Фантасмагория (джен)

Альбус Персиваль Вульфрик Брайан Дамблдор пребывал в мрачном настроении.

Во-первых, после пира в честь окончания очередного учебного года гастрит все никак не хотел успокаиваться. Директор мучился изжогой и с тоской смотрел на вазочку с лимонными дольками.

Во-вторых, у него опять начало стрелять в пояснице, отчего светочь всея магической Британии сидел с поясом из собачьей шерсти под своей цветастой мантией, который жутко чесался! Лучше от него не становилось, но альтернативой была баночка с прогревающей и жутко вонючей мазью, от которой у него краснела кожа и вскакивали волдыри. Порой Дамблдору казалось, что профессор Снейп над ним издевается, готовя абсолютно непригодные к употреблению зелья. Откроешь колпачок — и сразу же тошнота подкатывает от смрада!

Ах, если бы проблемы со здоровьем можно было бы решить одним взмахом волшебной палочки! Но, увы! Магия, к великому сожалению, далеко не так всесильна, как о ней говорят. Да и возраст накладывает свои ограничения. К примеру, все тот же гастрит и осточертевшая изжога — полному излечению зельями не поддаются. Как и радикулит, артрит и артериальная гипертензия. Чисто стариковский набор!

Дамблдор иногда подолгу рассуждал сам с собой, как же он успел так быстро одряхлеть и не терял надежду найти какой-нибудь способ воспрять и духом и телом.

Философский камень был его мечтой и целью номер один долгие годы, но упрямец Николас Фламель никак не хотел идти на контакт! Хотя Дамблдор отправлял ему письмо… дважды! В итоге Дамблдор пошел на отчаянную провокацию — начал рассказывать о том, что он вместе с именитым алхимиком работал над совместными исследованиями в области применения драконьей крови. Фламель никак не среагировал. Это уже вызывало сомнения в его живости. Впрочем, Северус уверял, что старый алхимик иногда выступал на закрытых симпозиумах и профессор видел его своими собственными глазами. Похоже, что Фламелю попросту было далеко до лампочки, что о нем там треплются всякие волшебники, даже если это Альбус Персиваль Вульфрик Брайан Дамблдор.

Поэтому прошлогоднюю «тренировку для героя» пришлось устраивать с воображаемым философским камнем, что ничуть не смутило дух Волдеморта. Видимо он взаправду окончательно двинулся после развоплощения. Впрочем, если бы удалось раздобыть реальный камень, Дамблдор бы его технично приберег для себя, а в спектакле все равно задействовал бы фальшивку.

Ну, пусть. Гарри показал себя вполне хорошо и команда у него сложилась замечательная! Директор, конечно, направлял из тени, но в основном не вмешивался, хотя поначалу думал отодвинуть мисс Грейнджер в сторонку. Уж больно она казалась ему навязчивой и любящей напирать на правила! До зубной боли. Но в итоге девочка так смело наврала в лицо профессорам, прикрывая своих рыцарей-спасителей в той противной ситуации с троллем, что Дамблдор попросту растаял. Разве что слезинку не смахнул! Он уже тогда понял — из юной мисс выйдет толк! Смышленая и прилежная ученица с прекрасной памятью. Она сослужит хорошую службу Общему Благу!

Да, первый учебный год Избранного получился отличным. С планом на следующий директор пока не торопился, были у него кое-какие черновые наработки, но сперва нужно было окончательно разобраться с бумажными делами.

В этот момент раздался требовательный стук в окно. Дамблдор выпал из своих мыслей, обернулся и увидел толстую полярную сову на карнизе. Он встал, подошел к окну, открыл форточку и забрал у нее плотный конверт и какой-то смятый листок в клетку. Листок Дамблдор с осторожностью разгладил и удивленно приподнял брови.

— Гарри на каникулах решил подтянуть зельеварение? — вслух изумился он и улыбнулся дедовской улыбкой. — Судя по зачеркнутому крест-накрест примеру с неверным результатом, эта попытка была не слишком удачной. Ну, за старания уже похвалить можно.

