Современный Гарри Поттер попадает в Хогвартс (гет)

Защита от тёмных искусств была в полном разгаре. Все факультеты объединили для ознакомительного занятия, поэтому свободных мест не осталось.

Время от времени слегка заикаясь, профессор Квиррелл рассказывал о разных опасностях, которые могут встретиться на пути волшебника. Конечно, он не забыл упомянуть о своих приключениях в Румынии. Первоначальной целью мага были драконы, однако, кроме этих крылатых монстров, там оказались и другие: менее крупные, но не менее опасные.

Всё это время телефон Поттера лежал на столе и снимал происходящее. Когда речь зашла о вампирах, Квиррелла аж передёрнуло.

— Он смотрел на меня своими красными глазами, оценивая, насколько я съедобен. Поняв, что мною можно подкрепиться, он двинулся в мою сторону.

В этот момент в кабинет проплыла чёрная мантия, под капюшоном которой виднелись металлические клыки и красные огоньки вместо глаз. Незнакомец направился в сторону Квиррелла. Профессор в ужасе отшатнулся, доставая из нагрудного кармана крупный крест на цепочке. Видя, что это не вызывает нужной реакции, он снял с себя ожерелье из чеснока и стал махать им перед собою.

— Он отследил и пришёл за вами! — завопил кто-то из студентов. Невилл потерял сознание и распластался прямо на парте. Сёстры Патил взялись за руки и залезли под свой стол в надежде не попасться на глаза чудовищу. Сейчас уже было не разобрать, кто из какого факультета — страх объял всех студентов, кроме «серого трио». Гермиона благоразумно сделала вид, что испугалась, Драко ещё не определился, как лучше действовать, ну а Поттер продолжал снимать происходящее, накинув на голову капюшон.

— С-с-сделай ч-что-то, а то он м-м-меня уб-б-бьёт, — Квиринус стал заикаться намного чаще от переполнявшего его страха, обращаясь неизвестно к кому. Ноги сами попятились назад, а когда упёрлись в стену, профессор стал судорожно раскручивать свой тюрбан. Следующее, что увидели все присутствующие, поразило их до глубины души: у Квиррелла было ещё одно лицо на затылке, более уродливое и маленькое.

— К нему прирос уродец-близнец! — с отвращением прокричал кто-то из Слизерина.

— Так вот, почему он носит тюрбан!

Мужчина был слишком сосредоточен на вампире перед собой и не замечал реакции студентов. Наконец незнакомец подплыл совсем близко и впился металлическими зубами в шею профессора, отчего тот рухнул на пол, потеряв сознание. «Близнец» на затылке был в гневе: он пытался заставить отключившееся тело подняться, но старания оказались тщетными.

— Глупый слизняк! Зря я выбрал это паршивое тело… Авада Кедавра!

Беспалочковая магия у уродца не сработала, и таинственный незнакомец лишь разразился мерзким хохотом, после чего сквозь металлические клыки посыпались грязные ругательства. Это действие вызвало чувство дежавю, и если бы напуганные студенты не были так заняты своим страхом, то определённо заметили бы сходство вампира с Пивзом.

Кто-то сходил за МакГонагалл, а она прихватила с собой и мадам Помфри. Увидев пришедших взрослых, Пивз скинул с себя маскировку и растворился в воздухе. МакГонагалл ничего не оставалось, как успокоить студентов, а затем помочь мадам Помфри перенести Квиринуса в больничное крыло.

— Ему нужно полное медицинское обследование! — взволнованно проговорила Помфри, глядя на двуликого Квиррелла.

* * *

На оставшуюся часть дня первокурсников освободили от занятий, дабы у них восстановилось душевное равновесие. Гермиона тоскливо поглядывала на нетронутые тетради по зельеварению и истории магии, которые предстояло выложить из рюкзака.

Парвати Патил и Лаванда Браун сидели в женской спальне Гриффиндора, на соседней с Гермионой кровати, обсуждая впечатления от урока защиты.

— Сначала он показался мне даже симпатичным, — говорила Лаванда про Квиррелла, — у индусов ведь тоже есть эти штуки…

— Тюрбаны, — подсказала Парвати.

— Да, точно. А когда все увидели его уродство на затылке, все чувства словно отрезало. И как он мог меня заинтересовать?

Лаванда закатила глаза, сама себе удивляясь. Гермиона тоже закатила глаза, удивляясь, какие глупости в головах у её сокурсниц. Конечно, последние поколения подростков взрослели намного раньше предыдущих, но за собой Гермиона не замечала такой тяги к противоположному полу, как у окружающих её девчонок. Вероятно, Грейнджер была старой закалки…

— Думаю, тебе надо переключиться на кого-то своего возраста, — участливо предложила Парвати. И лицо Браун словно просветлело.

