Современный Гарри Поттер попадает в Хогвартс (джен)

— Пап, Гарри получил письмо! — с восхищением проговорил Дадли, проплывая по столовой и подняв желтоватый конверт высоко над головой.

— Получил что? — без надежды на ответ тихо пробубнил мальчик с зелёными глазами.

— Письмо, тупица! Это такой конверт из бумаги, в котором лежит лист с посланием.

Гарри закатил глаза и уже собрался вернуться в свой чулан, но странная реакция дяди Вернона его заинтересовала.

Мужчина определённо испугался.

— У Гарри такие отсталые друзья, что до сих пор шлют письма.

— У нас ещё остался почтовый ящик? — не веря в такой абсурд, удивилась тётя Петунья, мельком взглянув на мужа и сына из другого конца столовой.

— Конечно же нет, дорогая, у нас нет никакого почтового ящика, — успокоил супругу Вернон.

— Да, мам, эту штуку подбросили под дверь.

Дурсли разом посмотрели на таинственное письмо.

Гарри уже спешил к двоюродному брату, чтобы забрать заветную бумаженцию. Вырвать её из рук Дадли не составило труда.

— А вдруг это тот хейтер, который маньячил за вашим домом, а потом и вовсе укокошил твоих предков? — подкинул идею младший из Дурслей, даже не утруждая себя мыслями о чувствах двоюродного брата.

Не теряя ни минуты, Вернон забрал письмо и при всех присутствующих разорвал его на мелкие кусочки.

— Этот день нам никто не испортит! — уверенно сказал глава семейства, и Петунья почувствовала неиссякаемую гордость за мужа.

Это был и вправду важный день: ежегодно именно в эту дату вся чета Дурслей, не без участия их приёмного сына Гарри, отправлялась на развлекательные мероприятия в честь дня рождения Дадли.

Закончив все приготовления, воодушевлённое семейство высыпало на улицу, но перед самыми дверями машины Вернон остановил приёмыша.

— Любое баловство, хоть какое-то, — и ты не получишь старый айфон Дадли.

На день рождения мальчику купили совсем новенькую модель, а так как у родителей тоже были весьма новые, старый аппарат было решено отдать Гарри, чего он с нетерпением ожидал.

Одним из пунктов посещения в праздничной программе числился зоопарк. Там ребята бывали уже слишком много раз, чтобы чему-то удивляться. От скуки Гарри даже стал разговаривать со змеёй через стекло.

— Эй, скользкий, тебе, наверно, тоже тут скучновато? Устроили из всех вас какое-то «шоу Трумана».

Даже если бы змея могла понимать человеческую речь, она бы всё равно не поняла парнишку, хотя бы потому, что не смотрела фильмы. Но взгляд змеи почему-то задержался на мальчике. Вероятно, виной всему были неестественно изумрудные глаза, доставшиеся Гарри от матери — конечно, не в прямом смысле.

— Эта змея на тебя запала, чувак, — усмехаясь, сказал подоспевший Дадли, нагло отталкивая двоюродного брата от центра террариума. — Дай и мне немного с ней побыть.

— Да пожалуйста! — безразлично выплюнул Гарри и присел, чтобы завязать шнурки. Послышался какой-то всплеск, но шум со всех сторон быстро заглушил его. Второй ботинок тоже почти расшнуровался, поэтому мальчик перезавязал и его. Когда со шнурками было покончено, Гарри довольно поднялся, но чуть не врезался в дядю.

— Где Дадли? — тон мужчины был грубым, как и всегда по отношению к приёмному.

— Разве я сторож брату моему? — возвышенно проговорил Поттер, затем более привычно добавил: — По камерам посмотрите, я был здесь и ничего плохого не делал. И ваш Дадли тоже быстро найдётся, если поищете на всех мониторах.

Вернон заметно успокоился, ведь камеры были отличными помощниками в поисках. Он уже намеревался пойти в охранный пункт, как позади запричитала Петунья.

— Дадлик, милый, как ты туда попал?

— Я просто упал сюда, мам!

Женщина посмотрела на самый верх террариума, но там не было никаких дверей и окон.

— Зачем ты меня обманываешь? И… там есть змея?

— Была, но она где-то прячется.

Петунья зло посмотрела на Гарри.

— Что ты с ним сделал?!

Даже Вернон сейчас не хотел поддерживать жену в её безумных подозрениях.

— Вытащим Дадли и пойдём к охране, всё посмотрим. Делов-то! — успокоил Петунью муж и уже начал звать проходившего неподалёку работника зоопарка.