Дамблдор отложил листок и вернулся к конверту. Отправителем значилась Гермиона Грейнджер, а адресом — 17 Rue des Remparts, Saint-Tropez, France. Уже четвертое письмо от девочки. Хорошая и верная подруга искренне беспокоилась о Гарри, переживая, почему же он не отвечает на ее письма.

В противовес ей, Рональд Уизли написал только одно коротенькое письмо. О том, что к нему приезжает Чарли и Билл до августа, и попутно интересовался, не сможет ли Гарри приехать к нему погостить на недельку прямо перед школой?

Губы директора растянулись в улыбке. Хорошие друзья попались Гарри, жаль только, что пока их письмам не суждено дойти до адресата.

Изоляция была необходимой мерой. В конце концов, Гарри еще слишком маленький мальчик, чтобы позволить волшебному миру тянуть его в разные стороны.

Дамблдор хмыкнул и покосился в сторону. Там массивный секретер распирало изнутри всякими письмами, записками, посылками, подарками и просьбами автографов. И это только за этот месяц! Дамблдор не переставал хвалить себя за то, что в свое время озаботился этим вопросом и устроил все так, чтобы почта Мальчика-Который-Выжил автоматически пересылалась ему. Впрочем, он уже начал от этого уставать. Разборкой писем и подарков занимался целый отряд домовых эльфов. За 11 лет почта успела забить до потолка три классные комнаты! А если бы это все свалилось на голову ребенка, то его эго раздулось бы до небес и вырос бы он ужасно избалованным мальчишкой!

Пусть пока побудет вдали от всей этой суеты. Да и характер мальчику не помешает немного закалить. Нынешняя молодежь вообще редко остается наедине со своими мыслями.

А друзья... что друзья? Если дружба настоящая, то пара месяцев ничего не изменит. А если изменит — значит, и дружбой это никогда не было. К тому же за лето Гарри наверняка успеет соскучиться по Хогвартсу. Это полезно. Дом начинают ценить только тогда, когда уезжают. И на фоне пропажи писем можно устроить целое расследование и потренировать у детей развитие дедукции и смекалку!

— Может быть, включить в приключения гигантского кальмара?.. — пробормотал директор. — Хотя нет. Не подойдет. Пауль слишком пугливый...

Дамблдор рассеянно погладил Буклю по клюву и взял для нее печенюшку из кормушки Фоукса. Феникс возмущенно вскинул голову, обиженно повернулся к нему задом и демонстративно какнул мимо помоста.

— Старая вредина, — беззлобно заметил директор. Характер у феникса был паршивый, и становился хуже ближе к «сгоранию». — Между прочим, Букля, в отличие от тебя работает не покладая крыльев! — укоризненно сказал он, а про себя подумал: «Как хорошо, что я доверился Хагриду в вопросе выбора почтальона! Умная! Надежная! И просто красавица!».

Директор вернулся за письменный стол, взглянул на бумаги и помрачнел.

Гигантский свиток отчета о «Доходах и расходах за 1991-1992 учебный год ШЧиВ Хогвартс» ниспадал широкой лентой с массивного стола и петляя туда-сюда, терялся где-то в дебрях кабинета. Попечительский совет каждый год выделял средства на финансирование школы. А от сиятельного лорда Малфоя в первый день каникул ровно в 8:00 утра прилетал вопиллер и в особливо едкой форме интересовался, когда это уважаемый директор Альбус Персиваль Вульфрик Брайан Дамблдор соизволит отправить отчет, который он должен был получить еще вчера?

У директора давно складывались подозрения, что всю кабалу с учетами расходов бюджета до последнего кната, придумал истинный слизеринец. Может быть даже сам Салазар! Человек благородный и правильный, самый настоящий гриффиндорец, никогда не будет требовать треклятых отчетов, потому что жертвует средства от чистого сердца и вверяет распоряжение ими на его, директорское, усмотрение. Альбус Дамблдор справедливо считал, что кавалеру ордена Мерлина первой степени, председателю Визенгамота и представителю магической Великобритании на Международной Конфедерации Магии можно всецело доверять.

Разве он когда-нибудь позволял себе спускать средства в трубу?

