Страх и трепет (джен)

— Вы говорили о важном задании, мой император.

— Да! Именно так, владыка Вейдер. Именно так. Проходите, садитесь, только вас и ждали. Сейчас вы обо всём узнаете. Все узнают!

Энтузиазм императора, честно сказать, его главкому показался немного подозрительным. Очень явный такой, искренний!.. Заметный всем присутствовавшим, даже тем из них, кому владеть Силой не доводилось.

И было что-то пугающее в энтузиазме настолько большой величины. Особенно если знать, что вчера император трудился до поздней ночи, проверяя, контролируя, делегируя, согласовывая и подписывая, следовательно, не выспался. И свежую чашку кафа проглотить утром не успел, вон она стоит, полнёхонькая за вычетом глотка-другого разве что. Вывод? А очень простой.

Если всё так, как всегда, неизвестно, почему император вопреки своей привычке лишь пригубил утреннюю порцию кафа... и раз каф почти весь остался в чашке (любимой императорской чашке, между прочим), то неизвестным является и то, откуда столько хорошего настроения взял император. С утра пораньше.

Как-то настораживали всех собравшихся на утреннюю планёрку такие отступления императора от графика. Чего, спрашивается, каждому из подчинённых его величества, включая присутствовавших, ждать дальше? Премию вне очереди или выговор с занесением?

Планёрка вдохнула и морально подготовилась к тому, что с отпусками надо будет крайне скоро повременить во благо империи. Но тут же выяснилось, что настолько весомых жертв император ни от кого требовать и не думал.

— Я недавно, друзья мои, смотрел, как работает наш с вами просветительский отдел. И пришёл... знаете к какому выводу? Нам просто необходимо увеличить посещаемость владыкой Вейдером тех мероприятий с участием подрастающего поколения, что пройдут в этом году!

Император взял в руки любимую чашку. Планёрка выдохнула... почти вся, если не считать Вейдера.

Вейдер-то как раз насторожился ещё больше, потому что график тренировочных и боевых, легион, полигон, да ещё отчётность, да ещё!.. Помедитировать некогда, как прикажете найти время на свежие мероприятия, чтоб их в и без того плотный график втиснуть?

И вообще, он с джедайских времён перед публикой не выступал особо, интервью за него пресс-служба Йоды холоканалам давала и в те времена, он разве что к холографам являлся редко-редко. И снова в бой. Он не умел толкать речи, это не его вообще!

Максимум — что тогда, что сейчас ленточку какую торжественно световым мечом располовинить и пару слов от имени страны в эфир выдать значительно. Дескать, молодёжь, вы наше будущее, мы в вас очень верим, учитесь хорошо, работайте ещё лучше. А император что надумал?

— На мероприятиях-то надо и холографироваться, и говорить!

— Да, владыка Вейдер. Поэтому вы здесь.

Стоп. Это он сейчас... что, вслух о том, как не обрадовался допнагрузке, сказал на тему очередных мероприятий? Императору?!

* * *

— А если я?..

— Не стоит.

— Так может нужно?..

— Не нужно.

— Тогда я лучше...

— А вот это попробуйте. И помните, милорд: улыбайтесь!

Ну да. Потому что улыбка — великий дар Силы, она просачивается в голос и взгляд, улыбку считывают окружающие, даже не видя её, и шлем с вокодером этому не помеха тоже, да. Вроде как.

Придушить штатного дворцового психолога было нельзя даже чуть-чуть, так, чисто для острастки: приказ императора. А психолог из бывших агрокорпусных о том приказе, разумеется, знал. Чем и пользовался на всю катушку. Антикварную, из столичного музея. Политехнического, вроде...

— Спасибо за совет. Постараюсь не забыть.

Кажется, этому шустрому за результативность император посулил копии той катушки и ещё что-то хорошее, что бывший агрокорпусник мечтал применить в своём любимом сельском хозяйстве, и на какой планете только, на каких грядках император откопал такого энтузиаста?..

Дарт Вейдер поглядел на кнопку. Внушительно. Кнопка поспешила нажаться. Экран рабочего информационного планшета мигнул и озарился обновлённым списком всех мероприятий, обязательных к посещению уже завтра. Однако. А трудовая неделя только началась.

Планёрка разбредалась с нежданного коллективного сеанса у психолога, изучая свои руководства к действию, тоже обновлённые. Стоп. То есть... как это? Зачем?

Вейдер помедитировал. Запустил экстренное сканирование родного костюма на предмет скрытых повреждений, особенно в той его части, которая помогала выполнять свою функцию глазам. Строго посмотрел на психолога, только что не лучившегося энтузиазмом в видимом спектре. Увы, не помогло.

Самым первым номером в списке завтрашних мероприятий как числилось, так и продолжило числиться мотивационно-профориентационное, оно же поздравительное выступление по случаю открытия нового корпуса в профильном детском саду имени почему-то не кого-нибудь другого, а К.-Г. Джинна.

И детсад этот, судя по комментарию в графе с пояснениями, старательно посещали дети уважаемых подданных императора. Очень уважаемых. Учёных, конструкторов, военных пилотов-асов, армейских врачей экстра-класса и... дворцового психолога с супругой тоже.

Судя по комментарию в соответствующей графе, по распоряжению самого императора дети бывшего агрокорпусника будут присутствовать на мероприятии завтра и вручат представителю власти, значит, ему, Вейдеру, некий тематический сувенир. Ладно. Детсад — значит, детсад.

— Уважаемый, мне следует как-то особо подготовиться или хватит того, что я похвалю строителей, персонал учреждения и детей, а потом в общих чертах расскажу о том, на кого и где учат в империи?

Психолог улыбнулся. Как будто искренне. Да, Сила подтверждала: на самом деле так.

— Милорд, просто будьте собой. Дети оценят, гарантирую!