Кролик среди волков (гет)

— Поверить не могу, что я умер именно так...

"Хм?.."

Жон озадаченно осмотрелся по сторонам, но вокруг него вращалась лишь непроглядная фиолетовая тьма, что практически полностью сливалась с ночным небом.

"Где я? Что происходит? Откуда раздается этот голос? И почему тут пахнет дерьмом?"

— Где... я?.. — прохрипел он один из так мучавших его вопросов.

— В твоем разуме, — откуда-то сзади ответил ему всё тот же голос.

Жон резко обернулся, готовясь завопить от ужаса, но, внимательно рассмотрев источник голоса, так и не смог заставить себя это сделать.

Перед ним находился мужчина в белой маске и с красными волосами. На его шее виднелась еще более красная, чем волосы, рваная рана. Сам он был одет в черно-красный костюм и отчетливо хмурился, в то время как с пояса свисали пустые ножны.

— Адам?..

— Ты помнишь мое имя. Думаю, это справедливо, раз уж именно ты меня и убил.

"Убил?.. Ой, точно".

В том магазине Праха и вправду произошел печальный инцидент, который включал в себя некоего мужчину, попытку схватить Жона за шею, нож, суматошную борьбу, много крика и совершенно неподвижное тело в самом конце. Просто Жон не успел как следует рассмотреть того, кто на него напал, поскольку был занят вопросом собственного выживания.

— Как ты здесь оказался? — спросил он. — Я что, тоже помер?

— Хотелось бы, — печально вздохнул Адам, заставив нахмуриться уже Жона. — Но нет, ты до сих пор жив. Что же касается меня, то я либо призрак убитого тобой фавна, который отныне вечно не будет давать тебе покоя, либо — что куда более вероятно — плод твоего воображения, вызванный угрызениями совести.

— Это невозможно, — возразил Жон.

— Почему? — поинтересовался Адам. — Потому что ничего подобного просто не может быть? Потому что ты этого, как тебе кажется, не заслуживаешь?

— Нет, — покачал головой Жон. — Потому что никаких угрызений совести я не испытываю.

Адам уставился на него.

— Вот же кусок дерьма...

— Извини, — равнодушно пожал плечами Жон, в очередной раз проявляя вежливость, как его учила мама. — Но хочу напомнить, что ты первым попытался меня убить, и я запаниковал. Нужно ли вообще испытывать угрызения совести за то, что напавший на тебя случайно погиб, когда ты защищался?

— ДА!

— Ну... от меня ты ничего подобного не дождешься.

— Ты... Ты... — прошипел Адам, бессильно хватая воздух руками.

Позади возник свет, с каждой секундой становясь всё ярче и ярче. Жон почему-то сразу же понял, что это означало.

— Похоже, я просыпаюсь, — произнес он.

— Нет, подожди! — воскликнул Адам. — Мне нужно кое-что тебе рассказать!

— Что может мне рассказать плод моего собственного воображения, порожденный некими несуществующими угрызениями совести? — хмыкнул Жон.

Адам открыл было рот, но затем вновь его закрыл.

Мгновением позже яркий свет полностью его поглотил.

* * *

 

— Ох... Мн-н...

Жон поморщился от света, что падал ему прямо в глаза, и попытался прикрыть их рукой. Внезапно обнаружилось, что на его ладони сидел крупный и довольно агрессивный на вид паук.

— А-а-а-а-а!

Паук слетел с дернувшейся руки, приземлился на каменную стену и убежал прочь, пока Жон продолжал визжать, словно девчонка. Все заверения родителей о том, что пауки боялись его сильнее, чем он — их, были наглой ложью, потому что иначе у конкретно этого экземпляра случился бы сердечный приступ.

Стараясь восстановить дыхание, Жон с недоумением рассматривал каменные стены, по которым стекали капельки воды, а также видавший виды навес, что оберегал от влаги его кровать. Ну, положенный на ящики матрас, если точнее.

Это был явно не Ансел.

"Я приехал в Вейл, — сам себе напомнил Жон. — Собирался поступить в Бикон и... Ну..."

Дальше воспоминания казались довольно размытыми, к тому от них отчетливо тянуло ужасом. Белый Клык. Адам. Весьма реалистичный сон, где призрак последнего пытался вызвать у него некие угрызения совести за случайное убийство, совершенное в ходе самообороны...

— Йо, Босс! — окликнул Жона смутно знакомый голос. — Всё в порядке?

Похоже, они находились в одном из помещений канализации — круглом и, к счастью, расположенном на более высоком уровне, чем те, по которым текли сточные воды. Неприятный запах тут тоже присутствовал, но вполне терпимый, а вот дверей не было. Наружу уходил туннель, и в его проеме стоял незнакомый мужчина со смуглой кожей, приветливой улыбкой на лице и круглыми очками на носу.

