В вечном танце стихий (гет)

Ночная площадка для медитаций на самой вершине Южного Храма встретила Аанга пронзительным ледяным сквозняком. Воздух здесь свистел сквозь узкие вертикальные проёмы между тонкими колоннами, словно оплакивал давно ушедшую эпоху Воздушных Кочевников.

— Спасибо, Тай Ли, — мягко сказал Аанг и на мгновение прижался губами к её виску. — Дальше — я сам. Возвращайся к ребятам и к Тензину.

— Лучше я останусь, — тихо возразила Тай Ли. — Пока ты будешь в Мире Духов, твоё тело останется здесь совершенно беззащитным. Что, если похитители вернутся? Или вдруг кто-то из них до сих пор в Храме?

Аанг посмотрел на неё долгим понимающим взглядом, слабо улыбнулся и кивнул.

— Хорошо. Останься со мной.

Он опустился в позу лотоса прямо на голые камни пола, проигнорировав тупую ноющую боль в рёбрах, сделал глубокий, размеренный вдох, призывая внутренний покой, и медленно закрыл глаза. Тай Ли тихонько села напротив и даже задержала дыхание, наблюдая за тем, как её муж, её любимый, родной Аанг на время становится пустой телесной оболочкой.

Синие стрелы татуировок на его теле и голове вспыхнули ровным ослепительно-белым светом. Граница реальности истончилась, и Аватар погрузился в туманное, бесконечное пространство Мира Духов.

Поиски начались тяжело. Аанг раз за разом призывал свои прошлые воплощения, но никто не мог дать ему точного ответа, как далеко ему придётся погружаться, чтобы найти Аватара Сонам. Великий воин Року лишь покачал головой; мудрая Киоши, нахмурившись, ответила, что это имя никогда не звучало в хрониках её эпохи; Курук и Янгчен, знавшие тайны древности, в один голос твердили, что Аватара по имени Сонам никогда не существовало в официальной летописи цикла. Её никто не знал. Словно чья-то невидимая и могущественная рука намеренно вымарала это имя из непрерывной цепи памяти поколений.

Но Аанг не собирался легко сдаваться. Собрав всю свою волю, он погрузился ещё глубже — так глубоко, что уже не мог сказать, сколькими столетиями или тысячами лет это время отделено от его собственного. На этой глубине Мир Духов превращался в бескрайний океан первозданной энергии, где обитали самые первые, полузабытые воплощения.

Туман вокруг рассеялся, из него выткался тревожный пейзаж: пустынные дюны и барханы, бесконечные, безмолвные, тянулись во все стороны, докуда хватало глаз.

— Эй! — осторожно позвал Аанг и огляделся. — Есть здесь кто-нибудь?

Из-за ближайшего песчаного холма в призрачное небо ударил мощный луч, и в его свете зашевелилась гигантская тень приближающейся фигуры. Аангу стало немного не по себе, но он успокоил себя мыслью, что ни одно предыдущее воплощение не станет причинять ему вреда.

— Кто ищет встречи с великим Аватаром Сянем?! — раздался оглушительный голос, потрясший барханы. — Давно, уже очень давно никто не осмеливался нарушить мой покой!

— Простите! — воскликнул Аанг, вглядываясь в надвигающийся силуэт. — Мне нужно поговорить с вами, узнать кое-что крайне важное об одном Аватаре.

Мистический луч тут же ослаб и схлопнулся, оставив на вершине бархана низкорослого, сухонького старичка в невероятно больших нелепых очках в толстой роговой оправе. Его седые усы смешно топорщились в разные стороны, а сам он слегка светился приятным зеленоватым светом. Это говорило о том, что он — выходец из Царства Земли.

— Ну, надо же, явился! — тонким голосом, совершенно не похожим на предыдущие громовые раскаты, проворчал старик, смерив Аанга строгим взглядом поверх очков. — Нынешние Аватары совсем обленились, не заглядывают в самые глубокие архивы духа. Моё имя — Сянь. И я, в отличие от твоих недавних предшественников, могу по праву гордиться знаниями, которые я копил всю свою жизнь! Задавай свой вопрос, парень, и если он действительно интересный, я, так и быть, тебе на него отвечу.

— Мастер Сянь, — Аанг почтительно склонил голову. — Меня зовут Аанг. Я хочу хоть что-нибудь узнать об Аватаре Сонам. Её не помнит никто из воплощений после вас. Вы слышали о ней?