* * *

Спустя три часа Дурсли и Поттер уже были дома. Камеры подтвердили невиновность мальчика, а в голову не находящей покоя матери закралась очень странная мысль… Что если её милый Дадли — волшебник? Он неосознанно убрал стекло, чтобы рассмотреть змею поближе, — такой вариант выглядел очень правдоподобно, если предположить, что мир магии существует.

Лелея и одновременно душа эту мысль, Петунья загадочно поглядывала на своего наследника.

— Как и обещал, — сухо сказал Вернон, протягивая Поттеру старенький айфон, — и на твоей улице праздник…

Гарри радостно принял подношение и побежал заряжать его в чулане.

— Воспринимай это как подарок, у тебя же тоже скоро день рождения, — уже приглушённо зазвучало за пределами чулана.

— Спасибо! — погромче отозвался мальчик, но так, чтобы тётя не услышала — ей не нравилось, когда Вернон сюсюкался с племянником. Женщине казалось, что так они обделяют Дадли.

Отчасти это было правдой. Вместо того чтобы воспитывать одного ребёнка, кому-то всегда приходилось отвлекаться на приёмного. Сколько подгузников они ему сменили, сколько смесей развели, сколько одежды надели и сняли; мыли, подстригали ногти, кормили с ложки, водили к парикмахеру, лечили от простуды. У Петуньи в сердце томилось чувство вины перед родным сыном за любовь, которую она недодала. Оттого Дадли всегда заваливали подарками и хоть как-то выделяли.

* * *

Воскресным утром Дурсли, как обычно, спустились в столовую в предвкушении завтрака. Гарри помогал тёте следить за яичницей, так как она то и дело отвлекалась на разные дела, а яичница этого бы не выдержала.

На небе не было ни облачка, да и в целом день казался многообещающим.

Внезапно в дымоходе послышался неведомый шелест, точно сотни крыльев. А затем один за другим стали выскакивать чёрные от золы конверты. Вернон пытался ловить их, чтобы комната не стала такой же чёрной. Быстро сориентировавшись, остальные домочадцы присоединились к нему, хотя такой наплыв писем, особенно таким образом, был до ужаса странным.

Письма хаотично разлетались и уже заполонили весь пол столовой.

— Вызовем клининг, — успокоил всех Вернон.

Петунья направилась к раковине отмывать черноту с рук, а мальчишки ещё подпихивали ногами горы грязной бумаги.

— Ну, хоть трубочиста теперь не надо вызывать, — вымученно усмехнулся отец семейства.

— Это опять от того чудика-маньяка, — таинственно заговорил Дадли, глядя на письма. Но отец осадил его, ведь сейчас стресс был у всех. Нагнетать ещё больше точно не следовало.

— Лучше ничего не трогайте, просто помойте руки и собирайтесь — позавтракаем в каком-нибудь кафе.

Назойливые послания не на шутку взволновали Дурслей. Никому не хотелось повторения давнишней истории со сталкером. Дети выходили на улицу сугубо в сопровождении взрослых.

В какой-то момент Вернон не выдержал.

— Давайте переедем? Я нашёл одно местечко, там тихо и спокойно. Можно сказать, в согласии с природой.

— Переедем в джунгли? — подозрительно уточнил Дадли, который планировал через день посмотреть в интернете прямую трансляцию спарринга двух его любимых титанов в мире бокса.

— Зачем впадать в крайности? Просто проведём немного времени у моря. Я наткнулся на объявление о бесплатном проживании на маяке. От нас потребуется только периодически проверять исправность источника света.

Гарри было безразлично, куда они поедут. Главное — закачать в айфон побольше электронных книг, музыки, фильмов и игр, ведь на маяке интернет вряд ли работает.

* * *

Маяк и скала, на которой он стоял, были такими мрачными, что Вернон уже сто раз пожалел о переезде. Но преследование маньяком казалось ещё более неприятным.

Гарри чувствовал себя виноватым, когда видел преодолевающих неудобства Дурслей. Ведь маньяк охотился как раз за Поттером. Несчастные Вернон и Петунья даже не жаловались — в них сейчас работал защитный механизм, безопасность семьи стала их приоритетом.

— Пап, у меня не грузится бой. Я так долго ждал его! — разочарованно протянул Дадли.

— Посмотришь архивную запись, когда вернёмся, — попытался ободрить его Гарри.

— А мне вообще не нравится, что ты увлёкся таким жестоким спортом! — сурово проговорила Петунья, приводя сына в чувство.

Вернон не хотел спорить с женой в этот трудный для всех момент, поэтому кивнул сыну, чтобы тот согласился с матерью.

— Ладно, ваша взяла! — наконец безразлично пробубнил Дадли и плюхнулся на свою скрипучую кровать, полностью погружаясь в игру на своём новеньком айфоне. Крики о помощи и звуки кинжалов заполнили всё вокруг. Под гневный взгляд Петуньи мальчик нехотя надел наушники.