— Ты кто?.. — спросил Жон.

— Кто? Ах да, маска, — рассмеялся мужчина, поправив очки. — Это я, Перри. Всё хорошо, босс? Я слышал крик.

"Перри. Водитель".

Только по очкам его и можно было попробовать опознать. Одежду он сменил, маска вчера едва ли не полностью закрывала лицо, а капюшон — темные волосы.

"В том-то и состоит весь смысл маскировки, идиот", — напомнил самому себе Жон.

Каких-либо черт фавна у Перри видно не было.

— Паук, — ответил Жон. — Упал на лицо.

Он, конечно, сейчас преувеличивал, но лишь самую малость.

— Ой, да... Прошу за это прощения. Условия проживания у нас не из лучших. Мы постарались сделать так, чтобы крысы сюда не проникали, но остановить достаточно целеустремленного паука нам попросту нечем, — покаялся Перри, с кружкой в руках войдя внутрь помещения. — К счастью, ничего ядовитого в Вейле не водится. Горячего шоколада? Он хорошо помогает избавиться от неприятного привкуса, что появляется после ночи, проведенной в нашем вонючем местечке.

Пусть то, что террорист угощал его горячим шоколадом, еще вчера выглядело бы как полный бред, отказываться Жон не стал. Кроме того, он успел замерзнуть и потому наслаждался и запахом, и вкусом, и ощущением тепла.

— У тебя же нет никаких проблем с пауками, босс? — уточнил Перри.

Жон покосился на него.

— Не более, чем у других, — осторожно ответил он. — А что?

— Ничего. Абсолютно ничего. Всего лишь подумалось, что жить здесь с арахнофобией было бы весьма непросто. Как себя чувствуешь? Вчера ты потерял сознание, в чем тебя, конечно же, никто не винит. Все-таки бой с Адамом, а потом с Охотником. Да еще и приземление вышло не самым мягким, — пробормотал Перри, потерев плечо и поморщившись. — Мы все едва ли с ног не валились после такого.

"После участия в ограблении? Ага. Я чувствую себя просто шикарно!"

А вот мысль о том, что он оказался заперт в канализации наедине с группой террористов, приводила Жона в самое настоящие отчаяние. Впрочем, террористы считали его своим новым лидером, и это... было довольно плохо, разумеется, но открывало кое-какие перспективы.

"Надо немного им подыграть, пока меня не выведут на поверхность, а затем отделиться от них под каким-нибудь благовидным предлогом и сразу же бежать в Бикон. До церемонии посвящения еще несколько дней. Вряд ли я пролежал здесь так уж долго. И к слову об этом..."

— Сколько я проспал?

— Одну ночь, босс, — ответил Перри. — Сейчас четыре часа утра.

"Идеально. Времени в запасе целое море".

Но пока Жону требовалось играть свою роль.

— Что произошло после приземления? — спросил он.

— После того, как ты потерял сознание? — улыбнулся Перри. — Мы просто отправились сюда. Пока Охотник купался, а Буллхэд его вылавливал, нам никто не мешал это сделать. Ты очень быстро соображаешь, босс. Поверить не могу, из какой задницы удалось выбраться.

"Быстро соображаю? По моему, я тогда вообще ничего не соображал".

— Никаких проблем, — отведя взгляд немного в сторону, сказал Жон.

— Как насчет познакомиться с другими членами команды? — поинтересовался Перри. — В том смысле, что вы вчера уже познакомились, но они были в масках. Нам нужно сделать это более формально. Заодно и позавтракаем.

Желудок Жона заурчал при упоминании о еде.

— Завтрак тебе, похоже, не помешает, — прокомментировал его урчание Перри.

Раздевать перед сном Жона никто не стал, так что оставалось лишь потрясти обувь, чтобы убедиться, что за ночь туда никто не заполз, натянуть ее на ноги и отправиться следом за Перри в туннель.

Всё оказалось не настолько плохо, как он ожидал.

Члены Белого Клыка устроили лагерь в большом круглом помещении, куда, кроме этого туннеля, выходили еще два на противоположной стороне. Именно из них доносился звук текущей воды — скорее всего, нечистот.

В самом помещении вдоль свободной стены были расположены кровати и ящики с различными вещами. Центр занимала миниатюрная столовая с парой видавших виды столов. Самый большой из них был сделан из двух пивных бочонков, бочки из-под топлива, четырех поставленных друг на друга ящиков и огромного металлического листа, положенного поверх всего этого.

Вокруг расположились четыре фавна. Пятый склонился над работающей на Прахе печкой. Вместе с Перри набиралось шестеро. Как минимум одного не хватало, потому что здоровяк у печки никоим образом не смог бы поместиться во вчерашнее такси.

