Свет в руинах. Том второй (джен)

1 сентября. 10:55. Вокзал Кингс-Кросс.

Лондонский вокзал гудел, как огромный муравейник. Делегация Айнцбернов двигалась сквозь толпу с грацией ледокола. Гарри шел впереди, катя тележку с Хедвиг и чемоданами, рядом вышагивали Иллия и Хлоя. Чуть позади — Широ и Тачи, а замыкали строй Кирицугу и Айрисфиль. Селла, Лизритт, Майя и Тайга остались в лондонском филиале — их задача по охране периметра во время трансфера была выполнена.

Гарри подошел к барьеру между платформами 9 и 10. До отправления «Хогвартс-Экспресса» оставалось пять минут.

— Идем парами, — скомандовал Гарри, вспоминая прошлогодний опыт. — Я и Иллия…

Он взял сестру за руку и уверенно шагнул в кирпичную стену.

Но вместо того, чтобы провалиться в прохладную дымку портала, Гарри почувствовал, как пространство перед ним отвердело, став плотнее гранита.

Благодаря рефлексам, вбитым Лизритт, Гарри в долю секунды выставил свободную руку вперед, создавая смягчающий эфирный щит. Раздался глухой хлопок. Мальчик и девочка отлетели назад, но устояли на ногах. Тележка с чемоданами со звоном врезалась в невидимую преграду. Хедвиг возмущенно закричала.

— Братик! — Иллия испуганно схватилась за ушибленный нос. — Стена настоящая!

Кирицугу мгновенно оказался рядом. Он даже не достал палочку — он приложил ладонь к кирпичной кладке и закрыл глаза, сканируя магический фон. Его лицо помрачнело.

— Концептуальная блокировка, — процедил Эмия. — Домовик не солгал. Кто-то запечатал проход на физическом и магическом уровнях. Никто не войдет и не выйдет.

— Папа, поезд отправляется через три минуты, — Гарри посмотрел на часы. Впервые за долгое время в его голосе проскользнула тревога. — Если мы не попадем на платформу, мы пропустим Распределение. Широ, Иллия и Хлоя не будут зачислены.

Широ нахмурился:

— Мы можем использовать камины Министерства?

— Исключено, — жестко отрезал Кирицугу. — После вторжения эльфа мы находимся в режиме повышенной безопасности. Мы не пользуемся британскими публичными каналами, они могут быть скомпрометированы.

Убийца Магов развернулся на каблуках.

— Уходим. На VIP-парковке стоит служебный бронированный внедорожник нашего филиала. До Шотландии десять часов хода. Мы опоздаем на пир, но прибудем в замок безопасно. Я поведу.

И тут воздух на платформе изменился. Стало как-то неестественно тепло и тревожно.

Айрисфиль, которая до этого молча стояла в своем элегантном белом пальто, вдруг шагнула вперед. Её алые глаза загорелись тем самым фанатичным, пугающим азартом, который появлялся у неё только при виде магловской техники.

Она мягко, но с пугающей силой вырвала ключи из руки мужа.

— Мои дети, — её голос зазвенел, как натянутая струна арфы, — не пропустят свой первый день в школе. И они не будут трястись десять часов по ухабам.

Кирицугу Эмия — человек, который в одиночку вырезал базы террористов и сражался с бессмертными магами, — внезапно побледнел до синевы. Его зрачки сузились от первобытного ужаса.

— Айри… нет. Только не ты. Мы разобьемся.

— Глупости, дорогой! — Айрисфиль ослепительно улыбнулась и крутанула ключи на пальце. — У нас же полный салон магов поддержки! За мной, дети! Нас ждет Шотландия!

11:02. Небо над Лондоном.

Черный, магически расширенный изнутри Mercedes-Benz G-Class с тонированными стеклами вылетел с подземной парковки Кингс-Кросс так, словно им выстрелили из гаубицы.

Сразу после выезда на трассу Айрисфиль нажала на газ в пол, одновременно вливая свою прану в рулевое колесо.

— Дезиллюминация активирована! — радостно крикнула она. — Переходим в авиа-режим!

Гарри сидел на переднем пассажирском сиденье, вжавшись в кресло. В его руках была развернута магическая карта Британии.

— Мам! — крикнул он, пытаясь перекрыть рев двигателя. — Машины не летают! У неё аэродинамика кирпича!

— Физика для скучных людей, Гарри! — Айрисфиль резко вывернула руль на себя. Колеса внедорожника, напитанные эфиром, оттолкнулись от плотного лондонского воздуха, как от асфальта.

Машина с ревом взмыла в небо, пробив слой низких облаков.

В салоне начался сущий ад.

Иллия и Хлоя, не пристегнутые ремнями, летали по заднему сиденью, визжа от чистого, незамутненного восторга.

— ВПЕРЕД, МАМОЧКА! — орала Хлоя, высунувшись в окно (которое она умудрилась опустить, несмотря на высоту в три тысячи футов). — ДАВАЙ ОБГОНИМ ВОН ТУ СТАЮ ПТИЦ!

Она выставила руки наружу, и по бортам машины побежали светящиеся руны.

