Змеиный клубок (гет)

Примечания автора:

Цитата в главе — адаптация слов Дж. К. Роулинг о природе Тёмных Искусств («каждый раз, когда вы отрубаете одну голову, вырастает другая»).

Гермиона и Драко лежали бок о бок на пледе для пикника и смотрели «Короля Лира». Они аппарировали в Кембриджский университет на Шекспировский фестиваль, и Гермиона позволила Драко выбрать спектакль. Как и следовало ожидать, его привлекла пьеса, в которой было много драматизма. Гермиона пробовала приобщить его к разным маггловским видам спорта: крикет, регби, теннис, поло, но ни один из них его не заинтересовал. Это была единственная сфера, в которой маггловский мир, по его мнению, безнадёжно проигрывал волшебному. Гермионе это не мешало: спорт никогда не был её любимым времяпрепровождением.

— Я прошёл «собеседование» с Поттером, — рассказал Драко, не открывая от сцены глаз.

— Правда? И как? Твои родители согласились пройти свои? — с энтузиазмом спросила Гермиона.

— Да. Отец долго упирался, прежде чем он согласился показать им свои компрометирующие воспоминания, но если это поможет ему перестать тратить деньги, то… — Драко махнул рукой.

— Я так рада, — сказала Гермиона. — И буду очень рада, когда всё это закончится.

Драко фыркнул. Он повернулся к ней, приподнялся на локте и посмотрел на неё из-под длинных ресниц.

— Не трать на меня эти свои томные взгляды, — рассмеялась она. — У меня иммунитет. — Она толкнула его на спину и, устроив свою голову на его груди, продолжила смотреть спектакль.

— Гермиона, мне нужно тебе кое-что сказать, — произнёс он, и его голос вибрировал сквозь рубашку у неё под щекой.

— Если ты сейчас начнёшь воспевать культурное превосходство магглов, я вся внимание.

— Нет. Это насчёт Министерства и вообще… всего.

— Ох, чёрт, — вздохнула Гермиона. — Только начала расслабляться.

— Во-первых, хочу сказать: твоя дружба для меня очень много значит, и… я буду в отчаянии, если потеряю тебя.

Гермиона резко села и посмотрела на него. Драко был бледен.

— Что может нас разлучить? Я уже знаю все твои грязные секреты, — попыталась она разрядить обстановку.

— Не самые грязные, — усмехнулся блондин, но тут же снова нахмурился. — Гермиона, ты не представляешь, насколько прогнило Министерство.

— Что ты имеешь в виду?

— Оно создаёт иллюзию демократии и равенства. Больше ничего. За этой ширмой — гниль.

— Ты преувеличиваешь. Всё не может быть так плохо.

— Может. И даже хуже.

— Ладно, но как же Комиссия? — возразила она.

— Ах да, Комиссия по правам магических существ… Такой шум, такие обещания… защита всех, равенство, справедливость…

— Ну…

— Скажи честно: что она реально сделала?

— Мы приняли законопроекты о правах для нечеловеческих существ, антидискриминационное законодательство… — предложила Гермиона.

— Были ли они действительно приняты? Вступили ли в силу?

— Ну, все они были представлены, но мы всё ещё получаем запросы на доработку… — Гермиона замолчала.

— Именно, — сказал Драко. Он сел и взял ладонь Гермионы, зажав её между своими.

— Программа дерадикализации… — начал он.

Гермиона попыталась вырваться, покачав головой.

— Нет, Драко, пожалуйста…

— Это идея Кардинга. Способ для молодого поколения пожирателей «проявить себя». Он знал: герои войны не устоят перед возможностью «исправить заблудших». Под предлогом «вернуть нас на путь истинный» каждому из нас назначали «образец для подражания» из числа победителей…

— Чтобы шпионить, — прошептала Гермиона.

Драко кивнул.

— Как лучше всего внедриться?

— От тебя требовали доносить?

— Да.

— Ты… ты докладывал обо мне?

Он молчал.

— Ну? — потребовала она.

— Да, — тихо и стыдливо признался Драко. — Но я уже очень давно этого не делал.

— Снейп был прав, — сказала Гермиона, и глаза её наполнились слезами.

— Снейп? — Драко на миг растерялся.

— Помнишь, что он говорил на уроках? Что каждый раз, когда мы отрубаем голову Тёмным Искусствам, вырастает новая — ещё злее и умнее… И кажется, будто это зло неуничтожимо.

— Гермиона.

Драко всё ещё держал её за руку, она отдёрнула её, и его лицо помрачнело. Затем она собралась с духом и коснулась его пальцев.

— Тебе понадобилось много мужества, чтобы рассказать мне всё это. И хотя всё строилось на лжи… я не жалею ни об одной минуте, проведённой с тобой. Скажи честно: хоть что-то из того, куда мы ходили, тебе понравилось?

Он улыбнулся.

— Всё, кроме крикета — это самая скучная игра из всех существующих.

— Дикарь, — Гермиона пошутила, хотя ей казалось, что она на волосок от смерти.

— Забавно, — сказал Драко. — Эта фальшивая программа, моя «назначенная» связь с тобой… она сработала. Только не так, как они хотели.