— Его игры ничуть не лучше бокса, — сетовала женщина, но от игр Дадли уж точно не стал бы отказываться, поэтому ей оставалось лишь выражать недовольство.

Муж утянул Петунью в немного потёртое старое кресло и начал массировать её напряжённые плечи и шею. Женщина наконец смогла немного расслабиться и даже заметно подобрела.

К ночи поднялся ветер, небо стало буквально чёрным. Обитатели маяка были несказанно рады, что крыша не протекает, а окна все целы и почти не пропускают шума.

Будучи метеозависимым, отец семейства почувствовал себя очень плохо. Жена заботливо принесла ему обезболивающее и воду. Под ритмичные звуки дождя измотанное семейство начало погружаться в сон, и только Гарри не сводил глаз с экрана. Когда на айфоне высветилось четыре нуля и две точки, мальчик открыл симуляцию дня рождения и задул свечи, проведя пальцем по сверкающим огонькам.

— С днём рождения, Гарри, — сказал он сам себе и уже хотел ложиться в постель, но внезапно во входную дверь начал кто-то ломиться. Через несколько секунд дверь и вовсе вышибли. Она с грохотом повалилась на пыльный пол, поднимая вокруг себя облака пыли.

— Он пришёл и за нами! Этот сталкер! — спросонья завопил Дадли. Вернон тут же схватил ружьё и стал прицеливаться в незваного гостя, но запоздало вспомнил, что ещё не вставил патроны.

Пока мужчина судорожно впихивал заряды, огромный волосатый маньяк уже прошёл внутрь комнаты.

— Не смейте трогать детей! — воинственно выпалила Петунья, заслоняя собой мальчиков.

— Дорогая, лучше не разговаривай с ним, — уже уверенно проговорил Вернон, подходя к жене. Ружьё теперь было заряжено, а значит — маньяк не сможет им навредить. Дурсль предупреждающе выстрелил в пол, после чего нацелился на косматого.

— Стой, притормози! — взмолился незнакомец. — Почему вы считаете меня маньяком?

— Ты убил моих родителей, а теперь пришёл и за мной! Но дядя этого так не оставит, — с надеждой проговорил Поттер, и Вернон тут же ощутил себя каким-то супергероем.

Великан быстро схватил дуло ружья и со всей силы изогнул его — теперь оружие стало бесполезной железякой. Мужчина судорожно стал вспоминать, где лежит походный нож.

— Никакой я не маньяк, — попытался успокоить всех незнакомец, поднимая упавшую дверь и ставя её назад в проём.

— Тогда какого чёрта вы заявились сюда и поломали нам дверь? — ещё не веря косматому, сказал Вернон.

— Директор Хогвартса попросил меня вас навестить. Близится начало учебного года, надо закупить маленькому волшебнику всё необходимое, в чём я, собственно, и помогу.

Все стояли несколько секунд, не мигая.

— Чокнутый мужик, — наконец тихо пробубнил Дадли, незаметно за спиной передавая отцу походный нож. На этом маяке не было связи, поэтому ни о какой полиции речи не шло. Надо было рассчитывать только на себя.

Но внезапно лицо Петуньи просветлело.

— Вы правда из магической школы?

— Дорогая, что ты делаешь? — хотел было остановить жену Вернон, но она ободряюще дотронулась до его плеча. Её глаза уже не отражали испуга, а выражение лица стало вполне обычным.

— Да, миссис Дурсль. Ваша сестра училась в нашей школе, а теперь настала очередь и юного Гарри освоить азы магии.

— Азы чего? — грубо переспросил Поттер, скорее насмехаясь, нежели ожидая какого-то ответа.

— Магии, — невозмутимо ответил великан. — Ты — волшебник, Гарри.

От обоих мальчишек послышались смешки, а когда ребята переглянулись, то и вовсе прыснули от смеха.

— Ты волшебник, Гарри! — спародировал Дадли великана, чем вызвал у двоюродного брата новую волну смеха.

— Мальчики, не смейтесь, это правда. Моя сестра была волшебницей и училась в необычной школе. Я вам не говорила как раз из-за такой реакции. В это трудно поверить…

— Дорогая… — начал Вернон, но замолк, не зная, как и что лучше сказать в такой ситуации.

— Ну, слава Богу! — облегчённо проговорил великан. Он совсем забыл представиться и сейчас был готов это исправить. — Я Хагрид, Рубеус Хагрид. Знаю, моя фамилия не внушает доверия, но я не потомственный пьяница…

— Да ладно вам, — уже с немного переменившимся настроем сказал Дадли, — у меня в классе вообще есть мальчик с фамилией Олень.