— Привет, — заметила их появление девушка с ярко-синими глазами, светло-коричневыми — почти что оранжевыми — волосами и белыми оленьими рожками на голове. — Доброе утро, босс!

— Доброе утро, — смущенно помахал ей в ответ Жон, ощущая, как на нем скрестились взгляды всех присутствующих. — Дири?..

Девушка с серебристыми волосами ткнула Дири локтем в бок.

— О! Он запомнил твое имя.

— Думаю, он еще не решил, настоящее ли оно, — хмыкнул мужчина с небольшой бородкой и темно-коричневыми торчащими во все стороны волосами.

В отличии от других, он носил темную форму и появившегося Жона поприветствовал поднятой кружкой. А еще у него за спиной виднелись крылья летучей мыши.

— Поверь мне, оно настоящее. Хотя какие родители могли настолько ненавидеть свою дочь, чтобы назвать ее Дири? Ай!

Он дернулся, когда Дири его стукнула.

— Никто не спрашивал твое мнение, Юма!

— Ах, какая жестокость...

— Как будто ты ничего подобного не заслужил, — усмехнулась девушка с серебристыми волосами.

Затем она повернулась к Жону, и тот заметил странные линии на видимой части ее груди и рук: словно набухшие вены, только серые. Впрочем, саму девушку это явно не беспокоило, а потому он заставил себя поднять взгляд выше и посмотреть в ее голубые глаза.

— Добро пожаловать в нашу "дружную" семью. Меня зовут Трифа.

— Эм... А я — Жон. Рад знакомству.

— Всего одна фраза, и он уже гораздо дружелюбнее Адама, — улыбнулась она.

— В том, чтобы быть дружелюбнее Адама, абсолютно ничего сложного нет. Эта планка даже не столько очень низко висит, сколько лежит на земле, — хмыкнул мужчина. — Меня, если кто-то еще не понял, зовут Юма. Мы с Трифой недавно прибыли в Вейл из Менаджери.

Он хлопнул ее по плечу. Трифа в ответ закатила глаза.

— С Перри и Дири ты уже знаком, — продолжил Юма. — Они здесь тоже новички, не так давно вступившие в Белый Клык. А вот и наша старая гвардия.

Он указал на взрослого мужчину с короткими черными волосами и густыми бакенбардами.

— Это Таксон, — представил его Юма.

— Очень приятно, — слегка склонив голову, ответил Таксон.

— Был же кто-то еще, ведь так? — спросил Жон.

— Да, но она потом сама представится, — кивнул Юма. — Ей нужно узнать последние новости в городе и связаться с Сиенной Хан, чтобы доложить о вас с Адамом. О таких вещах, как смена лидера, в Белом Клыке принято сразу же сообщать начальству.

"Смена лидера... Это вежливый способ упомянуть убийство мной Адама?"

Жон понятия не имел, почему они вообще считали его своим лидером: то ли в благодарность за невольную помощь с побегом, то ли ни один из них так и не набрался смелости бросить вызов тому, кто убил их предыдущего лидера.

— Эй, ты забыл познакомить его с Пилой! — воскликнула Дири, вскочив из-за стола, схватив Жона за руку и потащив к гиганту возле печки. — Пила, представься.

И без того здоровенный фавн выпрямился, теперь возвышаясь над Жоном так, что приходилось задирать голову.

"Какой же у него рост? Семь футов? Семь с половиной?"

Жон всегда считал себя не самым хлипким и трусливым парнем, но когда к нему потянулась огромная рука, просто зажмурился от ужаса. Пальцы аккуратно прикоснулись к его воротнику и что-то туда прикрепили.

— Вот, — произнес глубокий и удивительно мягкий голос.

Жон ощутил запах трав и цветов. Осторожно приоткрыв глаза, он обнаружил, что с воротника его толстовки чуть выше нагрудника теперь свисал пучок сушенных листьев, своим ароматом перебивавших вонь канализации.

На шее гиганта, к слову, висел точно такой же.

— Для запаха, — смущенно улыбнувшись, пояснил тот.

На его лице прямо от глаза спускался шрам. Еще один пересекал переносицу. На верхней губе не хватало кусочка, из-за чего возникало ощущение, будто он постоянно хмурился. Вот только это была именно улыбка — жуткая, но в то же время очень и очень милая.

Жон опустил взгляд на пучок, после чего вновь посмотрел на Пилу.

— Спасибо, — сказал он.

— Тебе спасибо, — ответил Пила.

Жон удивленно моргнул.

— За что?..

Пила медленно обвел рукой собравшихся за столом фавнов.

— Целые, — пояснил он, после чего указал на Жона и повторил: — Спасибо.

— Пила такой милашка, — улыбнулась Дири, обняв одну из его огромных рук.

