Домовики на фрилансе (гет)

Добби стоял посреди пустой, давно заброшенной комнаты и осматривал свое новое пристанище. Оборванные, свисающие обои, треснутые окна, сломанный стул в углу и покосившаяся, держащаяся на одной петле дверь. Сквозь гниющие ставни просачивался завывающий сквозняк, из соседнего помещения слышался писк умирающей от голода крысы, но Добби было плевать на запущенность обстановки и пугающую атмосферу дома. В конце концов, он был домовиком, годами убирал огромное поместье Малфоев, и ему не составит труда привести комнаты в надлежащий вид. Он не сомневался: совсем скоро здесь будет идеальная чистота и волшебники выстроятся в очередь, чтобы посетить его пристанище.

Откупорив баночку Колы, Добби, не прекращая водить взором по стенам и потолку, сделал большой глоток в честь своей первой победы — теперь все это его. Точнее, девушки-сквиба, которая согласилась помочь и сняла для него помещение у знакомой пары маглов, но это уже формальности. Вскоре в этой комнате будут стоять оборудованный стол и удобное кресло, а Добби, как порядочный эльф, начнет зарабатывать честным трудом. Хотя, если верить Министерству и директору Макгонагалл, именно такой эльф порядочным называться не мог.

После смерти Альбуса Дамблдора и окончания войны новый глава Хогвартса, директор Макгонагалл, вызвала Добби к себе и сообщила, что она не нашла никаких официальных документов, доказывающих, что Добби был нанят в школу, а не служил безвозмездно, как остальные эльфы. Она предположила, что Дамблдор мог обойти законы Министерства и платить Добби из своего кармана. Но сама Макгонагалл на такой риск не была готова идти: Хогвартс требовал тщательного ремонта, каждый кнат был на счету, а Министерство не сводило с них глаз. Если бы их заметили за чем-то незаконным, пострадала бы в первую очередь школа, так как директора с такими сомнительными решениями не оставили бы на посту. Такие вольности позволял себе только Дамблдор.

Добби, не желая вредить ни школе, ни директору, ни остальным домовикам, смиренно покинул Хогвартс, но не бросил попыток стать полноценным работающим членом магического сообщества. Однако все шло против него: когда он отправился в Министерство магии, его сначала гоняли от одного департамента к другому, не зная, должно ли его дело рассматриваться Бюро распределения домашних эльфов или Отделом магического правопорядка. После выяснения, где же в конце концов ему найти ответы, Административная служба сообщила Добби, что он не может нигде официально работать, так как у него нет номера национального страхования, а ни в магической Британии, ни в магловской без документов ни один работодатель не примет его. Даже внештатно и временно без этого никак — просто незаконно набирать сотрудников неофициально. И когда Добби спросил, как же ему получить такой документ, работники Министерства молча пожали плечами и предложили просто поискать новую семью, которая его примет.

Но никого не интересовало, что сам Добби больше никого не примет в качестве хозяина.

Добби отказывался так легко сдаваться и, вежливо попрощавшись и невежливо подпилив щелчком пальцев стулья троих особо неприятных сотрудников Министерства, спешно покинул здание. Тут ясно дали понять, что не помогут желающему честно работать домовику. А значит, Добби придется искать решение самостоятельно.

Ну почти самостоятельно…

Гермиона Грейнджер, услышав о его проблеме, пыталась помочь, оббегая вместе с Добби всевозможные отделы Министерства. Но увы — даже героиня войны не всесильна.

Добби тогда отчаялся. Он больше года обивал пороги различных учреждений в поисках работы или способа получить документы. Но даже упорство домовика не бесконечно, и в конце концов он сдался.

День, когда Добби осознал, что никогда не будет принят магическим сообществом полноправным его членом, он не забудет. Тогда Добби решил напиться, но не смог закончить даже один бокал сливочного пива — картинка отчаявшейся Винки, не выпускающей из рук бутылку, слишком сильно впилась в память, навсегда привив нелюбовь к пьянству. После этого Добби не мог сделать более трех глотков сливочного пива, и то только слабой сливочности.

И он принял поражение. Осознал, что для магов навсегда останется пустым местом, обслугой, ничего из себя не представляющей, вещью, которая полезна в хозяйстве, но не имеет ни прав, ни мнения. И решил подыскать для себя более или менее терпимую семью для работы.

