Братья по магии. Точка отсчета (джен)

Саша попытался проморгаться. Что за гаррипоттер, блин! Так, нужно успокоиться, просто перечитал фанфиков, только и всего. Что последнее он помнит, реально помнит? Была лекция, он подошел по поводу списка дополнительной литературы, потом пошел на семинар… Он упал на лестнице и сейчас, вероятно, в коме. А мозг рисует картины из любимого фандома. Ну ничего, его вылечат.

«И тебя вылечат», — подумал Саша о мальчугане, обеспокоенно глядевшем на него. Лохматый, черноволосый, под челкой шрам? Спрашивать об этом, как Уизли, Саша не стал бы ни за что на свете, если бы это было в реальности. Но он же в своем внутреннем мире? Тут можно что угодно напридумывать.

— Что у тебя болит? — спросил Гарри. Потенциальный друг явно плохо сознавал, где находится.

Акимов осторожно сел. Голова болела, но уже терпимо. И еще хотелось в туалет. У лежащего в коме могут быть такие желания? А что, если он не в коме, а просто ненадолго потерял сознание, и, облегчившись здесь, он обделается там? Однако терпеть было уже невмоготу, и Саша решил отправиться знакомиться с Тревором.

Поднявшись, он споткнулся о чемодан. Такой валялся у дедушки в деревне на чердаке. На чемодане химическим карандашом было написано по-английски: «Alex Grey».

У Акимова, пробирающегося по коридору вагона, возникло два, вернее, все же три вопроса. Чей это чемодан? Кто такой Алекс Грей? И на каком это языке с ним разговаривал гаррипоттер? Сашин английский был хорош, он честно получал по нему пятерки, но, когда был пару раз за границей (так, ничего особенного, Турция-Египет), вряд ли смог бы так легко все понимать.

Найдя, наконец, туалет, Саша использовал его по прямому назначению, испытывая странное ощущение неправильности своего тела. Стоило ему взглянуть в зеркало, как он увидел несомненно себя, но в возрасте своего одиннадцатилетнего младшего брата. Чушь, ему семнадцать! Но отражение и ощупывание говорили другое.

Вместо строгого серого костюма, купленного для занятий в универе за немаленькие по меркам их семьи деньги, на нем была дешевая клетчатая рубашка и коричневые грубые брюки. А вот лицо, которое Саша видел в зеркале лет пять-шесть назад, не изменилось. Серые глаза, густые русые волосы, внимательный взгляд. «Только вижу я чертовщину какую-то, — с досадой подумал парень. — Вот сейчас мне Тревор из-под раковины квакнет, и все будет в полном порядке».

Впрочем, жабу он не нашел, как и повода оставаться дольше в туалете. Вернувшись, он застал соседа по купе разбирающим тот самый чемодан.

— Я решил заранее достать твою мантию, — извиняющимся тоном сказал мальчик. — Не подумай только, что я хотел без спроса покопаться.

Саше было все равно, что там происходит с чемоданом этого Алекса Грея, хотя… Попутчика он продолжал понимать без проблем, в купе, кроме них двоих, никого не было, а зовут его Александр, или Alex!

Саша принялся лихорадочно рыться в чемодане. Несколько одинаковых рубашек и штанов наподобие тех, в которые он сейчас одет, белье, все совершенно новое, даже с этикетками, судя по цене и качеству, ни разу не Хэрродс, бумага, свернутая рулончиком…

Через секунду Саша Акимов, осознавший, что в этой нереальной реальности он теперь Алекс Грей, таращился на пресловутое приглашение из Хогвартса, помеченное четырьмя дикими животными. Заместитель директора Макгонагал писала на имя этого мальчика, зачисляя на первый курс.

Саша (для окружающих Алекс) уставился на теперь точно Гарри Поттера. Похоже, его внутренний мир, привидевшийся в коматозном состоянии, был чрезвычайно богат.

Винить в этом можно было только себя. Отличник Саша любил читать. Поначалу к Гарри Поттеру он относился довольно индифферентно, ну, посмотрел кино, и книги прочитал. С детства Саша обожал «Звездные войны», посмотрел по многу раз все фильмы и мульты, потом стал читать все относящееся к теме. В старших классах, читая фанатские произведения (любимый герой — Энакин), он как-то наткнулся на кроссовер с Гарри Поттером. И все завертелось…

* * *

Поттер был смущен, но не обескуражен. Алекс не отвечал вообще ничего, но он, Гарри, не отступит. Грей его потом простит за навязчивость; сейчас любой ценой нужно доказать свою полезность. Тогда Алекс посмотрит на него, когда станет решать, с кем дружить.

Этот мальчик казался Гарри похожим на тех детей, с родителями которых тетя Петуния и дядя Вернон хотели водить знакомство. Весь такой чистенький (ничего, что повалялся на платформе, это в переносном смысле), ухоженный, домашний. Такие, если и останавливали свой взгляд на Поттере, не задерживали его надолго. Как будто он пустое место! Гарри никогда не успевал доказать, что он может преданно дружить. Но сейчас у него есть шанс, и он его не упустит!

* * *

Рон Уизли, разыскав купе, где ехали близнецы, по взрывам хохота, с криком залетел внутрь:

— Вы идиоты! — обругал он Форджей, отмахнувшись от Ли Джордана, пугавшего его тарантулом. — Директор Дамблдор доверил мне подружиться с Гарри Поттером, а из-за вас он теперь будет дружить с тем мальчишкой, которого вы переехали тележкой!

— Не проблема, Рон! — начал Фред (или Джордж).

— Мы их рассорим! — продолжил Джордж (или наоборот).

* * *

Саша все так же молча смотрел на Поттера, размышляя. Гарри ему помог, вот сейчас сидит с видом побитой собаки. Что ему стоит вести себя дружелюбней?

— Hi, Harry, nice to meet you, — с непривычки хрипло ответил Саша, с удивлением осознавая, что только что думал и теперь говорит именно по-английски. Он сказал «Привет, Гарри, приятно познакомиться»!

Гарри повторно протянул руку для рукопожатия, и теперь её стиснула загорелая ладошка нового друга. В этот момент дверь купе распахнулась, и на пороге появился Малфой с парнями. «Ты опоздал, приятель», — злорадно подумал Саша.

* * *

Гарри подумал, что явился еще один претендент на дружбу с Алексом Греем. Богатенький надменный мальчишка не понравился Поттеру еще в магазине. Если Алекс сравнит блондинчика с ним, то выберет, вероятно, себе подобного мальчика из хорошей семьи. Дудки!

Гарри не знал, как выпроводить непрошенного гостя. На рыжего, приходившего до этого, он просто накричал, да еще обозвал парой слов, за которые тетя вымыла бы рот с мылом не только ему, но и Дадли. Но выставлять себя хамом и грубияном перед Алексом он не хотел. Так что же делать? Вдруг Гарри охватило какое-то странное (о, хороший признак!) понимание, что надо делать. Он напрягся…

Драко Люциус Малфой, наследник Малфой, открыл рот, чтобы произнести свою коронную фразу (что-то вроде «Здесь едет Гарри Поттер?»), как его почти белые волосы окрасились в ярко-синий цвет. Крэбб (или его брат-близнец Гойл) потрясенно воскликнул:

— Драко, твои волосы!

Осознав, что произошло, Малфой с криком «Отец об этом узнает!» бросился прочь.