— Форсаж активирован! — кровожадно доложила Хлоя.

Из выхлопной трубы Мерседеса вырвался столб синего магического пламени, и внедорожник преодолел звуковой барьер.

Рядом с Хлоей, бледный как полотно, сидел Широ. Его руки были намертво прижаты к обшивке дверей, и они светились ослепительно-голубым светом.

— Структурный анализ… — безостановочно, как молитву, бормотал рыжий мальчик, по лбу которого градом катился пот. — Правое крыло деформируется… укрепляю! Подвеска плавится… укрепляю! Ось не выдержит… мы все умрем… укрепляю!

Если бы не магия Широ, тяжелый автомобиль просто разорвало бы на куски от тех перегрузок, которым его подвергала Айрисфиль.

В самом конце салона, с абсолютно каменным лицом сидела Тачи. Она не кричала и не паниковала. Она просто развернула свой огромный крестообразный Щит и активировала силовой купол, который накрыл весь салон, готовясь защитить пассажиров от неминуемого, по её мнению, смертельного столкновения с землей.

Но хуже всех было Кирицугу.

Гроза магического мира сидел на откидном сиденье между Гарри и Айрисфиль. Его глаза были крепко зажмурены. Левой рукой он вцепился в ручку над дверью так сильно, что качественный немецкий пластик жалобно хрустел и трескался.

— Папа, дыши, — попытался успокоить его Гарри, одной рукой придерживая карту, а другой вливая стабилизирующую прану в лобовое стекло, чтобы его не вдавило внутрь.

— Я убью того эльфа, — прохрипел Кирицугу, не открывая глаз. — Я найду его и разберу на атомы. Это он виноват.

— Гарри, мой свет, куда дальше? — прощебетала Айрисфиль, переключая передачу так, что коробка взвыла.

Гарри посмотрел на карту.

— Север! Курс триста сорок градусов! Мам, впереди грозовой фронт… И МАМ, ЭТО «БОИНГ 747», БЕРИ ВЫШЕ!

— Ой, какая огромная птичка! — Айрисфиль крутанула руль. Двухтонный Мерседес выполнил идеальную «бочку» прямо над кабиной пилотов британского авиалайнера (которые, к счастью, ничего не увидели из-за чар невидимости, но их радары сошли с ума) и умчался в стратосферу, оставляя за собой инверсионный след из магии и запаха жженой резины.

— Мы не опоздаем! — радостно провозгласила Айрисфиль, вдавливая педаль газа. — Шотландия, встречай Айнцбернов!

Широ на заднем сиденье тихо застонал и влил в шасси еще одну порцию маны. Путь в Хогвартс начался.

1 сентября. 19:45. Воздушное пространство над Хогвартсом.

Черное озеро внизу блестело, как пролитые чернила, а впереди, на скале, сиял тысячами теплых огней замок Хогвартс. Традиционно ученики прибывали на лодках или в каретах, неспешно и торжественно.

Традиции Айнцбернов, однако, предполагали иной подход.

Черный, закопченный в верхних слоях атмосферы Mercedes-Benz, окруженный синим маревом форсажа Хлои, несся к замку по баллистической траектории.

— Мам, защитные барьеры Хогвартса! — Гарри вцепился в приборную панель, глядя, как эфирный купол школы стремительно приближается. — Они отторгают магический транспорт!

— Это немецкий автопром, мой свет, а не метла! Мы пробьем их на чистой кинетике! — радостно возвестила Айрисфиль. Она переключила передачу так резко, что коробка издала предсмертный стон, который тут же был заглушен отчаянным воплем Широ с заднего сиденья:

— УКРЕПЛЯЮ ЛОБОВОЕ СТЕКЛО!

Внедорожник врезался в невидимый купол Хогвартса. Раздался оглушительный треск, похожий на раскат грома. Барьеры Дамблдора, рассчитанные на темных магов и драконов, просто не поняли, как классифицировать двухтонный кусок железа, несущийся на скорости в триста миль в час, накачанный праной гомункула. Купол прогнулся, моргнул и… пропустил их внутрь.

— Идем на снижение! — Айрисфиль крутанула руль вправо. — Смотрите, дети, какой милый дворик!

— МАМА, ТАМ ДЕРЕВО! — завопила Иллия, указывая на огромную, устрашающего вида иву, которая как раз начала угрожающе размахивать своими толстыми ветвями.

— Тарань его! — азартно крикнула Хлоя.

— ТАЧИ, ЩИТ НА МАКСИМУМ! — скомандовал Гарри, готовясь к удару.

Тачи, чье лицо оставалось каменно-сосредоточенным, ударила основанием своего крестообразного щита в пол салона. Полусфера фиолетовой энергии накрыла машину за долю секунды до того, как Гремучая Ива нанесла свой самый мощный удар.

БДЫЩ!

Ствол толщиной в колонну врезался в борт бронированного Мерседеса. Но вместо того, чтобы расплющить машину, ветка Гремучей Ивы с жалобным треском разлетелась в щепки об Укрепление Широ и концептуальную защиту Тачи.

