Виктория Суворова, институт. Часть 2. (джен)

Глава 2.

Среда. Одиннадцатое ноября. 1970-й год.

Машку с Юлькой довёз до института, а сам шурую на завод.

В литейке, по моим чертежам мужики отлили колёсные диски, токаря обточили, маляры покрасили. Вот, теперь надо переобуть резину и проверить на баланс, хотя бы на ходу. Девятнадцатого у нас обещают открыть станцию тех обслуживания ВАЗ и сказали, что там будет балансировочный станок, вот тогда уже я и сделаю всё как надо.

Позавчера наконец то установил противотуманки и машинка преобразилась внешне, сейчас ещё колёса с вылетом поставлю и вообще будет красотка, одна единственная на весь город. Да что там на город, на всю страну!

Наконец то договорился с Дормидонтовым. На следующей неделе, прямо в понедельник, будем переделывать головку и распредвал, буду ставить регулируемую шестерню VVT. Мозги я для неё спаял, теперь надо только обеспечить подачу масла через электромагнитный клапан, а на карбюратор поставить датчик положения дроссельной заслонки. Но второе фигня, а для первого я всё начертил. Мой аист посмотрел и махнув крылом сказал, что фигня делов, всё за день сделаем. Ну, раз он сказал, то значит сделают. Естественно при моём непосредственном участии, как же без моей рыжей израненной головы. Я там бегаю по цехам как в попу заведённый, пиииу туда, пиииу сюда, то в литейку, то к токарям, то к покрасчикам малярам, правда там одни тётки работают, но принимают меня хорошо. Я, вообще на заводе как сын, верней как дочь полка становлюсь, к кому не обращусь, те, сразу бросают основную работу и помогают мне. Тётки интересуются как у меня голова, болит или нет, а я тогда стягиваю парик и показываю шрамы, стуча ногтем по железяке. Плохо что не звенит, но бабы и так под впечатлением остаются, сразу же в карманы за конфетами лезут. Я конечно же делаю вид что отказываюсь, но беру, а куда деваться то, от души ведь дают.

Вчера напугал своих девчонок до усрачки. Выглянул в окно на кухне, смотрю, идут три девицы, как в сказке у Пушкина. Машка, Юлька и Танька Снегирёва, внучка нашей кочегарши. Я побежал в прихожую и одев парик задом на перёд, встал перед дверью вытянув руки как зомби в фильмах. Только открылась дверь, как раздался душераздирающий крик и эти трое рванули вниз, обгоняя друг друга как лыжники на крутом спуске. А я, не ожидавший такой развязки, так и остался стоять, только руки опустил. На против открылась дверь, в проёме которой показалась соседка тёть Тамара. Увидев эту картину, заорала и убежала в квартиру, оставив дверь открытой. Я наконец то очухался и развернул парик как положено. Вместо тёть Тамары появился дядь Костя, как обычно в растянутых трениках.

— Чего случилось Виктория!? (озадаченно спросил он).

— Не знаю дядь Кость. (прикинулся я валенком). Девчонки чего то испугались, тёть Тамара тоже, а из за чего, я так и не поняла.

— Интерееесно! (вышел мужчина из квартиры и посмотрел вниз, в дырку между перил). Ни чего нет, чего кричали?

— Да дядь Кость, я тоже не поняла, чего кричали. Пойду вниз, позову девчонок, надеюсь не разбежались ещё.

— Сходи Викуля, а я здесь постою.

Уже потом, когда мы впятером, вместе с присоединившейся к нам Ольгой, сидели и пили чай, я показал девчатам прикол с париком, вот ржака то была.

Но в воскресенье, я продемонстрировал всем девчонкам свой характер, а то привыкли что Викуля такая добренькая.

