История об «Истории» (джен)

Танюшке пять. Она уже давным-давно выучила все буквы, умела читать слоги, но всё никак не могла понять, как из этих слогов слова получаются. И вот недавно словно лампочка в голове зажглась: всё оказалось так просто и понятно, что Танюшка до сих пор удивляется, как это она раньше не понимала.

Деловито перебирая, что бы такое почитать, она тащит из шкафа толстую-претолстую книжку без обложки. Конечно, они с Оленькой и раньше любили полистать эту книженцию, ведь в ней много картинок. Но теперь Танюшка может пока медленно, но вполне понятно прочитать подписи под ними.

Она укладывается животом прямо на палас и открывает книжку.

— «Мамонт», — читает и рассматривает чёрно-белого лохматого слона с огромными то ли клыками, то ли рогами. Нет, рога из макушки же растут: Танюшка знает, она видела соседских рогатых коз, которых зовут почти всех Катьками да Машками. А у этого мамонта на макушке только волосы, то есть шерсть. Значит, клыки? Клыки же во рту бывают: как раз подходит.

— Мам, смотри: мамонт, — оглядывается Танюшка на сидящую у окна маму, которая что-то зашивает на папиной рубашке.

— Угум, — не глядя отвечает мама и тут же спохватывается: — Ты опять «Мировую историю» вытащила? Она же тяжеленная. Спросила бы, я бы тебе её достала.

— Ты же занята, а я и сама могу, — деловито отвечает гордая собой Танюшка. — А как у мамонтов клыки называются? Я забыла.

— Бивни, Танюш. Между прочим, их до сих пор в земле находят и сразу в музеи отдают, чтобы люди смотрели и удивлялись, какие мамонты огромные были, — улыбается мама, расправляя зашитую рубашку.

— Как слоны? — уточняет Танюшка.

— Больше! — Мама ложится на пол рядом с Танюшкой и смотрит вместе с ней на мамонта. — Смотри, это древние люди. Они на мамонтов охотились.

— Убивали? — морщится Танюшка. Мамонтов ей жалко, они пушистые.

— Ну, им же надо было что-то есть, — вступается мама за древних людей. — Ты ведь мясо любишь. Вот и они любили.

— Пускай бы тогда кур держали и поросят, — хмурится Танюшка.

— Они ещё не умели, — смеётся мама и перелистывает несколько страниц. — Вот, смотри, тут у них лошади появились и другие животные. Видишь, сколько времени прошло, пока люди приручили их?

— А мамонтов они есть перестали?

— Мамонты к тому времени уже вымерли.

— Как это вымерли? — не понимает Танюшка.

— В этой книге про это написано. И как динозавры вымерли, и как мамонты, и вообще про всё. Ты теперь читать умеешь, вот и почитай, — хитро усмехается мама.

— Я столько пока не умею, — дуется Танюшка.

А чего мама над ней смеётся? Знает же, что она медленно читает, а в книжке вон сколько написано и всё такими меленькими буковками, что аж в глазах рябит.

— Как раз и потренируешься, — говорит мама. — Я тоже, как ты, в пять лет читать научилась. Знаешь, сколько книжек перечитала?

— Сколько? — предвкушает Танюшка интересный рассказ.

— Много. Бывало, убегу в сад с книжкой и весь день читаю. Было у меня заветное местечко под кустом крыжовника. Расстелю покрывало прямо на землю, сяду — и не слышно меня, и не видно, — вспоминает мама. — Книжек у нас много было. Отец их по почте выписывал. Очень любил читать. Полные собрания сочинений Майн Рида, Голсуорси, Дюма. «Большая советская энциклопедия» тоже была. И вот эта «История древнего мира» в двух томах.

— А почему у нас только один? — спрашивает Танюшка. Она ничего не знает о Майн Риде и Дюма, но «История древнего мира» — вот она. Хоть и без обложки, но странички целые: хоть читай, хоть картинки смотри. Наверняка второй том такой же интересный был, как этот.

— Пропала вся отцова библиотека, — грустно улыбается мама. — Мне восемь было, когда он умер. Болел долго — старенький был. А мы потом переехали — мама так решила. Дом закрыли, книжки на чердаке сложили. Только на новом месте не прижились. Вернулись, а в доме воры побывали. От всей библиотеки остались только один том «Истории древнего мира», словарь русского языка — вон тот толстый, в коричневой обложке, да два тома из собрания сочинений Голсуорси. Уж не знаю, почему их не взяли, но они для меня теперь настоящая реликвия, ведь это всё, что у меня от папы осталось.

— Жалко, — чуть не плачет Танюшка. Как бы она хотела, чтобы вся дедушкина библиотека сейчас в их шкафу стояла! Если хотя бы половина книг в ней были такими же интересными, как эта, Танюшка была бы самая счастливая. Мама всегда говорит: «Книга — самое лучшее, что придумали люди». И Танюшка с ней совершенно согласна.