Сердце лакричной палочки (гет)

После перемещения Жозефина обнаружила себя в камине огромной, к счастью, пустой залы. Она с минуту ошарашенно оглядывала неизвестную комнату, до конца не веря, что это случилось именно с ней. Когда же она попыталась выйти из камина, то запнулась о решётку и полетела на пол. И точно бы расшибла коленки, если бы вдруг её не поймали.

— Осторожнее, чудо, ноги же переломаешь, — всполошился спаситель.

Им оказался молодой брюнет, который улыбался самой очаровательной улыбкой, которую только видела Жозефина, а его серо-голубые глаза смотрели так тепло, что она на мгновение забылась и залюбовалась.

— Не могли бы вы... — спохватилась она, когда зрительный контакт как-то затянулся.

— Да, конечно. — Юноша отпустил Жозефину, но не сводил с неё заинтересованного взгляда. — Ты откуда здесь взялась?

— Из камина. Откуда же ещё?

— Да ну? — весело усмехнулся юноша, скрестив на груди руки. — И что же ты делала в камине? На трубочиста ты явно не похожа.

Жозефина недоуменно на него уставилась. Закралась мысль: а может, он и не маг вовсе?

— А ты что здесь делаешь? — решила "напасть" девушка.

— Граф Девон попросил посмотреть камин, дым в комнату идёт. Теперь твоя очередь: расскажи-ка, как это ты из ниоткуда появилась в камине, хотя минуту назад тебя даже в комнате не было?

Холодок пробежал по коже Жозефины. Похоже, действительно магл. А самое ужасное, что логичное объяснение в этой ситуации невозможно было сочинить при любых раскладах. Магл видел магию, и единственное решение проблемы — стирание памяти. В котором у Жозефины был убийственно ничтожный опыт. Здесь нужен профессионал. К счастью, у Жозефины был один такой знакомый, который к тому же не задавал лишних вопросов. Странный, преисполненный тайн в том числе для себя самого. Когда-то она спасла его, совершенно случайно, но он отныне считал себя обязанным ей. Главное — добраться до этого знакомого. В том, что он поможет, она не сомневалась.

— А кто ты, собственно, такой? — продолжала юлить Жозефина. — Может, ты маньяк какой, а я тебе сейчас всё выложу.

Юноша, запрокинув голову, рассмеялся. И его смех был таким бархатистым, что Жозефине захотелось его ещё рассмешить, чтобы послушать подольше. Она тут же одёрнула себя. Она же на работе! И что важнее, сейчас по её вине нарушился краеугольный закон одновременного существования магической и немагической Британии! Увольнение представлялось малой кровью в списке возможных наказаний.

— Джозеф! Ты закончил? — вдруг раздалось со стороны. В дверях стоял высокий представительный мужчина, в котором сразу угадывался аристократ. И он с повышенным вниманием осматривал Жозефину. — Я же оговорил, что ты должен быть один.

— Простите, милорд. Это Анжелика, моя невеста. Она принесла мне обед, мы уже уходим.

— Так ты закончил?

— Да. Оказалось, птица свила гнездо. Я всё прочистил, и камин теперь работает.

— Спасибо. Вот, держи, — аристократ протянул юноше мешочек, который недвусмысленно звякнул.

— Благодарю, — сказал Джозеф, забирая мешочек и беря Жозефину за руку. — Всего доброго, милорд.

Потрясённая Жозефина позволила вывести себя из дома, который оказался, на минуточку, целым замком, правда, слегка обветшавшим, и только на улице выдернула руку.

— Какая ещё невеста? С ума сошёл? — возмутилась она.

— А что я должен был сказать хозяину поместья, который прямо велел мне приходить одному? Что тебя тучкой к нему в трубу занесло, и я тебя вместе с гнездом оттуда вычистил?

Жозефина понимала его правоту, и она правда была ему благодарна за помощь, но её злило, что она вляпалась по самые уши и не представляла как выбраться.

— И с чего я вообще Анжелика?

