Стивен Моффат и его «сильные» женщины (джен)

В первом — четвёртом сезонах, во времена шоураннерства Рассела Т. Дейвиса, спутницами Доктора становились самые обыкновенные девушки. Они занимались простой ничем не примечательной деятельностью, проживали скромные и в чём-то скучные человеческие жизни, проходили через бытовые заботы, хорошо знакомые нам самим, а окружали их такие же обычные люди: мамы, дедушки, бойфренды. Хотя обыденное рутинное существование наших героинь и тяготило, покинув свои дома, девушки не забывали о семьях, но что самое главное, они не оставались статичными персонажами и постоянно менялись (в лучшую или худшую сторону — не столь важно). Спутницы времён РТД взрослели, росли, развивались (а в чём-то деградировали), влияли на Доктора, меняли своё окружение и жизни чужих людей, встречающихся им во время путешествий. Спутницы первых ньюскульных сезонов проживали свои банальные человеческие жизни, а другими словами, прописывались своим создателем отнюдь не как крутые персонажи фантастического сериала. Роуз, Марта и Донна всегда оставались людьми, и именно за человечность первые ньюскульные спутницы Доктору и понравились, а в ТАРДИС он их позвал, оценив за достоинства, присущие каждой из героинь: доброту и милосердие, высокий интеллект и упорство, смекалку и оригинальное мышление.

В противоположность спутницам Девятого и Десятого, Эми Понд, первая компаньонка Одиннадцатого, с самого начала была показана как необычная во всём девушка, характеризующаяся в первую очередь через проявляющиеся вокруг неё аномальности и странности, яркие события, которые с ней то и дело происходили, и неординарных людей, с нею связанных. Резкий переход от одного типа спутниц к другому можно считать ознаменованием новейшей эры сериала «Доктор Кто», выделяющейся особым прописыванием персонажей и их взаимоотношений, что ещё ярче проявилось в историях других женских персонажей Стивена Моффата — Ривер Сонг и Клары Освальд. Учитывая подход Моффата к сериалу, со стороны зрителей вполне логично восприятие Эми не как простой девчушки из шотландской глубинки, воплощающей собой публику сериала, а как героини, во всём далёкой от нас. Эми столкнулась с загадочной трещиной в стене дома ещё в детстве, чем и привлекла внимание Доктора, так что она никогда не была простой девочкой. Амелия всегда являлась одной из избранных, и Доктор, по его собственным словам, пригласил её путешествовать с ним отнюдь не потому, что увидел в Эми интересного человека со своими достоинствами, а потому, что он захотел раскрыть загадку необычных трещин. Конечно, за время совместных путешествий Эми и Доктор успели друг друга узнать, и мы могли бы сказать, что пусть привлекли Одиннадцатого и трещины в доме Пондов, но в итоге он сблизился с Амелией как с человеком и полюбил её за то, какой она была сама по себе, однако в шестом сезоне Моффат подчеркнул, что главной причиной приближенности Эми к Доктору являлось совсем не то, что она ему нравилась.

Эми не какой-то там обычный человек, а, ни много ни мало, родственница Доктора, и если связанной с ней тайной она заслужила того, чтобы вступить на борт ТАРДИС, то того, чтобы именоваться исключительной, Амелия заслужила своими родственными связями. Чего уж там, дочка Пондов появилась в сериале раньше них самих, и всевозможные парадоксы буквально притянули Одиннадцатого к дому его будущей тёщи, чтобы уже случившиеся события наверняка произошли, то есть, в роли Эми в жизни Доктора не было ничего из того, что бы зависело от неё лично, и она не сама сделала себя значительной фигурой, вроде того, как Роуз самолично стала Злым Волком, и играла во всех происходящих с ней событиях подневольную роль. Единственным элементом нормальности в истории Пондов всегда оставался Рори, и даже характер Эми Моффат выстроил вокруг травм, которые случились с ней из-за глобальных событий, отнявших у Амелии родителей, а потом и влияния Доктора, внезапно упавшего на её сад с небес, а потом так же внезапно пропавшего на долгие-долгие годы, но уже успевшего оставить в сердечке впечатлительной девочки след. Как видим, последнее сближает Амелию с фигурой Ренетт, да и сама её история сюжетно строится ровно по тому же сценарию, что в случае с мадам де Помпадур, вплоть до влюблённости девочек в странного незнакомца Доктора, которую они пронесли в себе до взрослого возраста, и безумной озабоченности женщинами мужчиной, позднее перекинувшейся Моффатом и на Мэлс/Ривер.