Машину закрутило в воздухе волчком.

Айрисфиль звонко рассмеялась, дернула ручной тормоз прямо в полете и вывернула руль до упора.

Тяжелый внедорожник рухнул на идеально подстриженный, вековой газон внутреннего двора Хогвартса. Завизжала резина. Из-под колес фонтаном полетели комья земли, трава и искры. Мерседес ушел в идеальный, кинематографичный дрифт, прочертив на лужайке глубокую черную дугу, и с резким, визгливым скрипом тормозов остановился ровно в дюйме от нижних ступеней главной парадной лестницы.

Из-под капота валил густой белый пар. Выхлопная труба плевалась синим пламенем.

На ступенях замка.

Северус Снейп и Аргус Филч вышли во двор, чтобы проверить, почему защитные чары замка вдруг забили тревогу.

Они ожидали увидеть тролля. Или отряд Пожирателей Смерти.

Но вместо этого с небес с ревом рухнула магловская железная повозка, снесла половину кроны самой опасной древесины в Шотландии, изуродовала газон, над которым лесничий трудился всё лето, и замерла прямо перед ними, обдавая запахом жженой резины и озона.

Филч выронил фонарь. Миссис Норрис с истошным мяуканьем взлетела по стене и спряталась за горгульей.

Снейп побледнел. Его рука сжалась на палочке. Он набрал в грудь побольше воздуха, готовый обрушить на нарушителей самое страшное проклятие, какое только помнил, и снять с их факультета столько баллов, чтобы их внуки еще оставались в минусе.

Двери Мерседеса с тихим щелчком открылись.

Первым из задней двери буквально вывалился Широ Эмия. Рыжеволосый мальчик рухнул на колени, прижался щекой к изрытому газону и прохрипел:

— Земля… твердая, нерушимая земля… Спасибо…

Следом, шатаясь, как пьяный, вышел Кирицугу. Убийца Магов, человек, который не моргнул глазом, уничтожая небоскреб, сейчас дрожащими руками пытался развернуть мятную конфету. Конфета выскользнула из его пальцев, и он просто прислонился лбом к холодной броне машины, тяжело, судорожно дыша.

Затем из салона выпрыгнули Иллия и Хлоя. Девочки выглядели так, словно только что прокатились на лучшем аттракционе в мире. За ними чинно вышла Тачи, закинув щит за спину, на её лице не дрогнул ни один мускул.

Из передней пассажирской двери вышел Гарри Поттер. Он поправил слегка съехавший воротник мантии из шелка акромантула, глубоко вдохнул свежий воздух и перевел взгляд на остолбеневшего зельевара.

— Добрый вечер, профессор Снейп, — вежливо поздоровался Гарри, словно они только что встретились в библиотеке.

Но Снейп не смотрел на Гарри.

Из-за водительской двери, грациозно перешагнув через лужу машинного масла, вышла женщина.

Её длинные серебряные волосы ничуть не растрепались. Её белоснежное пальто сияло чистотой на фоне дымящегося металла. Она была невероятно, неземно красива, а в её алых глазах светилась такая чистая, незамутненная радость, что Снейп почувствовал, как у него начинает дергаться правый глаз.

Айрисфиль фон Айнцберн ослепительно улыбнулась зельевару, изящным жестом поправив перчатку.

— Добрый вечер, сэр! — её мелодичный голос прозвучал как перезвон хрустальных колокольчиков над полем боя. — Какое чудесное звездное небо сегодня над Шотландией, не правда ли? Представляете, барьер на вокзале почему-то заклинило. Нам пришлось немного срезать путь через стратосферу, чтобы дети успели к Распределению. Я же ничего не помяла на вашей чудесной лужайке?

Она бросила невинный взгляд на траншеи, оставленные колесами.

— Ой, и что это за милое, нервное дерево мы там задели? Надеюсь, оно не сильно расстроилось?

Снейп переводил взгляд с дымящейся Гремучей Ивы на развороченный газон. Затем на Кирицугу, от которого на милю фонило аурой профессионального киллера. На четверых новых детей, чья прана ощущалась как нечто совершенно неестественное. И, наконец, на эту сияющую женщину-ангела, которая только что нарушила дюжину законов магической Британии и даже не заметила этого.

«Так вот в какой семье он вырос, — с ледяным ужасом осознал Северус Снейп, чувствуя, как его желание кричать сменяется инстинктом самосохранения. — Поттер — не самое опасное, что есть в этом клане. Самое опасное — это его мать».

Снейп медленно закрыл рот. Он с силой потер переносицу длинными пальцами, пытаясь унять зарождающуюся мигрень.

— Дерево переживет, мадам, — процедил Мастер Зелий голосом человека, который смирился со своей тяжкой кармой. — Главное… чтобы пережила моя нервная система.

Он резко развернулся, взмахнув полами мантии.

— Поттер. Забирайте свой… табор. Церемония распределения начнется через десять минут. И ради Мерлина… уберите эту магловскую колымагу с газона, пока директор не решил, что мы подверглись бомбардировке.