— От "ангел".

— Это самый дурацкий флирт, который я слышала.

— Так ты буквально из ниоткуда приземлилась. Кстати, может, уже объяснишь? За тобой должок.

Жозефину внезапно осенило. За ней и впрямь был должок: она так и не подключила камин шумной семейки. Если она не выполнит работу, то точно обратит на себя ненужное внимание руководства. Нужно было срочно трансгрессировать. Только что делать с этим... Джозефом?

— Я просто кое-что изучала, — начала нести чушь Жозефина, вытягивая из кармана палочку. — Меня пустил дворецкий рано утром.

Девушка сделала резкий выпад и коснулась палочкой головы Джозефа, но в тот момент, когда она произнесла усыпляющее заклинание, и из палочки вырвалась вспышка света, он увернулся, и заклинание отразилось чёрным пятном на зелёной траве.

— Что ещё за чертовщина? — громко воскликнул Джозеф, тыча пальцем в палочку, а потом и вовсе отнял, пока Жозефина стояла столбом от испуга. — Ты меня убить, что ли, хотела? Вот этим? Ты кто такая? Полиции явно будет это интересно.

Жозефина невидящим взглядом уставилась на пятно на траве. Оно олицетворяло конец всего: работы, свободы, магии, жизни. Статут секретности кровожадно потирал руки, предвкушая заточение нового преступника.

— Эй, ты чего? — спросил Джозеф. Не дождавшись реакции, слегка сжал её плечо. — С тобой всё нормально?

И тут Жозефина разрыдалась. Горькими отчаянными слезами. Так и стояла посреди нескончаемого луга и оплакивала свою участь.

Джозеф поначалу растерялся.

— Ну ладно ты, не буду заявлять в полицию.

Но Жозефина продолжала лить слёзы, от которых размазывалась по щекам чёрная краска с ресниц. Тогда, засунув палочку в карман юбки Жозефины, Джозеф обнял её. Он гладил её по голове, бесконечно извиняясь за всё подряд. Почему-то ему хотелось, чтобы эта незнакомая девушка только улыбалась, хотя он ещё даже не видел её улыбки. И вообще она была странной. Жутко странной. И невероятно красивой.

Наконец Жозефина успокоилась и, отодвинувшись, отвернула лицо.

— Возьми, — протянул Джозеф ей носовой платок.

— Спасибо, — буркнула Жозефина, приводя лицо в порядок.

— Больше не будешь плакать? А то мне придётся опять тебя обнимать. Нет, я совсем не против. Но мне кажется, улыбка тебе больше идёт.

Невольно Жозефина улыбнулась.

— Ну вот. Я же говорил.

Джозеф вновь смотрел на неё по-доброму, как тогда у камина, будто не было никакого неудавшегося заклинания.

— Прости. Я не хотела сделать тебе ничего плохого.

— Что это за штука? — спросил Джозеф, кивнув на палочку в кармане. — Волшебная палочка или что-то вроде?

— Ты знаешь о волшебных палочках? — изумилась Жозефина.

— Хочешь сказать, магия существует? — глаза юноши так и загорелись восхищённым блеском.

— Мерлинова борода! Меня больше никогда не выпустят к людям!

— Чья-чья борода?

К чёрту всё! У Жозефины не было ни времени, ни желания выдумывать магловские объяснения. Она решила идти ва-банк и говорить начистоту, раз уж всё равно стирать ему память.

— Слушай, мне очень нужно кое-что доделать. Но я не могу тебя здесь оставить. Поэтому я наложу на тебя усыпляющее заклинание, а потом вернусь и разбужу тебя, хорошо? Ничего опасного, я обещаю.

— Ты шутишь? Я сейчас узнал, что в мире есть магия, и теперь знаю ту, кто ей владеет, а ты предлагаешь мне поспать? Я иду с тобой, куда бы ты ни шла!

— Для магла это может быть опасно, не говоря уже о том, что я нарушу главный закон магического мира.