Скорее всего, здоровяк мог бы поднять ее этой самой рукой, ничуть не напрягаясь.

— А еще Пила — флорист, потому и возится с растениями, — продолжила Дири. — Если бы не это, жить нам тут стало бы совсем невыносимо. И я уже не говорю о том, что он готовит еду.

Пила смущенно отвел взгляд и немного покраснел.

Жон просто не мог не умилиться.

"В какой параллельной вселенной я оказался, если тут семифутовый террорист — застенчивый флорист? Разве все они не должны быть отпетыми преступниками, на которых пробу негде ставить?"

Перри похлопал Жона по плечу.

— Итак, знакомство с семьей состоялось. Кстати, ПКШ дала ему прозвище "Цепная Пила". Сам же себя он предпочитает называть просто Пилой. Я понимаю, что народу здесь маловато, но это лишь ядро.

— Ядро?.. — недоуменно переспросил Жон.

— Белый Клык имеет отделения, — пояснила Трифа, похлопав по месту за столом, на котором он мог устроиться.

Жон уселся напротив нее.

— Долить? — предложил Юма, держа в руках потрепанный термос.

— Если не затруднит, — кивнул Жон.

Пока Юма наполнял его кружку, Трифа продолжила:

— Белый Клык — это не столько профессионалы, сколько добровольцы. Большинство наших членов живет своей жизнью, ходит на работу и надевает маски, когда наступает нужное время. Но мы — ядро. Мы — те, кто руководит отделением Вейла. Именно на нас лежит ответственность за планирование, организацию и логистику.

— Так безопаснее, — добавил Юма. — Меньше потенциальных предателей. Меньше тех, кому известны личности вышестоящих. Меньше риска и для нас, и для всех остальных. Как раз это правило и было нарушено до нашего появления в Вейле.

Жон сделал глоток горячего шоколада и поинтересовался:

— Что конкретно произошло?

— Я задержался для знакомства, — буркнул поднявшийся из-за стола Таксон. — Но мне еще нужно открывать магазин. Звоните, если понадоблюсь.

И он ушел прочь.

Никто не стал его задерживать.

— Что ему не понравилось? — спросил Жон.

— Он из старой гвардии, — сказал Юма, предварительно убедившись в том, что Таксон его точно не услышит. — Проще говоря, в отделение Белого Клыка в Вейле проникли враги и уничтожили его изнутри. Уцелеть сумели только Таксон и Пила. Они подобрали Дири и Перри — как самых многообещающих рекрутов — и принялись восстанавливать потерянное.

— Потому сюда и прибыли мы с Адамом и Юмой, — продолжила вместо своего напарника Трифа. — Отделение отчаянно нуждалось в помощи. В опытных руководителях, если точнее.

Она откинулась на спинку стула, вздохнула, а затем добавила:

— И именно поэтому мы сейчас живем в вонючей канализации. Старая база подверглась налету Охотников. Нам приходится всё начинать с нуля. Вот такая фигня.

— Но не всё плохо, — попыталась поднять окружающим настроение Дири. — У нас теперь есть Жон! За нашего нового лидера, да приведет он Белый Клык к победе!

Трифа, Перри и Юма поддержали ее тост:

— За нового лидера!

Жон неохотно приподнял свою кружку.

Пила подошел к столу с полными еды тарелками. Честно говоря, омлет с беконом и овощами, а также нарисованной на нем кетчупом улыбающейся рожицей поднимал настроение гораздо лучше. И еще он очень приятно пах.

Сам Пила не стал использовать стул, а просто опустился на корточки, почти сравнявшись в росте с остальными.

— Наслаждайтесь, — прошептал он.

— Твоей стряпней я буду наслаждаться до самого последнего вдоха! — воскликнул Юма, тут же приступив к трапезе. — М-м-м... Какая вкуснятина!

"Действительно".

Яичница оказалась мягкой, нежной и в меру приправленной.

Мама Жона хорошо готовила — в том смысле, что могла накормить большую семью чем-нибудь вкусным и полезным для здоровья. Здесь же уровень был совсем другим, и вполне обыденное блюдо казалось настоящим деликатесом.

— Шикарно, правда? — спросила устроившаяся рядом с Жоном Дири. — Если бы не забота Пилы, мы все давным-давно померли от голода.

— Я бы и с его заботой не назвал наш уровень жизни высоким, — вздохнул Перри. — Нужна нормальная база где-нибудь на поверхности и, пожалуй, новые рекруты. Большая часть наработанных связей канула в небытие, когда мы лишились старой гвардии. Новички просто боятся присоединяться к нам.

"Или до них внезапно дошло, что карьера террориста — крайне глупая затея".

Говорить что-либо подобное вслух Жон, разумеется, не стал. Он и сам планировал сбежать, как только они отвернутся.