— Конечно! Тут так много хороших ребят, даже на нашем Гриффиндоре!

На это утверждение Патил приподняла бровь, но всё же промолчала.

— Рон Уизли очень спортивный, наверняка станет выдающимся в какой-нибудь области, как и все его братья, — будто невзначай подсказала Гермиона, уже залипая в экран своего телефона.

Браун и Патил подхватили её идею и уже строили планы по покорению бедного Рональда, который и не думал о каких-то там девчонках.

* * *

Чат «серое трио»:

— Скукота… — мисс Грейнджер.

— Жалеешь, что отменили занятия? — мистер Малфой.

— Не совсем… Жалею, что не увидела профессора-призрака и не попала на зелья. Перси сказал, что зельеварение сложно не как предмет, а как «территория Северуса Снейпа». Мне не терпелось попробовать свои силы в войне с излишне придирчивым преподавателем, — мисс Грейнджер.

— Он наш декан, поэтому к слизеринцам относится помягче. Сочувствую тебе и Гарри… — мистер Малфой.

— Да всё нормально. Хуже Квиррелла, думаю, уже никого не будет, — мистер Поттер.

— О, Мерлин, как вспомню его уродливого близнеца, аж передёргивает. А если серьёзно, то Снейп с кем-то разговаривал про Квиринуса, и там всё не так просто. Говорят, что в теле профессора жил паразит, а не близнец, но его вытравили с помощью каких-то снадобий. Квиррелл ещё месяц-два побудет в больнице Святого Мунго, после чего, скорее всего, отправится в монастырь — он без конца твердил, что ему поможет только святое место. Хогвартс в его понимании — рассадник зла и дьявольского колдовства, которое популяризируют в неокрепших детских умах, — мистер Малфой.

— Тебе кто-то помогал написать это сообщение? — мистер Поттер.

— Ха-ха. Иди к чёрту! — мистер Малфой.

— А кто же будет преподавать защиту? — мисс Грейнджер.

— Какой-то «известный писатель приятной наружности и с выдающимся опытом борьбы со злом», — цитата профессора травологии, — мистер Малфой.

— Ты такой полезный друг! Я рад, что согласился с тобой дружить, — мистер Поттер.

— Твой Крюгер у нас в подземельях, Гарри. Продолжишь подшучивать, и он тут и останется! — мистер Малфой.

— Беру свои слова назад! Ты бесполезный друг, и я не рад, что согласился с тобой дружить, — мистер Поттер.

— Попрощайся со своим костлявым котиком, — мисс Грейнджер.

— Да, Гарри, попрощайся со своим костлявым котиком, — мистер Малфой.

— Я иду к вам, — мистер Поттер.

— Валяй, если хочешь попасть в список аутистов. Погоди-ка, ты же уже там! Так что можешь смело идти, — мистер Малфой.

— Кстати, а ты видел настоящий список? — мистер Поттер.

— Да, мельком заглядывал, там пока несколько имён: Невилл Лонгботтом, Симус Финниган, Падма Патил и Грегори Гойл, — мистер Малфой.

— Гойл? Он же твой телохранитель… Хотя, какая разница… — мисс Грейнджер.

— Верно, это не имеет значения, пока он выполняет свои обязанности, — мистер Малфой.

— Иногда я тебе даже завидую: у отца длинные волосы, телохранитель — аутист, — мистер Поттер.

— Придушу тебя, когда увижу, — мистер Малфой.

— Ладно, на ужин пора, отлипайте от экранов, телефонные зомби! — мистер Поттер.

— Похоже, твоя бабушка пишет сообщения за тебя, Гарри, — мистер Малфой.

— Ребята, мой Живоглотик пропал… — мисс Грейнджер.

— Ваши коты в подземелье. Они, видимо, ходят друг к другу в гости. Бракованные питомцы нам попались… — мистер Малфой.

*мистер Малфой отправил фото*

— Заберу его позже, пошли ужинать, — мисс Грейнджер.

— Слушаюсь, о, Гермиона! — мистер Поттер.

* * *

Ужин проходил в атмосфере загадочности. Слухи о произошедшем на защите уже достигли всех и поселили страх у особо впечатлительных.

— Пивз в бегах, защиты не будет ещё недельку, а всё благодаря вам, — усмехнулся Фред, незаметно подсевший к Гарри. Лицо Рональда изменилось от услышанного.

— Гарри, ты как-то замешан во всём этом?

Поттер не хотел сильно шокировать рыжика, поэтому ответил предельно кратко.

