↓
 ↑
Регистрация
Имя/email

Пароль

 
Вход при помощи VK ID
временно не работает,
как войти читайте здесь!
Размер шрифта
14px
Ширина текста
100%
Выравнивание
     
Цвет текста
Цвет фона

Показывать иллюстрации
  • Большие
  • Маленькие
  • Без иллюстраций

Сестра Меча | Sister of the Sword (джен)



Переводчик:
Оригинал:
Показать / Show link to original work
Фандом:
Рейтинг:
PG-13
Жанр:
Фэнтези, Приключения
Размер:
Макси | 531 423 знака
Статус:
Закончен
 
Не проверялось на грамотность
На древних равнинах Ансалона разгорается война, от исхода которой зависит будущее первых человеческих поселений Кринна.

Кочевые племена, воинственные захватчики, огры и эльфы — все оказываются втянуты в жестокое противостояние. А над полями сражений вновь расправляют крылья драконы, каждый из которых преследует собственные цели.

Город Яла-тене, ставший для многих людей символом новой жизни, оказывается перед лицом смертельной опасности. Старые враги возвращаются, чтобы свести давние счёты, и даже самые крепкие союзы подвергаются испытанию.

В самый разгар этих событий судьба вновь сводит Амеро с сестрой Нианки. Когда-то их пути разошлись, но теперь брату и сестре предстоит встретиться вновь и решить, за что они готовы сражаться.

Впереди последняя битва, которая определит не только судьбу их народа, но и будущее человеческой цивилизации.

«Сестра Меча» — заключительная книга трилогии «Варвары», завершающая историю Амеро и Нианки. Это рассказ о семейных узах, верности, мести и борьбе за мир, который люди Кринна только начинают строить.
QRCode
Предыдущая глава  
↓ Содержание ↓
  Следующая глава

Глава 10

Когда кочевники добрались до ущелья Расколотого Кедра, день уже был в разгаре. После ночной скачки все изрядно устали, но никто не хотел останавливаться. Ещё до восхода солнца они наткнулись на отряд разбойников, расположившийся на гребне над проходом. От них узнали, что огры и налётчики вот-вот захватят поселение. Карада немедленно собрала разошедшиеся части своего войска и повела людей к Долине Водопадов.

Сильванестийцы, шедшие пешком, за ночь отстали, но у гребня нагнали кочевников. По иронии судьбы именно эльфам досталось самое тяжёлое сражение в горах.

Как и приказала Карада, Балиф повёл солдат на вершину утёса и почти сразу столкнулся с сотней разбойников. Несмотря на трёхкратное превосходство врага, он атаковал. Налётчики заметили большой конный отряд Карады, двигавшийся через ущелье, и сомкнули ряды, приготовившись отражать кавалерийский удар. Но нападения тридцати пеших сильванестийцев с металлическим оружием они никак не ожидали.

Балиф рассыпал воинов в боевую цепь и первым делом захватил небольшой скальный выступ над плато. Оттуда эльфы принялись забрасывать сбившихся в плотную толпу разбойников дротиками с бронзовыми наконечниками.

Оказавшись под ударом с фланга, половина налётчиков тут же бросилась бежать. Остальные устремились на эльфов, выставив перед собой длинные копья. Балиф отвёл солдат на скалистый выступ, куда не могли добраться вражеские лошади. Недисциплинированные разбойники разбились на мелкие группы и нападали кто во что горазд. Это позволило Балифу расправляться с ними поодиночке, выбирая удобный момент для каждого удара. К полудню плато осталось за эльфийским владыкой.

Посадив гонца на лошадь убитого разбойника, Балиф отправил Караде известие, что вершины утёсов захвачены. К его удивлению, гонец вернулся вместе с самой предводительницей и двадцатью кочевниками.

Карада оглядела поле недавней победы. Эльфийский владыка, собравший длинные волосы кожаным ремешком на манер кочевников, обливался потом на жаре, но сохранял обычное спокойствие.

— Отличная работа, — сказала она. — Как они сражаются?

— Опасные противники. Будь у них толковый командир, они бы сбросили нас с горы.

Они подошли к краю высокого обрыва и посмотрели вниз, на Яла-тене. Над осаждённым поселением плыл дым. У стены на северной окраине толпилось множество всадников. Какие бы воспоминания и боль утраты ни пробудил в Караде вид дома её брата, она быстро подавила их.

