Дарт Ворн: Тёмная сторона силы (джен)

Тайный совет джедаев собрался в подземной зале старой академии на Татуине. Свет факелов дрожал на стенах, выложенных песчаником, отбрасывая тени, похожие на пальцы, цепляющиеся за прошлое. Оби-Ван Кеноби стоял у круглого каменного стола, его плащ едва шевелился от сквозняка. Рядом с ним — голограммы трех джедаев, выживших после Ордена 66: Мастер Адди, женщина с лицом, изрезанным шрамами битв, Мастер Като, бывший инструктор по тактике, и Мастер Лира, целительница, чьи руки до сих пор дрожали от воспоминаний о падении Храма.

— Империя укрепляет позиции на Мораббе, — начал Оби-Ван, указывая на голографическую карту. — Они создают лагерь для «переобучения» повстанцев. Если не остановить их сейчас, через месяц там будут тысячи пленных.

— И что? — Мастер Адди резко хлопнула ладонью по столу. — Мы отправим двух мальчишек против целой армии? Им по восемнадцать! Они даже не прошли полный цикл обучения!

— Они не одни, — тихо возразил Като, увеличивая масштаб карты. — Там уже действуют повстанцы. Но у них нет пилотов, способных прорвать имперскую оборону. А у Каэла Ворна — инстинкт, который не обучить. Он чувствует Силу в полете так, как никто из нас.

— Иногда этот «инстинкт» превращается в безрассудство! — Адди повернулась к Оби-Вану. — Ты помнишь, как он использовал Силу, чтобы спасти Корина на Татуине? Он разрушил скалу, нарушая правила джедаев. А что будет, если в гневе он разрушит не скалу, а целый корабль с повстанцами?

Оби-Ван не дрогнул. Он знал: Адди права. Он сам видел, как Каэл сжимал кулаки после тренировки, как будто борясь с воспоминаниями. Но молчал.

— Они прошли больше, чем многие из нас в их возрасте, — сказал он. — Корин Вэйл — идеальный связной. Его спокойствие сглаживает конфликты между повстанцами. А Каэл…

— Каэл — бомба! — Лира поднялась, ее голос дрожал. — Он помнит Акрус. Ты сам говорил: «Тот, кто несет в себе боль прошлого, рискует стать этой болью».

— Именно поэтому он нужен на этой миссии, — Оби-Ван посмотрел на нее прямо. — Потому что он знает, что значит терять. И не допустит, чтобы другие потеряли то же самое.

Мастер Като кивнул:

— На Мораббе уже действуют два отряда повстанцев. Но им не хватает пилотов с чувством Силы. Имперские истребители блокируют орбиту. Каэл и Корин — лучшие в пилотировании штурмовиков. Они могут прорвать оборону и эвакуировать пленных.

— А если они провалят миссию? — Адди скрестила руки. — Империя усилит репрессии. Мы потеряем не только пленных, но и доверие повстанцев.

Тишина повисла гуще пыли в воздухе. Оби-Ван медленно провел ладонью по краю стола.

— Вы правы, — прошептал он. — Они могут провалить миссию. Каэл может сорваться. Корин может поддаться сомнениям. Но если мы не отправим их…

— Что? — Лира села, устало закрыв глаза. — Если не отправим, мы обречем тысячи людей на «переобучение»? На смерть?

— Да, — Оби-Ван поднял голову. — Но если отправим, мы дадим им шанс стать теми, кем должны быть. Не детьми в тени, а джедаями в свете.

Мастер Като положил руку на плечо Адди:

— Он прав. У нас нет выбора. Империя не даст нам времени ждать, пока они станут мастерами.

Адди закрыла глаза. Когда открыла, в них стояли слезы.

— Хорошо. Но если Каэл нарушит план… если он пойдет на риск ради спасения одного человека…

— Я сам его остановлю, — Оби-Ван коснулся эфеса своего меча. — Но я верю: он научился отличать безрассудство от решимости.

Голограммы джедаев погасли. В зале остались только Оби-Ван и его тень. Он подошел к окну, глядя на закат. Где-то вдалеке, на краю пустыни, два силуэта тренировались на арене — Каэл с синим мечом, чьи движения стали плавнее, и Корин, чье лезвие мерцало зеленым в лучах заходящего солнца.

— Вы готовы, — прошептал он. — Даже если я еще не готов отпустить вас.