— Сонам? — старичок задумчиво подёргал свой длинный ус и нахмурился, что-то припоминая. — Хм… Дай-ка подумать. Сонам, Сонам… Да, кажется, я что-то о ней слышал.

Аанг подался вперёд, дрожа от радостного предвкушения скорой разгадки. Аватар Сянь выхватил из-за пояса старинный бумажный веер, топнул ногой, создав прямо из окружающего песка удобную скамью, и развалился на ней, обмахиваясь.

— Итак, Сонам! — воскликнул он после недолгого размышления. — Вспомнил! Вот что я знаю о ней, — он мгновенно посерьёзнел, и его глаза за огромными стёклами очков сузились. — Сонам была Аватаром из племени Воздушных Кочевников, гением, опередившим своё время.

Тут Сянь повёл над песком своим веером, и из бархана перед Аангом соткалась величественная фигура женщины в летящих одеждах магов воздуха.

— Сонам искренне верила, что баланс мира несовершенен, пока одни люди рождаются магами, а другие обречены быть лишь беззащитными зрителями, — продолжал Сянь. — Она изучала происхождение магии стихий, искала её источник. И нашла.

У Аанга перехватило дыхание. Он весь обратился в слух.

— Сонам владела уникальным артефактом — священным посохом, способным перенаправлять чистую магию прямиком из Мира Духов в реальный мир, — взмахом руки Сянь в прах рассыпал фигуру Сонам и тут же собрал на её месте песчаную копию таинственного посоха. — И наделять обычных людей силой управления воздухом.

Аанг потрясённо замер, чувствуя, как внутри него всё перевернулось.

— Её время считалось истинным золотым веком магов воздуха, — продолжал Сянь, в завораживающем ритме поводя над песком руками. У его ног выросла миниатюрная копия огромного города с храмовым комплексом в центре. — Храмы Воздуха ломились от новых учеников, ветер подчинялся тысячам новых голосов. Но однажды Сонам внезапно бесследно исчезла, словно её никогда не существовало, — старичок сжал руку в кулак, и песок перед ним тут же разгладился, фигуры пропали. — Ни одно последующее воплощение — включая меня — так и не смогло выйти с ней на прямую духовную связь. Словно её душа оказалась заперта вне нашего цикла. Вместе с ней исчез и посох. Последнее место, о котором упоминается в полузабытых легендах о Сонам — это неприступная, вечно укутанная бурями вершина горы Байху. Это — всё, что я знаю, Аанг.

— Благодарю, мастер Сянь, — с поклоном сказал Аанг и вынырнул из погружения.

Мир Духов мгновенно рассыпался мириадами искр, и Аанг резко открыл глаза. Его дыхание было частым и хриплым, сердце колотилось, и боль в рёбрах усилилась. В голове, словно кусочки сложнейшей головоломки, окончательно сложились два и два.

«Отвергнутые». Радикальная банда немагов. Они не просто грабили Храм — они целенаправленно искали пергамент, спрятанный в основании нефритовой статуэтки. Карта. В разбитом артефакте наверняка лежала карта, ведущая к местонахождению посоха Сонам. «Отвергнутые» хотели найти его, чтобы силой забрать себе магию воздуха и перевернуть весь мировой порядок.

Всё это пронеслось в сознании Аанга мгновенной вспышкой. Сидящая напротив него Тай Ли даже слегка испугалась того, с какой стремительностью изменилось выражение его лица.

— В чём дело? — хриплым полушёпотом спросила она, подавшись вперёд, и схватила мужа за плечо. — Всё плохо?

Аанг медленно покачал головой.

— Нет. Всё гораздо хуже.

* * *

Аанг и Тай Ли торопливо спустились в жилые покои. Когда они вошли, Команда Аватара всё ещё была там. Катара сидела у колыбели Тензина, Сокка увлечённо спорил о чём-то с Зуко, а Тоф лениво подпирала плечом стену.

— Я всё узнал, — с порога заявил Аанг, и его непривычно суровый голос заставил друзей мгновенно замолчать.

Он быстро и лаконично пересказал им всё, что услышал от Аватара Сяня: про Сонам, про её золотой век, про посох, дарующий магию немагам, и про скрытую карту, которая теперь находилась в руках «Отвергнутых».

