Очистка (джен)

Первые солнечные лучи скользнули по стеклянным небоскребам. Мегаполис медленно просыпался, встречая очередной летний день. Улицы загудели, наполняясь машинами и людьми.

Сэм шел по тротуару не спеша, скользя взглядом по лицам бегущих навстречу людей. Ни единой эмоции. Ни страха опоздать, ни раздражения на необходимость обходить медленно бредущего Сэма и уворачиваться от других людей, ни усталости. Ничего. Равнодушные стеклянные взгляды. Сэму не нравился этот город, его стерильность и холодность. Километры бетона и стекла без намека на жизнь. Но Сэму нужны были деньги, и он приехал в этот город с другого конца страны, чтобы стать «мусорщиком». Именно так называли некоторых сотрудников крупнейшей корпорации «Аэтерна Дженетикс», создавшей технологию ДНК-накопителей. Любой желающий мог заплатить за то, чтобы стереть из памяти неугодное прошлое. И таких желающих оказалось много. Безболезненная и быстрая процедура под названием «Очистка». У человека забирали все — боль, страх, переживания, обиды, несбывшиеся мечты. Люди перестали сожалеть о прошлом. Его попросту у них больше не было. Они стали «легкими», но абсолютно равнодушными. А вся их скорбь и душевные раны превращены в густую неоново-янтарную жидкость, запечатаны в герметичные капсулы и сброшены в подземное хранилище под огромным и таким же стеклянно-стерильным зданием «Аэтерна Дженетикс».

Именно в этом хранилище и работали «мусорщики».

Сэм прошел через автоматические двери, на секунду задержался у служебного лифта, ожидая, когда биометрический сканер считает его личность, и шагнул внутрь. Сэм мысленно называл этот лифт порталом в прошлое, потому что та стерильность, поглотившая мир наверху, полностью отсутствовала под землей. Огромные ржавые гермозатворы, гул вентиляции, сырость, полумрак, старая аппаратура и давно требующая замены электропроводка. Так выглядели все секторы хранилища. Сэм работал в Секторе D. Корпорация вложила огромные деньги в изменение жизни мегаполиса, но совершенно не заботилась о том, в каких условиях хранится его прошлое. И причина этому — никто и никогда не возвращался сюда с целью забрать свою прожитую боль.

Сэм переоделся в плотный защитный костюм и прошел в операторскую, кивнул коллеге-«мусорщику», глянул на многочисленные мониторы и датчики и вышел на смотровую площадку. Перед ним высотой в несколько десятков метров высились стеллажи, заполненные светящимися капсулами. Кладбище прошлого.

Работа Сэма заключалась в том, чтобы следить за сохранностью всех этих уже никому не нужных воспоминаний. А он часто думал, есть ли у корпорации резервное хранилище, ведь рано или поздно здесь совсем не останется места. Вот только он не знал, что нехватка места в хранилище — совсем не то, чего надо опасаться или из-за чего переживать. Как и не знал, что сегодняшняя смена станет последней в корпорации.

Халатность «Аэтерна Дженетикс» по отношению к своему подземному оборудованию сыграло с ней злую шутку. Давно вышедшие из строя датчики не дали сигнал о коротком замыкании, а отключенная система пожаротушения не пресекла катастрофу. Возгорание началось в секторе С, но когда его обнаружили, спасти ситуацию было уже невозможно.

Неизвестно, знали ли корпораты о том, что произойдет с ДНК-накопителями под воздействием высоких температур, но Сэм, застыв возле эвакуационного выхода, сквозь линзы маски наблюдал, как быстро лопаются капсулы, как сразу же закипает тягучее жидкое прошлое и как неоново-янтарный дым устремляется в вентиляционные шахты. Система дымоудаления — единственное, что исправно работало, но это и оказалось ее главным минусом.

Выбежав на улицу, Сэм замер в ужасе, глядя на воцарившийся там хаос. Неоновый туман быстро окутывал улицы, и вместо привычного гула машин они наполнились криками и плачем. Огонь уничтожил все, что годами прятали под землей, и превратил память в бушующую стихию. Город окутал психоз, и прошлое вернуло свои права.

Успешный бизнесмен рухнул на колени прямо в лужу, бросив туда же свой дорогой портфель, и завыл, истошно зовя мать, которую бросил несколько лет назад ради карьеры.

Девушка с ненавистью оттолкнула от себя парня, вспомнив в ДНК-тумане о его предательстве.

Прошлое, запертое в молекулярные цепи под землей, обрело полную власть над настоящим. И холодная стерильность мегаполиса рухнула под его напором. Машины врезались друг в друга, водители выскакивали из салона, переживая каждый свою трагедию. Настоящие живые эмоции врывались в память людей, заставляя их вспоминать, чувствовать и переживать то, что они из себя «вырезали».

Постепенно крики стали затихать, превратившись в плач. Прошлое не уничтожило людей — оно вернуло им человечность.