Дневник «Белорусского Когтевранца» (гет)

[Запись из дневника. 31 октября — 1 ноября 1998 года. Правосудие на коленке]

Сделка с Директором

Шпионка ушла, да и хрен с ней. Всё равно, как понимаю, она должна с меня пылинки сдувать и всячески мотивировать на то, чтобы скорее отправился грабить МАКУСА.

Стоял у каменной ограды периметра, вдыхая стылый, пахнущий гарью и мокрой землёй воздух, и пытался собрать разбегающиеся мысли. В замке, в той аудитории, остались мои друзья. И те студенты, что так и остались лежать на полу. Конечно, там уже Флитвик и другие должны быть, но всё же надо бы поспешить.

Повернулся к Макгонагалл. Она уже отдавала короткие приказы подоспевшим профессорам, а сама вызывала патронус — серебристая кошка выпрыгнула из палочки, призрачно осветив брусчатку, — и что-то ему говорила, видно, отправляет его к Кингсли.

— Профессор, — подошел к ней вплотную, перекрывая гул голосов и треск остывающей магии. — Дайте мне пятнадцать минут. Прежде чем здесь появятся министерские, мне нужно поговорить со студентами, которые пришли с Кассандрой.

Она строго свела брови, губы превратились в тонкую белую линию.

— Александр, это дело для мракоборцев. Этим займутся профессионалы. Вы и так сделали достаточно.

— Если за них возьмутся мракоборцы, мы ничего не узнаем! — жестко парировал я, сжимая кулаки. — Они закроются. Испугаются. Вы вызываете Кингсли — отлично. Но дайте шанс узнать, где Бэт и куда ушли Финн, Кассандра и остальные, пока эти студенты еще в шоке. Пятнадцать минут. Прошу вас, профессор, поверьте мне.

Директор долго смотрела мне в глаза. Холодный ветер трепал её выбившуюся из пучка седую прядь.

— Пятнадцать минут, мистер К... Ни секунды больше. И простите, что не поверила вам, Александр.

Кивнул Гермионе и Джинни. Тяжело дыша, подошвами отбивая дробь по камню, мы рванули обратно в замок. По дороге перехватывали всех адекватных старост, приказывая срочно загнать малышню и остальных по башням и наглухо запереть двери. Скоро здесь будут «волкодавы» из Министерства, и студентам лучше не путаться у них под ногами.

Фабрикат и фильтрация

В замке после прорыва всё ещё царил небольшой хаос, но мы с Гермионой и еще пара старост быстро навели порядок.

Оставив Изольду со Слизерина, которая вернулась с улицы с нами, за старшую, двинулись дальше.

На втором этаже, возле мраморной лестницы, наткнулся на тех двоих, которых подвесил за ноги во время прорыва.

Подошел ближе и скрипнул зубами. Тогда их не успел тщательно рассмотреть, а сейчас эти парни показали себя во всей красе.

Это были не студенты.

Магия Оборотного зелья уже спадала. Послышался влажный хруст перестраивающихся костей, кожа пошла буграми, словно кипящий воск. Дешёвая школьная форма угрожающе затрещала и начала рваться на расширяющихся плечах. Через пару минут передо мной висели двое взрослых, матерых мужиков с грубыми, испещрёнными шрамами лицами. Наёмники. Видно, тогда, как их спеленал, действие зелья стало сходить.

Допрашивать их не было смысла. Вспомнил того бедолагу в Ливерпуле, который умер или от яда, или от Непреложного Обета, едва решил мне сказать хоть что-то. Начну задавать вопросы — они просто сдохнут у меня на глазах, захлёбываясь пеной, а мракоборцы потом пришьют мне двойное убийство. Нет уж. Спасибо. Меня и так будут, как обычно, во всех бедах подозревать. Для Министерства я хуже Пивза: тот хоть в замке сидит, а я перемещаюсь.

— Оставьте их, — бросил девочкам. — Это подарок для Кингсли. Идём дальше.