"Хм. А вот по такой готовке я, наверное, буду скучать... Нет! Нет-нет-нет! Бежать и сразу же отправляться в Бикон. Разве что в качестве благодарности за помощь не выдавать их властям. В конце концов, при том ограблении никто не пострадал".

На мгновение перед глазами у Жона мелькнуло воспоминание о трупе Адама.

"Никто значимый не пострадал", — мысленно поправил он сам себя.

Фавны могли обойтись и без его "руководства". Скорее всего, так будет даже лучше для них. И Жону тоже будет гораздо лучше не здесь, а в Биконе.

Оставалось лишь дождаться, когда его выведут из канализации.

— Итак, — произнес Жон, стараясь не выдавать охватившую его нервную дрожь. — Откуда вы берете еду? Посылаете кого-нибудь купить ее в магазине?

— Да, — кивнул Перри. — Обычно за продуктами ходим мы с Дири, поскольку у нас есть нормальные документы. Трифа с Юмой в Вейле не зарегистрированы, потому что пробрались в город вместе с Адамом, и для них опасно гулять в одиночку.

Трифа улыбнулась и пожала плечами.

Отметины на коже делали ее весьма узнаваемой. Как и крылья Юмы. Обоим и вправду не стоило лишний раз попадаться на глаза людям.

У Дири тоже имелась такая примета — рожки. Но документы решали эту проблему. А вот Таксон, Перри и Пила никаких признаков принадлежности к фавнам не демонстрировали. Ну, если, конечно, не считать за таковой рост последнего.

"Фавн-медведь?.."

— Понятно, — наклонившись немного вперед, произнес Жон. — Вам потребуется помощь во время следующего похода в магазин?

— Эм... — протянул Перри, посмотрев на Трифу.

Та оглянулась на Юму, который, в свою очередь, уставился на Пилу, что повернулся к Дири. Она замкнула круг, начав сверлить взглядом Перри.

— Это... не очень хорошая идея, босс, — наконец произнес он. — Я имею в виду, что вчера на тебе не было маски.

"Я же не террорист".

— И что? — уточнил Жон.

— У меня тут есть газета, — сказал Юма, немного покопавшись в стопке бумаги и выложив на стол эту самую газету с огромной фотографией Жона. — Поздравляю. Ты попал на первую полосу.

"Самый разыскиваемый преступник в Вейле. Новый лидер Белого Клыка. Крайне опасен. Объявлен в международный розыск. Вызывайте полицию, если увидите. Награда за информацию, приведшую к поимке. Убийца. Преступник. Террорист. Невероятно опасен".

Жон почувствовал, как его начала охватывать истерика.

"Ну что же... Это самую малость усложняет мои планы по поступлению в Бикон, верно?"

* * *

 

Перри, Пила и Дири отправились на поверхность, оставив его в компании Трифы и Юмы. Они, конечно, обещали вернуться с едой, напитками, чем-нибудь получше старого матраса и даже телевизором, но Жона из состояния шока всё это вывести не смогло.

Его считали террористом.

"Как так получилось? Меня силой втянули в грязную историю, и все вдруг решили, что я участвовал в ней добровольно? Да я тут еще большая жертва, чем владелец ограбленного магазина!"

Но имело ли это хоть какое-то значение? Если его заметят где-нибудь в Вейле, то вызовут полицию или — еще вероятнее — Охотников.

"Ничего страшного здесь нет. Ведь нет же, правда?"

Жону нечего было скрывать. Никто не отправит его в тюрьму. Он выступит перед судом, расскажет свою историю, и гигантское недоразумение останется в прошлом.

"Ведь правда же?! Правда?!"

Никто в здравом уме не поверит в то, что Жон мог стать террористом.

"Ведь так?.."

Ответом на его истерические размышления стал лишь звук падающих капель воды.

— Наверное, всё же стоит сперва доказать свою невиновность, а уже после этого идти сдаваться...

Потому что всегда имелся крохотный шанс на то, что его бросят в тюрьму, ничем не интересуясь и никаких вопросов не задавая.

Судя по тому, что написали в статье, членов семьи Жона уже задержали и сейчас активно допрашивали. Оставалось только ждать, когда они убедят полицию, что их сын и брат ничего подобного сделать попросту не мог, после чего уже самому пытаться выйти на связь.

— Если знать мою историю, то принять меня за террориста физически невозможно, — улыбнулся Жон, подумав о том, как именно выглядел со стороны такой "лидер Белого Клыка". — Надо только немного продержаться. Всё в полном порядке. Разве я ставлю перед собой такую уж невыполнимую задачу?

