай Юль внимания, я по первой тоже удивлялась, а сейчас уже привыкла. Тёть Тамара соседка, говорит что Викуля трудоголик, это болезнь такая, не может человек без дела сидеть, вот и крутится как белка в колесе, сама себе работу находит. Ну чего подруга, уроками займёмся, или кино досмотрим?

— Давай сперва кино, ну их эти уроки, потом сделаем.

Доехав до своего склада, встретил там Директора завода, главного инженера и прораба строителей. Мои помощники в это время занимались третьей комнатой.

— Ну как ты Виктория! (приобнял меня Семёнов). Как твоё здоровье, болит голова?

— Конечно болит Валентин Александрович, скоро морозы, а у нас тут ещё конь не валялся, дел по горло!

— Да что ты Викуль, я тебя не про это спрашиваю, травмой твоей интересуюсь?

— А, вы про это? Нет Валентин Александрович, не болит. У меня же там железка, как она болеть может, мне сейчас вообще ни чего не страшно, я же почти как терминатор. Мне нужны твоя одежда, ботинки и мотоцикл! (пройдясь походкой робота, проговорил я).

Блииин, робот, танцы, офигеееть!!! И что я несу, что за бред из меня лезет, но, надо срочно записать.

Я рванул на улицу к своей машине и записал в блокнотике всего четыре слова. Брейк данс и Майкл Джексон.

Эф фууух, надо как то перед мужиками выкрутиться, чего нибудь соврать, вот я выдал. Чего они подумают, скажут что у Викули всё, кукуха начала жить своей жизнью. Тааак Витя, возьми себя в руки, ты же взрослый мужик, а ведёшь себя как малолетка. А может это во мне гормоны с ума сходят? Почему бы и нет, всё может быть.

Я подошел к руководству, что стояло в ступоре.

— Валентин Александрович, не обращайте внимания, это я просто одну ерундовину вспомнила. Своим мальчишкам в детдоме, на новый год сценарий праздничного выступления пишу, вот и придумала ещё один сюжет.

— Вооот оно чего!? (расслабился директор). А то я грешным делом подумал что тебя не долечили.

— Нет. (помотал я подшлемником, что был одет на голове). Долечили, всё нормально со мной.

— Викуля. (подал голос Дормидонтов). Я тут тебе одну штуку принёс. (вытащил он из своего портфеля рыжий парик). Вот, это моей жены, давно уже не одевала. Раньше он был светлый, но я попросил её перекрасить, держи, если понравится, то носи на здоровье.

— Вот спасибо дядь Валь!!! (принял я у дядьки свою новую причёску). Вы просто волшебник, а я до парика не додумалась, от души Валентин Саввич!!!

— Ерунда. (махнул аист крылом). Пользуйся и показывай, чего вы тут с ребятами сделать успели.

— Всё у нас идёт по плану дядь Валь, две комнаты шумкой заложили, теперь нужны отделочники. А на счёт третьей, хотела спросить. Как у вас с птицефабрикой? Мне нужны ячейки для яиц. В студии вместо гипсокартона всё ими отделать хочу, это что бы не было отражения прямой звуковой волны, как, найдём такое количество?

— Найдём. (за инженера ответил директор). Всё что надо найдём, можешь за это не переживать. Ты лучше скажи, чего не отдыхаешь, врачи сказали что тебе покой нужен, а ты как юла крутишься. Виктория! (серьёзно посмотрел на меня дядька). Ты прежде всего о своём здоровье побеспокоиться должна, а это всё и без тебя сделается, так что, давай ка ты едь домой и аккуратно едь, а не так как ты носишься. К стати, дай ка мне ключи от жигулей, хочу проверить твои шипы, Дормидонтов меня прямо заинтриговал.

— Там они Валентин Александрович. (кивнул я на машину). В замке торчат.

Директор довольный быстрым шагом дошел до тачки и заведя поехал кататься по территории. А я тем временем стащил с головы подшлемник и напялил парик.

— Ну как Валентин Саввич. (спросил я у дядьки). Нормально смотрится?

Прораб с инженером обернулись на меня и засияли улыбками.

— Во! (показал большой палец Дормидонтов). Отлично Викуля, вот так и ходи, нечего людей своей шапкой пугать.

Мы простояли не менее десяти минут, как из за цеха выскочил мой жигулёнок с довольным директором. Он лихо подлетел к нам и затормозил.

— Отлично! (с улыбкой до ушей выбрался он из машины). Молодец ты Виктория, светлая у тебя голова, береги её. Надо же такую штуку придумать. Ведь по сути копеечная вещь, а какой эффект, сцепление с доро'гой просто невероятное.

— Это Валентин Александрович безопасность, вы же сами только что сказали, что бы я себя берегла, вот! (пожал я плечами, указав на машину).

— В правильном направлении мыслишь девочка наша. (опять приобнял меня директор). Безопасность на дороге прежде всего. Ладно, нечего тебе здесь делать, едь домой, а мы будем думать и работать.

Ну а чего мне остаётся делать. Подосвиданькался с мужчинами, сел в машину и поехал домой.

Потихоньку зашел, решив девчат поймать на горяченьком, но не тут то было, они смирно сидят в зале и делают уроки. Машка чего то писала, а Юлька ей диктовала. Увидев меня, девчонки округлили глаза и открыли ротики, при этом Машуня так и не переставала писать, водя авторучкой по бумаге.