Директор отвлекся от мелких въедливых цифр и усталым взглядом окинул свой кабинет.

Стационарный вредноскоп с хрустальным куполом издавал привычный шум. Три армиллярные сферы сияли золотыми ободками, украшенными рунической резьбой и отслеживали положение небесных тел. Зачарованное перо с серебряным наконечником без передыху записывало в журнал показания этих приборов — астрологический прогноз всегда должен быть под рукой!

Маятник мерно тикал в глубине напольных часов конца XIX века. Искусная резьба по дереву поражала воображение — и это работа магглов! В застекленном шкафу корешок к корешку стояли редкие книжные издания, а свободные места полок занимали милые сердцу скульптурки и статуэтки.

Золотой слон с поднятым хоботом и инкрустацией каменьями на попоне — талисман, привлекающий материальный достаток, купленный во время съезда МКМ в 1984 году в Тайланде. Трехногая лягушка с монеткой во рту и рубиновыми глазами — артефакт помогающий заключать выгодные сделки, Дамблдор привез его с собой после съезда МКМ в Китае, в 1987. Вместе с жабой он прикупил у того же мастера оберег от трудностей и неудач — золотую драконочерепаху. Несколько красочных африканских масок с пугающими рожами — это уже Джеймс Поттер, увлекшись магическими практиками Африканских племен, привез из поездки в качестве сувенира любимому директору. На тумбочке рядом с распределяющей Шляпой махал лапой японский манэки-нэко. Манящий удачу котик был куплен в лавке талантливого артефактора летом 1991, когда очередной съезд МКМ решил собраться в Токио.

Ну, если уж директор и позволял себе «маленькие радости» за счет попечительского совета, то совсем чуть-чуть.

Капельку. Крохотненькую.

Правда, судя по ни в какую не сходящимся числам, отчет был иного мнения.

Что ж, в какой-то степени, сбор магических артефактов был банальной необходимостью. Дамблдор уже давно не был самым великим и сильным волшебником современности. Стыдно признаться, но в магии он был не сильнее завхоза Хогвартса — мистера Филча. Сквиб? Как так получилось? Все просто — просчитался. Можно сказать, совершенно по-глупому.

Когда-то давно, еще до легендарной дуэли с Гриндевальдом, Альбус и Геллерт связали себя магической клятвой. Тогда она казалась разумной мерой предосторожности. Молодые волшебники были уверены, что способны договориться обо всем на свете и никогда не станут врагами. Разумеется, жизнь распорядилась иначе.

Дамблдор с досадой вспоминал промах и корил себя-молодого за юношеский максимализм. Когда Гриндевальд опасно увлекся идеями превосходства волшебников над маглами и своими действиями поставил под угрозу Статут о секретности, Альбус решил подловить его хитростью.

Они заключили пакт на крови и поклялись никогда не сражаться друг с другом. Альбус сражаться не собирался. Он всего-то хотел заманить Гриндевальда в ловушку, вырубить его чем-нибудь, связать и вызвать авроров. К его несчастью, для магии пакта было достаточно и удара сковородкой.

Сокрушительный откат за нарушение клятвы настиг его уже после победы. Пока магические державы праздновали падение темного волшебника, сам победитель корчился на полу собственной спальни, не в силах вдохнуть. Боль и жжение в груди, одышка, тошнота, рвота, холодный пот, учащенное сердцебиение, головокружение и чувство тревоги накрыли его мощной волной. А на бледной груди на всю жизнь проступило клеймо клятвопреступника.

Один единственный удар сковородкой. И такие сокрушительные последствия. Да Мерлин бы умер от смеха, если бы кто-нибудь рассказал ему этот анекдот!

Дамблдор сумел выкрутиться только благодаря слезам феникса, но вот магическое ядро выжгло канальцы магатока практически подчистую. Артефакты и бузинная палочка помогли остаться ему на плаву и не подавать виду. Костыли, да и только! Но что поделаешь? Не на пенсию же идти! Он уже распланировал как маленькими шажками переиначить застарелое общество консервативных магов и помочь маглорожденным обрести свое место под солнцем в чуждом мире ради всеобщего блага.

