Свет в руинах. Том третий (джен)

Далекая-далекая Галактика.

Столица Империи, Корусант. Тронный зал Императорского Дворца.

Шив Палпатин, Дарт Сидиус, Темный Владыка Ситхов и абсолютный правитель миллиардов звездных систем, пребывал в состоянии глубочайшего, разрушительного, неконтролируемого когнитивного диссонанса.

Он сидел на своем троне, окутанный тенями. Вокруг него должна была клубиться Темная Сторона, внушая трепет и ужас каждому, кто посмеет войти в этот зал. Но вместо трепета в воздухе висело стойкое, унизительное ощущение полнейшего абсурда.

Перед ступенями трона, на одном колене, потея в своей безупречной серой униформе, стоял адмирал Пиетт.

Адмирал флота, командующий супер-звездным разрушителем «Исполнитель», прямо сейчас зачитывал официальный рапорт. И с каждым произнесенным словом Палпатин чувствовал, как у него начинает дергаться левое веко.

— …Таким образом, Мой Повелитель, — голос Пиетта дрожал, несмотря на все его попытки сохранить выправку, — мы потеряли след лорда Вейдера в секторе… э-э… нигде.

Палпатин медленно наклонился вперед. Желтые глаза ситха вспыхнули из-под капюшона.

— Вы хотите сказать, адмирал, что мой ученик, второй человек в Империи, пилотирующий модифицированный TIE-истребитель, просто исчез с радаров целого флота?

— Никак нет, Мой Повелитель! — Пиетт судорожно сглотнул. — Лорд Вейдер не был в истребителе. Он находился на капитанском мостике. Аномалия произошла… прямо перед лобовым иллюминатором.

— Какая аномалия? Космический шторм? Засада повстанцев с использованием нового сверхмощного оружия? — прошипел Палпатин, чьи пальцы уже начали искрить молниями Силы.

Пиетт закрыл глаза, готовясь к мучительной смерти.

— В пространстве открылась дыра, Мой Повелитель. Из неё, исторгая пламя из… извините… из старого котла для варки, вылетела чугунная ванна.

Тишина в тронном зале стала настолько плотной, что её можно было резать световым мечом.

— Ванна, — мертвым, не выражающим ничего голосом повторил Император Галактики.

— Так точно. Чугунная. Внутри находились двое рыжеволосых юношей в мантиях и смуглая девочка с летными очками на лбу. Она… — Пиетт побледнел еще сильнее. — Она назвала Лорда Вейдера «Ведроголовым», поинтересовалась наличием парковочных мест, после чего…

— Продолжайте, адмирал, — ласково, как маньяк перед ударом ножа, попросил Палпатин.

— После чего один из юношей бросил в дефлекторный щит «Исполнителя» сферический объект органического происхождения, — Пиетт опустил голову. — Объект сдетонировал. Экспертиза показала, что это был… концентрированный навоз неизвестного животного, усиленный пространственной магией. Щит не выдержал запаха, Мой Повелитель. Нам пришлось дезинфицировать мостик три дня. А когда дым рассеялся, ванна исчезла. А вместе с ней… исчез и лорд Вейдер. Его буквально засосало в эту… дыру.

Палпатин откинулся на спинку трона.

Его мозг, способный плести интриги десятилетиями, способный обмануть Совет Джедаев и захватить Республику, сейчас буксовал, как спидер в болоте.

Джедаи были логичны. Повстанцы были логичны. Их можно было предсказать, переиграть, уничтожить.

Но как, во имя всех Ситхов прошлого, можно переиграть чугунную ванну с ракетным двигателем и навозной бомбой?!

— Вон, — тихо произнес Палпатин.

Пиетт не заставил себя просить дважды. Он вскочил, отдал честь и вылетел из зала с такой скоростью, словно за ним гнался сам сарлакк.

Оставшись один, Император медленно поднялся. Молнии сорвались с его пальцев, вдребезги разнося ближайшую консоль связи.

Он потерял Вейдера. Своего лучшего палача. Свой инструмент.

«Они думают, что могут украсть МОЮ собственность? — яростно подумал Сидиус, спускаясь по ступеням. — Какая-то девчонка в очках думает, что может нарушить планы Дарта Сидиуса?!»

Если технологии не могут отследить пространственный прокол, это сделает Темная Сторона.

Вейдер был связан с ним. Их узы Учителя и Ученика были выкованы в боли и ненависти на Мустафаре. Эта связь была подобна стальному тросу в океане Силы.