— У вас тоже законы есть? Интересно. А магл — это кто?

— Ты. Маглы — это обычные люди, не волшебники.

— Магл. Ма-г-л. Ма-агл, — пробовал Джозеф на вкус новое слово. — Звучит как обзывательство какое-то.

— Я серьёзно, Джозеф.

— Эй, ты запомнила моё имя, — расплылся юноша в довольной улыбке. Лучше б он этого не делал, потому что Жозефина в этот момент поняла, что готова ему уступить. — А я твоё так и не знаю.

— Жозефина.

— Жози, значит. Отлично.

— Жозефина, а не Жози.

— Как скажешь, Жози. Так куда едем? Нам нужен автобус или поезд? Могу одолжить у друга машину.

— Ты сильно об этом пожалеешь, Жозефина, — пробормотала себе под нос девушка и крепко схватила Джозефа за руку. — Ни за что не отпускай меня.

И прежде чем Джозеф что-то понял или задал вопрос, Жозефина трансгрессировала.

Пока она пыталась настроить камин шумному семейству, на удивление быстро отошедший от последствий необычного перемещения Джозеф стоял на улице у их окна под дезиллюминационными чарами и не дышал. Жозефина была уверена, что он никуда не денется, потому что любопытство чуть ли не выпрыгивало из него. Так и не сумев устранить сбой, она сама оформила заявку на ремонт и, отправив её через камин в Центр, наконец, поставила галочку напротив этого злосчастного адреса. Теперь предстояло заняться главным.

Жозефина, а вместе с ней и по-прежнему невидимый Джозеф направлялись в ближайший магический паб "Чердак колдуна". Джозефу она сказала, что нужно ещё кое-куда переместиться через камин по работе. И в принципе почти не соврала: ей действительно нужен был камин, который действительно находился в "Чердаке колдуна". Ну и Джозеф не появился бы в её жизни, если бы не работа, так что он тоже являлся её работой. Работой же?

По дороге он донимал её вопросами, на которые, на удивление, ей нравилось отвечать.

— Значит, суть твоей работы в организации транспортного перемещения волшебников, — заключил Джозеф. — Точнее, одного из видов. У вас есть камины, телепортация...

— Это называется трансгрессия, не телепортация.

— Хорошо, трансгрессия. На чём ещё вы передвигаетесь?

— Ещё есть порталы. В отличие от трансгрессии, у них нет ограничений в расстоянии. Многие летают на мётлах...

— Стоп! Как ведьмы? Те самые с остроконечными шляпами, которые собираются на шабаш?

— Мы и есть ведьмы. Только нет у нас никаких шляп и шабашей. То, что ты сказал, это фантазия какого-то впечатлительного магла, которая превратилась в глупый штамп. Дальше будешь слушать?

— Да. Извини.

— Мётлы хороши на небольших расстояниях, правда, летать на них — это трата времени. Но это самый распространённый способ, потому что он доступнее и не требует сложных навыков. Камин, например, есть не в каждом доме, а если есть, у хозяев должно быть разрешение на подключение к общей сети, хотя есть исключения без подключения, но это, как правило, сомнительные случаи и с кучей сложных обходных путей. Трансгрессия же требует сильной концентрации, а порталы могут создаваться только в Министерстве магии, собственноручное изготовление является преступлением. Также по Лондону ездит особенный автобус. Он появляется по зову волшебника, попавшего в беду, и перемещается скачками между точками на бешеной скорости. Те, кто ездил на нём, говорили, что водитель у него слепой.

— Как же он водит, если слепой?

— Магией, Джозеф, — улыбнулась Жозефина и взмахнула палочкой. — Протего.

К Джозефу тут же вернулась материальность.

— Ух ты! Я снова человек. А чего сняла чары?

— Приятнее, когда видишь собеседника. Тем более, такого.

Последняя фраза вырвалась случайно, и Жозефина опустила глаза и слегка отвернулась, чтобы Джозеф не заметил румянца на её щеках. Но он всё равно заметил.