Отступаться Альбус Дамблдор не собирался.

Директор тоскливо вздохнул и скосил глаза на медицинскую карточку из Больничного крыла, подписанную аккуратным почерком мадам Помфри: «Гарольд Джеймс Поттер». Откровенно говоря мальчик, приехавший в Хогвартс, показался ему задохликом.

Разумеется, Альбус не рассчитывал, что Гарри вырастет избалованным ребенком. Именно поэтому он и настоял когда-то на том, чтобы мальчик воспитывался вдали от волшебного мира. Слава Избранного — штука опасная. Она кружит головы даже взрослым, что уж говорить о детях.

Со слов миссис Поттер директор был уверен, что ее сестра терпеть не может волшебство, но в истерику от него не впадает. Кроме того, Лили всегда жаловалась, что Петунья чрезмерно ответственная. А мистер Дурсль представлялся ему добропорядочным магглом старой закалки, способным обеспечить ребенку достойное воспитание. Откровенно говоря, результат получился весьма впечатляющим. Дамблдор вспоминал своего покойного гувернера мистера Крофтона: строгого, принципиального, чопорного, въедливого и невероятно дотошного. Альбус его терпеть не мог, но в то же время признавал, что все эти современные сюси-пуси с детьми ужасно портят характер!

Мистер Дурсль, определенно, был вылеплен из похожего теста. Гарри не страдал звездной болезнью, был вежливым и скромным. Пожалуй, даже чересчур. Впрочем, возможно в этом был виноват ведьмин мешочек с особыми чарами, который должен был подправить поведение родственников. В соответствии с идеальным шаблоном мистера Крофтона. Но, видимо, чары оказались слишком хороши. Дамблдор досадливо морщился, но ничего непоправимого не видел.

Миссис Фигг — глаза и уши Дамблдора в Литтл-Уингинге, полностью отрабатывала свое содержание в 30 галеонов. Она исправно присылала доклады, в которых расписывала как мальчик трудится и в саду, и в доме, и машину моет, как маленькая пчелка. Правильно, настоящий мужчина по хозяйству все должен уметь! А то что подзатыльники от тетки получает — так это в воспитательных целях лучшее средство.

Мундунгус Флетчер тоже получал свои 15 галеонов за «особые поручения», и в докладах описывал такую же картину, так что Дамблдора в этом плане все устраивало.

Но вот медицинская картина директору не нравилась. По сравнению со сверстниками, Гарри был хиленьким, явно страдал недовесом и головными болями. Ясное дело, из-за крестража, щепотки сути Волдеморта, которая прицепилась к младенцу в ночь Самайна и пыталась завладеть им. Альбус Дамблдор тогда встал перед сложнейшим выбором — избавить невинное дитя от злого рока, отправив его на небеса, или же попытаться спасти. Он привык действовать чужими руками, храня свои в чистоте, и содрогался от одной мысли, что его ладони омоются кровью младенца.

━━━━━━ ◦ ❖ ◦ ━━━━━━

— Нет-нет-нет-нет, — в ту ночь Альбус взбудораженными шагами мерил гостиную в Годриковой Лощине, качая на руках ревущего мальчика.

Он судорожно искал способ… Мерлинова борода! Он преподавал трансфигурацию, а не ритуалистику!

Разумеется, кое-что он в этой сложной науке смыслил, но знаний явно было недостаточно, чтобы отделить паразита от чистой души ребенка и изгнать за Грань. К тому же, это требовало много сил, а силой Дамблдор давно похвастаться не мог. Тогда он решил обратиться к человеку, мало-мальски разбирающемуся в теме создания крестражей, Горацию Слизнорту.

В свое время Слизнорт пытался получить место подмастерье в области ритуалистики в Штатах у одного из самых известнейших мастеров-виталистов современности — Джозефа Карвена. Но молодой тогда Слизнорт очень глупо поддался на флирт единственной горячо любимой дочери Карвена — Анны. За это разгневанный отец прогнал его и пообещал собственноручно придушить, если он снова дерзнет приехать в Америку.