Любопытно, но психологические травмы Амелии — как детские, так и более поздние, связанные с отнятием у Пондов дочери, Стивен Моффат не преподносил в своих интервью как характеризующие саму суть Эми Понд и влияющие на то, какой она становилась из сезона в сезон. Главной аркой Эми-Амелии стала её женственность, стереотипно интерпретированная мизогинично настроенным мужчиной-сценаристом. Говоря о чертах характера Эми, Стивен Моффат описывал свою героиню прежде всего как особу сексуальную, циничную, гордую и наглую. То, что многие фанаты Понд относят все эти черты характера к силе и независимости, а также подмечают якобы самостоятельность героини, очень странно, ведь на самом деле Амелия с самого начала и до конца оставалась персонажем-функцией. При этом сексуальность, как я понимаю, у сценариста стояла на первом плане, если обращать внимание на поведение Эми в пятом сезоне и смотреть на деятельность, которой она занималась. Не знаю, как вас, а вот меня в своё время испугал резкий переход от приятной девочки к нарочито сексуализированной взрослой особе, и я до сих пор не в восторге от того, как была изображена и сыграна Эми Понд, особенно в пятом сезоне. Спутница Одиннадцатого щеголяла все сезоны с ярким макияжем и непременно в коротких юбках, бросалась с поцелуями, дабы сразу перейти к делу, к Доктору, перед свадьбой с бойфрендом Рори, да и во время свадьбы с уже мужем Рори тоже, до самого конца седьмого сезона зарабатывала деньги исключительно на внешности, а если обобщать, исполняла вполне себе нормальную и ни капли не оскорбительную функцию — привлечение к сериалу мужчин, и это после того, через какое развитие провёл Рассел Т. Дейвис образ спутницы.

Простите, но столь настырные, наглые, а к тому же язвительные и грубые персоны, какой изобразили Эми, а до этого и Ривер Сонг, обычно от себя отталкивают. Кроме того, на дворе уже двадцать первый век, поэтому то, что в моффатских сериалах женщины нужны исключительно для фона и ублажения мужчин — ненормально. Особенно омерзительно то, что Эми Понд сделали главной героиней семейного шоу, которое смотрят дети. Я бы очень не хотела, чтобы маленькие девочки брали с Эми пример, а мальчики смотрели через неё на то, чем могут заниматься женщины, и впитывали от мудрого дядюшки Стивена его однобокие взгляды на то, как женщины должны рассматриваться и восприниматься мужчинами. То, что в спутнице то и дело выделялись одни ноги, и все персонажи, включая Доктора, отпускали в её сторону сальные шуточки, определённо указывает на то, что главной чертой Понд всегда оставалась её сексуальность. Подобное отношение к ней говорит о том, что героиню не уважали ни Доктор, ни создатель Эми, тогда какое отношение к Понд ожидается от зрителей? Если говорить о первоначальной профессии Эми, то, по моему мнению, киссограмма — не самая лучшая деятельность для главной героини семейного сериала, особенно если учитывать, что мы говорим о девушке сообразительной, уверенной в себе и с пробивным характером. Я не могу называть сексуализированную героиню независимой и сильной и хочу поставить Моффату жирный минус за сексизм и попытку показывать подобные виды деятельности как нормальное явление, особенно если учитывать, что он даже не попытался раскрыть героиню как самостоятельного самобытного персонажа, сделать её редким исключением из правил и доказать зрителям, что в сомнительных профессиях, традиционно направленных на получение удовольствия мужчинами и эксплуатирующих женщин, нет ничего плохого, а в наше время, как известно, проституцию принято нормализовать и даже романтизировать.

