Чужая кровь (джен)

Пентаграмм-Сити задыхался в привычном неоновом смоге, который ядовитым облаком висел над острыми шпилями Адских небоскрёбов. Новый, великолепный Отель Хазбин, полностью отстроенный после грандиозных и разрушительных сражений, теперь возвышался над городом как яркий, сияющий символ надежды. Жизнь там била ключом: принцесса Чарли без умолку пела о спасении душ, Люцифер вовсю помогал дочери обустраивать интерьеры, Вагги усердно тренировала постояльцев, а Энджел Даст и остальные пытались разобраться в своих грехах.

Но для Аластора всё это было лишь временной, утомительной декорацией. Внешне он оставался прежним — безупречный красный костюм, элегантная трость с говорящим микрофоном и неизменная, ослепительная улыбка, застывшая на лице. Однако внутри него, скрытая от чужих глаз, кипела глухая, расчётливая ярость. Тот тайный, проклятый контракт, который связывал его по рукам и ногам, всё ещё продолжал душить его изнутри. Недавние события и временное отступление в бою лишь сильнее разожгли в Радио-демоне жажду абсолютной, ничем не ограниченной свободы. В своей финальной песне он пообещал самому себе, что сорвёт эти цепи и станет единоличным хозяином положения. Но для этого нужен был идеальный план. А чтобы думать над ним, Аластору требовалось личное пространство — подальше от удушающего оптимизма Чарли и вечной суеты отеля.

[

Именно поэтому Радио-демон выбрал «Старое радио» — полузабытый, мрачный бар на самой далёкой и грязной окраине города. Это место словно застряло во времени. Здесь пахло вековой пылью, прогнившим тёмным деревом и дешёвым, крепким алкоголем. Из потрёпанного, покрытого царапинами граммофона в углу едва слышно доносился глуховатый, тягучий новоорлеанский джаз 1920-х годов — музыка той эпохи, когда Аластор ещё дышал человеческим воздухом. Завсегдатаи бара — мелкие, ободранные грешники — сидели тише воды, ниже травы. Когда Радио-демон час назад переступил порог заведения, разговоры мгновенно смолкли, а пара демонов у барной стойки едва не подавилась своими напитками. Все они теперь старались даже не дышать в сторону дальнего углового столика, который полностью утопал в густых, клубящихся зелёных тенях.

Аластор сидел у окна, идеально выпрямив спину, словно аршин проглотил. Его длинные пальцы в чёрных перчатках лениво и размеренно постукивали по лакированному дереву стола в такт старинному мотиву саксофона. Перед ним стояла глубокая тарелка с его любимым лакомством — сырым, сочащимся тёмной кровью мясом, а рядом покоился тяжёлый, остро заточенный нож с костяной рукоятью. Радио-демон смотрел в окно, но его взгляд был устремлён сквозь стекло. Его мысли то и дело возвращались к Воксу. Тот самый «телевизионный шут», экранная голова, в последнее время совсем потерял остатки стыда. Вокс заполонил своими дурацкими неоновыми мониторами и шпионскими дронами половину Пентаграмм-Сити, празднуя чужие слабости и транслируя свои дешёвые шоу. Аластор глубоко ненавидел современные технологии, считая их признаком лени и безвкусицы. Но ещё больше он ненавидел, когда эта троица «Ви» — Вокс, Валентино и Вельветт — воображала, будто они могут диктовать правила в Аду. За спиной Аластора его собственная тень то и дело отделялась от стены, скаля зубы в жутком оскале и беззвучно повторяя движения хозяина, словно предвкушая скорую расправу над врагами.

Погружённый в эти мрачные, кровожадные думы, Аластор не сразу заметил, как к его столику приблизился новый официант. Это был крошечный, молодой бес с тонкими, едва отросшими рожками. Паренёк работал тут всего первый день, и судьба сыграла с ним злую шутку, отправив обслуживать самого опасного оверлорда. Бедняга нёс на подносе дополнительный набор жгучих луизианских специй и соусник. От одного лишь приближения к зелёной тени Аластора у официанта перехватило дыхание. Воздух вокруг стола казался ледяным, а из микрофона на трости Радио-демона то и дело исходили едва заметные, пугающие радиопомехи — тихий треск статического электричества, от которого шерсть на хвосте беса встала дыбом. Руки паренька затряслись так сильно, что соусник на подносе зазвенел, а копытца начали нелепо разъезжаться по скользкому, залитому чьим-то дешёвым пивом полу.

— В-ваш... в-ваш заказ, сэр Аластор... — заикаясь, бледнея и едва не плача от первобытного ужаса, пролепетал бес.

Малыш совершил роковую ошибку — он случайно встретился взглядом с алыми глазами Радио-демона, в глубине которых на долю секунды промелькнули радиоактивные циферблаты. От страха у беса подкосились ноги.

Бам! Хрусь! Осколки с оглушительным грохотом разлетелись по всему залу.