— Стой! (прикрикнул я на её). Ты чего там пишешь?

— Ой! (очухавшись глянула подружка на свои каракули и опять уставилась на меня).

— Девчонки, вы чего так смотрите то?

— Вииик, чего у тебя с головой, от куда волосы?

— Аааа, вы про это!? Фигня девчат, и вас вылечат, и меня вылечат. (Ответил я фразой супруги Бунша, стягивая с головы парик). Всех вылечат. А вы чего за уроки то уселись, я думала, что вы своё кино смотреть будете?

Девчата переглянулись и захихикали.

— А мы Вик уже досмотрели, а кассету я спрятала.

— Ну и молодцы. (похвалил я студенток). Продолжайте делать уроки, а я в спальню, чуток поработаю.

Уединившись, уселся за свой рабочий стол, напялил медицинские перчатки и стал левой рукой переписывать крамольный документ, просидев аж до шести вечера, пока ко мне не заглянула Машка.

— Вик, не хочешь перекусить?

— Ага Машунь, подогревай, я сейчас выйду.

Убрал листы, снял перчатки и вышел на кухню. Машка суетилась у плиты, а Юлька вставляла в видак кассету.

— Вик, ты не против если мы опять про жандармов посмотрим? (спросила девчонка).

— Конечно Юль, чего спрашиваешь то, смотрите чего хотите. Маш, а хочешь мы завтра к Аиде сгоняем и выберите там себе фильмов. У неё там этих кассет, целая коробка из под телевизора, хоть все купим и смотрите себе, а то жандармов, вы скоро наизусть выучите.

— Здооорово!!! (запрыгали девчата, а Машка как обычно кинулась мне на шею с обнимашками).

Девчонки, чего с них возьмёшь!!!

Интерлюдия.

Квартира главы города, Куличенко Леонида Сергеевича. Раздался телефонный звонок и он сразу же поднял трубку.

— Ало, Куличенко слушает?

— Здравствуй Алексей, это тебя Поляков с автоВАЗа беспокоит.

— Здравствуй Виктор, мог бы и не представляться, по голосу сразу же узнал. Как там у вас дела обстоят, как сам, как супруга?

— Всё хорошо Лёнь, всё прекрасно. Слушай, я же тебе не просто так звоню, а по делу.

— Стой Витя, дай ка я угадаю по какому именно делу. Не о нашей ли девочке Виктории Суворовой справиться хочешь?

— Именно Лёнь, именно о ней. Ты знаешь, заинтересовала она меня, сильно заинтересовала. Тут мой Сомов, про неё такие небылицы рассказывает, интересные чертежи показывал и они меня очень зацепили. Вот, решил приехать к тебе в гости, давно не виделись, а заодно и самому, с этой вашей Викторией пообщаться.

— Извини Вить, с девочкой тут оказия случилась, не знаю, выписалась она с больницы, или нет. Погоди минуточку, сейчас я у внучки спрошу, она всё про её знает.

Куличенко не убирая трубку от уха, крикнул.

— Сонечка, ну ка егоза, беги сюда!!!

В кабинет отца забежала девчушка лет двенадцати.

— Да деда, чего хотел?

— Внучка, ты про Суворову всё знаешь, не скажешь, выписалась та из больницы?

— Ага деда, ещё во вторник, за ней твой генерал дядь Толя сам приезжал.

— Хорошо, спасибо Сонечка.

— Ало, слышишь Виктор. (опять обратился он к собеседнику на том конце). Выписалась девочка, так что, если хочешь то приезжай. Выбери время под выходные, нас мой Гончаров на рыбалку свозит, посидим, отдохнём, былые времена вспомним.

— Ох ты Лёня и змей искуситель! (засмеялся Поляков). Хорошо, через неделю, девятнадцатого, мы у вас в Сталинграде С Т О открываем, хотел Сомова послать, но раз так, то сам приеду, а там и поговорим и порыбачим.

— Отлично Виктор, приезжай, буду ждать.

Конец интерлюдии.

Мы поужинали и Юлька собралась домой, в общагу.

— Юль. (обратилась к ней Машка). Оставайся у нас, чего тебе там делать то, к тому же, шмотки твои ещё не высохли, а к утру как раз будут готовы, да и в институт завтра не надо, выспимся хорошо.

Девчонка глянула на меня, как бы спрашивая разрешения.

— Конечно оставайся Юль. (подтвердил я, кивнув своей лысиной). И впрямь, чего тебе там в общаге, а тут своих жандармов посмотрите.

— Спасибо Вик, спасибо Маш. (затравленно пискнула девчушка, а в глазах засверкала влага). Вы такие добрые, такие классные, мне аж не удобно как то. Кормите меня, поите.

— Да ладно ты Юль. (вскочила Машка и приобняла подружку). Даже не думай про это, живи у нас сколько хочешь, а летом вместе в ваш Суровикино отдыхать поедем.

Девчонку наконец то пробило на слёзы и она уткнулась Машке в живот, а я пошел на улицу, что бы на ночь перегнать машину в котельную.

Вечером девчата так и смотрели своих жандармов, а я в зале включил программу время. Думал скажут чего нибудь про смерть Молотова, но, там отделались сухими фразами, мол, весь народ скорбит и что помер дядька от сердечного приступа. Ну а чего они ещё могли сказать? Это у нас в двадцать первом веке, расскажут всё, даже то чего не было, а здесь цензура мать его. Плюнув на всё, принял душ и отправился на боковую.