Устав стоять за кульманом, выхожу я значит такой из спальни и заглядываю в зал, а там, сидят все. Машка с Юлькой, Зойка с Надюхой и соседка Танька Снегирёва и смотрят ту кассету с прогулкой. Я не говоря ни слова, переключаюсь на телевизор и перемотав эту киношку на начало, включил запись программы время, стирая к хренам собачьим всё это непотребство.

— Всё девчата, вы меня достали, предупреждала же!!!

Все съёжились испугавшись, только Надюхе хоть бы хны, она то меня с детства знает, как ни как, а вместе росли.

— Маш! (серьёзно посмотрел я на подругу). Просила ведь, по хорошему просила. Всё, что бы этой гадости в квартире больше не было.

Танька быстренько убежала домой, а когда легли спать, уложив Зойку Надюху и Юльку в зале, Машка прижавшись ко мне, просила прощения, прям как дочка у мамы, чесслово. Ну куда деваться, простил конечно сказав.

— Маш, мне лично похрену чего ты смотришь, мне не похрену с кем ты смотришь, хочешь, что бы завтра весь институт узнал? О тебе дурёха беспокоюсь, да и слово твоему дядьке давала.

— Спасибо Вик. (прошептала подружка мне в плечо). Прости меня пожалуйста.

— Ладно Машунь, давай спать, а то мне рано вставать, хочу с завтрашнего дня опять физухой заняться.

Всё, девчонки стали тише воды и ниже травы, а в глазах Машки, я поднял свой авторитет ещё на несколько порядков, в принципе, как и она в моих. Мало найдётся таких людей, у которых папа главный человек в стране, а девчонка не задирает носик, стараясь быть как все. Это очень хорошее и ценное качество! Получается, что из всего семейства Романовых, только трое порядочных людей. Дед Николай, царствие ему небесное, дядька Лёша и Машка.

Заехав в открытые ворота завода, остановился и заскочил на вахту к своим музыкантихам.

— Привет супервахтёрши! (поприветствовал я их). Ларк, ты чего шарф то под самый подбородок замотала, не уж то горло болит?

— Ага! (засмеялась Валерка). Это она с моим брательником вчера весь вечер у него в спальне целовались, вот и пятна на шее. Наверное приглашал на кране покататься! Пошли Вик, мы тебя чаем с черничным вареньем угостим.

— Нет девчат, спасибо большое, но у меня времени нет, как нибудь потом заскочу.

Я опять выбежал из проходной и прыгнув в жигулёнка рванул к КИПовцам, там мы с Женькой и Ромкой будем менять резину.

Только подъехал к цеху, как ворота сразу же открылись, даже сигналить не пришлось.

— Привет Жень. (заехав в бокс поздоровался я с парнем). Чего, трогал диски, высохли?

— Высохли Вик, всё высохло, классные, красивые получились.

— Ну дык Женёк, мы чай не лаптем щи хлебаем, тоже чего то могём. (похлопал я парня по плечу). Давай ваш домкрат, что бы сразу всю сторону приподнять.

Тут прибежал Ромка и мы втроём за час перебортировали колёса. Весь цех собрался посмотреть на мою красавицу. А ко мне сзади подошел их бригадир Пётр Гленович и протянул в раскрытой ладони рукоятку КПП, сделанную из оргстекла, с розочкой внутри.

— На дочка, держи, специально для тебя делал и вот ещё.

Он раскрыл вторую ладонь, на которой лежали, четыре таких же из стекла и розочкой внутри, пимпочки, для запирания и отпирания дверей изнутри.

— Спасибо вам дядь Петь, очень красиво получилось, цветочек, прямо как настоящий, вы большой мастер.

— Ерунда дочка. (отмахнулся Гленович). Сад огород закончился, вот, времечко свободное появилось и сделал.

Я тут же метнулся к машине и всё прикрутил на место, как рукоятку, так и эти пимпочки.