— Пакито!

— Да! — Великан тотчас появился рядом с предводительницей.

— Возьми две трети войска и ударь по этим отродьям йеви! Немедленно!

— Да, Карада!

Пакито поцеловал Самту и принялся выкрикивать приказы. Его громовой голос разносился над открытым плато, пробуждая в воинах боевой пыл.

— Бахко! Оставайся здесь с той третью, которую не возьмёт Пакито, — приказала Карада.

Молодой кочевник поморщился от разочарования, но подчинился.

Берамун незаметно подошла к Караде.

— Ты видишь огров? Как думаешь, сколько их там?

Карада заслонила глаза ладонями. О её необыкновенно остром зрении ходили легенды, однако даже она с такого расстояния не могла отличить огров от людей. В этом предводительница и призналась.

Не отрывая взгляда от происходящего внизу, она неожиданно воскликнула:

— Клянусь предками! Там, на дне долины, пешие воины. Видите?

Берамун и Балиф подтвердили, что видят.

— Вам не кажется, что они зелёные?

Балиф нахмурился.

— Похоже на то.

— Нефритовые воины! — выдохнула Берамун.

Мрачное спокойствие предводительницы исчезло. Теперь в Караде говорила лишь ярость сестры Амеро.

— Бахко! — Голос её сорвался от гнева. — Веди остальных вниз и доберись до них!

— Да, вождь. Пленных брать?

— Мне нужны трупы! Это те змеи, которые убили моего брата! Ни один не должен выжить, Бахко! Убей их всех!

Смуглый воин серьёзно кивнул и отправился выполнять приказ.

Берамун смотрела ему вслед, положив ладонь на клеймо у себя на груди. Как ни странно, когда она бежала из Яла-тене на поиски Карады, этот зелёный знак спас ей жизнь. Нефритовые воины схватили её, но, увидев метку своего Хозяина, отпустили, приняв за одну из своих. Их спокойная уверенность тогда напугала девушку. Но ведь теперь она доказала, что не служит Стенну? Она возвращалась с Карадой и её кочевыми воинами.

— Мне нужно как можно скорее попасть в поселение, — сказала Берамун. — Можно я поеду с Бахко?

Карада посмотрела на неё, затем на Мару, стоявшую позади и молча наблюдавшую за происходящим.

— Хорошо, — согласилась предводительница. — Оставь Мару здесь и слушайся Бахко. Он будет командовать вместо меня.

Вскоре на утёсе остались только Карада, Мара, Балиф и его эльфы. Любой другой на месте Карады почувствовал бы себя неуютно в окружении вооружённых недавних врагов. Но только не она. К этому времени предводительница достаточно хорошо узнала Балифа, чтобы не опасаться предательства.

Они продолжали наблюдать за долиной, пока отряд Пакито не ударил по разбойникам с тыла. Люди Занниана теснились у самой стены, выжидая случая схватиться с изнемогавшими защитниками, и даже не поняли, что на них обрушилось. Пакито не стал тратить время на стрельбу из луков, предпочтя сразу пустить в ход копья и мечи.

— Вот так! — закричала Карада, бросившись вдоль края утёса, чтобы лучше видеть схватку.

Один неверный шаг — и она полетела бы вниз на сотни шагов. Но об опасности предводительница даже не думала.

— Напирай! Прижимай их к стене, Пакито! Не давай развернуться! Ни пяди свободного места!

Неожиданно развернувшись, Карада вскочила на коня.

— Что я здесь делаю? Моё место в бою!

— Возьми меня с собой! — попросила Мара.

Карада протянула ей руку.

— Держись крепче! — велела она, пока девушка карабкалась в седло. — Если свалишься по дороге, останавливаться и подбирать тебя не стану!

Мара обвила обеими руками тонкую талию Карады. Предводительница махнула Балифу. Тот собрал эльфов и повёл их бегом к ущелью Расколотого Кедра. Карада пронеслась мимо сильванестийцев бешеным галопом и помчалась вниз по склону навстречу опьяняющему грохоту сражения.


* * *


Нефритовые воины выстроились кольцом вокруг Накрис, повернувшись лицами наружу. Юноша, возглавлявший убийц, посланных за Амеро, произнёс:

— Мать, мы ждём твоей воли.

— Хорошие мальчики. Потерпите. Она придёт.