Но всё же накинул на них еще и дополнительные оглушающие заклятия на всякий пожарный. Красные лучи беззвучно впитались в обмякшие тела.

Ворвались в Южное крыло. В коридоре Осси и Луна уже приходили в себя. Финч тяжело тёр виски, жмурясь, а Луна меланхолично отряхивала мантию, но всё так же лучезарно улыбалась — видно, для неё это был какой-то ценный опыт, лежать и не двигаться. В них попало обычным Оглушающим и явно не одно, так как защитные пластины бы сработали на одиночное, но здесь их просто накрыли шквальным огнём. Ну и слава богу, что все живы. Сбоку стояла Элис, уткнувшись носом в край своего балахона, — она себя показала с лучшей стороны. Тут же на полу сидел староста-шестикурсник с Гриффиндора и тёр лоб — упал и ударился головой о камень.

Похлопал по плечу Осси и обнял Луну. А на Элис посмотрел с такой искренней благодарностью, что та даже покраснела. Джинни уже обнимала Луну, а Гермиона спрашивала у неё, как она себя чувствует.

— Элис, ты самая здесь целая, пожалуйста, проводи всех к мадам Помфри, пусть осмотрит их, — попросил я, и уже для других добавил: — Следуйте в больничное крыло, мало ли сотрясение мозга.

Они, кряхтя, пошли, только Осси что-то бурчал себе под нос, что раз нет мозга, то нет и сотрясения. Это они ещё в шоке и не спросили, как же там всё закончилось. Осси ещё не знает, что Финн ушёл с Кассандрой. И лучше ему узнать об этом потом, в безопасной обстановке.

Зашли в саму аудиторию. Воздух всё ещё был сизым от дыма, кислый запах хлора ел глаза. Флитвик хмуро прохаживался, а Матиас держал оставшихся сторонников Кассандры под прицелом палочек. Половина студентов тихо скулила по углам, но трое сидели ровно, зыркая на нас со злобой. Те самые, с закатанными рукавами. Идейные.

— Профессор Флитвик, можно вас кое о чём попросить, — сказал ровно. — Не могли бы вы оставить меня буквально на время с этими ребятами.

— Мистер К... — пропищал мой декан, нервно переминаясь с ноги на ногу. — Так ли это необходимо?

— Очень, профессор. Я вам потом всё расскажу. У меня личное разрешение Директора. Пятнадцать минут.

Флитвик медленно вышел из аудитории, на его лице было глубоко грустное выражение. Всё же здесь был и один когтевранец, а это он ещё про Кассандру не знает и про Финна. Эх, хоть и не рассказывай старику. Это будет для него удар.

Перевёл взгляд на Матиаса, тот всё понял без слов и тоже вышел за профессором. За спиной стояли Джинни и Гермиона. Пока молчали, ждали, что будет дальше.

Быстро отфильтровал тех, кто сдался сразу. Глаза заплаканные, трясутся, пахнут кислым потом и паникой. Обычные ведомые дурачки и дурочки, которые восторгались громкими речами и красивой картинкой, а когда запахло палёным — слились. Каждый из них на голубом глазу мне говорил, что они здесь в первый раз. В основном это были четвёртый и пятый курс, Пуффендуй и Гриффиндор.

Вышел в коридор и позвал Матиаса.

— Матиас, выведи их, пожалуйста, в соседний класс, — скомандовал. — Палочки их подбери. Пусть сидят и ждут мракоборцев. С ними мне говорить не о чем. Пусть они решают, что с ними делать, а точнее Директор.

Удар по логике

Нас трое. И трое тех, кто пошёл по кривой дорожке тёмных магов, хотя сами себя наверняка считают светлыми воинами. Те самые, кого Джинни и Гермиона приложили сглазами во время боя.

Шестикурсник с Гриффиндора, шестикурсник с Пуффендуя. И Брайан — фамилию не помню — пятикурсник с моего родного Когтеврана. Да уж, прославились в веках. Кассандра — тёмный маг, Финн — спутник тёмного мага, а этот — приспешник. Отличная статистика для факультета умников.

