Гарри Поттер и Смертельный Клинок (OLD) (гет)

Этой ночью Гарри не спалось. Такое вообще-то случалось с ним довольно часто, но сегодня ему особенно не хотелось спать. Дело в том, что ближе к полуночи вернулась Букля с конвертом. Письмо было, как ни странно, не от членов семейства Уизли, а от Римуса Люпина и содержало в себе всего три слова: «Нас заставила Гермиона». Гарри очень озадачили эти слова. Он в задумчивости рассматривал письмо, пытаясь понять, о чем идет речь? Причем тут Гермиона? И кого она заставила что сделать?

В три часа ночи Гарри услышал какой-то шум с первого этажа. Сначала он подумал, что это кто-то из его родственников вернулся к вечеру домой, но потом усомнился в этом. У Дурслей не было привычки ходить ночью по дому. Обычно в это время они крепко спали, и Гарри насторожился. Он быстро достал свою палочку и спрятался за кровать, услышав чьи-то шаги и жалобный скрип лестницы. Гарри очень быстро перебирал всевозможные заклинания, когда неожиданно дверь в его комнату резко открылась, и он услышал хорошо знакомы голос:

— Гарри, ты здесь? — спросил Люпин. — Люмос!

Гарри увидел знакомое лицо своего бывшего преподавателя защиты от темных сил. Лицо Римуса, как всегда, было уставшим, но сам он источал радость, хотя сейчас к ней добавилась некая настороженность. В конце концов, забраться в дом маглов ночью — это не самая разумная и законная идея.

Гарри хотел уже опустить палочку, но все же решил спросить:

— Докажите, что вы профессор Люпин, — сказал Гарри, надеясь, что перед ним не самозванец.

— Я был твоим учителем на третьем курсе. На этом же курсе я научил тебя заклинанию патронуса. И, пожалуйста, не называй меня профессором, — ответил ему Люпин и как ни в чем ни бывало принялся рассматривать комнату.

— Что вы здесь делаете? — поинтересовался Гарри, пряча палочку в задний карман своих джинсов.

— Сам-то как думаешь? Мы за тобой! — произнес неожиданно появившийся из-за плеча Римуса Артур Уизли.

— Мистер Уизли! Но зачем же? Неужели единственное, что вы смогли придумать — это залезть в три часа ночи в дом моих родственников?

— Он еще и возмущается! — воскликнул Артур.

— Гарри, а ты прочитал письмо, которое мы тебе отправили совой? — спросил Люпин.

Неожиданно до Гарри начал доходить смысл слов из полученного сегодня письма.

— Оу, — только и смог сказать он.

— Не стой на месте. Собирайся. Дядю и тётю мы как-нибудь проинформируем, — приказал мистер Уизли.

* * *

Через пятнадцать минут они уже шли в противоположном направлении от дома Дурслей. Одной рукой Гарри вёз за собой багаж, а второй держал клетку Букли, которую он ранее отправил на охоту. На улице было темно, так что если бы даже кто-то захотел, он бы не смог разглядеть три фигуры, движущиеся в только им известном направлении. Гарри догадывался, что это не спроста.

— А как мы доберемся до Норы? — спросил Гарри, ему было действительно интересно.

— Мы трансгрессируем, — ответил мистер Уизли, не заметив, что тем самым озадачил Гарри.

Но юноша больше не задавал вопросов. Зайдя в подворотню, все трое осмотрелись вокруг себя, проверили окружение на наличие рядом любопытных глаз. Таковых не оказалось.

— Крепко возьми меня за руку, Гарри, — произнес Люпин.

Он сделал то, о чем его попросили. Через мгновенье они оказались около большого дома, в котором юноша сразу признал знакомую «Нору». Чувство радости потихоньку стало наполнять его внутренности, и он сам даже не заметил, как почти вприпрыжку бросился в сторону дома вслед за профессором и старшим Уизли.

В доме его ждали миссис Уизли, Рон, Гермиона и, что стало для Гарри приятным сюрпризом, его крёстный отец. Гарри всех по очереди поприветствовал и обнял.

— Я так рада тебя видеть! — восклицала Гермиона.

— Гарри, как же ты повзрослел! — причитала Молли.

— С приездом, дружище! — кричал Рон, хлопая друга по спине.

Лишь один человек не говорил ничего. Блэк спокойно сидел на стуле около кухонного стола и наблюдал за всем происходящим. Он знал, что позже сможет поговорить со своим крестником в более спокойной обстановке. А пока пусть и другие пообщаются.

* * *

Когда восторги от приезда Гарри немножко поутихли, он вместе с Роном отправился в его комнату. Чуть позже к ним присоединилась Гермиона. Они сидели втроем и разговаривали, как в старые добрые времена:

— Гарри, жаль ты не видел, как Гермиона уговорила профессора Люпина и папу отправиться за тобой. Это было нечто! — никак не мог угомонится Рон, которого очень сильно обрадовал приезд друга.

— Так это правда? Ты сумела убедить их отправиться за мной прямо посреди ночи?

— Ну... да. Так получилось, — ответила Гермиона, смущенно улыбаясь.

— Спасибо тебе, — искренне поблагодарил ее Гарри.

Гермиона в ответ на благодарность покраснела. Он не впервые благодарил ее, но один разговор заставлял ее все-таки немного задуматься.

* * *

После раздачи указаний, Гермиона отправилась в комнату, которую ей выделили на время проживания в "норе". Она никак не ожидала, что сможет вот так вот запросто заставить всех двигаться в нужном направлении. Командование, к ее удивлению, оказалось довольно изнурительным процессом.

В дверь ее комнаты постучали.

— Войдите, — сказала она, присаживаясь на кровать.

В комнату вошёл Сириус.

— Извини, я не помешал?

— Нет, конечно, нет, — ответила Гермиона, хотя она была явно удивлена приходом Сириуса.

— Я хотел немного поговорить о том, что сегодня произошло...

Гермиона немного насторожилась. Сириус говорил как всегда уверенно, но все же в его речи было нечто странное.

— Ты правильно поступила сегодня. Никто не решился сказать, о чем думает, а ты очень смело заступилась за Гарри. Да, я понимаю, что он твой друг, но выглядело это так, будто ты боролась не из-за дружбы. Не перебивай меня, пожалуйста, — сказал Сириус, увидев, что Гермиона хочет что-то сказать. — Я не уверен, что именно увидел, но ошибаюсь в таких вещах крайне редко.

Гермиона на этот раз молча слушала. Ей стало интересно, почему это Сириус заулыбался после своих последних слов.

— В общем, Гермиона, это ваши дела, и лезть в них как-то неприлично, но если дела обстоят так, как я думаю, то я просто пожелаю удачи, — Сириус напоследок улыбнулся и удалился, оставив Гермиону в полном замешательстве.

* * *

Из размышлений Гермиону вырвал Рон:

— Эй, ты чего, уснула что-ли?

— Не… Нет. Но ты прав, я, пожалуй, пойду спать. Всем спокойной ночи! — воскликнула она и удалилась в свою комнату.

Ребята легли вскоре после ухода подруги и погрузились в безграничный мир снов. Сама же Гермиона еще долго не могла уснуть. Её одолевали самые разные мысли, и из головы никак не уходили слова Сириуса Блэка.