— Какого "такого"? — спросил он, выразительно вглядываясь в её лицо и стараясь поймать взгляд.

— А ещё есть Хогвартс-экспресс, — невозмутимо продолжила Жозефина, намеренно игнорируя вопрос. — Это настоящий магловский поезд, который зачаровали более чем шестьюдесятью заклинаниями. Это, кстати, единственный магловский транспорт, на котором я ездила. Поезд отвозит детей из Лондона в магическую школу Хогвартс.

— Ты специально завела речь о магической школе, зная, что я переключусь на неё, чтобы не отвечать на мой вопрос, — озорно улыбнулся Джозеф. — А ты крайне хитрая особа, мисс Жози.

— Ложь и клевета, мистер Джозеф, — встретив, наконец, его взгляд, улыбнулась в ответ Жозефина.

— Ну ничего, мы ещё к этому вернёмся. И не надейся, что я забуду. Так что там с магической школой? Шмогвартс?

— Хог-вартс. Про него я потом расскажу. Возможно.

На последнем слове улыбка растаяла под весом мысли, что ни про какой Хогвартс Джозеф уже завтра не вспомнит, забудет он и про способы перемещения магов, и про свой вопрос. Жозефина понимала, что может наговорить ему всё, что угодно, показать, что угодно, что не дозволено ему видеть и слышать как маглу, и он всё равно не будет ничего знать. Какая-то странная горечь обволокла Жозефину изнутри, сердце наполнилось грустью, которая напрочь стёрла страх потерять работу или свободу, будто оно точно знало, что есть нечто хуже.

— Мы пришли, — остановилась Жозефина у полуразвалившегося двухэтажного здания и повернулась к Джозефу. — А теперь не шевелись.

Она вновь наложила дезиллюминационные чары.

— Подожди меня здесь, хорошо, Джозеф? Ничего не трогай и ни с кем не говори, будто тебя здесь и нет. И пожалуйста, никуда не уходи. Обещаешь? От тебя зависит моё будущее.

— Твоё будущее зависит от меня? Неплохо. Обещаю, только если сменишь фамилию на Бакет, иначе я не смогу повлиять на твоё будущее.

— Что ещё за Бакет?

— Моя фамилия.

Щёки Жозефины мгновенно вспыхнули, она резко развернулась и под тихий смех Джозефа направилась к зданию, кинув, не оборачиваясь:

— Сиди тут, Бакет.

До Жозефины в пабе никому не было дела, она спокойно прошла к самой дальней комнате и прикрыла дверь. Бросив порох, она произнесла название места, которое обещала себе никогда не говорить вслух. Когда дым окутал её с головой, она всё ещё не переместилась: требовались идентификация и разрешение хозяина. Жозефина давно не навещала Питера. На секунду она подумала, что он закрыл ей доступ в свой дом. Но дымка схлопнулась, и вместе с ней исчезла и Жозефина.

— Я уж решил, что ты про меня и забыла.

У камина стоял мужчина средних лет с длинными до плеч чёрными волосами, которые уже покрылись сединой на висках, облачённый в потёртый вязаный свитер и штаны, которые износились настолько, что у них обвисли коленки. По внешнему виду Жозефина бы ни за что не подумала, что перед ней сильнейший волшебник. Ей казалось какой-то насмешкой судьбы, что человек, способный с лёгкостью двигать предметы и даже людей без палочки и изменять память одним предложением, не мог применить простейшую магию и привести в порядок собственную одежду.

— Привет, Питер. Рада тебя видеть.

Питер тоже был рад. Это выдавали блеск в уставших глазах и искренняя улыбка.

— Ну, располагайся, у меня всё по-прежнему. Сейчас поставлю чайник.

— Я бы с удовольствием поболтала. И обязательно приду снова именно за этим. Но сейчас мне очень нужна твоя помощь.

Беспокойство тронуло огрубевшие черты.