Гриффиндорец и пуффендуец хорохорились. Смотрели с вызовом, хотя палочек уже нет, а тугие верёвки врезались в запястья. Да даже с палочками шансов у них ноль. Когда сказал, что их ждёт Азкабан и сломанная жизнь, только зло оскалились. Конечно, Азкабан нынче не тот — дементоров выгнали, и малолеткам кажется, что это не страшно. Ну-ну. Два месяца там отсидел, до сих пор по ночам холодный пот прошибает. Скажите спасибо дементорам за сломанную психику.

— Плевать на Азкабан! — выплюнул гриффиндорец, брызгая слюной. — Кассандра сказала, что старый мир сгниёт! У меня отца убили в битве, а у него — мать! Министерство ни черта не сделало, чтобы их защитить! Голос сказал, что мы построим новый порядок ради Общего Блага!

Фанатики. Слепые, обиженные на весь мир. С этими работать бесполезно — вместо мозгов бетонная плита, в которую они упёрлись. Ладно, пока оставим этих упёртых дурачков.

А вот Брайан... Парня знал. Точнее, помнил по спискам Бэт, когда она заставляла учить личные дела когтевранцев и каждого в лицо знать. Спокойный пацан. Но в мае у него погибла старшая сестра — училась на одном курсе с Фредом и Джорджем. В Битве вообще много полегло тех, кто выпускался на пару лет раньше Поттера. Грёбаный Волдеморт, чтоб ему на том свете вечно икалось.

Подошёл к нему, присел на корточки, чтобы глаза были на одном уровне. От парня густо несло кислым потом и адреналиновым страхом. Он мелко, противно дрожал.

— Брайан. Я знал твою сестру. Джесс была отличной девчонкой. Помогала мне пару раз, когда ещё первокурсником был. Да и потом. Ты же знаешь, мы, когтевранцы, хоть и индивидуалисты, но одна семья. Вспомни, сколько раз я тебе помогал. А Бэт?

Парень дёрнулся, глаза блеснули от набегающих слёз.

— Она погибла из-за них! Из-за Поттера и Министерства! Кассандра сказала... Она сказала, что заставили сражаться детей!

— Кассандра тебе ничего не говорила, Брайан. Говорил тот, кто сидит в её голове. Геллерт Гриндевальд. Тот самый Тёмный Лорд, который устроил мировую бойню пятьдесят лет назад. Он просто использует твою боль, чтобы сделать тебя пушечным мясом. Он ничем не лучше Волдеморта.

Гриффиндорец дёрнулся, открывая рот, чтобы снова заорать свои лозунги.

— Силенцио! Инкарцеро! — сухо, как удар бича, отчеканила Гермиона за спиной.

Двоих фанатиков мгновенно стянуло толстыми верёвками, сжав до хруста костей, и лишило голоса. Они лишь мычали сквозь стиснутые зубы. Гермиона даже не опустила палочку. Моя девочка работает жёстко. Ух, интересно, а что она ещё умеет с верёвками... Тьфу. Не отвлекайся, Саша, не время для гормонов.

Снова перевёл тяжёлый взгляд на Брайана.

— Подумай о матери, Брайан. У неё остался только ты. Хочешь, чтобы она носила тебе передачи в Азкабан? Чтобы потеряла и сына, потому что ты поверил мертвецу в теле девчонки? Очнись. Не гробь свою жизнь и жизнь матери.

Бил по живому. Сам остался без семьи, для меня это больная тема — вот и Брайан сломался. Из глаз крупными каплями брызнули слёзы, худые плечи затряслись в глухих, надрывных рыданиях.

— Я... Я не знал... — захлипал он, размазывая сопли по бледному лицу. — Она подходила к нам в библиотеке. Говорила так правильно... Мы собирались здесь. Она читала нам про новый мир. Говорила, что близкие больше не будут погибать.

— Куда она ушла? Где Бэт? — жёстко надавил я.