— Конечно, профессор! — радостно отозвалась Айрисфиль. — Кирицугу, дорогой, припаркуй машину, пожалуйста! А мы пойдем посмотрим, как наших девочек и Широ будут зачислять!

Кирицугу лишь издал глухой, мученический стон, всё еще прижимаясь лбом к металлу.

Гарри подошел к матери и предложил ей руку.

— Идем, мам. Гермиона и Рон уже, наверное, с ума сходят.

Они двинулись по каменным ступеням Хогвартса. Пять учеников и одна невероятно счастливая мама.

Второй учебный год начался. И Хогвартс еще никогда не был так близок к тотальной капитуляции.

1 сентября. 20:00. Большой Зал.

Студенты Хогвартса уже сидели за четырьмя длинными столами, сгорая от нетерпения. Профессор МакГонагалл, сурово поджав губы, стояла у деревянного табурета с Распределяющей Шляпой. Она уже распределила обычных первокурсников (включая Джинни Уизли, которая отправилась в Гриффиндор), и теперь весь зал ждал тех, из-за кого на улице только что с ревом приземлился метеорит.

Тяжелые дубовые двери распахнулись.

В зал вошла процессия. Гарри Поттер, одетый в изумрудный шелк, шел впереди, ведя за собой четверых «новеньких». Но все взгляды были прикованы не к ним.

Все смотрели на женщину в белоснежном пальто, которая беззаботно шагала рядом с детьми, сжимая в руках… массивную магловскую видеокамеру.

Позади неё, сливаясь с тенями, шел мрачный мужчина в черном плаще (Кирицугу), который выглядел так, словно просчитывал траектории снайперского огня с каждой люстры.

— Поттер… — прошептал Рон, пихая Гермиону локтем. — Это твоя мама? Она же… она же светится!

Айрисфиль действительно сияла. Её обновленные магические цепи излучали мягкое, теплое свечение, которое делало её похожей на сошедшую с небес богиню. Она не остановилась вместе со студентами. Игнорируя все правила Хогвартса, она легкой, танцующей походкой прошла прямо к столу преподавателей.

Профессор МакГонагалл опешила:

— М-мадам! Посторонним не положено находиться в зале во время церемонии! Прошу вас пройти…

— О, вы, должно быть, профессор МакГонагалл! — Айрисфиль ослепительно улыбнулась, свободной рукой пожимая онемевшую ладонь декана Гриффиндора. — Гарри так много о вас писал! Вы замечательно преподаете трансмутацию! А вы, полагаю, директор Дамблдор?

Альбус Дамблдор, чьи глаза-льдинки расширились от удивления (он редко встречал магов с такой плотностью праны), медленно поднялся.

— Добрый вечер, мадам… Айнцберн. Мы польщены вашим визитом, хотя он и… весьма неортодоксален.

— Не обращайте на меня внимания, Альбус! Можно я буду называть вас Альбус? У вас потрясающая борода! — Айрисфиль подняла видеокамеру и навела объектив на директора.

Северус Снейп, сидевший рядом, фыркнул:

— Электроника не работает в Хогвартсе, мадам.

— Британская электроника, может, и не работает, — радостно отозвалась Айри. — А моя работает на чистой пране! Кирицугу, дорогой, перенастрой фокус, тут слишком темно!

Убийца Магов, стоящий у стены, лишь закрыл лицо ладонью и издал тихий, обреченный вздох.

— Итак, — Айрисфиль повернулась к МакГонагалл, наводя на неё камеру, на которой мигал красный огонек записи. — Начинайте! Мои девочки и мальчики уже заждались! Скажите «Сы-ы-ыр», профессор!

МакГонагалл сглотнула, бросила беспомощный взгляд на Дамблдора (который с явным удовольствием поправил очки и улыбнулся в объектив) и развернула пергамент.

— Э-э… Эмия, Широ! — выкрикнула она.

Рыжеволосый мальчик шагнул к табурету. Он сел, прямой как струна. МакГонагалл опустила Шляпу ему на голову.

Шляпа, которая в прошлом году уже получила психологическую травму от Гарри, приготовилась к чему-то подобному. Но то, что она увидела в голове Широ, заставило её ткань буквально встать дыбом.

— О боги… — проскрипела Шляпа в разуме Широ. — Что это?! Огонь… Сплошной огонь. И мечи. Бесконечные холмы мечей! Мальчик, ты вообще человек? Твой исток — Меч! И ты хочешь спасти всех? Это не просто храбрость, это суицидальное безумие!

— Я стану Героем Справедливости, — упрямо подумал Широ. — Я должен защищать.

— С таким комплексом выжившего и трудолюбием тебя бы в Пуффендуй, но ты же там всех до смерти закормишь и затренируешь… Нет-нет, с такой тягой бросаться грудью на амбразуру дорога только одна!

— ГРИФФИНДОР! — завопила Шляпа, словно пытаясь поскорее избавиться от этого кошмара.

Гриффиндорский стол взорвался аплодисментами. Айрисфиль радостно захлопала в ладоши, не выпуская камеру:

— Умница, Широ! Помаши в объектив!