— Эх крааасота!!! (стоя у машины, улыбнулся я, осмотрев всех работяг, которые, так же как и я искренне улыбались). Спасибо вам родные. (приложил я руку к груди). Вы знаете что вы лучшие, самые лучшие. С меня чаепитие и концерт под гитару, обещаю!

Сперва парни, те что по моложе захлопали, а потом и старшие мужики тоже поддержали их.

Всем кто стоял ближе, в первых так сказать рядах, я прошел и пожал руку, а потом повернулся к моему личному джину Женьке.

— Открывай ворота Женёк, поеду я, у меня приём через пол часа, не хочу опаздывать.

Парень открыл ворота и я помчался проч с завода прямо в больницу, на приём к хирургу, что оперировал мне голову.

Машинка прекрасно ведёт себя на дороге. Из за выноса колёс, колея стала шире и руль получился острее, очень послушна на виражах, мне нравится. Эх, был бы ещё полный привод, вообще красота была бы. Привык я за прошлую жизнь на кватрах кататься. Но ни чего, сделаем мы новую тачку, гадом буду сделаем, всё в наших руках.

И помчалось время галопом. Машка каждый день ходила в институт, я тоже пару раз там появлялся, а в основном завод, склад, дом, завод, склад, дом.

Среда. Восемнадцатое ноября. 1970-й год.

Восемь утра, Машка с Юлькой уже ушли грызть науку, а мы с Гончаровым сидим у меня на кухне и пьём чай, с блинчиками от моей соседки тёть Тамары.

— Викуля, как там у вас на заводе с твоими задумками, помещения готовы?

— Да дядь Толь, всё готово, вот, хочу обратиться к Феликсу Бренштейну, есть такой человечек, через которого можно инструменты хорошие достать.

— Зачем тебе Виктория этот барыга. Ты обращайся к тому, кто его самого инструментами снабжает, к тому же, этот человек сам предлагал тебе к нему обращаться.

— Это кто!? (Офигел я, не поняв что генерал имеет ввиду).

— Спроси чего тебе надо у Аиды. (усмехнулся тот). У наших барыг практически всё через неё идёт, только тсс, я тебе про это не говорил, поняла!?

— Конечно поняла дядь Толь, ещё как поняла, чай не глупее паровоза.

— Эт точно! (засмеялся генерал). Ты у нас умница, только не послушная и через чур самоуверенная.

— Чего это я непослушная то? (надул я губки, имитируя Настёну).

— А то, почему пистолет с собой не носишь, тебе мало одного раза было!? (кивнул он на мою пострадавшую лысину). Вот была бы тогда при оружии, глядишь, всё благополучно обошлось. Подготовиться к стрельбе время у тебя было, к тому же, стреляешь ты отлично, лучше чем этот Митрофан. Тот вообще впервые в жизни оружие в руки взял, поэтому и промахнулся с двух метров, а ты уложила бы обоих, туда им и дорога.

— Да дядь Толь, вы наверное правы, простите засранку. Может мне у Семёнова танк попросить, ну, тот что на постаменте стоит. Будем с Машкой по городу носиться, траками греметь.

— Ох и фантазёрка ты, давай одевайся уже и парик свой напяливай, сейчас гости приедут, нечего их своими шрамами пугать.

— А кто дядь Толь приехать то должен, я поняла что Куличенко, но ведь не один же. Сам то он просто вызвал бы меня к себе, а тут прямо на дом приедут, странно!?

— Конечно не один. (улыбнулся генерал). С Тольяттинцами приедет, знаешь же, что завтра у нас наконец то станция техобслуживания открывается, вот они и приехали, а прежде всего, хотят с тобой лично поговорить.

— Дядь Толь, так ведь они у меня не давно были. Я их даже кое какими чертежами угостила, и пятую передачу отдала и концепцию новой платформы автомобиля предложила, чего опять то?

— Не знаю пока. (пожал генерал погонами). Вот только Куличенко намекнул, что вроде как сам Поляков, директор автоВАЗа приехать хочет и вроде как, именно ради того, что бы лично с тобой познакомиться.