— Я просто подумал, что было бы забавно подшутить над Квирреллом, а кое-кто использовал услышанную идею.

Такой ответ, в принципе, успокоил Рональда, и он продолжил есть куриные голени.

— Ты бы видел, что было, — заговорщицки начала Гермиона, обращаясь к близнецу Уизли.

— Я видел, Гарри почти сразу скинул видео в Твиттер, — честно признался Фред.

По поползшим наверх бровям Гермионы Гарри понял, что поступил очень опрометчиво, слив всё в интернет.

— Сейчас всё удалю…

— Уже нет смысла, там больше тысячи репостов, — заверил Джордж, незаметно откуда-то появившийся.

— Тысячи? Да у меня в жизни не было даже таких просмотров — не то что репостов. Даже когда я выложил фото моего чулана, было всего полсотни лайков…

— Ты фоткал чулан в своём доме? — удивился Фредерик.

— Да… — немного смутился Гарри. — По моей просьбе пространство чулана под лестницей дядя переоборудовал в капсулу. Как в капсульном отеле…

Фред уткнулся в экран телефона и начал листать посты Поттера.

— Нашёл. Слушай, а это и правда прикольно. Но нам мать не позволит такого сотворить…

— Да, не позволит, — с нотками разочарования повторил Джордж.

— Мне не даёт покоя один вопрос: как вы уговорили Пивза на ту авантюру с Квирреллом? — высказала давно вертевшееся на языке Гермиона.

— Когда подрастёшь — узнаешь, — издевательски ответил Джордж, но Грейнджер только приподняла одну бровь, выжидая нормальный ответ.

— Мы с братом обсуждали прямо возле Пивза, как было бы здорово подшутить над Квирреллом, ведь он так боится вампиров. Полтергейст просто не мог устоять, чтобы не использовать эту информацию, — сжалился над Гермионой Фред. — А вообще, мы не раскрываем своих секретов. В будущем не особо рассчитывай на откровенность.

— Если, конечно, не выйдешь за кого-то из нас, — добавил Джордж, но второй близнец наступил ему на ногу, и тот не стал продолжать шутку.

По незаинтересованному взгляду Грейнджер было ясно, что никакой свадьбы точно не будет.

Время ужина подошло к концу, и Дамблдор пожелал всем приятных снов. Расходясь по гостиным, многие ребята напевали гимн Хогвартса — уж больно он был запоминающимся.

— Послушай, Гарри, по пути в гостиную ко мне пристали две гриффиндорки, они явно что-то хотели, но я так и не понял, чего именно. Ты разбираешься в женской логике? — умоляюще проговорил Рональд, плюхаясь на кровать. На соседней уже улёгся Поттер; он рассеянно потёр висок, а затем вытащил из кармана свой айфон.

— У меня есть подруга, которая, по идее, должна понимать женскую логику. Что именно надо узнать у неё?

— Я даже не знаю. Если честно, то мне весь разговор с ними показался странным.

И Уизли поведал историю о том, как его сначала завалили комплиментами, затем стали сами напрашиваться на комплименты, после чего более симпатичная из двух попросила обменяться номерами для взаимопомощи с домашними заданиями. После этого она ещё сказала, что в замке слишком холодно, и попросила одолжить ей его мантию.

— Я без задней мысли протянул ей, так как мне было слишком жарко от подъёмов по лестницам. Прямо возле входа в спальню я вспомнил, что не забрал свою мантию у той девчонки. Пришлось идти к женским спальням. Под странный восторг соседок та гриффиндорка отдала мне мантию и зачем-то поцеловала в щёку. Затем я пришёл сюда.

— Ну, чувак, тут даже Гермиона не нужна, чтобы понять… С тобой начали встречаться без твоего согласия, и ты вряд ли сможешь остановить поползшие слухи.

— Встречаться? Ещё чего! У меня ещё вся жизнь впереди! Я ещё так молод! — взмолился Рональд.

— Тебя же не заставляют жениться? Если тебе не нравится та девушка — просто скажи ей, что не планируешь с ней отношений. В сериалах такое всегда срабатывает.

— Да, пойду и всё улажу, — уверенно сказал Уизли, но Поттер его остановил.

— Лучше завтра, и не в женских спальнях, а где-то в нейтральной зоне — где можно находиться и парням, и девушкам.

Уши Рона покраснели, но он принял всё к сведению и начал готовиться ко сну.

— Спасибо, Гарри! А то я бы сам наломал дров! — искренне признался рыжик и уткнулся лицом в подушку, засунув под неё обе руки. — Доброй ночи, — послышалось откуда-то оттуда.

— И тебе, Рон.

* * *