Палпатин прошел в центр зала, сел в позу для глубокой медитации и закрыл глаза.

Он потянулся в Силу. Он искал ту знакомую, родную, удушающую агонию, которая всегда окружала Вейдера. Он искал его страх, его гнев на самого себя, его бесконечное, ледяное отчаяние.

Сидиус раскинул свой ментальный взор за пределы Галактики. Сквозь звезды, сквозь пустоту, сквозь барьеры измерений. Он искал нить ненависти.

Он искал долго.

А потом он нашел её.

Нить была там. Но она была… другой.

Палпатин нахмурился, не открывая глаз. От Вейдера не исходило боли. От него не исходило гнева.

Вместо ледяного мрака Темный Лорд Ситхов вдруг почувствовал… запах свежеиспеченных оладий с кленовым сиропом. И тепло вязаных носков. И спокойствие. Абсолютное, тошнотворное, умиротворенное спокойствие человека, который сидит в уютном кресле и пьет ромашковый чай.

— Что за ересь… — прошипел Палпатин, усиливая ментальный напор. Он решил пробиться напрямую в разум своего ученика. Он готов был обрушить на него свой гнев!

«ВЕЙДЕР!» — ментально взревел Сидиус, пробивая границу реальности. «ОТВЕЧАЙ СВОЕМУ ПОВЕЛИТЕЛЮ! ГДЕ ТЫ?!»

Палпатин ожидал услышать хриплый, покорный голос киборга: «Да, мой Учитель…»

Но вместо этого…

Раздался щелчок. Как будто кто-то снял трубку на старом телефонном аппарате. А затем в голове Императора Галактики заиграла веселая, невероятно бодрая восьмибитная мелодия, подозрительно напоминающая саундтрек из «Супер Марио».

А следом раздался звонкий, невыносимо радостный девичий голосок:

— АЛЛО! Вы позвонили на коммутатор Визжащего Шале! К сожалению, Энакин-сан сейчас не может подойти к ментальному телефону, он занят прополкой кустов роз и морально восстанавливается! Если вы хотите оставить проклятие, нажмите «один»! Если вы хотите сдаться Консорциуму Айнцберн, нажмите «два»! Если вы — надоедливый сморщенный дед в капюшоне, оставайтесь на линии, ваш звонок очень важен для нас! (ﾉ◕ヮ◕)ﾉ: ･ﾟ✧*

Дарт Сидиус поперхнулся воздухом. Медитация прервалась. Он открыл глаза, тяжело дыша.

Кто-то… кто-то только что поставил Повелителя Ситхов на удержание с дурацкой музыкой?!

Дарт Сидиус не привык к отказам. Он не привык к тому, что его ментальные приказы блокируются, игнорируются, а уж тем более — переводятся на автоответчик с веселой мелодией.

Это было не просто оскорбление. Это был вызов самой концепции Темной Стороны.

Император Галактики резко встал с пола. Его желтые глаза сузились, превратившись в две узкие, пылающие яростью щели. Воздух в тронном зале Корусанта потяжелел, заискрил статической энергией.

«Какая-то жалкая иллюзия думает, что может остановить Владыку Ситхов? — прорычал он в пустоту. — Я выжгу этот голос из эфира! Я дотянусь до разума Вейдера, даже если мне придется разорвать эту Вселенную на куски!»

Палпатин снова закрыл глаза. На этот раз он не стал «стучаться». Он ударил.

Он собрал всю свою колоссальную, накопленную десятилетиями ненависть, всю мощь Темной Стороны, и обрушил её на тот тонкий ментальный канал, по которому с ним только что говорила девчонка-автоответчик. Это был удар, способный испепелить разум мастера-джедая, свести с ума целую планету.

Он пробил барьер. Он ворвался в чужое информационное пространство, готовый крушить и повелевать.

Но вместо того, чтобы оказаться в голове испуганной девчонки, он оказался… в пустоте.

Вокруг него не было ни страха, ни боли, ни даже мыслей. Были только бесконечные ряды падающих сверху вниз светящихся фиолетовых символов — нулей и единиц, сплетающихся в гигантскую, непостижимую матрицу.

— Что это за ерунда… — пробормотал Сидиус, пытаясь нащупать хоть одну живую искру в этом холодном, идеальном лабиринте.