— Да ну его Дядь Толь, может вы посидите здесь, встретите гостей, а я в институт пойду, студентка я, или не студентка! Не знаю я, о чём с ними говорить, опять будут намекать, что бы я к ним в Тольятти переехала. А так здорово же получится, я на учёбе, а вы тут оборону подержите, хотите, я вам даже свой пистоль одолжу?

— Беги переодевайся, тоже мне юмористка нашлась, с минуты на минуту приехать должны.

— Тааак точно трищь генерал, бут сделано! (вытянувшись по струнке, в носках и халате, поднёс я руку к лысой голове).

Гончаров заржал, а я рванул в спальню, к своей трясущейся Фаньке. Быстренько переоделся, напялил парик, заправил кровать, даже на рабочем столе успел небольшой порядок навести, пока в прихожей не запел соловей.

К двери мы с генералом успели вместе, но я успел впервей. Сразу же глянул в глазок. Ага, Куличенко, с ним ещё какой то мужик и моя знакомая корреспонденточка Марина. Значит этот левый дядька и есть тот самый Поляков. К стати, в прошлой жизни я много позитивного про него слыхал, но, видеть как то не приходилось.

Я отпер дверь и отошел в сторону, пропуская гостей внутрь.

Как водится, Маринка тут же бросилась ко мне слюнявиться, наш главный, стал здороваться с Гончаровым, а Тольяттинский главный, замер в ступоре, оглядываясь по сторонам.

Хотел сказать, проходите гости дорогие, но во время одумался и просто поздоровался.

— Здрасти дяденьки! (хотел ещё как мой жених палец в рот засунуть, но, подумал что это будет лишним, просто не поймут).

— Здравствуй красавица! (наконец то отморозился гость). Так вот ты какая Виктория Суворова, на фотографии ты выглядела чуточку моложе. Что ж, рад познакомиться. Меня зовут Виктор Николаевич Поляков, я, являюсь генеральным директором автоВАЗа.

— Проходите в квартиру. (перебил я дядьку). Чего у порога то стоять, там и познакомимся.

Мужчины и Марина, сняли верхнюю одежду, разулись и я проводил их в зал, где гость опять замёрз, хоть и батареи жарили во всю.

Куличенко с генералом не стали ждать приглашения и уселись на стулья, только девушка стояла рядом с боссом.

— Присаживайтесь Виктор Николаевич. (потормошил я мужика за рукав, указав на диван). Чувствуйте себя как дома.

— Х-эммм! (покрутил дядька шеей, вместе с головой). Интересно, я думал что для своих заводских музыкантов купил самую лучшую аппаратуру, а оказывается, что вовсе нет, есть и по лучше.

— Есть Виктор Николаевич. (согласился я с мужчиной). Время не стоит на месте, всё обновляется со скоростью света, глядишь, всё что вы сейчас видите, завтра уже будет антиквариатом. Присаживайтесь пожалуйста.

— Грамотно выражаешься! (пристально посмотрел на меня гость). Сколько тебе сейчас?

— Восемнадцать. (неуверенно сказал я, мельком глянув на Куличенко с генералом). Но, не прилично с вашей стороны, у девушки про возраст спрашивать, может лучше по кофейку?

— Угостишь, не откажусь. (наконец то улыбнулся мужчина).

— Марин. (повернулся я к девушке). Сделаешь?, ты же тут всё знаешь.

— Конечно Викуль, через пять минут всё будет готово.

Она положила свой саквояж на диван и метнулась на кухню, а Поляков наконец то присел. Я посмотрел на Гончарова с Куличенко, но те, только сидели и лыбились, что ж, придётся самому разговор начинать.

— Виктор Николаевич, как вас Сталинград встретил? Скоро зима, а у нас минус один, слякоть на дорогах, вы как добрались?