— В той статуэтке лежала карта, — Аанг обвёл друзей решительным взглядом. — «Отвергнутые» ищут посох Сонам на горе Байху. Я обязан немедленно отправиться туда, чтобы опередить их и самому забрать его.

Тай Ли посмотрела на него как-то странно — в её больших карих глазах промелькнула глубокая пугающая проницательность, которой Аанг не видел у неё прежде. Она сделала медленный шаг навстречу.

— Ты хочешь забрать его, чтобы спрятать, Аанг?.. Или ты собираешься использовать его? — тихо, с затаённой тревогой спросила она.

В комнате повисла оглушительная, давящая тишина. Аанг почувствовал на себе взгляды всех друзей, и неожиданный холодок пробежал у него вдоль позвоночника. Он посмотрел на жену, затем — на спящего в колыбели Тензина, и его лицо озарилось светом надежды напополам с отчаянием.

— Да, — честно ответил он и глянул на друзей почти с вызовом. — Я собираюсь его использовать. Почему бы и нет? Почему бы нам действительно не возродить нацию Воздушных Кочевников с его помощью? Да, ещё час назад я радовался, что я больше не последний маг воздуха. Но ведь я — ПРЕДпоследний! И, поверьте, от этого знания мне ненамного легче.

Аанг сделал шаг к колыбели сына, его голос задрожал от едва сдерживаемых эмоций:

— Я не хочу… я просто не имею права передать Тензину эту чудовищную, непосильную ношу — быть единственным и последним представителем уничтоженной культуры и магии. Это слишком тяжело для ребёнка! С помощью посоха Сонам мы сможем создать десятки, сотни новых магов воздуха из тех же наших преданных Адептов или из любого, кто искренне захочет жить по священным законам Воздушных Кочевников. Это — шанс вернуть мой народ. И я его не упущу.

Его заявление эхом ударило по стенам комнаты.

Сокка мгновенно воодушевился — его прагматичный, изобретательский ум сразу оценил масштаб идеи. Он активно закивал, уже мысленно просчитывая, как новые маги воздуха помогут в строительстве Республиканского города. Катара посмотрела на Аанга с бесконечным, разрывающим сердце сочувствием — она слишком хорошо знала, как сильно глубинное одиночество все последние годы выжигало душу её друга. Тоф лишь угрюмо промолчала, скрестив руки на груди. А Зуко слегка сощурился, глядя на Аанга не то с глубоким подозрением, не то с немым осуждением правителя, который знал, к каким кровавым последствиям приводит искусственное распределение великой силы.

Тай Ли долго смотрела Аангу в глаза. На её бледном лице отразилась сложнейшая внутренняя борьба. Наконец она горько, тихо вздохнула.

— Я всё равно не смогу тебя остановить, верно? — негромко произнесла она, и этот тон был полон совершенно ей не свойственного смиренного принятия. — Хорошо, Аватар. Я не буду вставать у тебя на пути. Прошу тебя только об одном: будь осторожен, — на последних словах её голос едва не сорвался, но она сумела удержать себя в руках.

Аанг улыбнулся ей со всей искренностью и нежностью, на какую был способен в этот напряжённый момент. Шагнул ближе, бережно обнял Тай Ли и тихо прошептал в её шёлковые волосы:

— Обещаю, родная. Я вернусь к тебе и нашему сыну в целости и сохранности.

Разомкнув объятия, Аанг решительно повернулся и вышел из комнаты прочь — направляясь к складу, чтобы приготовить всё необходимое перед долгим опасным полётом на загадочную гору Байху.

* * *

Близился рассвет. Южный Храм Воздуха дышал пронзительной ледяной прохладой. Край неба на востоке разбавился бледно-голубым светом.

Аанг затягивал кожаные ремни на седле Аппы, проверял мешки с необходимыми в походе инструментами, тёплой одеждой и провизией. Его пальцы слегка подрагивали, а в повреждённых рёбрах всё ещё пульсировала тупая боль, но Аватар упрямо игнорировал слабости своего тела. Он принял твёрдое решение: гора Байху — это его личный вызов, его долг перед стёртой из истории Сонам и его шанс вернуть свой народ. Он не имел права впутывать друзей в эту смертоносную гонку с «Отвергнутыми». Это была только его битва.

— Хип-хип! — негромко скомандовал Аанг.