За их спинами то усиливался, то затихал шум битвы: Занниан пытался силой пробиться в Яла-тене. Издалека доносился грохот нового наступления Унгра-де и его огров, успевших разрушить западный заслон и часть наружной стены. По всей Долине Водопадов снова разносился бой огрских военных барабанов.

Стояла середина лета. Нефритовые воины изнывали от зноя, хотя из одежды на них были только зелёные короткие юбки и ноговицы. Но никто не жаловался. Юноши стойко держали строй под палящим солнцем, и земля вокруг них темнела от капающего пота.

Из ущелья Расколотого Кедра подул сильный ветер, гоня перед собой вихри пыли. Нефритовые воины, стоявшие с восточной стороны круга, принюхались и тотчас насторожились. Они посмотрели на Накрис, полулежавшую на носилках с дротиком на коленях.

— Мать...

— Да, дитя моё. Я знаю. Приближаются лошади. Вы готовы?

Они были готовы.

— Выставить оружие.

Каждый Нефритовый воин опустился на одно колено и упёр конец длинного копья в ступню. Теперь их круг ощетинился острыми наконечниками.

На утёсах над долиной появились крошечные фигурки всадников. Их лошади были выше низкорослых коней разбойников, причём большинство имело светлую масть: буланую, серую или белую. На фоне тёмных скал всадники выделялись особенно отчётливо.

Из ущелья поднялось огромное облако пыли, взметнувшееся до самых окружающих утёсов. Гул множества копыт постепенно заглушил шум битвы за Яла-тене. Наконец из прохода показались первые всадники. Судя по всему, разведчики. Они оглядели долину и снова скрылись в ущелье. Спустя несколько мгновений наружу вырвалась колонна, по шесть всадников в ряд. С грохотом копыт они помчались по дороге прямо в тыл войску Занниана, отклонившись в сторону от позиции Нефритовых воинов. Накрис ничего не сказала. Её подопечные оставались на местах.

Движущаяся колонна кочевников прошла всего в сотне шагов от Нефритовых воинов. Всадники заметили странных зеленокожих юношей, стоявших посреди открытой равнины, но не стали сворачивать. Их целью были разбойники, уже втянутые в сражение. Вскоре разгорелась огромная свалка. Сотни лошадей взрыхляли сухую землю копытами, поднимая тучи пыли.

Вторая группа кочевников спустилась из ущелья куда спокойнее. Они ненадолго остановились, затем шагом направились к Накрис.

— Спокойно, дети мои, — сказала она. — Помните о Хозяине! Он узнает, как славно вы сегодня сражались!

Кочевники развернули строй, явно собираясь окружить неподвижного противника. Накрис любовалась их высокими конями, светлой одеждой из оленьей кожи и загорелыми, здоровыми лицами. Когда-то она сама принадлежала к таким людям. Помнила, каково это — иметь крепкие руки и ноги, хорошего коня и бескрайнюю равнину в своих владениях.

Не доехав сорока шагов, кочевники остановились. Они убрали копья и мечи и взяли в руки странные приспособления: тонкие деревянные палки, концы которых соединяла туго натянутая тетива.

Накрис нахмурилась. Что ещё за штуки?

Каждый всадник приложил к тетиве маленькое копьё. Этого оказалось достаточно, чтобы Накрис поняла: перед ней какое-то оружие.

— Нефритовые воины! На них! — закричала она.

С дружным криком зеленокожие юноши бросились вперёд. Кочевники ждали, не дрогнув, натягивая тетивы своих необычных орудий и изгибая деревянные палки глубокими дугами. Когда тетивы отпустили, маленькие копья устремились вперёд с невероятной силой. Воздух наполнился звоном натянутых струн и свистом оперённых стрел.

Всё должно было закончиться за несколько ударов сердца: двести кочевников выпустили стрелы менее чем по двадцати пяти целям. Однако сражение пошло совсем не так. Гибкие зелёные тела изгибались и вертелись, уклоняясь от первого залпа. Пронзительно крича мальчишескими голосами, Нефритовые воины продолжали наступать. Ошеломлённые кочевники замешкались, прежде чем выпустить второй град стрел.