— Отлично добрались, а погода у нас такая же как и здесь, так что, ни чего не изменилось. Виктория, я хотел бы с тобой поговорить о предложенной тобой новой платформе переднеприводного автомобиля, думаю что ты права, будущее именно за ними. Мой Сомов сказал, что ты обещала и агрегаты начертить, если нас это заинтересует, так вот, считай что нас это заинтересовало. А ещё, я хотел бы сам лично посмотреть, что ты с нашей первой моделью сделала, уж больно лестные отзывы я услыхал. Ну а завтра, я хочу пригласить тебя на открытие нашей станции тех обслуживания, как почётного гостя.

— Пойдёмте Виктор Николаевич, я вам сейчас кое что покажу, а потом поговорим.

Я повёл директора в спальню к своей чертёжной доске. отцепил сам кульман, снял лист с чертежом низкочастотного бокса и порывшись в ватманах, выудил рисунок внешнего облика Нивы, какой она выпускалась в 2015 году, на момент моей гибели. На красивых литых дисках, с брызговиками и противотуманками.

— Вот Виктор Николаевич. Мне ваш инженер Николай Сергеевич, в прошлый раз проговорился, что вы хотите начать выпуск комфортабельного внедорожника, я тут посидела, покумекала, и вот что у меня получилось, правда ведь красиво вышло?

— Превосходно! (дрожащими пальцами провёл дядька по рисунку). Наши инженера нарисовали что то похожее, но у тебя на много красивее получилось, не убавить, не прибавить. Слушай! (повернулся он ко мне). А может к нам, в Тольятти, мы тебе и квартиру не хуже этой дадим и зарплату хорошую, а!? Подумай хорошенько?

— Нет Виктор Николаевич, извините, но Сталинград мой город. Я здесь родилась, у меня здесь родители похоронены, да и людям я обещала, а свои обещания я привыкла выполнять. Если нужны от меня какие нибудь услуги, помощь, то конечно не откажу, помогу чем смогу, в одной стране живём, но извините, как говорится, где родился там и пригодился. Хотите, я вам в течении пары тройки месяцев всего внедорожника начерчу, с мотором, трансмиссией и салоном, поверьте, тачка будет просто огонь, мощная, проходимая, а если на неё обуть хорошую резину с грязезацепами, то можно будет по полям гонять и назвать, к примеру, Нива.

— Делай! (с горящими глазами от моей речи выпалил дядька). А я сверю с тем, что мои инженера придумали. Они меня уверяют, что это будет лучший автомобиль, но, глядя на внешний вид того что ты нарисовала и что они, думаю у тебя это лучше получится. Давай Виктория, твори, а за нами дело не встанет и благодарности нашей не будет предела. А если всё получится именно так как ты обещаешь, то и я тебе обещаю, первая машина с конвейера, будет лично твоей, именной.

— Виктор Николаевич, Вика! (заглянула в спальню Марина). Кофе готов, пойдёмте на кухню.

Мы с возбуждённым дядькой прошли сперва в ванну, где тот припух, сперва от обстановки, а потом уставился на кран, не зная как его открыть. Ну да, привычных крутилок то нет, просто какая то фиговина торчит. Я приподнял рычажок и двигая его вправо влево, отрегулировал воду, подал мужчине мыло.

Тот, опять покрутив шеей вместе с головой, стал мыть руки. А потом, когда зашли на кухню, опять приморозился.

Но тут в чувства его привела Марина.

— Виктор Николаевич, присаживайтесь вот сюда. (указала она ему на мягкий уголок, где уже сидели генерал с Куличенко).

— Виктория, это тоже твоих рук дело? (обведя кухню глазами, спросил гость).

— Её-её. (подтвердил Куличенко). Можешь Витя в этом даже не сомневаться, всё это её придумки. Я же тебя предупреждал, что бы ты ни чему не удивлялся, сейчас кофе попьём, на её машине прокатишься, там не меньше удивишься.

