Белокурый бард Ремнанта (джен)

Пирра была очень недовольна.

— Я думала, мы будем действовать в одиночку, — пожаловалась она.

— Таков был план, — Жон изобразил на лице свою лучшую улыбку, которая, похоже, ничуть ее не успокоила. — Но ты попробуй ей это объяснить.

Тривия «Нео» Ваниль скрестила руки на груди и приподняла бровь, призывая Пирру привести убедительный аргумент в пользу того, почему она должна выпустить его из виду, когда в прошлый раз, когда она это сделала, Жон чуть не умер.

Справедливости ради, было глупо верить, что она не захочет пойти с ним, зная о его планах. Рассказать ей о плане пойти к бывшим террористам, чтобы выявить потенциально опасного предателя среди них, было не самым мудрым решением. С тех пор Нео следила за каждым его шагом, ясно давая понять, что его не отпустят одного.

— Я вполне способна сама присмотреть за ним! — отрезала Пирра.

В ответ Нео задрала рубашку на Жоне. Оттолкнув её руки, он одёрнул одежду, но все всё равно успели увидеть шрам. Технически он зажил, но ужасная входная рана в сочетании с примитивными швами Илии означали, что шрам останется с ним навсегда. На лице Пирры отразился страх. Силы спорить покинули её.

— Я… Но… Я не знала. Откуда я могла знать? Тебя тоже не было рядом с ним!

Нео пожала плечами и указала на себя и Пирру, а затем на воображаемые наручные часы. Пирра, казалось, поняла смысл. Они с Нео должны быть рядом с ним сейчас, в настоящем времени, и не допустить, чтобы это повторилось.

— Я… Я полагаю, что четыре глаза лучше двух. Но ты будешь привлекать слишком много внимания! Ты похожа на охотницу, а ещё у тебя необычные волосы и…

Раздался звон стекла, и девушка рядом с ним внезапно стала выше ростом. Ростом около ста семидесяти сантиметров, с прямыми фиолетовыми волосами, в темно-сером костюме. На груди у неё был бейдж с надписью «ПРЕССА», а в руке у неё появился микрофон.

Рядом с ним стояла Лиза Лавандер.

— Гм… — Пирра опустила палец. Аргументов против больше не было. — Хорошо, но это все равно наш план. Мы с Жоном придумали его. Ты просто следуешь за нами. Ты уже союзник, — возмущалась она себе под нос. — Дай шанс кому-нибудь ещё.

Нео в замешательстве склонила голову набок, затем взглянула на него. Жон пожал плечами в ответ, как бы говоря, что понятия не имеет, о чем говорит Пирра. Нео лучше не знать о его Проявлении, иначе она может начать задаваться вопросом, были ли её чувства к нему настоящими или навеянными. В любом случае её маскировка была идеальной, создавая реальное впечатление, что это громкое медийное событие.

— Вы вовлекли в это Лизу Лавендер?! — изумленно уставилась на них Илия, когда в встретила их у входа в отель.

— Нет, — буркнула Пирра. — Мы этого не делали.

— Это Нео, — объяснил он. — Ты помнишь её? Её Проявление позволяет ей принимать любой облик.

— Любой женщины?.. — изумлённо выдохнула она, смотря на Нео во все глаза.

— Я сказал любой. Не только женский.

— Верно. Ага, — Илия отвела взгляд. — Чёртов счастливчик. В любом случае, все ждали сегодняшний день. Мы дали несколько дней, так что, если предатели существуют, они должны быть готовы нанести удар, — Илия внезапно прикусила губу. — Ты же не думаешь, что их насторожит то, что не было официальной огласки? Может, нам стоило поднять шумиху, чтобы всё выглядело более убедительно?

— Нет, всё в порядке, — Пирра, знавшая всё о выступлениях перед прессой, успокоила ее. — На самом деле разумнее сделать это таким образом, потому что в противном случае моё заявление о поддержке Белого Клыка вызвало бы огромный ажиотаж, что, вероятно, привело бы к протестам и закрытию мероприятия по соображениям безопасности. Ты можешь просто сказать всем, что мы хотели сначала провести встречу, а затем предать её огласке. Чтобы расисты не смогли её сорвать.

— Верно. Хорошо. А мне нужно ещё что-нибудь делать? Должна ли я тебя охранять?