На этот раз многие стрелы достигли цели. Нефритовые воины падали, а из их грудей торчали тонкие деревянные древки. Те, кого стрелы не задели, бросились на землю и поползли вперёд на четвереньках, зажав копья в зубах. Лошади вставали на дыбы, когда странные юноши сновали у них под брюхом. Некоторые кочевники вылетали из сёдел, и поджидавшие внизу Нефритовые воины тут же убивали их. Другие отбросили луки и схватились за копья и мечи, чтобы удобнее было сражаться с необычными противниками.

Накрис наблюдала за боем с носилок и смеялась. Будь у неё сотня Нефритовых воинов, она уничтожила бы всех этих кочевников. С тысячей таких бойцов могла бы править всеми равнинами. Как великолепно они двигались и сражались! Но при виде смертельно раненных юношей, лежавших среди вытоптанной травы, сердце у неё болезненно сжималось. Они напоминали редкие прекрасные цветы, срезанные косой.

Уцелевшие Нефритовые воины бросились на растерявшихся всадников. Они стаскивали людей с лошадей, кололи, душили и даже кусали, заставляя противников сдаться. В середине кочевого строя образовалось пустое пространство: воины Карады отступали перед жуткими зелёными убийцами. Когда пыль немного рассеялась, снова заговорили луки. Теперь кочевники тщательно прицеливались. Один за другим Нефритовые воины падали под стрелами.

Среди кочевников поднялся громкий ропот. Некоторые зеленокожие юноши, даже утыканные стрелами, пытались встать и продолжить бой. Накрис вытягивала шею и опиралась на руки, стараясь приподняться и разглядеть происходящее. Ветер отогнал пыль, и она увидела смуглого мужчину с бронзовым мечом. Он ходил среди раненых Нефритовых воинов и добивал их точными ударами.

Когда Накрис наконец сумела подняться, опираясь на костыль, всё уже закончилось. Слёзы текли по её обветренному лицу, но она не издала ни звука. Её уловка с ожиданием посреди открытой равнины сработала: она приманила Караду, как и надеялась. Нефритовые воины погибли достойно. Накрис так гордилась своими детьми.

Смуглый мечник снова сел на коня и проехал сквозь строй кочевников. Тяжело опираясь на костыль, Накрис оторвала взгляд от распростёртых тел молодых Нефритовых воинов и направила остриё копья на врага.

Среди передних всадников она заметила поразительно красивую девушку с длинными чёрными волосами и такими же чёрными глазами. Накрис знала её. Девушку звали...

— Берамун, — подсказала та, заметив, что калека никак не может вспомнить имя.

— Ты вернулась. Занниан будет рад.

— Сомневаюсь. Я привела друзей. Много друзей.

Повернувшись к смуглому воину рядом с собой, Берамун добавила:

— Берегись её, Бахко. Она настоящая змея!

Накрис улыбнулась сквозь слёзы.

— А Карада? Где она?

Берамун обернулась и указала на утёс.

— Там. Она послала нас за тобой.

Накрис отвела руку назад и метнула дротик. На одной ноге она держалась неуверенно, поэтому бросок вышел неловким, а оружие полетело слишком низко. Дротик воткнулся в землю перед конём Бахко.

— Взять её, — приказал он.

Четверо кочевников схватили Накрис, но та даже не попыталась сопротивляться. Напротив, она разразилась безумным хохотом.

— Мой замысел почти осуществился! — захохотала она. — Повинуйтесь моей воле! Ведите меня к Караде!


* * *


Занниан не мог поверить в происходящее. Победа уже была у него в руках — сам Аркуден заговорил о сдаче! И вдруг всё начало рушиться. Какие капризные духи играли с его судьбой? Как могло его великое предназначение рассыпаться на куски, точно гнилая деревяшка?

Он покинул северный заслон, за который погибло столько воинов, и вскочил на коня. Большая часть его некогда многочисленного войска уже отчаянно сражалась с новым врагом. Теперь был важен каждый человек, каждый клинок. Занниан собрал павших духом разбойников и сумел немного потеснить противника, дав своим людям передышку. Прибывших кочевников оказалось не так уж много. По его подсчётам, около четырёх сотен — примерно столько же, сколько бойцов оставалось у него под рукой. Но оружие у них было куда лучше, кони крупнее, а и всадники, и лошади значительно свежее измученных налётчиков.

Постепенно разбойники отступали на запад, всё дальше от поселения. Во время непрерывной схватки Занниан проскакал через место другого сражения. Лежавшие на земле тела оказались зеленокожими.