Широ, красный как рак, неловко помахал рукой и поспешил к Гарри, который с улыбкой подвинулся, уступая ему место.

— Айнцберн, Иллиясфиль!

Иллия легкой походкой принцессы подошла к табурету. Она грациозно присела, поправив подол белого платья. Шляпа коснулась её серебряных волос.

— Ох… — Шляпа издала звук, похожий на стон. — Еще один. Но этот… Матерь магии, твои магические цепи… они занимают семьдесят процентов тела! Ты — ходячий магический реактор! Бескрайняя, ледяная прана.

— Привет, — вежливо подумала Иллия. — Я хочу к братику.

— В тебе есть высокомерие Слизерина и знания Когтеврана, маленькая леди, — осторожно заметила Шляпа. — Ты могла бы стать великой правительницей.

— Если ты не отправишь меня в Гриффиндор, к Гарри, — голос Иллии в голове Шляпы стал пугающе сладким, — я заморожу твои нитки так, что ты рассыплешься в труху, старая шляпка. А Хлоя тебя подожжет.

— Я ПОНЯЛА! ГРИФФИНДОР! — истерично выкрикнула Шляпа на весь зал.

Иллия радостно спрыгнула с табурета и побежала к брату, с разбегу обнимая его за шею.

— Снято! — прокомментировала Айрисфиль, утирая воображаемую слезу. — Идеальный ракурс.

— Айнцберн, Хлоя! — дрогнувшим голосом произнесла МакГонагалл.

Смуглая девочка пружинистым шагом подошла к табурету, подмигнув побледневшему Драко Малфою. Она надела Шляпу сама.

— Третья, — обреченно вздохнула Шляпа, коснувшись головы Хлои. — И что у нас тут? О. О-о-о. Хитрость. Прагматизм. Полное пренебрежение правилами и жажда хаоса. Девочка, ты — воплощение слизеринских амбиций, только вместо власти ты хочешь веселья.

— Даже не думай об этом, старая тряпка, — мысленно фыркнула Хлоя, скрестив руки на груди. — Мой братик за тем столом с красными флагами. И Иллия там. Если ты нас разделишь, кто будет следить, чтобы эта парочка не заскучала? К тому же, мы Айнцберны. Мы всегда бьем единым фронтом. А если попытаешься засунуть меня в подземелья к змейкам, я ночью проберусь в кабинет директора и пущу тебя на лоскуты для Селлы.

— Яснее ясного! Никаких подземелий! — истерично содрогнулась Шляпа и выкрикнула на весь зал: — ГРИФФИНДОР!

Хлоя победно ухмыльнулась, подмигнула побледневшему Драко Малфою (который с явным облегчением выдохнул, поняв, что эта сумасшедшая не будет жить с ним в одной гостиной) и вприпрыжку помчалась к столу Гриффиндора. Она с разбегу втиснулась между Гарри и Роном, бесцеремонно стянув с тарелки Уизли куриную ножку.

— Подвинься, рыжик. Прайд в сборе!

Драко Малфой смотрел на стол Гриффиндора, где теперь сидели ПЯТЕРО учеников с боевой подготовкой Айнцбернов, и понимал, что в этом году Слизерину лучше вообще не выходить из подземелий.

— И последняя… — МакГонагалл сверилась со списком. Фамилии не было. — Тачи!

Девочка с лиловыми волосами подошла к табурету. Свой огромный щит она оставила у стены (рядом с Кирицугу), но её спина была прямой, как у солдата на плацу.

Шляпа опустилась на её голову.

— Что за день… — Шляпа, казалось, была готова задымиться. — Ты… ты не один человек. В тебе спит Героическая Душа. Душа Рыцаря. Идеальная защита. Абсолютная преданность. Ты бы стала венцом Когтеврана или Пуффендуя, но твоя концепция… она требует защищать своего Лорда.

— Мой Лорд сидит за столом под красными знаменами, — спокойно ответила Тачи. — Мой Щит должен быть там.

— Да будет так. Рыцарь возвращается к своему королю.

— ГРИФФИНДОР!

Тачи поклонилась МакГонагалл, кивнула Дамблдору и твердым шагом направилась к Гарри, встав за его стулом, как истинный страж. Гарри мягко потянул её за рукав, заставляя сесть рядом.

Профессор МакГонагалл, тяжело дыша, свернула пергамент.

Айрисфиль опустила камеру и повернулась к Дамблдору.

— Это было просто восхитительно, Альбус! — заявила она на весь зал. — Я обязательно отправлю копию этой записи дедушке Юбштахайту! А теперь… когда подадут ужин? Мои дети летели из Лондона на машине, они ужасно проголодались!

Северус Снейп уронил лицо в ладони. Альбус Дамблдор тихо, но искренне рассмеялся, взмахивая рукой, чтобы на столах появилась еда.

Второй год обучения начался. И Хогвартс уже трещал по швам.

1 сентября. Вечер. Большой Зал.

Стол Гриффиндора гудел так, словно они только что выиграли Кубок Школы. Возвращение Гарри Поттера уже было событием, но возвращение Гарри в компании трех совершенно невероятных «новеньких», да еще и с таким эпатажным распределением — это был триумф.