Перейдём от внешности Амелии к её характеру. Если обратить внимание на одни из выделенных Моффатом черт, присущих героине, то можно задаться вопросом, почему Эми Понд из доверчивой девочки превратилась в циничную и гордую девушку и что на неё так повлияло, что Амелия, повзрослев, стала заниматься весьма странной деятельностью и объективировать себя. Как я уже заметила выше, во-первых, Амелия Понд потеряла родителей. Вероятно, одиночество и отсутствие родительской любви привели к тому, что у девочки закалился характер, однако вместе с тем в ней развились неуверенность в своих способностях, отсутствие веры в лучшую и более достойную жизнь и тотальное неуважение себя как личности. Во-вторых, Амелию бросил чудак, свалившийся к девочке с неба, чтобы помочь ей в беде, хотя он и пообещал скоро вернуться, и очень быстро успевший стать для девочки воображаемым другом, а остальные взрослые Эми не верили и водили её по психотерапевтам. Логично, что ребёнок после такого потрясения ожесточится и перестанет доверять кому-либо. Можно также предположить, что именно из-за поступка Доктора Амелия, повзрослев, сама начала врать, притворяться, примерять на себя разные роли и изворачиваться. Казалось бы, придираться в данном случае не к чему, а выбор Моффатом странной профессии для Эми даже приобретает дополнительный смысл, но я предлагаю задуматься о том, действительно ли сценаристы показали нам то, о чём они говорили. Доктор к Понд в конце концов вернулся, хоть и спустя долгие годы, и предложил ей отправиться с ним к приключениям, а доверие Эми к Доктору вернулось к концу первой же серии, несмотря на то, что она очень много лет училась жить без него и с самого детства боролась с напрасными надеждами и ожиданиями, омрачившими её взросление и сделавшими той, кем мы её знаем.

Замечу, что доверие к другу держалось в Эми вплоть до финала шестого сезона, пока сам Доктор не сказал спутнице, что ей не нужно держаться за свою веру в него и думать, что он может всегда всех спасать. Эми игнорировала эгоистичные поступки Одиннадцатого, когда он думал только о себе и бросал спутников на долгие годы. Она не обращала внимания на то, что из-за него они с Рори неоднократно попадали в опасные для жизни ситуации, и не замечала того, что далеко не всем участникам событий, в которые то и дело окунались Доктор со спутниками, удавалось выбираться из передряг здоровыми и живыми. Эми проигнорировала даже то, что из-за Доктора она потеряла свою дочь и так и не смогла её вернуть. Казалось бы, сколько ещё нужно было жертв, чтобы Амелия наконец перестала верить в Доктора, из-за которого она вроде бы и стала недоверчивой? Почему шоураннер самому себе противоречил, и куда подевалась пресловутая подозрительность Понд, стоило ей только стать спутницей Доктора? Не менее напрягающей, чем непоследовательное и нелогичное прописывание персонажа, вещью является сюжетная дыра арки Понд: после возвращения родителей и заново прожитой жизни, до того как вспомнить Доктора, для Эми было бы естественным измениться, однако значительных изменений в характере героини за масштабными событиями не последовало. Эми в начале пятого сезона и Эми в шестом сезоне оставалась одним персонажем, и отличий в повзрослевшей Понд от младшей нам не показали, хотя героиня столкнулась с чудесами, спасением любимого человека и возвращением Доктора. В конце концов, Эми выросла в тёплой дружественной обстановке, и уже потому она должна была вырасти во второй раз совсем другим человеком.