— Я не знаю про Бэт! Клянусь! — Брайан судорожно замотал головой. — Она сказала, что они уйдут в «безопасное место». Она знала... Знала, что вы придёте! Голос в её голове сказал, что нам могут помешать. Поэтому они привели тех двоих взрослых и дали им Оборотное зелье!

— А чьи волосы они использовали? — быстро спросил я, чувствуя, как с сухим щелчком складывается пазл.

— Студентов... Старшекурсников с Пуффендуя и Гриффиндора. Мы оглушили их сегодня утром. Срезали волосы... Они связаны, но я не знаю где, это не мы их прятали! Сэр, я не хотел!

Резко выпрямился.

Посмотрел на Гермиону. Она, судя по её нахмуренному лицу, думала о том же.

Значит, Гриндевальд всё знал. Предвидел нашу засаду. Специально устроил эту показательную сходку, чтобы засветиться и сбежать, эффектно хлопнув дверью. Видел, что в замке настоящая Кассандра начала сопротивляться, и ему это не нравилось.

Уйдя так, с шумом и похищенными студентами, он полностью сжёг её мосты. Теперь у Касс нет обратной дороги. В глазах Министерства она — опасная преступница и тёмная волшебница. Если я ей не помогу и не докажу, что она не виновата, её просто уничтожат.

Пятнадцать минут истекали. Макгонагалл наверняка уже отправила Кингсли патронус.

Ладно, философствовать будем потом. Сейчас нужно найти тех двоих связанных студентов, пока они там не загнулись.

[Запись из дневника. 1 ноября 1998 года. Правосудие на коленке]

Штаб-квартира

Оставили пленников на Матиаса и профессора Флитвика, которые ожидали нас возле двери в Южное крыло. Кивнул девчонкам, и мы рванули прочь, пока нас не зажали с вопросами. На ходу только бросил профессору Флитвику, что всё ему позже расскажу. Эх. А ведь придется. Ох, достанется же мне из-за Кассандры, Бэт и Финна. Старший по возрасту и статусу, значит, должен был предусмотреть.

Залетели на восьмой этаж. В замке было тихо — студенты разошлись, а профессора, видно, у директора в кабинете совещаются.

Джинни удивленно смотрела, куда мы идем. Видимо, подумала про Выручай-комнату. Ну почти. Моя комнатка чуть сбоку, параллельно той.

Подошел к стене, и там начала проступать контуром дверь с шестеренкой. Всё же таблички Хранителя здесь не хватает. Дотронулся ладонью, и дверь с глухим каменным скрежетом открылась. Мы зашли в Лабораторию. Точнее, мы с Гермионой, а Джинни удивленно застыла. Пришлось затянуть её внутрь.

Внутри пахло озоном и старой медью. Кристалл мерно пульсировал в полумраке. Где-то там в углу лежит тот проклятый ключ. Так и не хватило смелости его поднять и положить куда-то: боюсь, что сорвусь.

Гермиона здесь уже была, поэтому просто тяжело привалилась к столу, со свистом втягивая воздух, а потом села на жесткий стул. А вот Джинни замерла на пороге. Глаза у неё стали круглыми, когда она увидела сияющий камень и... висящую рядом призрачную фигуру Альбуса Дамблдора.

— Твою ж мантикору... — выдохнула Джинни. — Профессор?! Вы же... вы же умерли!

Гермиона посмотрела туда же, и её глаза тоже округлились, она вскочила со стула и судорожно открывала рот. Да, профессор умеет удивлять девушек.

— И вам доброго вечера, мисс Уизли и мисс Грейнджер. — Дамблдор посмотрел на девушек поверх своих очков-половинок с легкой, призрачной полуулыбкой. — Смерть — это не повод отлынивать от защиты родной школы. Вижу, Александр наконец-то показал вам свою... штаб-квартиру.

— Профессор, нет времени! — Я подошел к Кристаллу. — Гермиона, расскажи, пожалуйста, профессору всё, что произошло в классе и во дворе. В деталях. А мне нужно найти двоих бедолаг.