Гарри сидел в центре. Справа от него устроился Рон, который уже наворачивал куриные ножки, слева — Иллия. Хлоя бесцеремонно втиснулась напротив, отодвинув Симуса Финнигана, а Широ и Тачи сели рядом с ней, создавая своеобразный защитный полукруг.

— Я до сих пор не верю, — выдохнула Гермиона, которая сидела через одного от Рона и то и дело поглядывала на Тачи. — Ваша мама… она просто посадила машину во дворе. И профессор Снейп даже не снял с вас баллы!

— Он просто оценил масштаб проблемы, Грейнджер, — усмехнулась Хлоя, подцепляя вилкой кусок запеченного картофеля. — Мама за рулем — это стихийное бедствие. Если бы он попытался её оштрафовать, она бы в качестве извинений предложила ему прокатиться. И он бы не дожил до ужина.

— Это… незаконно, — слабо возразила Гермиона, но без своей обычной убежденности.

— Законно то, что работает и не причиняет вреда окружающим, — флегматично заметил Широ. Он не стал накладывать себе горы еды, как Рон. Он аккуратно положил на тарелку немного овощей и мяса, анализируя их свежесть. — И мы здесь.

В этот момент за спиной Гарри возникли две одинаковые рыжие фигуры. Фред и Джордж Уизли, сияя как начищенные галлеоны, нависли над столом.

— Гарри, дружище! — торжественно начал Фред.

— Ледяной Принц, наш любимый ловец! — подхватил Джордж.

— Мы тут с братом наблюдали за распределением…

— …и пришли к выводу, что твоя семья…

— …это лучшее, что случалось с Хогвартсом со времен создания Запретного Леса!

Близнецы одновременно поклонились Хлое.

— Леди, которая заставила Шляпу кричать о пощаде. Фред Уизли, к вашим услугам.

— Джордж Уизли, эксперт по контролируемым (и не очень) взрывам. Мы ваши преданные фанаты.

Хлоя снисходительно улыбнулась, блеснув золотыми глазами. Она ничуть не смутилась.

— Наслышана. Братик писал, что вы единственные в этом замке, у кого есть фантазия. Надеюсь, вы оправдаете мои ожидания. У меня есть парочка идей по модификации навозных бомб…

— Хлоя, — мягко, но с нажимом произнес Гарри. — Никаких модификаций в первую неделю. Дайте школе привыкнуть.

— Зануда, — фыркнула она, но спорить не стала.

Рон, прожевав, указал вилкой на Тачи, которая сидела идеально прямо и не притронулась к еде, пока Гарри не начал есть.

— Слушай, Гарри… а она кто? В смысле, Шляпа сказала что-то про «рыцаря». И этот щит…

Все за столом притихли, прислушиваясь. Даже Гермиона подалась вперед.

Тачи посмотрела на Рона своими спокойными, чуть печальными глазами.

— Я — Тачи. Я здесь, чтобы защищать Гарри-сама и Широ-сана.

— Ого, — Симус Финниган присвистнул. — У тебя есть личный телохранитель, Гарри? Круто.

Гарри положил вилку. Он посмотрел на Тачи, затем обвел взглядом своих друзей. Он понимал, что им нужны ответы, но правду о Деми-Слугах и экспериментах Ассоциации им знать было рано.

— Тачи — член моей семьи, Симус, — голос Гарри был ровным, но в нем прозвучала та самая интонация Лорда Айнцберна, которая заставляла замолкать Драко Малфоя. — В моем доме концепция защиты воспринимается очень серьезно. Она обучалась как страж. Как и Лизритт.

— Та женщина с алебардой? — нервно сглотнул Невилл, который тоже сидел неподалеку.

— Да, — Гарри тепло улыбнулся. — И поверьте, вы не захотите увидеть, как Тачи использует свой щит, если решит, что мне что-то угрожает.

Близнецы Уизли восхищенно переглянулись.

— Секретное оружие, — прошептал Фред.

— Тяжелая артиллерия, — кивнул Джордж. — Значит, Слизерин в этом году можно даже не бояться.

В этот момент Иллия, которая до этого тихо ела пудинг, подняла голову и посмотрела на преподавательский стол.

— Братик, — она потянула Гарри за рукав. — А кто тот профессор с черными волосами? Он смотрит на нас так, словно хочет препарировать.

Гарри проследил за её взглядом.

Северус Снейп действительно не сводил глаз со стола Гриффиндора. Но он смотрел не на Гарри. Он смотрел на Широ и Тачи. Мастер Зелий, с его опытом и паранойей, пытался понять, что именно привез Поттер из Германии. И то, что он видел (ауру мечей Широ и монолитную прану Тачи), явно не добавляло ему душевного покоя.

— Это профессор Снейп, Иллия, — ответил Гарри. — Он строгий, но справедливый. И он нам не враг.

— А тот, с кудряшками и улыбкой? — Хлоя указала вилкой на Златопуста Локонса, который в этот момент сиял белозубой улыбкой, рассказывая что-то Дамблдору.