Но нет, спутница не изменилась, не выросла как персонаж и осталась всё той же задиристой Понд. Видимо, для шоураннера не было важным двигать персонажа вперёд и менять его в лучшую сторону. Будь для Моффата важна в первую очередь душа Эми, а не её тело, и в шестом сезоне мы бы имели дело с совершенно другим человеком. Здесь можно справедливо заметить, что противоречивое прописывание и отсутствие развития персонажа некорректно смешивать с сексизмом. Я предлагаю посмотреть на роль героини в отдельных сюжетах, чтобы прийти к однозначному мнению относительно Эми. И вот здесь мы подходим к проблеме: а показали ли нам хоть один эпизод, в котором Эми действовала самостоятельно и всех спасала? Парочку серий, в которых спутница смело дралась с врагами и проявляла независимость, припомнить, конечно, можно (например, «Проклятие чёрной метки»), однако в основном Эми Понд лишь помогала Одиннадцатому, возвращала его воспоминаниями или ждала, когда он всех спасёт. Я не буду отрицать того, что у Эми были минуты озарения и она высказывала толковые мысли или подмечала важные детали, что имело место сразу в нескольких сериях пятого сезона («Зверь внизу», «Победа далеков»), но всё-таки подчеркну, что чаще всего Понд оставалась на подпевках у Доктора, а ярких серий, раскрывающих её одну, за три сезона снято так и не было. Зато мы можем вспомнить эпизоды, в которых Эми находилась в опасности и ничего не могла сделать самостоятельно, оставаясь полностью беззащитной и зависимой от действий других людей («Плоть и камень», «Хороший человек идёт на войну»). Одно прозвище героини — «Девочка, которая ждала», само по себе указывает на её пассивность.

Соответствующей первоначальным словам шоураннера, то есть циничной и независимой, Эми была показана лишь раз: в серии под названием, какая ирония, «Девочка, которая ждала». И, да, то была уже совсем не девочка, а женщина, в очередной раз оставленная Доктором. Женщина, которой долгие годы приходилось подстраиваться под неблагожелательную обстановку и с трудом выживать в одиночестве. Женщина, потерявшая веру в кого бы то ни было и пытающаяся защититься и оградиться от других людей за стеной, построенной из колкостей. Стоит ли говорить о том, что этой Эми пришлось пожертвовать собой и умереть, а та девушка, которая только попала в опасность, не изменилась и ничего не осознала? Сравнивая характер и поведение молодой спутницы и повзрослевшей Эми, которая через многое прошла и чего только ни пережила, будет неправильно говорить, что за два с половиной сезона Понд совсем не изменилась. Жаль только, что основные изменения героини были связаны с тем, что для Стивена Моффата было важным показать нам Амелию Уильямс, ибо взросление, по его мнению, заключается в гетеросексуальном браке и становлении женщины матерью, о чём шоураннер говорил сразу в нескольких выпусках документального сериала "Confidential". Примечательно, что изначально Понд не особо желала брака с Рори и детей (в чём призналась сама в эпизоде «Выбор Эми»), но на её желания шоураннер благополучно наплевал. Не хотеть замуж и детей, по мнению Моффата, неправильно, ведь замужество и материнство — единственная цель каждой, цитируя интервью Стивена, женщины. При этом сценаристы не показали осмысления Эми себя и самостоятельного принятия семейной жизни, что могло бы немного сгладить её нравоучительную арку.

Ещё более примечательно, что отношения героини с мужем до самого финала оставались токсичными и построенными на тотальном недоверии друг другу, а значит, нам не показали успешного и счастливого брака, который можно было бы ставить всем в пример и романтизировать. Примечательно и то, что Эми Понд так и не смогла, и даже не попыталась, выстроить со своей обретённой дочерью хоть сколько бы адекватные отношения, то есть, не превратилась в фигуру матери, какой мы её понимаем в обычной человеческой жизни. Несмотря на это, в седьмом сезоне незнакомые Эми персонажи, не имеющие понятия об её личной жизни, называли девушку матерью, хотя Амелия только родила, но не воспитала Мелоди, а потому матерью являлась лишь условно, став ей по-настоящему — и на словах, и на деле, только после усыновления второго ребёнка, то бишь за кадром. На что всё это указывает, помимо зацикливания сценаристами на самом факте, что Эми являлась женой и матерью, и главных, по мнению Моффата, ролях, которые «обязана» исполнять каждая женщина? Ведь если бы брак и дети стали важны для самой Эми, а не были важны для её создателя, то тогда и арка Пондов прописывалась бы совсем иначе и сценаристы фокусировались прежде всего на желаниях и изменении мышления незрелой поначалу Эми Понд, а не ставили зрителей перед фактом, что Амелия Уильямс — это правильная версия девушки, какой она должна была стать, чтобы выступать для юных зрительниц примером. Да никто бы в таком случае и не говорил о том, что одна версия Эми лучше другой. Мы бы просто увидели её взросление и сближение с Рори, а шоураннер сказал через их совместную арку, что пугающую поначалу семейную жизнь необязательно рассматривать как тяготящее и во всём ограничивающее тебя препятствие.