— Ну, на счёт машины мне мой Сомов уже кое что рассказал, так что, я примерно знаю чего ожидать.

— Вить! (опять заулыбался Куличенко). Виктория же тебе только что сказала, что время не стоит на месте, она там ещё чего то придумала. Теперь у неё машина рвёт как зверь и с колёсами поработала, дорогу держат отлично, да и внешний вид изменился. Сейчас всё сам увидишь.

Пока сидели на кухне, я продемонстрировал дядьке работу микроволновки, показал как стирает машинка. Сам он, попробовал как выдвигаются и задвигаются ящики, по открывал и по закрывал дверцы, каждый раз крутя шеей вместе с головой. На сколько я понял, это он так удивляется. Ну, а потом мы стали собираться в котельную, к машине. Пока одевались, я завёл её с брелка и мы пошли на улицу.

Куличенко, с генералом и Мариной уселись в Волгу и медленно поехали за нами, а мы шагали, время от времени перепрыгивая лужи. Дядька как истинный джентльмен, предлагал мне свою помощь, протягивая руку, но я мать его, скакал как газель, прыгал как кузнечик придерживая парик, куда там помощничку. Так мы и добрались до моего гаража.

Я пригласил мужчину за собой и провёл его в гараж, поздоровавшись с трезвым как стекло Лёнькой Голубковым.

Первое что спросил мужик, кто завёл мою машину.

Я залез в салон и утопив до конца подсос, заглушил мотор опустив ручник. Опять вытянул его, протянув дядьке пульт.

— Вот Виктор Николаевич, сперва нажмите эту кнопку, а потом вот эту два раза в подряд.

Дядька выполнил что я сказал и машина сперва встала под охрану, а потом завелась.

— Очень удобно Виктор Николаевич когда на улице холодно, пока собрался, пока вышел, а машинка уже тёплая.

— Здорово придумано! (с улыбкой посмотрел дядька на меня). И как далеко она, эта твоя штука берёт?

— Нормально берёт Виктор Николаевич, сейчас я машину завела, когда мы в прихожей одевались, так что, вполне достаточно.

— Согласен Виктория, вполне достаточно. А ты не боишься что машина уедет, если вдруг оставишь её на передаче?

— Нет, не боюсь, потом вам покажу, я там с кулисой поколдовала и микровыключатель на нейтраль поставила, к тому же, автозапуск активируется лишь при вытянутом ручнике.

— Перестраховалась значит. (согласился мужик). Молодец. А колёса у тебя очень красивые получились, ещё и с шипами какими то, ведь это же наша снежинка, её только в следующем году выпускать собрались?

— Да Виктор Николаевич, это опытный образец, хороший человек подарил, а диски, сплав алюминия и магния, гораздо легче нашей штамповки, сейчас сами всё почувствуете, садитесь за руль, а я ворота открою.

Довольный мужчина прыгнул на водительское место, а я отворил створки.

Дядька воткнул передачу, опустил ручник и машина заглохла. Он опять покрутил головой и заведя тачку ключом, выехал из гаража.

Я закрыл ворота, выбежал из котельной и прыгнул рядом, на пассажирское сиденье. К нам подошел Куличенко.

— Витя, вы как покатаетесь, приезжайте в администрацию, ко мне в кабинет.

— Хорошо Лёнь, я думаю мы не долго.

По городу дядька ехал осторожно, а когда выскочили на аэропортовскую трассу он притопил, правда ограничившись ста тридцатью км в час. Это я его предупредил, что на снежинке больше гнать нельзя, совсем не скоростная резина. Он конечно же согласился со мной, сбавив скорость, а потом вообще остановился на обочине и повернулся ко мне.

— Отлично ты Виктория поработала, просто превосходно, я вообще не узнаю жигули. Ты скажи, чего ты сделала с рулевым управлением и мотором, у тебя явно не шестьдесят четыре лошадки, гораздо больше.