Шестиногий бизон плавно взмыл над верхней площадкой Северной башни, мерно помахивая широким хвостом, и устремился на северо-запад, навстречу укутанным облаками горным пикам. Аанг улетел один, без предупреждения, уверенный, что оставил друзей в безопасности.

Но друзья умели решать за себя сами.

Пока Аппа летел в гущу серебристых предрассветных облаков, на главной площади Храма уже кипела скорая работа.

— Нет, ну вы только подумайте! — возмущённо разглагольствовал Сокка, проверяя крепление для бумеранга на своём походном снаряжении. — Он снова решил сбежать! И заставить нас пропустить всё веселье!

Зуко, на ходу застёгивая тяжёлые боевые наплечники, отдавал лаконичные, суровые приказы.

— Капитан, вы и команда остаётесь здесь, я отправляюсь на секретную миссию. Ваша задача — охранять принцессу и Хозяйку Огня.

Капитан дирижабля по-военному отчеканил:

— Слушаюсь! — поклонился и поспешил раздать приказы команде.

— Суюки, — Зуко повернулся к лидеру воительниц Киоши, и его взгляд был предельно серьёзным. — Ситуация хуже, чем мы думали. Если «Отвергнутые» начали охоту за древним оружием, Республиканский город и Столица Огня — в смертельной опасности. Брать тебя с собой на Байху — стратегическая ошибка. Мне нужен доверенный человек в тылу. Бери скоростной катер, отправляйся в Столицу Огня и немедленно поднимай по тревоге всю королевскую гвардию. Объяви чрезвычайное положение в колониях. Действуй от моего имени.

— Будет исполнено, Хозяин Огня, — Суюки без лишних слов прижала кулак к ладони, коротко обняла взволнованного Сокку и стремительно бросилась вниз по ступеням к причалу.

Катара стояла чуть поодаль, крепко прижимая к себе испуганную Изуми. Она проводила Суюки взглядом, а затем передала дочь на руки дяде Айро и подошла к мужу. В её синих глазах отражалась мука сомнений. Ей отчаянно хотелось полететь с друзьями, защищать Аанга своей исцеляющей магией, встать спина к спине с Зуко, как в день Прихода Кометы... Но, посмотрев на дочку и на стоящую на ступенях храма Тай Ли с младенцем Тензином на руках, Катара поняла, где её настоящий пост. Она не могла оставить детей одних, без защиты, в Храме, который только что был атакован убийцами.

— Будьте осторожны, — тихо произнесла Катара, бережно поправляя воротник на мантии Зуко. — Дядя Айро и Тай Ли остаются со мной. Мы сможем защитить Храм или укроемся в катакомбах, если вдруг… — она осеклась и не стала договаривать.

Зуко порывисто притянул её к себе, крепко обнял и запечатлел на её губах отчаянный поцелуй. Стоящая неподалёку Изуми фыркнула, сморщив нос, и дядя Айро поспешил прикрыть девочке обзор широким рукавом своего халата.

— Найдите Аанга, — выдохнула Катара в губы мужа. — Боюсь, он натворит глупостей со своим упрямством.

Зуко уверенно кивнул, выпустил её из объятий и торопливо взбежал по сходням, не оборачиваясь.

— Я вытрясу из этого убегающего мальчика душу, как только мы его догоним, — угрюмо проворчала Тоф, с грохотом поднимаясь по трапу королевского дирижабля следом за ним. — Думал, оставит меня протирать штанишки в облаках? Не на ту напал. Гора Байху — это тонны камня, а на камне правила устанавливаю я.

— Двигатели на полную мощность! — скомандовал Сокка, ворвавшись в рубку управления летучего корабля. В его глазах горел прежний тактический азарт. — Этот лысый везунчик на своем бизоне летит быстро, но у Нации Огня лучшие турбины в мире. Мы перехватим его до того, как он доберётся до вершины!

Тяжёлые швартовые канаты со свистом втянулись в шлюзы на днище гондолы. Огромный военный дирижабль Нации Огня, извергая из сопел яростные сполохи багрового пламени и клубы чёрного дыма, медленно оторвался от площади и взял крутой курс на северо-запад.

Катара, дядя Айро и Тай Ли остались стоять на площади, провожая корабль взглядами. Великая буря, о которой они так долго пытались забыть, снова постучалась в их жизнь.