Гринграссы и план Дамблдора (джен)

— Подождите! — раздался чей-то голос. И в зеркале появился... погибший близнец?

— Но как?! — воскликнула Дафна. — Я слышала, он погиб!

— Нет, — ответил Артур, — его поразило заклятие Августа Руквуда. Этот человек когда-то работал в Отделе тайн, а потом сдружился с Антонином Долоховым и Игорем Каркаровым. В результате намешал в заклинаниях разработки отдела тайн, русское волшебство и боевые приёмы Дурмстранга. Руквуд заточил Фреда в зеркале. Позже невыразимцы развеяли часть заклятия, и теперь Фред может перемещаться по зеркалам.

Дафна Гринграсс была в замешательстве. Часть её информации оказалась неверной! Не критично, конечно, но обидно и неожиданно.

— Прежде всего, вы, мисс Гринграсс, писали в письме, что встретиться вас попросил отец. Я поразился тому, что он ни разу не был упомянут по имени. Может быть, вы скажете мне, как его зовут?

Дафна растерялась. Все называли отца лордом, она — отцом.

— Не заставляй её напрягаться, Гарри, — усмехнулся портрет. — Он так часто называл себя "лорд Гринграсс", что позабыл своё настоящее имя — Мартин.

— Ладно, — отмахнулся Рон. — Ты говорила о заговоре, в чём он состоит?

— Это все знают! — горячо сказала Дафна. — Сделать Гарри марионеткой Дамблдора!

Раздался дружный весёлый смех.

— Марионеткой! — отсмеявшись, повторил Гарри. — Все — это нейтралы?

Дафна кивнула.

— Хорошо! Я обещал раскрыть тебе полную картину. Я её раскрою. Когда, по-твоему, началась вся история?

— Тридцать первого октября тысяча девятьсот восемьдесят первого года. Когда Неназываемый, поверив в сфабрикованное пророчество, убил твоих родителей.

— Нет. История началась в тот день, когда я встретился с Сибиллой Трелони в баре своего брата Аберфорта, — сказал портрет. — Она просила у меня возможности преподавать прорицания в Хогвартсе. Я ответил, что собеседования провожу только в замке, а в бар зашёл повидать брата. И тут она произнесла пророчество, что в конце седьмого месяца родится тот, кто сумеет победить Волан-де-Морта. Ко мне подошёл Аберфорт, он сказал, что Северус Снегг подслушал наш разговор. Я понял, он всё расскажет Волан-де-Морту, и не имело значения, настоящее ли пророчество или просто попытка впечатлить меня. Волан-де-Морт обязательно поверит в произнесённые провидицей слова. Я спрятал Поттеров и Долгопупсов, чьи дети подходили под пророчество. Потом ко мне пришёл Северус. Он умолял спасти Лили, только Лили. Что будет с Джеймсом, с Гарри, его не волновало. Мерзкий человек. Я понял: Том ищет Поттеров. Я решил поместить их укрытие под Фиделиус. Чары ставил Джеймс, и я не мог знать, кто является Хранителем Тайны. Сириус Блэк сказал, что это он. Я поверил.

Потом, когда погибли Поттеры, передо мной стояло несколько задач. Первая: укрыть малыша Гарри. Это было непросто. Волан-де-Морт исчез, но его сторонники ещё действовали активно. В волшебном мире его прятать было опасно. И я вспомнил о Лили. Её жертва дала малышу защиту. Я спрятал его у сестры Лили, Петуньи Дурсль. Это также должно было дать ему прививку от головокружительной славы, развратившей бы его.

Вторая задача: покарать пожирателей смерти. Это оказалось труднее. В Азкабан отправились только фанатики вроде Лестрейнджей. Прочие дали взятку и расхаживали с довольным видом повсюду.

— А Долгопупсы? Почему вы не защитили их?

— Я защитил, — жёстко ответил портрет, — но после гибели Поттеров Фрэнк и Алиса решили, что опасность миновала, и вышли за пределы чар. Защищены остались только Невилл и его бабушка.

Третья задача: узнать, что произошло с Поттерами. Я не раз и не два просил встречи с Блэком, но Багнольд, после того дня ходившая всё время пьяной, блокировала мои просьбы. А за ней и Фадж. К Морфину Мраксу, который мне никто, меня пустили, а к Сириусу, одному из близких соратников, нет! Позже мы с Грюмом узнали, что за этим стояли Малфои, которым не давало спать имущество Блэков.

Затем настал девятый день рождения Гарри. Он всё изменил.

Дурсли плохо обращались с Гарри. Поселили в шкафу под лестницей, позволяли своему сыну его бить, морили голодом, использовали как прислугу. Много раз мадам Помфри лечила его, я пытался воздействовать на Дурслей, но всё было бесполезно. Вы спросите, почему не отдал его в другую семью? Защитные чары. И кроме того, куда отдать? У Джеймса было много родственников, но ни один не поинтересовался мальчиком. У Римуса свои проблемы, кроме того, у Римуса его бы отняли и поместили к чистокровным фанатикам. Вашим я не верил...

— Почему?

— Потому, что вы трусы! — закричал Гарри. — Больше Тёмных сил боялись потерять деньги, решили отсидеться в стороне! Нейтралы! Ни с кем, кроме своих, не общаетесь, замкнулись в своём мире. Вас устроит и Волан-де-Морт, лишь бы деньги ваши не тронул. Когда Пожиратели убивали на ваших глазах, вы не вмешивались и равнодушно говорили: это грызня тёмных и светлых! А когда на он обернулся бы против вас? Если он бы в один день пришёл и сказал: "Вы не подчинились — кара вам смерть!"? Вам плевать на всех, кроме себя.

Но продолжим. В тот день меня избили особенно сильно. Дамблдор и мадам Помфри прибыли на Тисовую улицу и забрали меня в Хогвартс. По пути они рассказали мне всё. Когда я выздоровел, то пару недель провёл у Лавгудов.

— У кого?

— Лавгудов. Уизли дружили с родителями слишком близко и были под подозрением. От "Норы" было недалеко. Так я познакомился с Молли и её детьми. Потом директор организовал для меняя проход с Тисовой в дом Уизли и Лавгудов. Так я и жил до одиннадцати — на три дома.

А дальше был первый курс.