Вдруг прямо перед ним, из каскада цифр, соткалась гигантская, размером с небоскреб, неоновая надпись:

[FIREWALL ВВ-ТЯН ПРОБИТ! ОБНАРУЖЕНО ВТОРЖЕНИЕ КЛАССА «ТОКСИЧНЫЙ ДЕД»! АКТИВАЦИЯ ПРОТОКОЛА ЗАЩИТЫ «БИО-ШУМ»!]

Прежде чем Палпатин успел осмыслить прочитанное, пространство вокруг него исказилось. Цифры исчезли, сменившись ярким, залитым солнцем лугом.

А прямо перед ним стояла девочка.

Та самая смуглая девочка с летными очками на лбу, которую описывал Пиетт. Она была одета в шорты и футболку, а в руке держала… надкусанное яблоко. Её золотые глаза смотрели на Императора Галактики с таким искренним, неразбавленным любопытством, словно он был забавным жуком в банке.

— О, привет! — радостно помахала Хлоя фон Айнцберн, откусывая яблоко. — ВВ-тян сказала, что у нас на линии какой-то настырный спамер, который ломится через ментальный канал. А ты, дедуля, кто такой будешь? И почему ты так жутко выглядишь? У тебя кожа цвета забродившего молока. Селла бы заставила тебя пить витамины!

Палпатин задохнулся от возмущения.

— Ничтожество! — прогремел он, и его голос разнесся над виртуальным лугом. — Я — Дарт Сидиус! Император Галактики! Повелитель Ситхов! Верни мне моего ученика, иначе я превращу твой разум в пепел!

Он поднял руки, и с его пальцев сорвались ослепительные, ветвящиеся молнии Силы. Они ударили прямо в Хлою…

И просто впитались в неё, не причинив никакого вреда. Девочка лишь слегка поежилась, словно от статического электричества.

— Ой, щекотно! — Хлоя хихикнула, потирая предплечье. — Дедуля, ты не понял. Ты не в моем разуме. Ты в карантинной зоне «песочницы», которую Широ и ВВ-тян сделали специально для таких вот хакерских атак. Твои «молнии» здесь — это просто строчки кода с ошибкой.

Она подошла ближе, бесстрашно заглядывая в желтые глаза Ситха.

— А насчет «твоего ученика»… Ты про Инструктора Скайуокера? Слушай, он просил передать, что увольняется. Сказал, что у вас плохой соцпакет, ужасная униформа, и вы заставляли его носить это дурацкое ведро на голове. У нас он хотя бы дышит сам и ест блинчики. Так что извини, возврата не будет. Наша мама его усыновила.

Император замер. Слова девчонки не укладывались в его картину мира. «Увольняется»? «Ужасная униформа»? «Усыновила»?!

Темный Лорд Ситхов, чье имя заставляло миры содрогаться, только что получил отказ по причине «плохого соцпакета»!

— Я уничтожу вас всех… — прошипел Сидиус, его голос дрожал от сдерживаемой, концентрированной ярости. — Я найду ваш жалкий мирок. Я отправлю туда Звезду Смерти! Я сожгу вашу планету дотла, и вы будете умолять меня о пощаде!

Хлоя тяжело вздохнула и закатила глаза, отбрасывая огрызок яблока (который тут же растворился в пикселях).

— Ску-у-ука, — протянула она. — Какие вы все, темные властелины, одинаковые. «Сожгу, уничтожу, умолять будете». У нас тут уже есть парочка таких. Одна Рим разрушила, другой дневником прикидывался. Теперь они оба у нас на полставки работают: одна детям яблоки печеные носит, а второй расписание уроков составляет. Хочешь к ним в компанию? Нам как раз нужен кто-то, кто будет электричество для чайников вырабатывать. У тебя вроде неплохо искрит из пальцев.

— Я ТЕБЕ НЕ ГЕНЕРАТОР! — взревел Палпатин, окончательно теряя контроль. — Я АБСОЛЮТНОЕ ЗЛО! Я — ТЕМНАЯ СТОРОНА!

Хлоя пожала плечами.

— Ладно-ладно, не кипятись. Раз ты такой крутой и злой, я, так и быть, переключу тебя на Отдел по работе со сложными клиентами. У них там как раз есть кто-то, кто любит пафос и золотые троны больше тебя.

Она щелкнула пальцами.

— ВВ-тян! Запускай протокол «Рандомная Переадресация в Мультиверс»! Пусть дедушка пообщается с кем-то своего уровня! А то у меня урок трансфигурации скоро!