Да, сейчас Жон жил в канализации вместе с террористами. Но они были вполне нормальными фавнами и без своих масок террористов ничуть не напоминали — просто ели очень вкусную еду, подшучивали друг над другом и даже до сих пор не зажарили живьем ни одного человека. А еще они не спросили у Жона, к какому типу фавнов тот принадлежал и принадлежал ли вообще...

Проще говоря, члены Белого Клыка оказались куда меньшими психопатами, чем он ожидал.

С другой стороны, наверняка они придерживались о нем примерно такого же мнения после того, как Жон случайно убил Адама.

— Ничего страшного. Подождать одну или максимум две недели — и всё закончится. Готов поспорить, что меня даже примут в Бикон в качестве извинения за ту грязь, которую сейчас льют на мое имя.

Потому что такого рода грязь легко могла сломать жизнь.

— Или за устранение Адама, — немного подумав, добавил Жон. — Ведь именно чем-то подобным Охотники и занимаются, верно?

Побеждать злодеев, спасать города... Чисто технически он сейчас делал то же самое, только вдобавок еще и Охотников побеждал.

"Но Охотника-то я не убил, так? Плюсик в мою копилочку".

Жон тяжело вздохнул, улегся на матрас и уставился в потолок.

Где-то наверху люди занимались своими повседневными делами, даже не подозревая о том, кто жил под землей. Где-то наверху Дири, Перри и Пила бродили по магазинам, ни у кого не вызывая ни малейших вопросов.

Жон закрыл глаза.

— Надеюсь, с мамой и девочками всё в порядке...

* * *

 

— Его семья заговорила?

— Что? — спросил Озпин. — Неужели не хочешь обсудить вчерашнюю ночь, Кроу? Пилоты Буллхэда прислали очень милые письменные извинения за то, что столкнулись с тобой в воздухе. И за то, что активировали автоматическую систему очистки остекления кабины. Утверждают, будто в тот момент ими руководили исключительно инстинкты и привычка.

Моментально покрасневший Кроу тихо зарычал.

— Не хочу я это обсуждать! — рявкнул он.

— А жаль, — притворно опечалился Озпин. — Ты ведь в курсе, что всё было записано на камеру, да? И эта запись как раз попала в мое распоряжение...

— Если поделишься ей с Тайянгом, то во время твоего следующего публичного выступления обязательно подвергнешься "бомбардировке" со стороны какой-нибудь "случайной" вороны, — пообещал Кроу. — Лучше скажи, что там говорят его родители. Я видел фотографии. На них совершенно точно изображен именно тот парень, который меня атаковал.

С лица Озпина пропала улыбка.

— Да, это он.

На его столе появилось множество домашних фотографий Жона Арка.

— Сделанная во время погони запись подтверждает его личность, — добавил Озпин. — И на снимке с Буллхэда удалось идеально запечатлеть момент, когда ты пытался вытащить мистера Арка из машины.

Кроу взял протянутую фотографию.

На ней был он сам с круглыми глазами — сразу же после удара металлическим чемоданчиком в пах. Но еще там оказался виден парень с этим самым чемоданчиком в руке. Очень молодой парень — ровесник Янг — но уже лидер банды крайне опасных террористов.

Как бы сильно ни была уязвлена гордость Кроу, не посочувствовать родителям парня он не мог.

— Так что о нем говорят? Ну, его семья...

— Всё отрицают, — пожал плечами Озпин. — Просто не верят в то, в чем обвиняют их сына. Сам я с ними не общался, но, как упоминали следователи, они не желают признавать, что Жон Арк мог стать таким. Их, к слову, уже освободили, поскольку никаких доказательств причастности к чему-либо незаконному не обнаружили.

"И это говорит в пользу его семьи".

Кроу на собственном опыте узнал, что ощущает тот, чья сестра превратилась в чудовище.

"К счастью, сообщать плохие новости и убеждать их в чем-либо в круг моих обязанностей не входит".

— Есть еще кое-что, — произнес Озпин, покопавшись в верхнем ящике стола и достав оттуда стопку папок. — Имя Жона Арка показалось мне знакомым. Я попытался вспомнить, где его видел, и даже сумел это сделать.

Он открыл одну из папок, после чего пояснил:

— Заявка на поступление в Бикон в этом году.

Кроу без какого-либо удивления обнаружил там фотографию с очень знакомым лицом.

— Он действительно собирался сюда поступать?..

— Да, — кивнул Озпин. — Предполагаю, что мы имеем дело с попыткой внедрения агента со стороны Белого Клыка, и она вполне могла увенчаться успехом. Но есть во всей этой истории и кое-что хорошее, Кроу. Каким бы унизительным ни казалось вчерашнее поражение, оно не позволило ему проникнуть в Бикон и учиться вместе с твоими племянницами.

"Вот дерьмо! Почему я сам об этом не подумал? Подобное чудовище рядом с Руби и Янг?.."