— А у меня — Непеймочу, — подхватил в приподнятом настроении Гарри.

Петунья удивлённо посмотрела на племянника, определённо узнав нечто новое о его бывшем классе. Она не удержалась от комментария.

— Кто оставляет такую дурацкую фамилию?

Вернон философским тоном решил уладить все разногласия.

— У нас самих фамилии не лучше, поэтому лучше вообще закрыть эту тему.

* * *

После длительного разговора Дурслям стало понятно, откуда брались все те странные письма. А Хагриду стало ясно, почему на письма не отвечали.

У Петуньи были смешанные чувства: она очень расстроилась, что её сын не волшебник, но и сильно обрадовалась, что за их домом не следил маньяк. Женщина наконец узнала настоящую историю смерти сестры. Ведь много лет назад ветер унёс то самое письмо, которое всё объясняло.

— Это чудо, что вы оставили Гарри у себя, а не сдали куда-то, — ещё находясь под впечатлением, проговорил Хагрид.

— Мы не совсем олухи! Лили присылала фото новорожденного сына, мы сразу его узнали, когда нашли у себя на крыльце. До сестры было не дозвониться, поэтому для большей уверенности сделали тест ДНК — благо у нас есть знакомые в лаборатории.

— Да, мой бывший одноклассник сделал экспресс-анализ. А когда мы убедились, что нам подбросили племянника, начали искать Поттеров. След завёл в полицейский участок неподалёку от Годриковой впадины. Нам дали почитать рапорт о двух найденных трупах. Информация была исчерпывающей; даже искали какого-то подозреваемого, но так и не нашли.

— С этими разговорами я чуть не забыл, — опомнился Хагрид, — у Гарри же день рождения!

Великан достал из внутреннего кармана плаща квадратный свёрток, перевязанный лентой.

— Сам испёк и слова написал.

При виде искорёженного, помятого торта Гарри наверняка бы поморщился, если бы не железная выдержка, которую он отработал за несколько лет исключительно по собственному желанию.

— О, большое спасибо, не стоило так утруждаться!

Мальчик взял коробку с тортом и отложил её на ближайшую ровную поверхность.

До этого момента он очень внимательно вслушивался в разговоры взрослых. Но некоторые вопросы не давали ему покоя.

— Вы правда верите во всю эту чушь? — посмотрел он на дядю с тётей. — Он просто хочет выманить меня из дома и там прикончить! Ни в коем случае не отпускайте меня с ним.

— Мы не отпустим тебя никуда, не переживай, — успокоил племянника Вернон. — Сейчас ночь на дворе, да и день рождения ещё не отпраздновали.

— Пусть завтра к нам заедет заместитель директора, если то, что вы рассказали, правда, — предложила Петунья. Она ещё помнила, как выглядит строгая Минерва МакГонагалл. Однажды женщина приезжала в дом Эвансов, когда Лили училась в их загадочной школе.

* * *

Косматый великан спокойно покинул маяк, оставляя обосновавшееся там семейство в раздумьях. Хоть и с трудом, но всем пришлось уснуть. Нахождение на маяке стало бессмысленным, если Хагрид сказал правду, а значит — можно было вернуться в своё прежнее жилище. Перед переездом не мешало бы как следует выспаться.

* * *

— Доброе утро, кузен! — почти пропел Дадли, выбивая своей подушкой пыль из одеяла, под которым лежал Гарри. — Хватит спать!

Всё помещение заполнилось приятным ароматом пиццы.

— Сюда доставляют из пиццерии? — растерянно сонным голосом проговорил мальчик. Он наконец поднялся с кровати и направился в ванную, по дороге неряшливо взъерошивая волосы.

— Не угадал, — с гордостью проговорила Петунья. — Я тоже умею готовить пиццу.

Все присутствующие изумлённо покосились на неё, а затем на дверцу духовки.

— Нам надо было переехать в такую глушь, чтобы эта тайна раскрылась?! Интересно, что ещё ты скрываешь…

Поттер лишь усмехнулся, закрывая за собой дверь.

Хоть никто и не говорил этого, но всех волновал вопрос: «Приедет ли МакГонагалл?»

* * *

— Я бы сказал: «Не опозорь нашу фамилию», но ты не Дурсль, — с усмешкой проговорил Дадли, ободряюще похлопав Гарри по плечу. — Где-то через восемь месяцев я начну по тебе скучать, кузен, поэтому не забудь вернуться домой.

— Если тоже соскучусь, — ехидно подхватил Поттер, помахав напоследок рукой.

МакГонагалл всё же появилась; она подтвердила слова Хагрида и согласилась, что у великана сомнительная внешность. Она и сама бы вряд ли доверила ему ребёнка на месте Дурслей.