Дамблдор рванулся к камину, зачерпнул пороха и швырнул в тлеющие угли.

— Эксмур, Дом Ласточек 12! Гораций! Гораций, открой камин, это я, Альбус!

Младенец заливался плачем и всячески старался вырваться. Кровь у директора шумела в висках, сердце ходило ходуном о ребра. Он с опаской посматривал на ребенка, боясь не успеть, боясь в детских зеленых глазах поймать узнавание и красный отблеск расчетливого взгляда Волдеморта.

С той стороны камина раздалась возня, и крайне сонный голос проворчал:

— Ну кому там ночью не спится… — одутловатое лицо Слизнорта показалось в камине, он заморгал глубоко посаженными маленькими глазками на яркий свет, и растерянно ахнул, — Альбус?.. Это не твой камин… Что это за ребенок?..

— Пропусти меня к себе, нужно торопиться пока еще не все потеряно!

— Сначала объясни мне, что здесь происходит! — воскликнул Слизнорт.

— Пока ты мнешься Гарри страдает от истязания злой сутью Волдеморта! — прикрикнул Альбус, отчего Слизнорт в ужасе отпрянул назад. — Только ты можешь помочь мальчику! Ну же, Гораций! Я выручил тебя, помог устроиться в Хогвартсе, когда ты вернулся без кната из Штатов! Пора возвращать долг! Впусти же меня!

Слизнорт досадливо поморщился, но все же разблокировал камин и Дамблдор спешно ввалился в его гостиную, крепко притесняя младенца к груди.

Гораций отступил на пару шагов, с опаской косясь на плачущего ребенка, и буквально кожей ощущая эманации темной магии.

В мягкой тени от приглушенного света торшера было видно, как извиваются бесплотные щупала, опутывая маленькую головку.

Слизнорт шумно сглотнул, чувствуя, как у него задрожали руки.

— Гораций! Гораций очнись и займись делом! Изгони эту ересь, пока она не взяла верх над ребенком! Быстрее же, мальчик почти выбился из сил! Нужно торопиться! — Дамблдор вручил ребенка в руки мужчины, а сам извлек палочку из кобуры и принялся Акцио призывать восковые свечи, заговоренный мел, ладан, ритуальные чаши и кинжал. Он еще помнил, что входило в базовый набор ритуалиста, и был уверен, что в доме Слизнорта это все имеется.

Увы, изгнать дух из тела у Горация не получилось. Он пробовал трижды, пока бедный ребенок в центре сложнейшего магического круга не начал хрипеть, сорвав голос. Тогда Слизнорт воспользовался временной мерой — оградить крестраж и сумел заключить паразита в эфемерную «коробочку», а для надежности припечатал руной sowilo, символизирующей победу и успех. К счастью, это помогло: ребенок успокоился и заснул, эманации тьмы рассеялись, а усталый Слизнорт заявил что большего добиться невозможно.

— Мне жаль это говорить, Альбус, но мальчик все равно обречен. Клетка продержится… не знаю сколько… но рано или поздно эта тварь вырвется и тогда…

— Гораций, я хочу чтобы ты пообещал мне что будешь молчать. Мальчик не виноват, так сложилась его судьба. Волдеморт уничтожил Лили и Джеймса. Он буквально стер их в порошок! А этот ребенок выжил! Это настоящее чудо, Гораций! Так пускай живет столько, сколько ему отпущено судьбой! — проникновенно заявил Дамблдор, поправляя клетчатый плед, в который, точно куколка бабочки, был завернут маленький мальчик.

— Альбус, но ведь… в нем крестраж Того-Кого-Нельзя-Называть! Если он пробудится…

— Ты проделал прекрасную работу, Гораций, и если ты не веришь в свои навыки ритуалиста, то я готов верить в них. С Гарри все будет в порядке.

— Не знаю я… — Слизнорт в смятении вздохнул, нервно поправляя ворот пижамной рубашки. — А что если у Того-Кого… что если у него был не один крестраж? Он ведь может вернуться в таком случае. Возродиться и тогда….