Положил обе ладони на Кристалл. Холодный камень мгновенно потеплел, пропуская через меня гудящий поток чистой магии. Закрыл глаза. Замок отозвался. Мир расширился, превратившись в трехмерную сеть светящихся коридоров, перекрытий и тайных ниш. Я «летел» по этажам вниз.

Где-то на фоне слышал, как взволнованная и удивленная Гермиона отчитывается Дамблдору.

— ...Они использовали портал, профессор. Замок его не блокировал на границе территории.

— Александр выжег привязку Тёмного амулета, мисс Грейнджер, — голос призрачного Дамблдора звучал задумчиво.

— Кассандра не могла открыть портал сама. Значит, Геллерт использовал якорь. Кто-то из его взрослых пособников снаружи бросил ему «якорь», а он лишь притянул портал к себе. Очень грамотно. И очень в его стиле.

Пропустил их диалог мимо ушей, погружаясь глубже в подвалы. Слизерин. Глухая, сырая секция старых темниц. Есть.

Две неподвижные, тусклые точки жизни в заброшенной кладовке для зелий, куда никто не ходит годами, даже при жизни профессора Снейпа. Скорее всего, хотели подставить Слизерин — очень удобно, потом скинуть всё на змей. Если бы пацанов нашли там, все бы решили, что это «змеиный» факультет мстит другим. Или что вообще они пособники Кассандры. Пошли за новым тёмным лордом.

Заодно пробежался по защитным контурам Хогвартса. Кристалл ровно гудел, показывая, что прорывов нет, щиты стабильны, внешний барьер восстановлен. Гриндевальд ушел, и замок снова стал крепостью.

Оторвал руки от Кристалла. Подушечки пальцев слегка покалывало от статики.

— Нашел, — выдохнул я. — Подземелья Слизерина. Заброшенная кладовая. Нужно спешить.

Легенда для следствия

Вышли из Лаборатории в коридор. Ну как вышли — вышел я, а девчонки так и остались стоять, пялясь на Дамблдора.

Пришлось буквально потянуть их за мантии к выходу, пообещав, что еще будет возможность поболтать с профессором. Девушки торопливо попрощались. А тот лишь лукаво улыбался. Вот со мной он вечно хмурый, а как девушки — сразу лыбится. Старый ловелас.

— Слушайте меня обе, — остановился, резко развернувшись к девчонкам. — Сейчас здесь будет полно мракоборцев и бог знает кого еще. Начнут трясти всех, особенно нас как главных участников. Договариваемся на берегу: молчим. Обо всём. Про Амулет Гриндевальда, про него самого, про Кристалл, МАКУСА и Бэт. И, само собой, про призрачного Дамблдора.

Джинни нахмурилась, её рыжие волосы сердито дёрнулись.

— Почему, Алекс? Мы же поймали их! Пусть Кингсли знает, что мы...

— Потому что, если Министерство узнает, они перевернут всё вверх дном! — уже открыл рот, чтобы рявкнуть, но Гермиона перебила, ощутимо ткнув локтем в бок и жёстко положив ладонь Джинни на плечо.

— Алекс прав, Джинни, — сказала Грейнджер. Её голос звучал ледяной логикой. — Мы не имеем дело с обычными преступниками. Если скажем про похищение Бэт и планы Алекса на МАКУСА, Министерство просто запретит нам действовать. Алекса запрут до выяснения обстоятельств. Попытаются решить всё официально, через бюрократию, завалят американцев дипломатическими нотами. А Гриндевальд за это время захватит тело Кассандры и убьёт Бэт. Плюс Лаборатория... Если они её найдут, то опечатают, обвинив Алекса в незаконной магии, и заодно повредят защите Хогвартса. Нас выставят либо героями, которых надо спрятать под замок ради их же блага, либо контуженными психами. Мы должны молчать. Расскажем только про сходку в классе, про портал и про то, что Кассандра, похоже, одержима каким-то неизвестным тёмным артефактом. Этого хватит, чтобы они начали расследование, но не лезли в наши дела.