— Ты уже изучил поданные им документы? — спросил Кроу.

— Конечно. Сразу же после того, как стала известна его личность. Они поддельные. Те школы, что в них указаны, категорически отрицают наличие у них подобных учеников. Мне позволили удаленно просмотреть их базы данных. Там нет никаких записей о Жоне Арке. Судя по словам его матери, отец тоже отказался тренировать сына.

— Но Адама Тауруса он каким-то образом убить сумел... — заметил Кроу.

— Да, — согласился с ним Озпин. — И Таурус был совсем не из тех, кто стал бы облегчать своему противнику задачу. Очевидно, что мистера Арка кто-то обучал, и его нынешняя компания недвусмысленно намекает на возможные кандидатуры. Вот только ума не приложу, как он смог убедить их принять его в свои ряды. Почему они вообще согласились, если в семье Арков нет фавнов?

— Ты в этом уверен? — поинтересовался Кроу, внимательно изучая документы. — Семь дочерей и сын... Его родители точно не фавны-кролики?

— Всё может быть, — пожал плечами Озпин. — Дети-полукровки далеко не всегда демонстрируют присущие их родителям черты. Сейчас важно то, что он намеревался проникнуть в Бикон. Вот что меня тревожит. Мистер Арк строил какие-то планы или же просто хотел получить официальную причину для своего пребывания в Вейле?

— Ты считаешь, что он такой не один?

— Я предполагаю подобную возможность и игнорировать ее права не имею.

В Биконе насчитывалось довольно много студентов-фавнов, поскольку при приеме заявок на расовые признаки абитуриентов не смотрели. Подозревать их всех в пособничестве новому лидеру Белого Клыка было верным способом подтолкнуть невинных фавнов к этому самому пособничеству. С другой стороны, игнорировать проблему Озпин тоже не мог, потому что пожинать плоды его пренебрежения своими должностными обязанностями придется именно студентам.

— Внимательнее изучу их документы, — решил он. — Больше пока ничего сделать не выйдет. Разве что попросить Глинду, Барта и Питера быть начеку. Устраивать в школе охоту на ведьм я не позволю. И еще, Кроу...

— Да? — отозвался тот.

— Найди мальчика, — сказал Озпин, постучав пальцем по одной из фотографий. — Найди и притащи сюда, пока Белый Клык не оставил на нем слишком глубокие шрамы. Используй любые доступные методы. Приближается Фестиваль Вайтела, и бездействовать мы себе позволить не можем. Теперь ты возглавляешь это дело. Если понадобятся какие-нибудь ресурсы, то обращайся ко мне. Проблему нужно подавить в зародыше.

Данная история зацепила Озпина, поскольку угрожала безопасности его студентов. Но у Кроу тоже имелся свой личный интерес. Бикон не только стал его первым настоящим домом. Руби с Янг собирались провести здесь ближайшие несколько лет.

— Сделаю, — кивнул Кроу.

* * *

 

— Адам мертв.

— Трагически скончался. Ушел из жизни. Отбросил коньки. Склеил ласты. Дал дуба. Приказал долго жить. Отправился в мир иной. Просто и незатейливо подох, оставив свой труп властям.

— Спасибо, Роман. Достаточно.

Синдер Фолл устало потерла переносицу и в очередной раз напомнила себе о том, что Роман Торчвик требовался ей живым для добычи Праха и отвлечения на себя внимания властей Вейла. Он был необходимым злом.

Пока еще необходимым...

Но терпеть его выходки становилось всё сложнее и сложнее.

— Мы заключали соглашение с Адамом, — напомнила Эмеральд. — Оно еще в силе, если одна из сторон мертва?

Ее опасения были весьма разумными. Хотя, само собой, Эмеральд потом требовалось наказать за намек на их слабое место, сделанный в присутствии Романа, который подозрительно внимательно прислушивался к разговору.

Синдер вздохнула, отложила газету и взяла в руки бокал с красным вином.

Эмеральд, несмотря на некоторые промахи, наносить плану какой-либо вред намерения не имела. Только это ее и спасало. Ну, еще и довольно снисходительное отношение со стороны Синдер, иначе бы та давным-давно избавилась от столь неуклюжей служанки.

— Не обязательно, — с безоговорочной уверенностью в собственной правоте произнесла она.

Ни в коем случае нельзя было позволить Роману ощутить, что ее положение хоть немного пошатнулось.

— Наш договор с Адамом включал в себя весь Белый Клык, — продолжила Синдер. — Если они желают и дальше получать доступ к нашим ресурсам и Праху, то обязаны придерживаться условий соглашения. И конечно же, наши цели по-прежнему во многом совпадают. Не думаю, что смерть Адама серьезно повлияет хоть на что-нибудь.