— Вас поняла, Хлоя-чан! — радостно пропел голос ВВ откуда-то сверху. — Инициирую неконтролируемый пробой Калейдоскопа! Отправляю ментальный пакет данных объекта «Сидиус» по случайным координатам в дальние слои инфосферы! Удачного полета, мистер Палпатин!

Зеленый луг вокруг Императора внезапно пошел рябью. Цвета исказились, смешались в тошнотворную кашу.

Палпатин почувствовал, как его ментальная проекция, его сознание, вырывают из этой «песочницы» с чудовищной, непреодолимой силой, перед которой его познания в Темной Стороне казались детской игрушкой. Это была не магия. Это был грубый, насильственный пинок через ткань мироздания.

— НЕТ! Я ВЕРНУСЬ! Я… — закричал Сидиус, но его голос оборвался.

Пространство схлопнулось.

* * *

Сознание Дарта Сидиуса неслось сквозь невообразимую, ревущую Бездну. Это был не гиперпространственный туннель. Это было нечто иное. Бурлящий, кричащий океан эмоций, безумия и боли.

«Варп», — так называли это место в той вселенной, куда его забросило. Но Палпатин этого не знал. Он просто чувствовал, что Темная Сторона здесь… другая. Она была хаотичной, голодной и не признавала хозяев.

Он попытался затормозить, зацепиться ментальными когтями за реальность, чтобы вернуться в свое тело на Корусанте.

Его выбросило из вихря безумия так же резко, как и затянуло.

Сидиус открыл свои ментальные глаза.

Он больше не был на зеленом лугу.

Он находился в колоссальном, подавляющем своими размерами зале. Своды терялись во мраке. Воздух был пропитан запахом ладана, озона, старой крови и тысячелетней скорби. Вдоль стен тянулись бесконечные ряды гудящих машин и труб, переплетающихся в невообразимый технологический кошмар.

А в центре этого зала, возвышаясь над всем, стоял Трон.

Это было не кресло правителя. Это был алтарь, машина пыток и источник жизни одновременно. Золотой Трон Терры.

На Троне сидела фигура.

Палпатин, считавший себя венцом могущества, поднял взгляд. И впервые за долгие десятилетия почувствовал то, что давно забыл.

Он почувствовал первобытный, сковывающий душу страх.

На троне восседал иссохший, изломанный труп, поддерживаемый древними механизмами. Но это была лишь физическая оболочка.

То, что исходило от этой фигуры, было немыслимо. Это было Присутствие. Колоссальная, ослепительная, невыносимая мощь, которая сжигала сетчатку ментального взора. Это был интеллект, который одновременно смотрел в миллиарды будущих исходов, боролся с богами хаоса и поддерживал свет в Галактике.

Бог-Император Человечества.

Сидиус, стоявший перед ступенями Золотого Трона (как ментальная проекция), попытался сохранить лицо. Он — Владыка Ситхов. Он не склоняется!

— Кто ты такой? — прошипел Палпатин, собирая вокруг себя остатки Темной Стороны, как щит. — Ты смеешь удерживать меня здесь? Я — Император…

Он не успел договорить.

Бог-Император Человечества не стал открывать высохшие губы. Он не стал метать молнии. Он даже не пошевелился.

Он просто обратил свое внимание на эту маленькую, злобную искру, которая случайно залетела в его Зал.

Голос, который раздался в голове Палпатина, не был звуком. Это был удар кувалды по хрустальному стеклу. Это был свет тысяч умирающих звезд. Это была абсолютная, подавляющая Истина, не терпящая возражений.

[ТЫ НАЗЫВАЕШЬ СЕБЯ ИМПЕРАТОРОМ, МАЛЕНЬКАЯ ТЕНЬ?] — прогремел голос Бога-Императора, расплющивая эго Сидиуса в атомарную пыль. — [ТЫ ИГРАЕШЬ В ВЛАСТЬ СРЕДИ ПЕСЧИНОК, ПОКА ИСТИННЫЕ УГРОЗЫ РВУТ ГАЛАКТИКУ НА ЧАСТИ. ТВОЯ ТЬМА — ЛИШЬ КАПРИЗ РЕБЕНКА, НЕ ВИДЕВШЕГО НАСТОЯЩИХ БОГОВ ХАОСА.]

Сидиус рухнул на колени. Его щиты Темной Стороны разлетелись в прах под тяжестью этого Света. Он не мог дышать (даже будучи проекцией). Он чувствовал себя насекомым под лупой.