Нефритовые воины. Значит, здесь поработала его мать. Только она или Хозяин могли приказать Нефритовым воинам вступить в бой, а Стенна поблизости определённо не было. Занниан не успел поискать среди погибших тело Накрис. Кипящая вокруг битва увлекла его и его людей прочь от места, где полегли Нефритовые воины.

В гуще схватки он заметил Хотена, обменивавшегося ударами с крепким противником на высокой лошади. Старый разбойник явно проигрывал. Занниан прорвался сквозь сражающихся и ударил кочевника копьём с той стороны, откуда тот не ожидал нападения. Хотен устало приветствовал его. Занниан уже собирался спросить о Накрис, но появились новые враги, и обоих разбойников снова разлучило сражение.

Слева от налётчиков показалась новая колонна кочевников. Она была меньше первой, но всё равно насчитывала почти две сотни крепких воинов. Уступая противнику числом и лошадьми, разбойники начали падать духом. Некоторые побросали оружие и погнали измученных коней на запад, к опустевшему лагерю у реки. Занниан кипел от ярости. Будь здесь Стенн, эти трусы не посмели бы покинуть поле боя!

Трое дезертиров ускакали прочь лёгким галопом, тревожно оглядываясь через плечо, опасаясь погони со стороны кочевников или верных Занниану воинов. Поэтому они не заметили, как впереди им навстречу выступила цепь огров. Самый большой из чудовищ поднял зазубренный каменный топор и сбил переднего всадника с коня, одним ударом разрубив его от плеча до пояса. Остальные лошади взвились на дыбы и сбросили перепуганных седоков. Двое огров схватили одного дезертира за лодыжки. Разбойник истошно закричал, когда чудовища швырнули его обратно в кипящую битву. Он исчез среди сражающихся людей и топчущихся лошадей. Последний беглец ничего этого не видел. Он нёсся прочь, точно заяц. Огры презрительно усмехнулись и позволили ему убежать.

Унгра-де окликнул Занниана:

— Мы услышали, что битва приближается, и пришли помочь.

Его могучие руки до локтей были перепачканы кровью врагов.

— Твои люди бегут.

— Убивай сколько хочешь, великий вождь! — прорычал Зан. — Остальным это придаст охоты сражаться!

Неподалёку кочевники прорвали строй разбойников. Увидев огров, они на мгновение замешкались, но кочевников было много, а чудовищ мало, и наступление возобновилось. Казалось, воины Унгра-де не смогут выдержать натиска конницы. Однако они отбивали копья щитами с каменными выпуклостями и широкими взмахами топоров рубили всадников. За прочной линией огров Занниан заново выстроил оставшихся людей. Кочевники несколько раз пытались атаковать грозных чудовищ, но всякий раз отступали с тяжёлыми потерями.

Протрубили рога. Кочевники отступили на несколько десятков шагов и перестроились в два больших отряда. Занниан заметил, что более многочисленным, расположившимся справа от него, командует огромный мужчина на столь же высоком коне. Левый отряд, судя по всему, возглавлял мускулистый молодой воин с тёмно-коричневой кожей и короткими туго завитыми чёрными волосами. Женщины-предводительницы, легендарной Карады, нигде не было видно.

С обеих сторон воины грозно размахивали копьями и демонстрировали готовность к бою. Но постепенно лошади и всадники успокоились, а расстояние между войсками увеличилось. До заката оставалось немного времени. Кочевникам солнце било прямо в глаза. Напротив них многие разбойники едва держались в сёдлах, почти падая от изнеможения.

На свободное пространство между войсками выехали пятеро кочевников на четырёх лошадях. Великан и смуглый воин были среди них. Третьей оказалась стройная женщина с длинными чёрными волосами. Посреди крушения всех своих завоевательных замыслов Занниан почувствовал, как кровь забурлила в жилах, едва он узнал Берамун.

Но радость его поубавилась при виде четвёртой лошади. На ней сидели две женщины. Одну, рыжеволосую девушку примерно одного возраста с Берамун, Зан сразу оставил без внимания. Зато вторую, постарше, загоревшую за долгие годы под солнцем, он рассмотрел куда внимательнее. На женщине красовался прекрасный бронзовый шлем эльфийской работы. По челюсти и горлу тянулись страшные белёсые шрамы.