— Я охотница. Со мной всё будет в порядке.

— Должна ли я его защищать? — Илия посмотрела на Жона.

— Да.

— Я не беспомощен, знаете ли, — нахмурился Жон.

— Я позабочусь о его безопасности. Не хочу снова рыться в его внутренностях.

Тц. Полное отсутствие веры.

* * *

Почти во всех отелях можно было арендовать зал для проведения мероприятия, будь то свадьба, вечеринка, деловое мероприятие или благотворительный гала-концерт. Они с радостью предложили один из них Белому Клыку, когда было упомянуто имя Пирры, предполагая, что в рамках сделки они получат много бесплатной и хорошей рекламы. Можно ли было считать их обманутыми? Возможно. Хотя вряд ли хозяева не взяли за это деньги.

Как виновница торжества Пирра, очевидно, оказалась в центре внимания. Гира и Кали поздоровались с ней первыми, но следом начали подтягиваться другие фавны с желанием пожать ей руку. Жон поднял свою фальшивую камеру… Ладно, настоящую, но он не был фотографом. ..И сделал несколько снимков. Смотря через объектив камеры, он старательно проверял чужие статусы.

Уровень членов Белого Клыка в среднем был выше, чем у большинства жителей Вейла, благодаря преступному прошлому. К сожалению, в их жизни происходило так много событий, что описания в статусах были более объёмными. В многих из них говорилось о прошлой лояльности организации и террористической деятельности, не раскрывая их актуальную лояльность.

В любом случае, ни у кого не было написано о том, что: «он/она планирует предать Белый Клык», но, учитывая, что его квест не разделял хороший Белый Клык и плохой Белый Клык, это глупо было ожидать. Обе стороны могли сказать, что они верны целям Белого Клыка, потому что, по их мнению, именно такими они и были, поддерживая правильный Белый Клык.

— А что, если они не клюнут на приманку? — волновалась Илия.

— В таком случае ничего плохого не случится, — ответил он. — И у вас просто будет хорошая реклама.

— И это покажет, что предателей нет.

— Может быть…

Нео стояла рядом с ним, держа в руках небольшую тарелку с закусками, как самая асоциальная журналистка, которую он когда-либо видел. Настоящая Лиза Лавандер, скорее всего, была гораздо более общительной, стремясь оказаться в гуще событий, но Белому Клыку неоткуда было об этом знать. Они просто сочли бы её ленивой и высокомерной, заставляющей своего оператора делать всю работу за неё, пока она сама будет набивать себе живот. Жон молча извинился перед настоящей Лизой Лавандер.

— Я бы сказал, что большая опасность заключается в том, что они придумали что-то более изощренное, — сказал он. Илия вопросительно хмыкнула. — Сама подумай. Напавшего на Пирру легко назвать предателем и закрыть этот вопрос, но если фавн решит оскорбить Пирру, то он может после оправдаться тем, что старые привычки взяли над ним вверх, и от него будет не так просто избавиться. Он бы потерял доверие, но вряд ли к нему были бы предприняты какие-то меры.

— Ха. Как же всё сложно. Я скучаю по старым добрым временам.

— Да?

— Нет, — призналась она. — Но всё было проще, когда мы были психопатами. Мы могли бы просто попросить всех сказать что-нибудь хорошее о Шни, а затем назвать предателем того, кто отказался это делать. Только, я думаю, было бы всё наоборот, потому что тогда мы их ненавидели.

— А теперь нет?

— Эм… — Илия сделала неопределенный жест рукой. — Я по-прежнему считаю Жака Шни жадным монстром, лоббирующим трудовые законы, дискриминирующие фавнов. Я бы с удовольствием посмотрела, как он будет гнить в тюрьме до конца своих дней.

— Но, надеюсь, ты хочешь навредить его семье не так сильно.

— Я никогда не была в восторге от этой идеи, — Илия пожала плечами. — Я знаю, что многие из нас ненавидели их, но не то чтобы мы поголовно считали его детей ответственными за его поступки. Может быть, его и его жену, но в основном мы охотились за советом директоров и его дружками. Большинство из нас. Определенно, были те, кто был бы рад возможности убить Вайсс Шни.

— Не ты?

— Я не испытываю к ней особых чувств, ни положительных, ни отрицательных, — пожала плечами Илия. — Её музыку переоценивают. Она так разрекламирована только из-за связей её отца. Уверена, что он занёс деньги в каждую радиостанцию, чтобы крутили её песни. А еще она средненькая.

— Вайсс средненькая? — от шока Жон даже опустил камеру. — Серьезно?

— Конечно, она симпатичная, — признала Илия. — Но она слишком худая. И плоская, — она провела руками перед своей грудью. — Я ничего не имею против, но какой смысл мне интересоваться девушками, если я буду встречаться с кем-то таким же плоским, как парень?

Разговор был странным. Он разрывался между желанием защитить Вайсс и весельем, как легко у них с Илией шёл разговор о женщинах, что, по его мнению, было логично. Они оба ими интересовались.

— Ты же понимаешь, что Вайсс — мой близкий друг?

— Правда? Скольких известных людей ты знаешь?

— Только их двоих. Но, наверное, это удивительно, что я знаком с ними обеими. Вайсс очень яркая личность.

— Да, но я предпочитаю выдающийся характер. Если ты понимаешь, что я имею в виду.

— Успокойся, Илия. Успокойся.

— Я просто веду светскую беседу, — фыркнула фавн. — Я же не планирую отшивать девушку только из-за того, что она менее одарена. У тебя ведь тоже есть свои предпочтения, верно? Что тебе нравится в женщине? Тебе нравятся сиськи или задница?

Лиза Лавандер, резко заинтересовавшись разговором, наклонилась к ним.

— Мне нравятся женщины с приятной улыбкой.

— Мда. Какой жалкий ответ. Всем нравятся улыбки, глаза и так далее, — Илия закатила свои. — Но я же предложила тебе выбор из двух вариантов. Не трусь…

Послышался грохот и треск. Они дружно вздрогнули. Жон схватился за фотоаппарат, в то время как рука Илии метнулась к оружию. Нео сжала вилку так, словно была готова выколоть кому-нибудь глаза. Угрожающий вид портил только кусок шоколадного торта, всё ещё наколотый на зубчики.

— Извините! Извините! — работница отеля засуетилась вокруг опрокинутых бокалов. — Мне так жаль!

Девушка спешно собирала разбитые осколки.

Ложная тревога. Жон тяжело вздохнул, в то время как Илия, стоявшая рядом с ним, расслабилась. Возможно, все они были слишком взвинчены. Пирра была более чем способна защитить себя, так что особых причин для страха не было. Ещё один сотрудник подбежал с совком и щеткой, чтобы помочь собрать осколки стекла.

— Ладно, — выдохнула Илия. — Нам всем нужно успокоиться.

— Определенно. Я не совсем понимаю, почему мы так нервничаем. Пирра может справиться с нападением самостоятельно, и ничего из этого не будет транслироваться. Нам нет необходимости сразу же бросаться в бой, разве что если в опасности окажутся Гира и Кали.

— Они не беспомощны. Не позволяй их мирному мировоззрению одурачить себя. Держу пари, ты здесь самый беспомощный.

Не совсем верно. Работники отеля были значительно ниже по уровню и, вероятно, гораздо более слабые, но он уловил суть. Из всех людей, которые могли подвергнуться нападению сегодня, он был самым уязвимым, поэтому было так хорошо, что Нео была рядом, чтобы…

Бух.

Нео рухнула на ковер. Её глаза были закрыты, а тело обмякло.

Тривия «Нео» Ваниль

Принадлежность: Союзник

Настроение: —

Статус: Отравлена

Лояльность: 95/100

— Черт!

Жон опустился на колени и аккуратно перевернул девушку на бок, чтобы она не подавилась собственным языком. Илия присела рядом, такая же шокированная, как он сам.

— Яд, — объяснил он, не объясняя, откуда он это знает. Надеюсь, вопрос не последует. — Шведский стол! Только Нео из нас троих с него ела!

— Но многие уже что-то съели! — прошипела Илия. — И больше никто не упал, так что вряд ли было отравлено совсем всё… — её взгляд упал на маленькую бумажную тарелку Нео. — Торт! — осенило её. — Шоколадный торт. Больше никто его не пробовал.

Несколько человек обеспокоенно оглянулись, заметив, что Нео упала. Одним из них была Пирра, очевидно, понявшая, что что-то пошло не так. Жон, закрыв Нео своим телом, замахал руками.

— Не стоит беспокоиться! У Лизы просто… Ух… У Лизы случился обморок! Переутомление и стресс. Пожалуйста, не позволяйте нам испортить вам вечер! Всё будет в полном порядке.

Пока он отвлекал внимание, Илия незаметно выбросила торт в ближайшую мусорную корзину, утрамбовав ногой. Большинство других закусок уже попробовало множество гостей, но пристрастие Нео к сладкому стало причиной её проблем. Он надеялся, что яд не был таким уж сильным. Её аура должна обеспечивать некоторую сопротивляемость и пассивное исцеление, но если это был смертельный яд, то ей может понадобиться госпитализация.

— Илия, — прошипел он, когда толпа вернулась к Пирре. — Что нам делать?

— У отравителя должно быть противоядие. Они не стали бы рисковать отравиться самим. Всё здесь было приготовлено персоналом отеля! Не то чтобы мы сами готовили еду для шведского стола. Это было бы нелепо.

— Мог ли кто-нибудь проникнуть на кухню?

— Возможно. Там всего лишь обычная дверь с надписью только для персонала. Любой может зайти туда. Или яд могли посыпать сверху на уже испеченный и вынесенный торт. Эй! Извините! — Илия жестом подозвала сотрудника отеля, разносившего напитки. — Мы можем где-нибудь её разместить?

— Хм… Здесь рядом есть комната для персонала, — предложил мужчина. — Уверен, вы могли бы уложить её на один из диванов.

Жон поднял Нео на руки. Было удивительно, что её иллюзия всё ещё держалась, даже когда она была без сознания, но он чувствовал, что это продлится недолго. Края мерцали и трескались, что означало, что она разлетится вдребезги в течение минуты. Нога Лизы уже проступала сквозь его собственную, как вырезка из видеоигры, что свидетельствовало о разнице в росте между её реальной формой и иллюзорной. Они последовали за мужчиной, который провел их через дверь в другую комнату, где Жон быстро уложил её на диван.

Уже виднелись розовые волосы, поэтому он снял свое пальто и накрыл девушку.

— Не рановато? — помрачнела Илия.

— Не в этом смысле! Я не хочу, чтобы кто-нибудь увидел, как Лиза превращается в Нео.

— Ой. Точно, — Илия опустился на колени, проверяя пульс. — Пульс ровный. Возможно, это просто снотворное. Что-то, что усыпит всех, чтобы они могли похитить Пирру и либо потребовать за нее выкуп, либо устроить публичную казнь, — она заметила выражение ужаса на его лице. — Да, среди нас было несколько ебанутых. Сиенна была сторонницей выкупа, но многие фанатики были одержимы жаждой крови и мести. Этого все равно не произойдет. Мы их раскусили.

— Верно. Но как нам выяснить, кто это сделал?

— Я вернусь в зал и расскажу всё Гире и Кали, — решила она. — А ты допроси персонал отеля. Узнай, не просился ли кто-нибудь на кухню или был замечен рядом с едой. Предатель в зале, так что, ходя один, ты ничем не рискуешь.

Илия исчезла прежде, чем он успел вставить хоть слово.

— Допросить? Допросить кого? — Жон хлопнул себя ладонью по лицу и оглянулся на Нео. Её статус не изменился, и он мог видеть её очки здоровья и маны только когда они сражались. Тем не менее, она была жива. — Я надеюсь, что с тобой все в порядке, Нео. Мы скоро окажем тебе помощь. Просто дай нам минутку.

Дверь открылась. В комнату вошла сотрудница, та самая, которая споткнулась и пролила напитки на пол. Жон, не раздумывая, направился к ней.

— Извините. Одну минутку.

— Ха? Что вы здесь делаете? Это…

— Моей спутнице нужен был отдых, и нам сказали, что она может остаться здесь. У меня к вам несколько вопросов. Ничего сложного, — Жон улыбнулся, тихо щёлкнув. Самое короткое музыкальное выражение, на которое он был способен.

И вместе с этим активировался Аккорд Говорящего Правду.

— У моей спутницы была неприятная реакция на торт. Не могли бы вы сказать мне, кто его приготовил?

— Я… Ну… