Гарри Поттер и август девяносто пятого (джен)

Мои воспоминания были прерваны ворвавшейся Гермионой Грейнджер.

— Га... Регги! Что это? — она бросила передо мной номер Ежедневного Пророка от четырнадцатого августа, такой же, как уже лежал на столике рядом.

— Сегодняшний номер Ежедневного Пророка, как я полагаю, — невозмутимо ответил я.

— Га... Регги! Перестань строить из себя идиота! Это же всё враньё, от первого и до последнего слова! Когда ты вчера утром попросил связать тебя с Ритой и воспользовался возможностью — моей возможностью, смею заметить, — её шантажировать, я думала, что Рита напишет всю правду о Пожирателях!

— А это, Гермиона, называется грязным словом по-ли-ти-ка! Ты думаешь, Дамблдор после первого исчезновения Волдика в восемьдесят первом не мог пересажать всех Смертожоров? Его и Крауча влияния тогда вполне бы хватило пересажать всех, и даже скормить дементорам. Но тогда началась бы новая война — уже за передел власти! А сейчас наследники почивших Пожиранцев уже либо выпустились из Хога, либо уже доучиваются, как кузен Драко, его сквайры и Теодор Нотт. То есть вакуума власти не возникнет, хоть им и придётся где-то потесниться. Все наши сокурсники будут эмансипированы, в связи с обстоятельствами, вот увидишь. И в Пророке далеко не всё враньё, просто очень обтекаемая правда, смешанная с некоторой долей догадок, всё, как Рита любит.

— Но Сам-Знаешь-Кто...

— Снова развоплощён, и на этот раз, скорее всего, навсегда. Мадам Боунс и директор Дамблдор сейчас работают над тем, чтобы окончательно его уничтожить. Изначально план директора был, разумеется, иной — вырастить Героя, который в акте самопожертвования сразился бы с Волдемордой, так или иначе исполнив пророчество.

— Пророчество?

— Ага, пророчество, — не знаю почему развеселился я и рассказал ей "официальную" версию Дамблдора, правда, процитировав полностью. Ну, насколько смог вспомнить.

— Но это же не имеет никакого смысла! — воскликнула Гермиона. — Ты же уже победил его в Хэллоуин восемьдесят первого!

— Гермиона, примени аналитику. Первая часть пророчества сбылась — мальчик-который-выжил победил, если можно так сказать, а Волди, в свою очередь, "пометил" его как равного, — я указал на лоб. — Но никто из них не умер от руки другого.

— В любом случае, вся эта туманная формулировка, да и то, что это именно Трелони...

— Трелони — истинный Пророк. Она выдаёт предсказание и тут же его забывает. Собственно, сама Судьба говорит её устами. Это дар и проклятие всех Истинных, вспомни Кассандру. Им никто не верит, но всё, что они изрекают, всегда сбывается. А то, что Трелони несёт на уроках — это да, всё шарлатанство. Тут действительно надо иметь определённый Дар, но не Пророка, а Провидца. Впрочем, я не особый спец в этом деле, почитай где-нибудь.

— Но на исходе седьмого месяца...

— Да-да! Седьмой месяц! Седьмой месяц по Юлианскому календарю — сентябрь, именно поэтому он так и называется, так что ты тоже подходишь. — Гермиона кивнула. — А ещё рождение на исходе седьмого месяца может означать рождение семимесячным, а эта тушка, насколько я знаю, родилась вполне себе девятимесячной.

Гермиона почему-то смутилась. Вот странно, вроде дочь медиков, пусть и зубников, медицинская энциклопедия наверняка была прочитана раньше Властелина Колец, а всё туда же. Недаром я ржал с прочитанных в прошлой жизни фанфиков, где Гермиона занимается секскультурпросветом Гарри.

— А семимесячный у нас, по моим сведениям, Драко.

Гермиона прыснула с этой информации.

— Ничего смешного, Гермиона. Есть мнение, что Люциус, узнав о пророчестве, ускорил роды у Нарциссы, ритуал там какой-то провёл или зелье подлил. Кричер?

— Добрый хозяин Регулус прав, — проявился на секунду эльф и снова пропал. Гермиона вздрогнула.

— Жуть какая. Он что, всегда рядом? — спросила она меня.

— Нет, просто Кричер слышит меня и появляется, когда нужен. Эльфы умеют аппарировать бесшумно, когда надо. Хлопок — это признак резкого вытеснения объёма воздуха, куда помещают аппарируемое тело, как ты должна знать. На естествознании ведь изучали?

— Я и физику за среднюю школу самостоятельно изучаю, к твоему сведению! -с негодованием воскликнула Гермиона.

Я успокаивающе выставил перед собой руки.

— Ладно-ладно, верю! — я задумчиво уставился на неё. "Гармония" или не "гармония"? Вот в чём вопрос... Теперь, когда я вышел из зоны "младшего брата"... Или ну её? Вроде там Гринграсс что-то такое плавно-обтекаемо пытался намекнуть. Хотя я ни ту, ни другую не знаю. Да и заочно, пожалуй, Луна больше нравится. Я помотал головой, сбрасывая наваждение. Нафиг-нафиг, а то так и до гарема додуматься можно! Нафиг!

— Ты что на меня так смотришь, Га... Регги?! — смущенно пробормотала Гермиона.

— Как "так"? — решил я подразнить её.

— Ну, ТАК! — ещё более смутилась она.

— Любуюсь! — откровенно заявил я с наглой улыбкой!

Не знаю, как у неё в руках оказалась подушка, но в следующее мгновение она лупила меня этой самой подушкой, вся раскрасневшись. Я проверил, растянув свои чувства — дверь закрыта, за ней никого нет. Ощутил щелчок и "подушку" — молодец, Кричер! Теперь ещё и заперта, и заглушена. И что бы это он так намекал? Может, и не грязнокровка Грейнджер вовсе, как в некоторых фанфиках? Вот только бы не дочка Беллы, это будет уже чересчур!

Изловчившись, я с некоторым трудом схватил её. Блин, росточком-то не вышел, глаза-в-глаза и то голову поднимать приходится! Подушка оказалась между нами, так что прочувствовать её выпуклости не удалось. Но спинка ничего так, крепенькая.

— Гарри!

— Регги! — поправил я её.

— Регги, отпусти!

— Ты первая начала!

Я отпустил её, одновременно подхватывая подушку и отправляя её в полёт на кровать. Раскрасневшаяся Гермиона отступила на пару шагов.

— Не переводи стрелки и не уходи от темы! — нагло произнесла она, — Ты там что-то говорил про мадам Боунс и директора Дамблдора! Что они делают?

Я помолчал, взвешивая все "за" и "против".

— Гермиона, понимаешь, это не та информация, которой можно со всеми делиться.

Её глаза опасно зажглись. Я снова успокаивающе поднял руку.

— Садись, для начала.

Она села в кресло, где недавно сидел Северус. Я тоже присел на своё.

— Чай-кофе-потан... закуски? — спросил я.

— Что?

— Говорю, горло надо промочить. Или ты предпочитаешь чего покрепче? — Гермиона только фыркнула.

— Сок, пожалуйста.

— Тыквенный? — решил потроллить я.

Гермиона закатила глаза.

— А какой есть?

— Ну, в такое время суток я предпочитаю гранатовый... — задумчиво протянул я, после чего резко выпалил, — Он напоминает мне КРОВЬ! — и обнажил клыки. Ну, сколько там этих клыков? Лишних пару-тройку миллиметров над резцами. Но эффект был достигнут.

— Хорошо, давай гранатовый, — наконец рассмеялась она. — Регги, ты временами такой забавный. Даже не верится, что ты действительно можешь быть таким.

— Каким?

— Регги! Хватит уже! Не сходи с темы, рассказывай уже свои секреты.

— Свои секреты я тебе расскажу только после того, как ты станешь моей женой, — полушутя-полусерьёзно заявил я. Кричер в это время доставил напитки.

— Регги! Кончай.

— Я только начал.

Гермиона заклинанием притянула к себе подушку.

— Всё-всё, сдаюсь! — поднял я руки, взмахом руки отправляя подушку на место. Гермиона удивлённо посмотрела на меня. Я сделал вид, что так и надо. — Учти, всё сказанное не должно покинуть этой комнаты. Это слишком серьёзно. — Она кивнула. — Ты слышала когда-нибудь термин "хоркрукс"?

— Нет, — покачала головой она, а потом уставилась на меня с огоньком интереса в глазах.

— Неудивительно. Ладно, зайдём с другой стороны. А "филактерия"?

Гермиона призадумалась, и ответила.

— Что-то такое попадалось на глаза. Помнишь, на втором курсе я искала рецепт оборотки в Запретной секции? — Я кивнул. — Так вот, там среди прочих оказался трактат под названием, — она посмотрела сквозь меня, явно вспоминая точную цитату, — "Маггловские сказания и магические феномены в них". Там был сборник маггловских сказок, коротких, либо просто только фабула, и пространные комментарии к ним. Так вот, там была одна сказка, вроде славянская. Главный герой — Айвен, спасал принцессу Хелен.

— Айвенго? — снова решил потроллить я.

— Нет, просто Айвен, без "хоу", — автоматически ответила она, но потом увидела мою ехидную физиономию и закатила глаза. — Ну ты можешь быть серёзным?

— Могу. Извини. Продолжай.

— Так вот, чтобы спасти принцессу, надо было победить злодея по имени Кошчей, а чтобы победить злодея, надо было достать его смерть. Смерть его была в яйце, яйцо в утке, утка в зайце...

— Заяц — в шоке! — перебил я.

Гермиона сначала не поняла, потом захихикала.

— Ну, Регги, ну ты же обещал!

— Всё-всё, продолжай.

— В примечаниях было написано, что это описание филактерии, защищённой различными заклятиями и спрятанной в потайное место, — её глаза расширились. "На третий день Зоркий Глаз заметил, что в тюрьме нет четвёртой стены", мысленно прокомментировал я, стараясь сохранять серьёзное выражение на лице. — Так вот почему Тот-кого-нельзя-называть не умер! А другое название филактерии — хоркрукс?

— Возможно, — пожал плечами я, всё же по тонкому льду хожу, вдруг там различий, как между кроликом и зайцем? — Может, одно название чисто наше, английское, а другое, как ты понимаешь, греческое. А может, там есть и другая разница. Но в любом случае, в главном ты права — Волди удерживают на этом свете некие якоря. Кстати, мадам Боунс меня предупредила, что слово "хоркрукс" использовать не стоит, за это можно в некоторых странах и в тюрьму угодить. Называй их якорями.

Гермиона кивнула.

— И героя той сказки звали Иван, — сделал я ударение на второй слог, — а не Айвен, как и прототип Айвенго был на самом деле русским витязем Иванко, членом дружины второй дочери Ярослава Мудрого, вышедшей за скандинавского ярла, и впоследствии сражавшимся в битве при Гастингсе на стороне английского короля⁽¹⁾. А имя злодея надо произноситть "Кощей", — как можно точнее попытался я произнести. Всё же этот речевой аппарат привык к английской артикуляции. — Не "ш", а "щ"! — снова попытался я показать разницу.

Гермиона смотрела на меня круглыми глазами. А потом, наоборот, подозрительно прищурилась.

— А ты откуда это знаешь, Регги?

— Ты помнишь, что я сказал о своих секретах? — нагло уставился я ей в глаза.

— Регги! — возмущённо воскликнула она и даже ножкой притопнула, — ты должен мне всё рассказать!

Я резко посерьёзнел и встал, после чего одним взмахом руки отпер и распахнул дверь.

— Доброго дня, мисс Грейнджер.

Та вскочила с кресла, сжав кулаки. Видно было, как в ней любопытство боролись с негодованием и обидой. Через пару секунд последние победили, и она протопала на выход, громко хлопнув дверью.

"Вот и поговорили", — подумалось мне.

— Кричер! Чья она потомок, как думаешь?

— Кричер не знает, добрый хозяин Регулус. Но Кричер чувствует сильную кровь, юная мисс не грязнокровка.

— Не Блэк?

— Кричер не чувствует крови Блэк.

— Есть способ узнать, кто?

— В кабинете старого хозяина Ориона есть пергамент определения родства.

— Много?

— Кричер должен посчитать?

— Да не надо, навскидку скажи.

— Навскидку Кричер думает, что около дюжины.

— Глубина проверки?

— До пятого колена.

— В следующий раз постараюсь её уговорить на проверку.

— Как пожелает хозяин Регулус, — поклонился Кричер и оставил меня одного.

Тут меня осенила мысль и я покрылся холодным потом! Scheiße! Гринграсс! Совсем забыл, что дом под Фиделиусом, и совы не долетят!

Я кинулся к столу, где лежала стопка бумаги и перьевая авторучка, накануне купленные в ближайшем супермаркете. Я махнул Гермионе несколько галеонов на фунты, чтобы ей потом меньше платить зелёным коротышкам. Быстро накидав пару записок с извинениями — одну Дамиену, другую Амелии, — я позвал Кричера и попросил отправить с Ядвигой. Пропажа нашлась — её кто-то из Ордена, забиравший Гарькины вещи из дома Дурслей, принёс вместе с клеткой. Она поначалу косилась на меня, но потом признала. Всё же тварюшка есть тварюшка — сожрать не хотят, не бьют, кормят, — что ещё надо? Да и вообще, я так понял, никакой связью волшебник-фамильяр тут и не пахло, она с одинаковым удовольствием брала письма и от Хагрида, и от Гермионы.

Каким образом Ядвиге объяснили, где находится дом под Фиделиусом, я так и не понял. Сириус-то в коме был, а разве совы умеют читать? Магия! Так или иначе, через час сова вернулась с парой записок. Дамиен писал, что заподозрил Фиделиус, когда его сова вернулась, и приглашал в любое удобное для меня время. Мадам Боунс написала, что не теряла меня, но была бы рада снова встретиться шестнадцатого числа, то есть послезавтра, где-нибудь после обеда, который ланч. В общем, где-то в час-два.

* * *

Весь следующий день Гермиона не появлялась, видимо, продолжала дуться. Я исправно посещал все приёмы пищи, только на этот раз попросил Кричера оставаться под невидимостью. Пока ни у меня, ни у Гермионы неучтённых добавок не появилось, но... Постоянная бдительность! Рон всё так же пытался меня затащить на партию в шахматы, но я твёрдо стоял на том, что мне нужно готовиться к учёбе, всё-таки СОВы предстоят! При этом выразительно поглядывал на Гермиону, которая демонстративно сухо со мной здоровалась, а в остальном делала вид, что не замечает. Слыша слово "учёба", рыжий немедленно умолкал. Зато активизировалась мелкая рыжуха, видимо, осмелев наконец. Ну, что я могу сказать... Во многих фанфиках читал, что она прям вся из себя красавица, да и канон вроде на это намекал. Хм... Поставив Бонни Райт играть её в экранизации, ей несколько польстили. Гермиона гораздо приятнее выглядит, да и не доверяю я рыжим ещё с прошлой жизни. Старался быть с ней корректно вежливым, но уже начал подумывать, имею ли я право воззвать к Долгу Жизни, или он "сгорел" вместе с душой Поттера? Надо будет у Кричера уточнить при случае. В любом случае, прошмандовка, которая то с Дином, то с этим, как его, с Рейвенкло... Хотя этого ещё не случилось, но я уже настроен отрицательно.

В среду я собрался, и с утра рванул в Гринграсс-манор, предварительно обменявшись записками с помощью Ядвиги. Скопировал и заверил у Дамиена три копии "свидетельства", а также зарегистрировал прошение по поводу вступления в наследство и принятие статуса главы рода Поттер. Тот обещал всё подготовить к Мабону, когда была запланирована очередная сессия Палаты Лордов. Специального помещения для собраний не было, и собирались по очереди или по жребию, в зависимости от текущей политической ситуации. При этом и в очереди, и в жребии участвовали только желающие, ибо не все хотели видеть у себя гостей, хоть это и было престижно. Я поинтересовался у Дамиена, почему всё-таки "Палата Лордов", если самих лордов, как он мне объяснил в нашу первую встречу, не предусмотрено. Оказалось, что прежде эта палата состояла как из магов, так и магглов. Но после принятия Статута фактически разделилась на две — маги сами по себе, а магглы — сами. Поскольку титулы лордов в исходной палате маги оставили своим преемникам-сквибам, то теперь лордов-то нет, потому как получать титул у Короля или Королевы как-то некомильфо — мы же маги, мы сами с усами! А поскольку традиционно такие собрания назывались Палатой Лордов, то... Логика? О чём вы? Зачем логика, если есть магия?! И традиции!

Решив все "бумажные" вопросы, принял приглашение Дамиена (в среде "не-лордов" в неформальной обстановке было принято обращение по имени, но подчеркнуто-вежливое) остаться на ланч, который я по-привычке считал обедом. Во время принятия пищи, как я понял, не было принято говорить о делах. Позволялось говорить "о погоде" и тонкими намёками бродить вокруг да около. Поскольку я никому в этом мире, кроме, пожалуй, Кричера, не доверяю, то разговор "вокруг да около" получился что надо. Он тонко намекал, что дочки на выданье, я так же тонко восхищался их красотой (знать бы ещё, как они выглядят, но, судя по самому Дамиену и портретам предков в гостиной, должны быть ничего), но при этом сетовал, что мне предстоит возрождать два рода, а это такая морока! В общем, Дамиен прощупал почву, я ему дал понять, что тут болото — и что посылать какую-то из дочек в болото (одной из двух жён, а то и трёх, если он не найдёт консорта для другой дочки) он будет на свой страх и риск, и мы распрощались, в целом довольные друг другом.

Чтобы не показывать своего нетерпения, но и не выказать неуважения опозданием, я пришёл к кабинету Боунс ровно в полвторого. Рэйчел сразу же меня проводила к боссу.

— Здравствуйте, мистер Поттер-Блэк.

— Здравствуйте, директор Боунс.

Обменявшись дежурными любезностями, мы сели.

— Мистер Поттер-Блэк, вы читали Пророк за понедельник?

— Разумеется, мэм. А что не так, разве наш скользкий друг Люциус не предоставил вам мумию Лорда и Петтигрю впридачу?

— Предоставил. Но Петтигрю был уже мёртв. Укушен гигатской ядовитой змеёй.

— А! Должно быть милая Нагини решила, что он действительно запорол ритуал. И что со змеёй?

— Миссис Малфой оглушила её, когда та кинулась на мистера Малфоя. Старшего.

— Вау! Точно, крышу снесло тварюшке. И где она сейчас?

— Малфои хотели скрыть её, и если бы не предоставленная вами информация, никто бы не узнал. Мне и так пришлось долго давить на них, а потом и на Скитер, чтобы та придержала информацию о змее. Кстати, как она пронюхала, что Малфои будут у меня? Впрочем, это был риторический вопрос. Малфои всё же отдали змею нам. Ею сейчас занимаются в Отделе Тайн.

— Проклятье! — не выдержал я. — Вы отдали змею тайнюкам? С них же станется возродить Лорда из научного интереса! Надо было её немедленно...

— Успокойтесь, мистер Поттер-Блэк! То, что происходит в Отделе Тайн, уже не ваша забота!

— Нет, это вы послушайте! — изобразил я возмущение, — Я выдал вам стратегическую информацию, от которой зависит существование тысяч граждан Британии, как магических, так и нет, а может, и самой Магической Британии! И вы мне говорите, что это теперь не моё дело? Да лучше бы я только Дамблдору всё рассказал, с вас бы и чаши хватило!

— Мистер Поттер-Блэк, я ведь могу привлечь вас за разглашение тайны следствия! — пригрозила мне Боунс. — Дамблдор уже доставил нам хлопот, пытаясь повлиять на передачу наследства миссис Лестрейндж Андромеде Тонкс!

— Не пугайте, мадам Боунс! — упрямо посмотрел я на неё, — Несмотря на мой кажущийся, — я выделил это слово, — юным возраст, я всё же глава рода Блэк! И потом, не всё ли вам равно, кто уничтожит чашу — вы или Дамблдор? Или не хотите лишать тайнюков ещё одной игрушки?

— Мистер Поттер-Блэк, не забывайтесь!

— Ладно, — сделал вид, что успокоился я, — но предупреждаю вас, если вы не предоставите мне доказательств того, что все якоря Лорда уничтожены, я просто свалю из этой чёртовой страны и идите вы все к Моргане! Тётушка Вальбурга перед смертью перевела все активы в звонкую монету, и мне, да и моим внукам, этого хватит безбедно жить до старости!

— Давайте успокоимся, мистер Поттер-Блэк, — пошла на попятный Боунс. — И поговорим, как взрослые люди.

— Если бы я не был спокоен, я бы уже давно выбежал из вашего кабинета, мэм, — позволил себе шпильку я. — Взрослые люди не играют с опасными артефактами, а уничтожают их! И вообще, мне как-то казалось, что вы сможете сотрудничать с Дамблдором, по крайней мере, приперев его фактами. Так вам удалось добыть чашу?

— Да, — коротко ответила она, — и, как бы вы не возмущались, она тоже в Отделе Тайн. Это слишком ценный артефакт, чтобы его просто так уничтожать. Сейчас невыразимцы ищут способ, как очистить её.

Я изобразил рука-лицо.

— Два Лорда. Ну, если ещё и Дамби начнёт играть с диадемой, то надо хватать Сириуса и валить. Валить отсюда к Моргановой матери!

— Мы найдём способ уговорить его передать диадему в Отдел Тайн для очистки. В конце концов, реальная диадема Ровены, хранящаяся в Хогвартсе вместе с Чашей Хельги, разумеется, после их очистки — это престиж не только школы, но и страны! Я с трудом удерживаюсь, чтобы не выставить вам обвинение за уничтожение медальона Салазара Слизерина.

— И с какой формулировкой, простите? — вопросительно поднял бровь я, — Да и не так уж он пострадал, снаружи вполне себе так целенький. Не знаю, были ли у него какие-то магические свойства, кроме данных хор... якорем Лорда, но как исторический экспонат — хоть сейчас в музей! Я отдал его Дамблдору.

— Вы отдали его Дамблдору? А почему не в ДМП?

— Мне нужно было доказательство для Дамби. Знаете, не хотелось бы, чтобы он меня препарировал чисто из любопытства, откуда информация, — нагло соврал я. — А так он вцепился в медальон, и сейчас уже наверняка достал диадему. Ещё добудет кольцо Гонтов...

— Вы уверены, что он справится? Вы так и не сказали, где оно находится. К тому же, по вашим же словам, чтобы обезвредить ловушки, нужен парселтанг!