Гермиона выдавила из себя слабую улыбку.

— Я рада.

Он притянул её к себе и обнял.

— Я сделаю так, чтобы ты мной гордилась, Гермиона. Докажу, что ты не ошиблась во мне, — прошептал он ей на ухо.

Они молча держались друг за друга, пока мир за их спинами продолжал рушиться.

* * *

Рон лениво листал журнал по квиддичу в гостиной, когда Гермиона вернулась домой.

— Эй, Гермиона, как прошёл день?.. Эй, ты в порядке? — спросил он, увидев выражение её лица. Когда она всхлипнула, он просто раскрыл объятия, и она рухнула в них, рыдая.

— Этот чёртов Малфой тебя расстроил? Что он сделал? — спросил Рон, гладя её по спине.

Она покачала головой. Рон, за последние годы научившийся отличать моменты, когда нужно молчать, просто крепче обнял Гермиону и похлопал по спине, как ему казалось, успокаивающим жестом.

— Мне нужна Минерва, — прошептала Гермиона в его рубашку.

Он ничего не сказал, но из его палочки вырвался серебристый терьер и помчался с посланием.

Вскоре в дверях появился Снейп.

— Полагаю, это был твой патронус, Уизли? — начал он, но, увидев Гермиону, замолчал. — Грейнджер, что случилось?

— Она не говорит, но явно что-то произошло с Малфоем. Я собираюсь забрать Гарри с работы, не буду рисковать и посылать к нему патронуса. Ты можешь составить ей компанию? — спросил Рон, и Снейп кивнул. Рон осторожно высвободился из объятий Гермионы и нежно поцеловал её в лоб.

— Я приведу Гарри. Всё будет хорошо. Что бы это ни было — мы справимся, — тихо сказал он и выбежал. Гермиона услышала, как он аппарировал.

— Драко ведь не причинил тебе вреда, верно? — спросил Снейп. Гермиона покачала головой, но потом снова погрузилась в свои мысли. Снейп сел рядом и, немного неуверенно, обнял её. Гермиона прижалась к нему — и он обхватил её обеими руками, положив подбородок ей на макушку.

Северусу потребовалось несколько минут, чтобы вытянуть из Грейнджер всю историю. Она рассказала — сквозь слёзы — о Министерстве, о Комиссии, о программе, о роли Драко.

Северус просто слушал и обнимал её, пока она не успокоилась.

— Я чувствую себя глупо, и это меня бесит, — грустно заключила Грейнджер. — И будто всё, что я делала последние пять лет, — пустая трата времени. И я — просто посмешище.

— Нет, — возразил Северус. Он отстранил её чуть-чуть, чтобы она видела его лицо. — Ты даже не представляешь, каково расти таким, как Драко. И это хорошо, кстати, — добавил он, заметив, как она нахмурилась. — Его всегда использовали: чтобы угодить отцу, запугать мать, наказать обоих, если они подводили Тёмного Лорда. Его ценность измерялась только полезностью. Возможно, поэтому он так тебя ненавидел в школе: твои успехи делали его жизнь дома ещё тяжелее. Когда я последний раз с ним работал, ему дали задание, которое, по замыслу, он должен был провалить, и тогда убили бы и его, и его родителей. Просто потому, что он «не оправдал доверия».

Грейнджер просто смотрела на него, внимательно слушая.

— Из того, что он тебе сказал, ясно одно: ему важно, что ты о нём думаешь. Ты, возможно, одна из немногих, кто верит, что он может стать… кем-то большим.

— Он уже является кем-то большим. По крайней мере, я так думала. — сказала Грейнджер с несвойственной ей неуверенностью.

Северус почувствовал, как его руки сами собой легли ей на плечи.

— Это та возможность, о которой ты говорила несколько недель назад. На этот раз ты оказала на него влияние, и он выбрал правильный путь. Без тебя мы бы не узнали, насколько обширен контроль Кардинга. — Он нежно отвёл мокрую прядь с её щеки. Она подняла руку и накрыла его ладонь своей.

— Спасибо. Мне действительно стало легче.

— Я говорю это не для того, чтобы тебя утешить. Это всего лишь точное и лаконичное изложение фактов.

— Ты очарователен, — она усмехнулась.

— Ты простишь Драко?

— Конечно. Он мой друг. Даже если он предательский мелкий ублюдок, которому пора хорошенько начистить его идеальную мордашку, — добавила Грейнджер, но в её голосе снова послышались тёплые нотки.

— Конечно, — эхом отозвался Северус. Он слегка нахмурился, но не от злости, а от задумчивости. — Ты очень предана.

— Чья бы корова, — улыбнулась она. И на лице ее снова появилось то открытое, мягкое выражение, которое он часто видел в библиотеке.

Северус воспользовался близостью и провёл пальцем по её скуле — той рукой, что она не держала. Гермиона вздрогнула. Он очень хотел поцеловать её. Самоконтроль начал трещать по швам, и как раз в этот момент в коридоре раздался крик Гарри:

— Грейнджер!

Он тут же разжал руки и отпустил её.

✎﹏﹏﹏﹏﹏﹏﹏﹏﹏﹏﹏﹏﹏﹏