Рядом с ним Хотен резко втянул воздух.

— Карада!

— Ты уверен? — потребовал ответа Занниан.

— В молодости я ездил в её отряде, — с благоговением ответил Хотен. — Это она.

Занниан раздражённо зарычал.

— Сначала Аркуден, теперь Карада. Что-то слишком много мертвецов продолжают разгуливать живыми.

Он и Хотен выехали навстречу вместе. Между их лошадьми широкими шагами двигался Унгра-де. Они приблизились к кочевникам на шесть шагов и остановились.

Никто не произнёс ни слова. Слышалось лишь шумное дыхание огра да свист лошадиных хвостов, отгонявших мух.

Молчание нарушил Хотен.

— Приветствую тебя, Карада, — обратился он к своей бывшей предводительнице.

Она прищурилась от яркого света заходящего солнца.

— Я знаю твоё лицо. Ты... Хотен, сын Нито. Много лет назад ты был в моём отряде.

Он кивнул, удивляясь самому себе: почему ему так приятно, что она его узнала?

— И теперь ты служишь этим дикарям? — прорычал Пакито. — Отродье йеви!

Вот тебе и воспоминания о прежних временах.

— Говори, Карада, — сказал Занниан. — Зачем ты сюда явилась?

— Спасти брата и его людей. Возможно, брата я уже не успею спасти, но остальных ещё могу.

Занниан не стал сообщать ей, что Амеро жив.

— Тебе здесь не место. Возвращайся на восток. Воюй с сильванестийцами, а эту землю оставь нам.

— Это вы захватчики! — вмешалась Берамун. — Убийцы и грабители! Убирайтесь обратно в свой вонючий лес, который зовёте домом, и передайте своему дракону-хозяину, что потерпели поражение!

Предводитель разбойников повернул коня в её сторону.

— Девчонка, я не раз спасал тебя от Хозяина. Неужели совсем не осталось благодарности?

— Разговаривай со мной, разбойник, — сурово приказала Карада. — Даю тебе возможность уйти. Покинь Долину Водопадов до завтрашнего рассвета, иначе твой труп сгниёт там, где упадёт.

— Вот это воин, — неожиданно проговорил Унгра-де.

С тех пор как Карада заговорила, его тёмные глаза не отрывались от её лица.

Услышав, как громадное чудовище говорит на их языке, кочевники вздрогнули от неожиданности. Унгра-де продолжил:

— Даже в высоких горах мы слышали о Покрытой Шрамами. Теперь вижу, что рассказы были правдивы.

— Это не твоя война, огр, — ответила Карада. — Уходи, и никто не станет тебе мешать.

— Моя война — любая, какую я выберу. Убивать людей за стенами было просто работой. А вот теперь, думаю, будет хорошая битва. Я с гордостью буду носить твой череп, Карада.

Он потряс трофеями, свисавшими с его закованной в доспехи груди.

В ответ Карада выхватила длинный бронзовый меч. Занниан и Хотен напряглись, готовые вступить в схватку. Унгра-де не шелохнулся. Он крепко стоял на расставленных ногах, положив обе огромные ладони на навершие топорища, неподвижный, как гора.

— Значит, до смерти? — спросила Карада, переводя взгляд с огра на предводителя разбойников.

— До смерти, — подтвердил Занниан.

Унгра-де и разбойники повернулись, собираясь уйти. Они успели сделать несколько шагов, когда Карада снова заговорила:

— Накрис у меня.

Эти простые слова заставили их остановиться. Хотен пытался прочитать по лицу Карады, что стало с его спутницей, но лицо предводительницы было подобно восточным утёсам — суровое и неприступное.

— Моя мать жива? — спросил Занниан.

По лицу Карады пробежала тень удивления.

— Мать?

— Она жива? — рявкнул он.

— Пока да. Если я верну её тебе, уйдёшь из долины?

— Нет!

Хотен попытался возразить, но слова Занниана заглушили его протест:

— Мы не затем проделали весь этот путь, чтобы отступить сейчас! Карада — кровный враг моей матери. Накрис скорее согласится умереть от её руки, чем принять пощаду!

Предводитель пришпорил коня и повёл своих угрюмых людей обратно в лагерь.

Прежде чем повернуться вслед за ними, Унгра-де произнёс:

— Когда завтра солнце снова окажется над головой, мы встретимся здесь и померимся силами в рукопашной. А пока наслаждайся собственной кровью, Карада. Завтра она окрасит землю у моих ног.