Гермиона мгновенно оживилась:

— О, это профессор Локонс! Он написал потрясающие книги о борьбе с оборотнями и вампирами! Он такой смелый!

Широ, который весь ужин молча анализировал обстановку, посмотрел на Локонса. Его глаза на секунду вспыхнули синим.

— У него слабая структура, — тихо, но абсолютно уверенно произнес рыжеволосый мальчик. — Его магические цепи… поверхностные. Как фольга. Он не воин, Гермиона. Он актер.

Гермиона возмущенно открыла рот, чтобы защитить своего кумира, но Гарри мягко её остановил.

— Широ редко ошибается в оценке структуры, Гермиона. Время покажет.

Ужин продолжался. Шум и смех за столом Гриффиндора стояли до самого потолка. Гарри смотрел на свою расширенную семью — на сестер, на Широ, на верную Тачи, на Рона и Гермиону.

Первый год был разведкой.

Второй год обещал стать полномасштабным наступлением.

И Хогвартс еще не знал, что его ждет.

* * *

Пир в Большом Зале завершился, студенты разошлись по башням, но в кабинете Альбуса Дамблдора атмосфера была далека от отбоя. Воздух здесь был таким густым, что его можно было резать ножом.

Альбус Дамблдор сидел за своим массивным столом. Справа от него, поджав губы так сильно, что они превратились в тонкую линию, стояла Минерва МакГонагалл. Слева, скрестив руки на груди и набросив на свой разум самые мощные щиты окклюменции, застыл Северус Снейп.

Напротив них, в удобных креслах для гостей, расположились Айнцберны.

Айрисфиль сидела с идеальной осанкой, закинув ногу на ногу. Её белоснежное пальто сияло в тусклом свете свечей, а на губах играла вежливая, светская улыбка. Кирицугу Эмия стоял за её креслом. Он даже не снял свой черный плащ. Убийца Магов лениво перекатывал в пальцах нераспечатанную мятную конфету, но его мертвые, черные глаза методично сканировали кабинет: точки выхода, слепые зоны, артефакты на полках. Фоукс на насесте нервно переступил с лапы на лапу и отвернулся, почувствовав от этого человека ауру абсолютного хищника.

— Итак, — начал Дамблдор, сложив пальцы домиком и пытаясь включить свой фирменный взгляд доброго дедушки. — Я полагаю, мы должны обсудить ваше… неординарное прибытие. Профессор МакГонагалл сообщила мне о состоянии газона и Гремучей Ивы.

— Это возмутительно! — не выдержала МакГонагалл. — Магловский автомобиль! Пробивший защитные купола древнего замка! Вы могли погибнуть сами и убить детей!

Айрисфиль звонко и искренне рассмеялась. Звук был таким чистым, что Снейп непроизвольно вздрогнул.

— О, профессор, не преувеличивайте! «Мерседес» прошел глубокую алхимическую модификацию. Инерция была погашена на девяносто процентов, а мой сын Широ укрепил шасси. Что касается дерева… оно первое начало махать ветками. Мы действовали в рамках самообороны. Если вас так беспокоит ландшафтный дизайн, я выпишу чек. Сколько стоит новый газон? Тысячу галлеонов? Десять тысяч?

МакГонагалл поперхнулась воздухом. Её пытались купить?

— Дело не в деньгах, мадам Айнцберн, — мягко вмешался Дамблдор, хотя его глаза-льдинки перестали мерцать. — Дело в безопасности. Хогвартс — самое защищенное место в Британии. Ваши действия…

— «Самое защищенное место»? — голос Кирицугу прозвучал тихо, но он сработал как заклинание немоты.

Убийца Магов сделал полшага вперед. Он не повышал голос, но от его тона в кабинете резко похолодало.

— Давайте поговорим о безопасности, директор. Сегодня утром барьер на платформе 9¾ был физически и концептуально запечатан. Моя семья не могла пройти.

Дамблдор нахмурился:

— Это невозможно. Барьер обслуживается Министерством…

— Мне плевать, кем он обслуживается, — жестко отрезал Эмия, и Снейп мысленно застонал, понимая, что этот человек не играет по правилам британского политеса. — Ваша логистика скомпрометирована. Более того. Неделю назад в нашу резиденцию в Альпах, сквозь барьеры, способные выдержать орбитальный удар, проник британский домашний эльф. Он предупредил Гарри, что в школе готовится заговор, и попытался украсть его почту.

В кабинете повисла мертвая тишина. Дамблдор медленно опустил руки.

— Домашний эльф? — переспросил директор. — Чей?

— Он не назвал имени, а мои люди не успели его допросить — он сбежал за секунду до ликвидации, — невозмутимо сообщил Кирицугу, словно речь шла о стрельбе по мишеням, а не о разумном существе. — Суть в другом. Ваша защита — дырявая. Если эльф смог заблокировать вокзал, значит, кто угодно может проникнуть в замок. В прошлом году это был тролль и одержимый профессор. В этом году — неизвестная угроза.