— Да ладно вам, мадам Боунс! Неужели вы не верите в величайшего волшебника современности? — я умудрился это произнести почти без сарказма. — Всё по-честному: вы уничтожите два якоря, Дамблдор уничтожит два якоря, ну и я, в некотором роде, два уже уничтожил, если считать и тетрадку. И вообще, я сдал вам пещеру с инферналами, думал, что именно эта пещера послужит игрушкой тайнюкам. Но вы меня разочаровали, не уничтожив якоря.

— Я не обязана вас очаровывать, — выделила она голосом. — И пещеру невыразимцы ещё ищут.

-Пусть у Дамби спросят, — буркнул я.

-Ладно, как там, пользуясь вашими словами? Как сказал бы наш скользкий друг Люциус, время — деньги! У вас есть что-то ещё для обсуждения?

— Ну разве что... Что там приключилось с Умбридж? На её могиле эпитафией будет "Она слишком много знала"?

— Вы исключительно хорошо умеете подбирать слова, хоть и необычные временами. Как только она запела, что Корнелиус хотел, цитирую, "заткнуть этого лживого выскочку Поттера", как Долиш спустил на неё дежурного дементора. Он отстранён от работы, но Фадж настаивает вернуть его обратно без каких-либо санкций.

— Долиш, я думаю, верен именно посту Министра, — решил поумничать я. — Ему всё равно, кто его занимает, но как только что-то угрожает привычному течению жизни и спокойствию Министра, он действует. Рекомендую проверить, не он ли был тем, кто управлял дементорами в Литтл-Уингинге. И выпустил патронуса, на которого сработал надзор⁽²⁾. Кстати, это какой-то управляющий артефакт, или же они понимают приказы?

— Я не могу вам ответить на этот вопрос, сами понимаете, это тайна Министерства. А с Долишем вряд ли что-то получится, Фадж держит его при себе. Просто так его арестовать не выйдет. К тому же, у него очень ровные отношения с коллегами, и те втайне поддерживают его эмоциональный срыв, когда он приговорил Умбридж к тому же, что она приуготовила⁽³⁾ для вас. Они просто не поймут.

Невысказанной осталась мысль, что это было хладнокровное устранение нежелательного свидетеля, у которого наверняка было много компромата на членов Визенгамота и работников Министерства. Я буду долго смеяться, если Умбридж не побрезговала системой "мёртвая рука"⁽⁴⁾.

— Ну что же, как вы знаете, Блэки всегда платят по своим долгам, и я докопаюсь до правды.

— Я этого не слышала, мистер Поттер-Блэк. Что-то ещё?

— Блуждающий дух Волдеморта. Та сто двадцать восьмая часть, которая не привязана к материальному носителю, и считает себя собственно "Лордом Волдемортом". Его ищут?

— Разумеется. Невыразимцы не раскрывают всех карт, но Кроакер обещал найти его с помощью имеющихся... якорей. Для этого им и нужен третий.

— Понятно, триангуляция⁽⁵⁾, — кивнул головой я. — Ну, собственно, всё уже более чем ясно. Пойду паковать чемодан.

Я встал.

— Всего доброго!

— До свидания, мистер Поттер-Блэк. Успехов в новом учебном году и удачи на СОВ! — пожелала она удачи.

— А кто вам сказал, что я поеду в Хогвартс? — выпустил я парфянскую стрелу, выходя из кабинета.

1) Как-то услышал это историю. За что купил, за то и продаю, не пинайте. В любом случае для этого мира сойдет. :)

Вернуться к тексту

2) Судя по реакции на колдовство Добби перед вторым курсом, в Литтл-Уингинге стоит надзор "по площади".

Вернуться к тексту

3) Народ, хватит кидать это слово в ПБ. Да, оно устаревшее, но здесь и сейчас это именно та форма, которую я хотел использовать!

Вернуться к тексту

4) Мне тут указали, что не всем может быть понятно. В общем, система, срабатывающая после смерти его владельца. И делающая плохо всем.

Вернуться к тексту

5) Автор знает, что достаточно двух, но тайнюки ленивые твари, им с тремя легче и быстрее.

Вернуться к тексту