— И Тёмный Лорд отметит его как равного себе, но не будет знать всей его силы... — внезапно осенило Дамблдора так, что аж перехватило дыхание. Пророчество! Неужели оно действительно настоящее?!

━━━━━━ ◦ ❖ ◦ ━━━━━━

А потом Дамблдор долго и основательно вспахивал и засевал благодатную почву истории Избранного героя.

Когда-то пророчество было всего лишь красивой легендой, удобной наживкой для Волдеморта. Его не произносила Сивилла Трелони, Дамблдор сам выдумал его буквально за один вечер. Но после Самайна все изменилось. Слишком уж многое начало совпадать и Дамблдор разглядел в этом знак.

Поэтому он решил взять на себя ответственность, стать негласным наставником мальчика. Если уж Гарри Поттеру предстоит однажды снова столкнуться с Темным Лордом, то к этому следовало подготовиться заранее. Именно поэтому директор заботился о его репутации, подогревал интерес общества и старался направлять события в нужное русло. Героям нужны не только сила и храбрость. Героям нужна вера людей.

А еще опыт. Именно поэтому история с философским камнем, несмотря на все шероховатости, в целом удалась.

И все-таки, не помешает послать кого-нибудь из подручных в Литтл Уингинг. Нужно запрятать ведьмин мешочек с легкой порчей. Предыдущий, возвел неприязнь родственников в абсолют, а по расчетам Дамблдора должен был всего лишь сделать их требовательнее, чтобы держали мальчишку в узде. Но, судя по худенькому тельцу, бедный мальчик живет на хлебе с водой, а это уже слишком! Полосу препятствий он прошел на троечку, и едва сумел отбиться от одержимого профессора Квиррелла.

Кстати, профессор Квиррелл! И как только он, Альбус Дамблдор, уже умудрился о нем забыть?!

Квиринус и так поддался алчности, впустил в свое тело, в храм своей души, Темного Лорда, так что кража десятки тысяч галеонов сверху на его репутации не скажется. В эту сумму прекрасно вписывается и покупка цербера, и сверхурочный тандем работ профессора Флитвика и профессора Макгонагалл по зачарованию гигантских шахмат, и внеплановый ремонт в туалете для девочек на втором этаже после взбесившегося тролля.

Можно было бы оставить все как есть, все равно привидение бедняжки мисс Уоррен отпугивает желающих, но во-первых, коридор — проходной. Через него можно срезать путь к Астрономической башне. А во-вторых, мисс Уоррен пригрозилась утопить слезами весь Хогвартс, если в ЕЕ туалете не наведут порядок. Пивз горячо пообещал с этим помочь и за одну ночь сорвал краны на первом этаже замка во всех помещениях с рукомойниками. В общем, пришлось ремонтировать.

Директор подозревал, что тролль в Хогвартсе — дело рук этого пройдохи, одержимого Квиринуса, значит и отдуваться ему. Нет, подумать только! Притащить горного тролля в школу полную детей! Это просто чудо, что никто не пострадал, а мисс Грейнджер отделалась испугом.

Дамблдор улыбнулся воспоминаниям.

Он все-таки не ошибся в мальчике! Гарри и его друг Рон вдвоем сумели завалить взрослого тролля! Чистое везение! Но сама инициатива встать на защиту близких — похвальна! Как жаль, что Минерва начислила им всего-то по пять баллов! Нельзя быть скупым на похвалу, и за достойные деяния нужно награждать соразмерно — щедро! Дамблдор наглядно продемонстрировал это в конце учебного года, а затем на последнем педсовете на него вывалили гору обвинений, возмущений и негодования. Снейп едва ли не затопил ядом учительскую. Видите ли, его змейки старались на экзаменах, обошли всех, а их оставили с носом! И его тоже, ведь теперь с легкой руки директора кубок школы, как и премия «декан года» отходила Макгонагалл.

«Меркантильный мерзавец! Я что мало ему плачу?» — досадливо поморщился Дамблдор.