И именно в тот миг к нему пришла Гермиона Грейнджер. Она, не прекращающая попыток помочь ему все это время, наконец приняла, что волшебники не готовы к таким резким переменам, и озвучила вариант, который до сих пор не усваивался в голове Добби, — она предложила ему работать неофициально. Незаконно.

Гермиона Грейнджер предложила ему нарушить закон!

И самое страшное — Добби сразу согласился.

Он так устал искать решение своей проблемы, что каждый маг смотрел на него свысока, когда он озвучивал свои требования, те кнаты, которые он просил за свою работу. Добби не нужно было много денег, он просто хотел, чтобы его труд оплачивался. Как и у остальных. Но все кривились, скалились, отправляли его в Мерлинову задницу, и Добби больше не хотел этого терпеть.

Если Министерство не идет навстречу ему, он пойдет против Министерства. И их законов.

Мисс Грейнджер назвала это странным словом «фриланс».

Она сказала, что в мире маглов сейчас многие отходят от фирм и компаний и работают сами на себя: кто-то стрижет на дому, кто-то снимает кабинет и делает маникюр посетителям, мелкий ремонт одежды и каких-то немагических вещей. Она перечисляла и перечисляла варианты, и Добби, слушая ее, осознавал, что всю жизнь этим и занимался.

Нарцисса Малфой постоянно просила его поухаживать за ее ногтями, ее сын каждый вечер требовал массаж, а мистер Люциус… И его требования Добби еженедельно исполнял. Так почему бы не делать все это за деньги?

Мисс Грейнджер предупредила, что поначалу будет мало клиентов, но обещала советовать его своим подругам, сетующим на плохое качество бьюти-услуг в магическом мире. А Добби и этого было достаточно — хотя бы одного благодарного клиента и пары кнатов в кармане.

Во время постоянных посещений Министерства в поиске решения своей проблемы Добби познакомился с юной девушкой-сквибом, также ищущей подработку. Ее, как и Добби, никуда не брали, отказывали ввиду неспособности выполнить элементарные волшебные поручения. Будучи дочерью волшебника и обычной девушки, она не была частью ни магического сообщества, ни магловского. Она, разболтавшись как-то с Добби в коридоре Министерства, подхватила идею фриланса и быстро нашла им место съема — у них на двоих были небольшие сбережения на аренду на три месяца. Они решили, что для начала достаточно, а там — как пойдет.

Самым тяжелым было отыскать помещение. Это должна была быть магловская улица, чтобы Министерство ничего не заметило, но при этом находящаяся недалеко от волшебного квартала, иначе большое скопление магии могло привлечь внимание служителей закона. Добби не собирался использовать много чар, для будущей работы больше требовались руки, но мелкое колдовство все равно было необходимо. Да и домовики сами по себе источали магию, даже не применяя ее. Волшебные существа, как-никак.

Они искали среди множества районов Лондона, но все было не то. Им было нужно что-то вроде улицы Гриммо, но более проходимое. Где магия окутывала все пространство, но из-за куда более сильных и старых чар. Добби думал насчет здания рядом с больницей Святого Мунго, однако мисс Грейнджер нашла другой, более подходящий вариант — дерзкий, граничащий с сумасшествием, но такой насмешливый, что Добби сразу же согласился.

Потому что это было идеально.

Сделав еще один глоток газировки, он подошел к окну. Две комнатки, снятые Добби, располагались на последнем этаже невысокого здания. Всего в здании было шестнадцать помещений под съем, на первом уровне восемь, на втором столько же. Гермиона Грейнджер при осмотре комнат сказала, что, если дела пойдут хорошо, Добби сможет расшириться, снять соседние кабинеты и магией объединить их. Добби не заглядывал так далеко и даже не надеялся на такое везение, но ее настрой ему нравился.

Добби взглянул на улицу. Погода стояла ясная, люди неторопливо гуляли, наслаждаясь солнцем. Только один человек, Уиллис Дейкерс — служащий в Административном отделе Министерства, множество раз отказывающий Добби в помощи, — куда-то спешил. Он, воровато оглядевшись, стремительно забежал в телефонную будку, и Добби победно усмехнулся.

Открыть не совсем законный маникюрный салон напротив входа в Министерство магии — верх безрассудства и издевки над законом.

Добби был хорошим эльфом, но даже хорошие эльфы иногда нарушают правила. И Добби готовился нарушить десятки.