— И ещё, — я добавил, понизив голос так, что слова сухо царапнули горло. — Дело не только в самой Лаборатории. Дело в том, что они узнают: Дамблдор и Гриндевальд создали артефакт, с помощью которого получили некое бессмертие. Для бюрократов это будет как чистая тёмная магия. Плюс память о Дамблдоре... Его и так с ног до головы поливали грязью в прошлом году. Старик не заслужил такого. Да, он не светлый дед с пушистой бородой, но он и не плохой. Он такой, какой есть... То есть был. Великий волшебник.

Джинни посмотрела на неё, потом на меня. Шумно вздохнула и упрямо сжала кулаки.

— Ладно. Поняла. Бюрократия — зло. Что говорить, если прижмут?

— Говорите, что это был прямой приказ Старосты Школы К... — я посмотрел на неё. — Скажете, что я заметил странности в поведении студентов и приказал вам помочь в задержании. Вы просто выполняли мои инструкции, а Гермиона — обязанности. Всё. Пытать они вас не будут — Макгонагалл не позволит применять Веритасерум или легилименцию к студентам. Надеюсь. Про Круциатус и Империус даже говорить не стоит, времена не те. Джинни, пожалуйста, найди Осси, Ричи, Элис и Луну. Срочно. Передай им эту же легенду. Пусть ни слова не говорят про наши тайные сборы. А мы с Гермионой побежим в подвалы.

Джинни коротко кивнула и с топотом умчалась по лестнице вниз. А мы с Гермионой ускорили шаг, свернув в соседний коридор, чтобы спуститься к подземельям по другой лестнице.

Спящие в подвалах

Спустились с Гермионой в подземелья. Здесь было до костей промозгло, пахло затхлой сыростью, плесенью и старым камнем. Зажег Люмос, так как в этой заброшенной части не было ни магических фонарей, ни факелов.

Немного покрутился, ища нужную дверь — всё же там, в слиянии с замком, видел всё «глазами» стен, а в реальности ориентация немного сбивалась. Оказалась скрыта иллюзией глухой каменной кладки, но точно знал, что она здесь. Взмах палочки — и иллюзия осыпалась серой пылью, открыв тяжелую деревянную дверь с мощным запирающим заклинанием.

— Алохомора тут не поможет, — пробормотала Гермиона, рассматривая тугую рунную вязь на ржавом замке.

Но на всякий случай всё же попробовал дёрнуть за железное кольцо. Глухо. Эх, жаль, банку в башне нашей оставил, а там «Сверчок». Ладно.

— Будем надеяться, что они не прямо возле двери лежат, — вскинул «дубинку». — Редукто!

Дверь с оглушительным треском слетела с петель, влетела внутрь и впечаталась в противоположную стену, подняв облако вековой каменной крошки. Н-да. Погорячился.

Гермиона посмотрела на меня с явным сомнением в моем уме. И лишь тяжело вздохнула.

В тесной, затянутой густой паутиной каморке, сбоку от выбитого проёма, на полу лежали двое парней. Седьмой курс.

Связанные по рукам и ногам тугими магическими путами. Лица бледные, дыхание прерывистое и хриплое.

Гермиона бросилась к ним, взмахом палочки разрезая путы. Ещё взмах — и запустила диагностическое заклинание.

Над телами замерцало слабое желтоватое свечение.

— Они без сознания. Либо мощное Оглушающее, либо Сонное зелье, — сказала она, выпрямляясь. — Нужно срочно доставить их к мадам Помфри.

Ну что же, вот и выбитая дверь пригодится. Взмах палочки, и парни левитируются на упавшую на пол деревянную створку.

— Мобиликорпус. — Поднял обоих парней в воздух вместе с дверью.

Конструкция тяжело зависла в полуметре от каменного пола, издав натужный скрип. Мы с Гермионой развернулись и быстрым шагом направились в Больничное крыло. А за нами плавно летела дверь вместе с «донорами волос», чьими личностями сегодня прикрывались наёмники Гриндевальда.

Ночь только начиналась. И что-то подсказывало, что она будет очень длинной и паршивой.