Хотя остальные кочевники, даже великан Пакито, заметно встревожились от этой угрозы, Карада лишь повернулась к Унгра-де спиной и поехала обратно к своему войску.


* * *


Высоко на стенах Яла-тене Амеро и его товарищи наблюдали за переговорами кочевников с разбойниками, не имея возможности даже различить участников. И всё же Амеро был почти уверен, что среди кочевников находится его сестра. Она сидела на лошади пшеничной масти, и что-то в её посадке показалось ему удивительно знакомым.

Когда обе группы разъехались в разные стороны, его охватила радость. Наверняка разбойники потерпели поражение! Что им ещё оставалось, кроме как снять осаду и покинуть долину?

Амеро увидел, как кочевники вернулись к северному заслону и разбили лагерь у подножия стен. К ним присоединился отряд воинов, двигавшихся плотным пешим строем через ущелье Расколотого Кедра. Лишь когда они подошли значительно ближе, стало ясно, что это эльфы.

— Что всё это значит? — спросил Хекани, пришедший от западного заслона после отступления огров. — Сильванестийцы сражаются бок о бок с кочевниками? Такого не бывает!

— А люди, заключившие союз с зелёным драконом и ограми? — язвительно ответила Лиопи.

— Не знаю, что возможно, а что нет, и знать не хочу! Сегодня великий день! — объявил Амеро.

Остальные жители, которых держали на ногах лишь отчаянная храбрость да сила воли, могли только согласиться.

Амеро поспешил к северному заслону. Ему не терпелось увидеть сестру после столь долгой разлуки. Там должна быть и Берамун — храбрая девушка! Как же хотелось снова встретиться с ней и воздать должное её отваге. Единственная из всех разведчиков, отправленных на поиски Нианки, она уцелела и привела кочевников им на помощь.

К тому времени, когда Амеро добрался до входа, кочевники уже заполнили заслон и пробирались в поселение. Жители Яла-тене выстроились вдоль стен, приветствуя спасителей. Из каждого охрипшего горла лились слова благодарности.

За разрушенной баррикадой Амеро остановился. Он увидел приближавшихся людей. Горло сжалось, руки задрожали. Вороновы волосы Берамун в лучах заходящего солнца отливали тёмным багрянцем. Впереди неё по валунам и обломкам карабкалась загорелая женщина лет сорока. Это была Нианки, без всякого сомнения. И какой же сильной она выглядела!

Добравшись до места, где заканчивались завалы и начиналась стена, Карада со спутниками остановилась. Она подняла голову и увидела собравшихся наверху жителей. Прямо над ней стоял бородатый мужчина в изорванной одежде. С запавшими глазами, весь избитый, с порезами на руках и лице. Рядом с ним находилась красивая женщина с густой каштановой косой, сжимавшая видавшее виды копьё.

Сердце Карады забилось так сильно, что удары отдавались в ушах. За спинами людей на стене заходило солнце, поэтому их лица оставались в тени. И всё же она узнала бородатого мужчину. Когда Карада наконец сумела заговорить, голос прозвучал неуверенно и напряжённо, почти вопросительно, но она уже знала, кто перед ней.

— Амеро?

— Нианки! — радостно закричал мужчина, широко раскинув руки.

Никто больше во всём мире не называл её именем, данным при рождении. Это был Амеро. Он был жив.

Карада не помнила, как преодолела последние шаги. В следующее мгновение она уже стояла на стене, обнимая брата, которого считала погибшим. Он был настоящим, живым, а вовсе не духом. Когда Амеро немного отстранился, она увидела в его ореховых глазах прежний озорной блеск.

— Просто поверить не могу! Ты спасла нас!

Он улыбался так широко, что, казалось, лицо вот-вот треснет.

— Ты позвал меня, — тихо ответила Карада, растроганная до глубины души. — И я пришла.

Глава опубликована: 12.11.2026
Отключить рекламу

Предыдущая главаСледующая глава
Фанфик еще никто не комментировал
Чтобы написать комментарий, войдите

Если вы не зарегистрированы, зарегистрируйтесь

Предыдущая глава  
↓ Содержание ↓
  Следующая глава
Закрыть
Закрыть
Закрыть
↑ Вверх