— Ты в этом уверена? — спросил Роман. — Тот новый паренек прикончил Адама и занял его место. Такой поступок говорит о немалых амбициях. Он может и не пожелать плясать под твою дудку.

Новый лидер Белого Клыка и в самом деле был крайне амбициозным. Но тем проще окажется его контролировать. Следовало всего лишь выяснить, чего он желал, а затем периодически трясти у него перед носом этой морковкой.

Синдер задумчиво провела пальцем по краю бокала.

Им требовалась помощь Белого Клыка. Их собственная численность была совершенно недостаточной для исполнения плана и победы Синдер. Смерть Адама... добавляла определенные неудобства, но он, частенько руководствуясь эмоциональными порывами, а не разумом, был не самой простой целью для манипуляций. Пусть Синдер и умела извлекать пользу даже из резких взбрыков этого дикого быка, новый лидер потенциально открывал новые же возможности.

Тут всё зависело от того, получится ли его обуздать.

— Нужно встретиться с ним, не так ли? — сказала она. — Поздравить нашего нового коллегу с внезапным повышением.

— А если он не пожелает подчиниться? — поинтересовался Меркури.

"Хороший мальчик".

Меркури явно заметил поведение Романа и весьма своевременно задал очень правильный вопрос.

Синдер скрыла улыбку за бокалом вина.

— Если он не пожелает подчиниться, то, думаю, следующий лидер окажется... заметно более сговорчивым.

Роман нервно сглотнул, поправив шляпу так, чтобы ее тень падала на глаза.

Сообщение дошло до адресата.

* * *

 

— Адам мертв.

— Горе-то какое, — произнесла Сиенна Хан без малейшей печали в голосе. — Невосполнимая утрата для всего Белого Клыка. Он был лучшим из нас.

— Да, — согласилась ее собеседница, чей голос точно так же не демонстрировал ни капли сожалений. — Его будет не хватать.

Секунду на канале связи царило подобающее случаю торжественное молчание, после чего она продолжила:

— В общем, у нас теперь новый лидер — парень, который Адама и прикончил. Не уверена к какому типу фавнов он относится, но к какому-то все-таки относится, потому что человек нам помогать бы точно не стал.

— Несомненно, — кивнула Сиенна, побарабанив пальцами по подлокотнику своего трона. — И, насколько мне доводилось слышать, он весьма компетентен. Юма с Трифой действительно за него поручились?

— Они его выступлением крайне довольны.

— Хорошо. Тогда я одобряю кандидатуру нового лидера, но ты остаешься моими глазами и ушами. Дай ему знать, что ты смотришь и оцениваешь. И что если с тобой произойдет нечто подозрительное, то я рассержусь.

— Будет сделано, Сиенна. Что насчет тела Адама?

— Что насчет его тела? Оно бренно, а дух Адама живет в наших сердцах и воспоминаниях, — зевнув, пожала плечами Сиенна. — Или что-нибудь еще в том же роде. Когда мы одержим окончательную победу, я воздвигну в его честь статую. Возможно, даже в полный рост. Будет сидеть посреди парка и зловеще взирать на бродящих по своим делам кошек. Думаю, ему бы понравилось.

В Белом Клыке мало кто любил Адама Тауруса, хотя многие и видели в нем замену Сиенне. Впрочем, это лишь добавляло ей дополнительный повод порадоваться его смерти. Теперь уже никто не станет обсуждать необходимость "сместить" Сиенну Хан, чтобы посадить на трон Адама Тауруса.

У Илии Амитолы, которая сейчас и общалась с Сиенной при помощи дальней связи, нелюбовь к нему имела куда менее рациональные корни.

— Ты останешься заместительницей лидера отделения в Вейле, Илия, — произнесла Сиенна. — Но подчиняться будешь напрямую мне. Убедись, что твоему новому формальному командиру обретенная власть в голову не ударит, и предупреди о том, что я ожидаю от него результатов. Докладывать будешь раз в неделю, и надеюсь, новости окажутся хорошими.

— Да, Сиенна, — склонила на экране голову Илия. — Будет исполнено.

 

Комментарий автора: Персонажи и моменты, где они появляются в сериале (на тот случай, если кто-то забыл или не знал):

Перри — поезд на горе Гленн и организованное Романом Торчвиком собрание.

Дири — поезд на горе Гленн и организованное Романом Торчвиком собрание.

Пила — фавн с цепной пилой, который сражался с Вайсс.

Таксон — обладатель рекорда за самую быструю смерть с момента появления на экране.

Трифа — фавн-паук в Менаджери.

Юма — фавн-летучая мышь в Менаджери.

Илия — сталкер в Менаджери.

 

Комментарий переводчика: Я не стал как-либо обыгрывать имя Дири. Но если очень хочется, что можно считать, что родители назвали ее "Олéнька" или "Ланя".