Снейп, чье лицо оставалось непроницаемым, внутри покрывался холодным потом. Он знал репутацию Убийцы Магов. Если Кирицугу Эмия говорит, что защита дырявая, он не жалуется. Он констатирует факт перед зачисткой.

— Мы ценим ваше беспокойство, мистер Эмия, — осторожно начал Дамблдор, пытаясь вернуть контроль над ситуацией. — Но Хогвартс…

— Именно поэтому, — с той же ослепительной, нежной улыбкой перебила его Айрисфиль, изящно поправляя кружевную манжету, — мы с мужем посоветовались и приняли решение. Мы не вернемся в Германию.

Дамблдор замер. МакГонагалл открыла рот. Снейп закрыл глаза, чувствуя, как начинает пульсировать висок.

— Прошу прощения? — Дамблдор попытался сохранить лицо. — Вы… остаетесь в Британии?

— Мы остаемся в Хогвартсе, Альбус, — радостно уточнила Айрисфиль. — Мы не можем оставить ПЯТЕРЫХ наших детей, включая Деми-Слугу и Наследника Клана, на попечении системы, которая не может справиться с домашним эльфом. Дедушка Юбштахайт был весьма категоричен.

— Мадам, Хогвартс — это школа, а не гостиница для родителей! — возмутилась МакГонагалл, чье шотландское сердце не выдерживало такого попрания устава. — Посторонним запрещено проживать на территории замка!

Кирицугу достал из внутреннего кармана плаща плотный конверт и бросил его на стол Дамблдора. Конверт был скреплен сургучной печатью Министерства Магии и Попечительского Совета.

— Я не посторонний, — холодно произнес Эмия. — Вчера лондонский филиал Айнцбернов сделал пожертвование в фонд Министерства и Попечительского Совета. Сумму я называть не буду, но Люциус Малфой был весьма… сговорчив. Согласно этому документу, мы с Айрисфиль официально назначены «Европейскими атташе по культурному и магическому обмену» при Хогвартсе. У нас полный дипломатический иммунитет и право круглосуточного нахождения на территории.

Дамблдор посмотрел на конверт. Он даже не стал его открывать. Архимаг понял: его переиграли на политическом поле. Айнцберны просто купили себе пропуск, используя жадность Министерства.

— И где же вы собираетесь жить? — тихо спросил Дамблдор. Его глаза утратили всякий блеск. Он понял, что в его замке только что поселилась пороховая бочка.

— О, мы люди скромные! — Айрисфиль хлопнула в ладоши. — Мы присмотрели тот чудесный заброшенный особнячок на окраине вашей деревни… Как она называется? Хогсмид? Местные говорят, что это «Визжащая хижина» и там водятся призраки.

Снейп побледнел так, что стал похож на труп. Визжащая Хижина. Место, где он чуть не погиб от когтей оборотня.

— Вы… купили Визжащую хижину? — сдавленно спросил зельевар.

— Не просто купили, профессор Снейп! — радостно сообщила Айри. — Селла и Лизритт остались там вместе с бригадой строительных големов. К утру там будет полностью функционирующий филиал замка Айнцберн с горячей водой, алхимической лабораторией и защитными барьерами военного класса! Мы будем совсем рядом! Если детям понадобится помощь с домашним заданием… или если на замок нападут… мы придем за три минуты.

Кирицугу наклонился над столом Дамблдора, упираясь в него костяшками пальцев. Его черные глаза встретились с голубыми глазами директора.

— Я не вмешиваюсь в ваш учебный процесс, Дамблдор. Но если хоть один волос упадет с головы любого из моих пятерых детей… я не буду снимать с вас баллы. Я сравняю эту гору с землей. Мы поняли друг друга?

Дамблдор смотрел на человека, который не шутил и не угрожал пустяками. Он кивнул.

— Предельно ясно, мистер Эмия. Добро пожаловать… в Хогвартс.

Айрисфиль изящно поднялась с кресла, взяла мужа под руку и ослепительно улыбнулась онемевшим профессорам.

— Спокойной ночи, господа! О, профессор Снейп, Гарри просил передать вам огромную благодарность за тот рецепт, что вы дали ему в июне. Он сказал, что без вас наш семейный Эликсир не получился бы таким… живым. Мы ваши должники!

Снейп пошатнулся, словно его ударили кувалдой. Айрисфиль и Кирицугу вышли из кабинета, оставив дверь открытой.

Как только их шаги стихли на лестнице, МакГонагалл тяжело опустилась в кресло.

— Альбус… кто они такие? Что значит «Эликсир»?

Но Дамблдор молчал. Он смотрел на Снейпа.

Северус Снейп, Ужас Подземелий, медленно опустился на стул, спрятал лицо в дрожащих ладонях и издал звук, похожий на истерический смешок.

— Мы покойники, Альбус, — прошептал Снейп сквозь пальцы. — Темный Лорд — это проблема. А эти двое… это апокалипсис с дипломатической неприкосновенностью. И они только что переехали в Визжащую хижину.

Дамблдор снял очки и устало потер глаза. Второй год обучения начался с полной капитуляции.