Бродячие средиземцы (гет)

Есть такая поговорка: тем, кто рано встают, по морда́м надают.

Так вот, очень хотелось повторить сказанное в этой чудесной поговорке на товарищах средиземцах. Ну, ладно, не на всех — только на Пианисте и Акутагаве, которые не только сами не спали в пять утра, но и отлично не давали это делать другим.

— Поднимайтесь! — скомандовал Пианист, небрежно тормоша то меня, то Нею за плечо.

— Ещё пять минуточек, мам... — сонно пробормотала я, и, повернувшись на другой бок, снова удачно погрузилась в царство Морфея.

А вот Нее (с ее очень чутким сном) такое провернуть не получилось от слова совсем: она проснулась и больше утром спать не хотела. Но за то, что Пианист прервал крепкий сон, она решила притвориться спящей — пусть попробует так её растормошить.

— Нам точно стоило брать их с собой? — фыркнул Рюноскэ, стоя рядом с Пианистом.

— К сожалению, они самостоятельно никуда не доберутся, — вздохнул Пианист и уже прикрикнул на нас, — поднимайтесь!

— Ну ма-а-а-а-ам... — жалобно протянула я.

— Я тебе не мама! — возмутился Странник и начал тормошить меня сильнее.

Я, которая спросонья наивно считала, что нахожусь я дома, а не в Средиземье, не разлепляя глаз, села на траве и весьма угрожающе произнесла:

— Если это ты, мелочь безмозглая, то знай, что как только я разлеплю свои глаза, ты огребешь от меня так, как не получал никогда ранее. Месть моя будет страшна...

— Ты угрожаешь мне?! — воскликнул Акутагава, который так неудачно стоял рядом.

Я тут же проснулась. Лес на месте, Нея на месте, эльфийские уши и группа странных мужчин — тоже. Значит, всё-таки, события вчерашнего вечера не белочка, не галлюцинации, не сотрясение мозга и не сон. Остается лишь один вопрос: радоваться этому или нет?

— Приняла спросонья тебя за младшего брата, — зевнула я, а затем, когда хоббит чуть-чуть угомонился, добавила, — хотя ты очень на него похож.

— Ах ты...

— Прекратите орать, — недовольно и сонно пробормотала Нея, вынимая очки.

— Что это ещё такое? — нахмурился Пианист, тут же забирая их.

— Эй, верни! Это для зрения! — прикрикнула на него моя сестра по разуму.

— Для зрения? — Пианист посмотрел через очки Неи на ближайшие предметы и недоверчиво приподнял одну бровь.

— Да, для зрения, — пояснила Нея, — это... Такие линзы. Ну, специальные выгнутые стекла, как в подзорных трубах для тех, кто нечетко видит этот мир.

— Разве у тебя не должно быть хорошее зрение, раз ты — эльф? — прищурился Рюноскэ.

— А в нашем мире я не эльф, — объяснила Нея, — от перемещения оно у меня лучше не стало.

— А вдруг это колдовское орудие? — не унимался Рюноскэ.

— Успокойся, Акутагава, — строго посмотрел на него Пианист и нехотя вернул Нее очки.

* * *

— Жа-а-а-арко... — протянула я.

— Ага... — устало выдохнула Нея.

Кто знал, что в Средиземье может стоять такая жаркая погода? Обычно такое только у нас, на Урале: то стоит такая жара и духота, что кажется, что ты вот-вот растаешь на солнце, как мороженое, то апокалипсис, состоящий из града, грозы, ветра и ливня (только что не из летящих с неба лягушек).

Но нет... Может, погода перемещается вместе с людьми?

— Я есть хочу, — вздохнул Пиппин.

— Я тоже, — тяжко вздохнул Док рядом с ним.

— Не нойте, — злобно пропыхтел Рюноскэ, который довольно бодро шёл вперёд за Пианистом.

На спине у него был огромный рюкзак, к которому сбоку была привязана кастрюля. Рюкзак был настолько большим, что из-под него виднелись только короткие ножки хоббита, из-за чего он чем-то напоминал упорного муравья, который тащит какую-нибудь палку в муравейник. Наблюдать за этим было весьма забавно, а ещё больше хотелось...

— Ная, убери его, — шепнула Нея.

...снять на камеру.

— Почему? — спросила я тихо, пока не убирая телефон.

— А что это за дощечка? — спросил Док, — почему оттуда видно Акутагаву?

— Поэтому, — вздохнула Нея.

— А...

А это интересный вопрос: как объяснить хоббиту, что такое телефон так, чтобы Странник, который тоже слушает, не принял полезную вещь за "колдовское орудие" или, что ещё хуже, "глаз врага".

— А это... Волшебное зеркало просто, — придумала я отговорку, — оно показывает и будущее, и настоящее, и прошлое... И то, что могло быть, и то, что может и не сбыться. В общем, события в разных временах. Хаотично очень. И изредка совпадает с настоящим.

— На моей памяти только у владычицы Галадриэль было такое, — подал голос Пианист.

— В вашем мире, — уточнила Нея, — а в нашем мире такие зеркала почти у всех.

— Какая безответственность, — нахмурился Странник.

— Зеркало показывает будущее? — спросил Пиппин, присоединясь к Доку.

— Ну.... Да. Время от времени, — уточнила я.

— А можешь посмотреть, что с Ацуши? — попросил он.

— С Ацуши?

Если Ацуши в этом мире несёт кольцо... Нет, он донесет, конечно, но как же ему не повезло с "Сэмом"!

* * *

— А скоро мы дойдем до Ривендела? — спросила я, плетясь где-то в хвосте.

— Ещё два дня пути, — спокойно ответил Пианист.

— Сколько?!

Как человеку, который о физической нагрузке только слышал, мне было идти очень трудно. Мы уже несколько часов шлепали без перерывов — мне интересно, как хоббиты с их рюкзаками ещё не завалились?

— Ещё два дня, — терпеливо повторил Странник, — не отставай.

— Да он издевается... — пробормотала я.

— Я все слышу! — усмехнулся Пианист.

— А я и не скрывала! — отозвалась я.

— Могло быть и хуже, — пожала плечами Нея.

— Как? — спросила я, приподнимая бровь.

— Могли идти сразу до Мордора со всем братством, — чуть тише ответила она.

— Ну... Спорный вопрос, хуже ли, — покачала я головой, — там же...

— Такая же ходьба без перерывов, а то и быстрее, битвы, в которых мы с тобой вряд-ли что-то сделаем и погони, где завалимся мы обе, — закончила за меня Нея.

Про погони она была права — мы на физкультуре кое-как могли пробежать пару кругов и не запыхаться, а тут бегать пришлось бы куда больше...

— И всё равно, это интереснее, чем идти без приключений, — возразила я, — мы приземлились уже после нападения назгулов — какая в этом радость?

— Может, такая, что нас не проткнули моргульским клинком, как Фродо? Ну, или, вернее для этого мира, Ацуши? — приподняла бровь Нея.

— Остальных хоббитов же не проткнули как-то, вот и нас бы не трогали, — помотала я головой.

— Зная то, как ты...

— Давай опустим тот факт, что я бы к ним, скорее всего, полезла сама?