— Магл увидел мою магию. А я боюсь навредить ему, если попытаюсь стереть память. В Министерство не могу пойти, начнутся разбирательства, а магл окажется под постоянным наблюдением. На тебя одна надежда.

Питер глубоко вздохнул.

— Почему ты думаешь, что я ему не наврежу? Я понятия не имею, на что способен.

— Так ничего и не вспомнил?

— Нет. Потому магию и не использую. Чтобы не сделать хуже и не привлечь ненужное внимание. Может, тот, кто меня заточил, всё ещё меня ищет.

— Пожалуйста, Питер. Ты сможешь. Я знаю, что сможешь. Я видела. Тогда в Зёльдене.

Мужчина молча смотрел на Жозефину исподлобья, явно раздумывая.

— Да чтоб тебя! Но объяснения для Мунго в случае чего сама придумывать будешь. С тебя палочка.

Питер двинулся к ковшу с порохом.

— Что, сейчас? — отчего-то испугалась Жозефина.

— Не думаю, что магл, увидев такое, будет держать язык за зубами. Статут секретности уже был нарушен.

— О, Джозеф не будет болтать, — затараторила девушка. — Ему просто интересно. Ты не представляешь, в каком восторге он был от трансгрессии, несмотря на жуткое головокружение.

— Джозеф, значит? — с подозрением вскинул брови Питер. — И он с тобой трансгрессировал?

— Да! И он... — Жозефина вдруг услышала свои слова со стороны и раздосадованно прислонилась спиной к стене. — О, Мерлин! Какая же я идиотка! Ещё и про транспорт наш растрепала, обещала про Хогвартс рассказать. Ты прав, надо стереть ему память как можно быстрее. Идём!

Жозефина уже встала в камин и потянулась за порохом, как её обухом ударила следующая фраза Питера.

— Он тебе нравится.

— Что?

— Этот Джозеф, очевидно, тебе нравится. Это плохо.

— Думаешь, я сама не знаю? Мы вообще не должны были никогда встретиться, а из-за дурацкого камина его теперь придётся подвергать опасным чарам. Я тебе доверяю гораздо больше, чем себе, но я слышала о случаях, когда магл сходил с ума, потому что маги при стирании не учли какие-то особенности его характера или жизни, и он точно помнил одно, но интуиция кричала, что это неверно.

Питер мягко опустил руку на плечо Жозефины.

— Тогда иди к нему, узнай получше. К полуночи буду у тебя и сделаю то, о чём ты попросила.

— Мой камин подключён к общей сети, тебя могут отследить.

— Придумаю что-нибудь.

— Спасибо, Питер, — обняла его Жозефина.

— Это тебе спасибо, — обнял Питер её в ответ. — И я всегда буду тебе благодарен.

Жозефина переместилась в первый пришедший в голову камин, а оттуда уже трансгрессировала к "Чердаку колдуна".

— Ух ты! Так вот как это выглядит! — воскликнул Джозеф с той стороны, где Жозефина его оставила. — Просто пуф — и человек целиком появляется. А если он окажется в болоте?

— Протего, — взмахнула палочкой Жозефина и не смогла сдержать улыбку, когда увидела восторженного Джозефа. — При трансгрессии чётко представляешь место. То есть, нужно побывать там когда-то до трансгрессии, чтобы можно было нарисовать в голове. В болото можно попасть, если ты слишком давно там не был и местность успела заболотиться, или же ты в процессе потерял концентрацию и угодил не туда.

— Я бы точно потерял, — сказал Джозеф, пристально глядя в глаза Жозефине, из-за чего она смутилась. — Прости. Так ты на сегодня все дела закончила?

— Да.

— Значит, ты сейчас свободна? Может, сходим куда-нибудь?

— Как на свидание?

— Это и будет свидание. Если ты, конечно, согласишься.

Жозефина расплылась в счастливой улыбке.

— Неужели у тебя уже есть предложения?

— Ты сказала, что кроме поезда никогда не каталась на магловском транспорте, — заговорщически блеснули глаза Джозефа.