— Дёрните капот Виктор Николаевич, сейчас я вам кое чего покажу.

— Смотрите. (указал я на двигатель). Видите, что здесь совсем другая клапанная крышка, видите, впереди какой отлив. В этом месте стоит хитрая шестерня, которая сама автоматически регулирует фазу газораспределения, верней, команду шестерне даёт блок управления, он там, в салоне стоит. А сам этот электронный блок, берёт данные с трамблёра и датчика дроссельной заслонки, видите, я туда потенциометр от телевизора пришпандорила. Вот масляный клапан, правда пока от трактора, но это временно. Вот, в районе первого цилиндра, к головке подходит трубка, по ней подаётся масло на шейку распредвала. В ней, мы сделали канавку, а в самом распредвале просверлили отверстие канал. По нему масло и доходит до шестерни, всё просто. Подается давление и шестерня двигает фазу.

Дядька задумался и протянул мне ключи. Я сел за руль, а он рядом опять повернувшись ко мне.

— Виктория, я знаю что Романов к тебе благосклонно относится, но извини, я вынужден буду его просить, что бы он направил тебя работать к нам на завод.

— Не получится Виктор Николаевич. Насильно мил не будешь, знаете такую пословицу?

— Хочешь сказать, что если тебя к нам направят, ты специально ни чего придумывать не будешь?

— Вы Виктор Николаевич очень умный дядечка, именно так и будет. Я лично, не хочу с вами отношения портить, и вам это ни к чему, по этому, давайте лучше останемся друзьями.

— Хорошо! (кивнул мужчина и протянул мне свою руку).

— Хорошо! (ответно пожал я, и мы поехали в город).

Лихо подрулив к администрации, я высадил бледного дядьку и рванул в институт, за девчатами.

Интерлюдия.

Поляков, на трясущихся ногах зашел в здание администрации города, где заранее предупреждённый сотрудник проводил его в кабинет Куличенко.

— Виктор, что с тобой, ты чего такой бледный, сердечко?

— Нет Лёнь, какое к чертям собачьим сердечко, это меня ваша девочка на машине по городу прокатила. — Анатолий Петрович! (обратился он к генералу). Куда ваши сотрудники смотрят, она сейчас по улицам сто двадцать летела, а те, ей только ручкой машут и главное довольные такие, улыбаются.

— Виктор! (сделал генерал серьёзное лицо). Она когда гнала, двумя руками рулила, или как обычно одной?

— Одной Анатолий, одной, второй она вашим сотрудникам махала.

— Вот ведь проказница. (покачал головой генерал). Сколько раз ей говорил, рули двумя руками!!!

Мужики посмотрели друг на друга и заржали на весь кабинет. Даже Марина, которой в прошлый раз тоже представилась возможность прокатиться с Викторией, и та захихикала.

— Виктор! (уже по серьёзному обратился к гостю Куличенко). Вы с Викторией поговорили, как она тебе, скажи своё мнение?

— Ты Лёнь моё мнение спрашиваешь? Что я могу тебе сказать, умная она не по возрасту. Знаешь, моя воля, я бы хоть сейчас её к себе главным инженером поставил. Девочка умеет в будущее смотреть, всё старое отметает как не нужный хлам, к новому стремится. Берегите её Лёня, вам в руки драгоценный алмаз попал, даже гранить не надо, уже готовый, бери и пользуйся. Мы всем своим инженерным штатом голову ломали, как этот итальянский двигатель модифицировать и мощность поднять не увеличивая объём, а она взяла и сделала невозможное, и ведь сложного то ни чего нет. Мы с Викторией остановились на дороге и девочка мне прямо там показала, что сотворила с мотором. Просто невероятно, как она до такого додумалась. Нет, то что можно поиграться с фазами газораспределения, над этим и мы задумывались, но вот, что бы сделать их управляемыми в разных мощностных режимах, это открытие Лёня, которое стоит как минимум Сталинской премии, или ордена трудового красного знамени, за что, я сам лично готов ходатайствовать.