Официант нелепо взмахнул руками, теряя равновесие, и со всего маху полетел на пол. Тяжёлый металлический поднос выскользнул и на лету с силой врезался прямо в край стола Аластора. Стол резко качнулся, глубокая тарелка сдвинулась, и острый нож для мяса, подскочив в воздухе, перевернулся лезвием вниз. Он пролетел в какой-то доле миллиметра от запястья оверлорда.

Аластор даже не дрогнул. Его широкая улыбка не уменьшилась ни на один миллиметр, но атмосфера в баре «Старое радио» изменилась за долю секунды. Пространство вокруг стола потемнело, воздух стал настолько тяжёлым и густым, что посетители на другом конце зала начали задыхаться. Из старого граммофона вместо джаза раздался оглушительный, зловещий статический треск, смешанный со звуками криков и помех. Тяжёлый нож с глухим стуком вонзился глубоко в дерево стола, но перед этим его острое, как бритва, лезвие успело слегка чиркнуть по ладони Радио-демона. На металле осталась маленькая, идеально круглая капля густой, тёмно-алой крови. В этой единственной капле бурлила чистая, первозданная демоническая магия колоссальной, вековой силы.

— О, великие оверлорды, пощадите! Пощадите, умоляю, Радио-демон! Я не хотел, оно само, я случайно! — бес сжался в крошечный клубок прямо на грязном полу, закрывая голову руками и мысленно прощаясь со своей никчёмной жизнью. Он был уверен, что прямо сейчас его душу разорвут на радиоволны и пустят в эфир как предупреждение остальным.

Однако, к всеобщему изумлению, Аластор лишь элегантно достал из нагрудного кармана белоснежный шелковый платок. Он мягко промокнул ладонь — крошечная царапина мгновенно затянулась под тканью, не оставив и следа. Оверлорд наклонил голову набок, его шея хрустнула с характерным звуком переключателя каналов, и он тихо, но со зловещим, вибрирующим радио-эхо произнёс:

— Успокойся, мой маленький друг. Ошибки случаются даже у самых исполнительных и старательных работников. Но в следующий раз я настоятельно рекомендую тебе быть аккуратнее... иначе твоя собственная кровь украсит этот замечательный, хоть и староватый интерьер. Улыбайся, малыш, ведь ты никогда не полностью одет без улыбки! А теперь — прибери этот беспорядок.

Аластор плавно, с кошачьей грацией поднялся со своего места, поправил воротник пальто и оставил на столе несколько крупных стодолларовых купюр в качестве чаевых за моральный ущерб. Затем, мерно и глухо стуча своей тростью-микрофоном по половицам, он шаг за шагом растворился в клубящихся зелёных тенях угла. Радио-демон направился обратно в Отель Хазбин, даже не подозревая, что совершил свою самую большую, роковую ошибку за последнее столетие, оставив врагам ключ к самому себе.

...Прошло ровно три минуты. Напуганный бес всё ещё ползал на коленях, дрожащими руками торопливо собирая осколки соусника и рассыпанные специи. В этот момент к покинутому столику бесшумно, словно змея, приблизился странный посетитель. Он сидел в самом тёмном углу бара весь вечер, притворяясь мертвецки пьяным и уткнувшись лицом в стол. Но на самом деле этот демон не сводил напряжённого взгляда с Радио-демона. На шпионе был длинный, наглухо застёгнутый кожаный плащ, а глубокий капюшон полностью скрывал черты его лица. Лишь под рукавом на его правом запястье едва заметно и ритмично мигал неоновый синий браслет с эмблемой в виде латинской буквы «V».

Этот шпион ВоксТек выслеживал Аластора целую неделю, буквально шагая по его следам. Он каждую секунду рисковал своей жизнью, прекрасно понимая: если Радио-демон заметит слежку, от шпиона не останется даже мокрого места, а его душа будет вечно страдать в радиоэфире. И вот — такая невероятная, фантастическая, просто безумная удача. Сама судьба преподнесла ВоксТеку этот царский подарок из-за неуклюжести маленького беса.

Дрожащими от дикого восторга, адреналина и страха руками шпион быстро залез во внутренний карман плаща. Он достал оттуда стерильную, герметичную стеклянную капсулу и специальный вакуумный микро-пинцет. Действуя невероятно чётко, быстро и аккуратно, чтобы не упустить ни единого микрона драгоценной субстанции, он собрал свежую, ещё тёплую кровь Аластора прямо с лезвия ножа и надёжно запечатал капсулу. Резервуар тут же подсветился слабым алым сиянием — магия Радио-демона сопротивлялась заточению.

Враги Аластора наконец-то получили то, о чём не смели даже мечтать — его чистый генетический код и мощнейшую магическую эссенцию. Шпион хищно и широко улыбнулся под капюшоном. Вокс заплатит ему миллионы за этот трофей, а империя «Ви» наконец-то получит идеальное, сокрушительное оружие против своего злейшего врага. Схватив капсулу, шпион быстрыми шагами бросился к выходу из бара и мгновенно растворился в тёмных, залитых неоновым светом переулках Пентаграмм-Сити, направляясь прямиком к гигантской, сияющей телебашне ВоксТек.