Естественно, работа преподавателя оплачивалась из бюджета школы, который предоставлял попечительский совет, но Дамблдор всегда претензии по поводу оплаты воспринимал на свой счет. Часов у Северуса было много. Плюс ставка декана. Плюс отдельная доплата за варку зелий для Больничного крыла. А ему еще и премию подавай!

Профессор Флитвик тоже высказался. Не поддерживает он поощрение такого всеобъемлющего нарушения школьных правил! Профессор Спраут поддакнула. Да даже сама Минерва была против внезапно обрушившейся на голову и кубка, и премии и непременно высказала Дамблдору все что она думает по поводу его инициативы с новым «аттракционом» , как она сказала, в коридоре на третьем этаже.

О, «атракцион»! На самом деле в проекте это был тренажер для младших курсов для отработки заклинаний по ЗОТИ. Кстати, его порчу тоже можно повесить на профессора Квиррелла!

Полоса препятствий задумывалась как некая альтернатива квиддичу, поскольку директору из года в год все чаще приходили возмущенные письма родителей маглорожденных, которые считали, что детям недостает физических нагрузок. Ведь в квиддич играют только состоящие в командах, а полеты идут факультативом исключительно на первом курсе! Лет десять назад так необходимые родителям физ. нагрузки, дети получали на фехтовании и обучению езды верхом, но эти факультативы не пользовались популярностью, поэтому их решено было упразднить.

Итак, тренажер! На самом деле, Дамблдор загорелся этой идеей когда был на съезде МКМ в Китае. Он увидел по магловскому телевидению яркое телешоу с прохождением полосы препятствий и решил, что что-то такое и нужно организовать в Хогвартсе! Будут довольны и мамочки, и попечители, и детям будет интересно! Альбус почти не врал, когда расписывал свою идею перед пед. составом и попечителями и честно, большую часть выделенных средств вложил в проект.

Правда, ожидаемый результат несколько разочаровал, ему хотелось добавить еще бассейн с лавой и подвесными бревнами, и комнату со змеями, и коридор со свисающими с потолка лианами и кольями под ногами… Разумеется, все ужасы были бы всего лишь искусной иллюзией, просто для зрелищности! Дамблдор был уверен что детям понравится и они будут в восторге!

Но, увы! Оказывается, покупка щенка цербера и пары троллей встала в копеечку, поэтому пришлось закатать губу. Но без цербера было никак не обойтись! В конце концов, Дамблдору хотелось создать атмосферу загадочности вокруг слухов о философском камне. Изначально Дамблдор задумывал полосу для всех, но позже решил, что первым делом даст ее опробовать Гарри. Цербера и троллей директор решил временно оставить — хотелось посмотреть, как мальчик справится с настоящими трудностями.

Конечно, перед открытием, Дамблдор планировал «причесать» полосу препятствий. Цербера планировалось заменить статуей в натуральную величину, которая отодвигает лапу с люка при произнесении правильного заклинания; комнату с троллями переоборудовать под бассейн с лавой и подвесными бревнами, а в финальной зале поставить доску со статистикой прохождения, для поддержания соревновательного духа. Но, увы, и ах! Из-за спятившего профессора Квиррелла (который убежал в неизвестном направлении, должно быть, в Южную Америку) открытие невозможно.

Пришлите, пожалуйста, средства на ремонт.

И все-таки, как хорошо, что Минерва заплатила за новенький нимбус-2000 для Избранного из своего кармана! Она, само собой, намекала, что пора бы обновить спортивный инвентарь на пару с мадам Хуч, но директор состроил выражение вселенской скорби на лице и пожурил весь совет попечителей целиком и каждого в отдельности, заявив что они опять урезали бюджет из-за скачков курса галеона на рынке. Закупить метел на хотя бы две команды стоило ни много ни мало, а почти восемь тысяч — и то если покупать средненькие модельки четырех-пятилетней давности. Обдиралово, одним словом!

Оглядев труды пера своего, директор довольно кивнул, решив, что такой отчет его очень даже устраивает. А по поводу здоровья Гарри нужно хорошенько поразмыслить и, может быть, написать Северусу. Не зря же директор выжал из него клятву защищать сына обожаемой Лили Поттер. Вот и пускай впрягается в задачу.