— Ну ты Витя загнул, прям таки Сталинскую, за какую то шестерёнку? Вот за завод кирпичный это да, согласен, но не за это!

— Лёня, я тебе как инженер со стажем говорю, её изобретение это новая и прорывная технология в ДВС. Подумай, если её применять в мощных моторах, ты не представляешь, какая экономия топлива будет в масштабах страны, прооосто колоссальная. Эх, да что там говорить, везунчики вы. Вот бы её к нам на завод! (мечтательно Поляков закатил глаза в потолок). Да мы бы с ней такое сделали!!!

— Но-но Витя. (улыбнулся Куличенко). Ты губку то закати, ей и у нас не плохо живётся, всё для неё делаем, хоть сама она многого и не требует. Семёнов, сейчас специально для её задумок опытный цех ставить собрался, пусть творит, пусть изобретает и нам на СТЗ и вам ВАЗовцам помощь будет не малая, главное, что бы девочка не перегорела, а в остальном мы поможем.

Конец интерлюдии.

Я подъехал к институту и вышел из машины, начал разглядывать её со стороны. Хоть тачка и грязная, но, чем то она мне нравится, вид у неё совсем другой стал. На днях мне сделают новые сиденья, буду мастырить к ним электроприводы. Электромоторы двенадцативольтовые есть, длинные болты, мне в токарке выточат, так что, фигня вопрос. Костюмы пингвин мне уже привезли, распотрошу их и установлю жопогрейки.

— Виктория! (послышался сзади мужской голос).

Я резко развернулся. Ко мне подходили два старшекурсника. Те, которых я в предбаннике отоварил.

— Чего надо парни?

— Вик. (выставил один из них руки вперёд ладонями). Мы тебя предупредить хотим. Сегодня к нам одна тёлка подходила, наша комсомолка Кузякина, знаешь такую?

— Допустим! (кивнул я).

— Короче. (продолжил парень). Она нас подговаривала тебя искалечить, мы конечно отказались, но она ведь может и кого нибудь другого найти, к тому же, в оплату себя предлагала, да и папа у неё в КГБ служит, в общем, имей ввиду и будь на стороже. Всё, мы тебя предупредили.

— Спасибо парни, с меня гостинец.

— Да ладно Вик, бывай, нам пора.

А вон и девчата идут. Я помахал им рукой, что бы шевелили поршнями и сел в машину.

Ха, значит обиделась шлюшка, ну-ну, посмотрим чего она придумает. Папа у неё в КГБ служит понимаешь ли, да мне по фиг, хоть в АБВГД, хоть ЁКЛэМэНэ, у меня сам Романов в корешах ходит, вместе со своим СМЕРШем, или как он там сейчас называется то, Г Р У вроде, придавят этого КГБэшника как клопа, если рыпнется конечно.

— Привет Викуль! (Запрыгнули девчонки на заднее сиденье). Ты давно ждёшь?

— Нет Маш, только что подъехала, жрать хочу, как медведь бороться. А хотите я вас в ресторан свожу, прямо в Волгу, вы как?

— Нет Вик, ты чего, какой ресторан, шутишь что ли? Поехали домой, там у нас вчерашние щи стоят и твоя любимая гречка с мясом.

— Машунь, может до Аиды сгоняем. Возьмёте у неё себе кассет с киношками, а я на счёт аппаратуры спрошу, что бы после обеда больше ни куда не мотаться.

— Поехали! (согласились девчата).

Короче, в этот день я заказал инструменты, всё кроме барабанов, начиная от гитар и кончая клавишами, набрали кассет с фильмами. Покушали. Девчата на кухне готовили ужин и обед на завтра, а я чертил, чертил и чертил, работы просто завались.