— Я… я… повелеваю Силой! — отчаянно, жалко прохрипел Палпатин, пытаясь защитить остатки своей растоптанной гордости.

Бог-Император Человечества, чей разум пронзал тысячелетия, «всмотрелся» в структуру души Сидиуса. Он искал в этом существе хоть каплю полезного потенциала. Хоть что-то, что можно было бы использовать в великой войне против Хаоса.

Пауза длилась вечность.

Затем голос Бога-Императора прозвучал снова. Но на этот раз в нем не было гнева или величия.

В нем было… глубочайшее, тяжелое, экзистенциальное разочарование.

[ТВОЙ РАЗУМ МЕЛОЧЕН. ТВОЯ ВЛАСТЬ ОСНОВАНА НА ОБМАНЕ И ПРЕДАТЕЛЬСТВЕ, А НЕ НА ЖЕРТВЕННОСТИ. ТЫ НЕ ВЕДЕШЬ ЧЕЛОВЕЧЕСТВО К СВЕТУ, ТЫ ЛИШЬ ПАРАЗИТИРУЕШЬ НА ЕГО СТРАХАХ.]

Свет вокруг Золотого Трона презрительно мигнул.

[ТЫ ИСКАЛ ВЕЛИЧИЯ В ЭТОЙ БЕЗДНЕ, МАЛЕНЬКИЙ СИТХ. НО ТЫ НЕДОСТОИН ДАЖЕ ТОГО, ЧТОБЫ СТАТЬ ТОПЛИВОМ ДЛЯ АСТРОНОМИКОНА. ТВОЯ ДУША СЛИШКОМ ЖАЛКА. В НЕЙ НЕТ ДАЖЕ ДОЛЖНОЙ ДОЛИ БЕЗУМИЯ ИСКАТЕЛЯ, ЛИШЬ ЭГОИЗМ.]

Палпатин, величайший злодей своей Галактики, затрясся. Его не убивали. Его даже не пытали.

Его только что признали «профнепригодным» и «слишком мелким» для настоящей игры. Его амбиции были растоптаны не световым мечом, а презрением существа, для которого он был даже не мусором, а просто скучной ошибкой в расчетах.

[УХОДИ, ] — приказал Бог-Император Человечества, теряя к нему всякий интерес. — [ВОЗВРАЩАЙСЯ В СВОЮ ПЕСОЧНИЦУ. И МОЛИСЬ СВОЕЙ ТЕМНОЙ СТОРОНЕ, ЧТОБЫ МОИ КУСТОДИАНЦЫ НИКОГДА НЕ НАШЛИ ТУ ДВЕРЬ, ЧЕРЕЗ КОТОРУЮ ТЫ СЮДА ВОШЕЛ.]

Пространство перед Палпатином снова схлопнулось. Неведомая сила брезгливо, как грязную тряпку, вышвырнула его ментальную проекцию обратно в Варп, отправив по обратному вектору на Корусант.

Далекая-далекая Галактика.

Тронный зал Императорского Дворца.

Дарт Сидиус резко распахнул глаза. Он с судорожным, хриплым вздохом рухнул с постамента на холодный полированный пол, судорожно глотая воздух.

Его одежда насквозь промокла от холодного пота. Пальцы тряслись.

Он был дома. В безопасности.

Но в его душе зияла огромная, кровоточащая дыра. За десять минут он пережил то, чего не испытывал никогда в жизни.

Сначала над ним посмеялась маленькая девочка, предложив работать генератором для чайников. А затем сущность невообразимой мощи посмотрела на него и сказала, что он даже на дрова не годится.

Палпатин медленно подтянул колени к груди. Великий Император Галактики обхватил голову дрожащими руками.

«Песочница… — эхом отдавалось в его мозгу. — Она назвала это песочницей… И он назвал это песочницей…»

Он понял одну простую, ужасающую истину.

Он никогда, ни при каких обстоятельствах, ни за какие артефакты Ситхов больше не будет пытаться связаться с Дартом Вейдером. Пусть этот предатель сидит в своей «Айнцберн-империи» и ест свои оладьи! Туда, где живут девочки, способные перебрасывать души к Богам, которые считают Ситхов «мелочью», Дарт Сидиус не сунется даже под дулом Звезды Смерти.

Империя Ситхов в этот день спаслась от уничтожения просто потому, что оказалась слишком жалкой и скучной для Мультиверса.