По иронии, в интервью Моффат как раз таки очень любит говорить о том, какой кабалой он воспринимает семейную жизнь, особенно для мужчин, а в таком случае становится не совсем понятным, зачем он тогда обрекает своих персонажей на подобную участь и для чего навязывает детям традиционные модели отношений. Ну а вся суть сюжетной арки Эми Понд в пятом и седьмом сезонах, увы, свелась к тому, что сначала Эми жила одним Доктором, а потом всю себя посвятила Рори, то есть выполняла те роли, которые ожидаются от женщин мужчинами, а не делала то, чего хотела она сама. Здесь я подчеркну, что не вижу ничего плохого в романтике и не воспринимаю Рори как самого ужасного избранника на свете. Мне всего лишь не нравится, с какой стороны Стивен Моффат преподносит супружеские отношения, не показывая состоящих в них людей в зрелой роли, что касается и брака Пондов, и брака Доктора с Ривер, и как он зацикливается на репродуктивной функции женщин. Если изначально роль девушек в его сериалах сводится к привлечению мужского внимания флиртом и манерностью, заканчивающееся набрасыванием на всех мимо проходящих представителей противоположного пола, что коснулось не только Эми, но и других героинь этого сборника — мадам де Помпадур и Ривер Сонг, то потом Стивеном активно продвигается мнение, что женщины непременно должны становиться жёнами и матерями. Что показательно, Эми захотела развестись с Рори, потому что она больше не могла стать матерью. Я считаю продвижение подобных проблем в семейном сериале неправильным, особенно если они толком не раскрываются и решаются вмешательством третьего лишнего, в нашем случае Доктора.

В качестве вывода можно сказать, что, при всей своей яркости и потенциальности, героиня Карен Гиллан, Эми Понд, так и осталась спутницей, наделённой определёнными чертами характера лишь на словах, но не на деле⁽¹⁾. В основном якобы присущие Амелии качества не играли в эпизодах большой сюжетной роли, не двигали героиню вперёд и не развивали персонаж на протяжении целых трёх сезонов. Со стороны, из-за наглого поведения девушки и её уверенного поведения, первая спутница Одиннадцатого может показаться сильной и независимой, но на деле её характеризовали, описывали и показывали прежде всего как сексуальную девушку с длинными ногами, мать и жену или даму в беде, но не героиню самостоятельную и самобытную. Мы можем только жалеть, что Эми Понд не повезло со своим создателем, ведь обладающая огромным потенциалом Амелия заслуживала большего, а совместная арка Пондов могла быть показана совсем с другой стороны и не восприниматься такой токсичной, нездоровой и морализаторской, какой она вышла в реальности. Ведь видели мы в Эми Понд и живой нрав, и упорство, и сообразительность, а временами даже проблески гениальности. Видели Эми, проходящую через столько ломающих её событий, но непременно встающую и пытающуюся как-то адаптироваться под обстоятельства. Видели, что маленькая задорная Амелия Понд имела всё для того, чтобы прожить ту блестящую жизнь, какую ей пророчил Доктор, уже после отмены произошедших с ней однажды трагических событий, и вырасти как персонаж, человек и женщина — исцелившаяся, зрелая, самостоятельная, ни от кого не зависящая и не нуждающаяся в том, чтобы мужчины диктовали Эми, как она должна выглядеть, вести себя и жить. Но вот самостоятельности и независимости Эми Понд как раз и не подвезли, увы.

1) Эту статью я бы назвала продолжением своего анализа спутницы. Очень много аргументов, которых вам могло не хватить, и детальное рассмотрение отсутствия развития характера Эми Понд можно найти здесь: https://ficbook.net/readfic/3010056/7947312. https://ficbook.net/readfic/6459378/18007743; https://ficbook.net/readfic/6459378/28051019 — а здесь есть мои более поздние рассуждения о сексизме в нью-ньюскуле «Доктора Кто», в которых парочка абзацев посвящены и Эми.

Вернуться к тексту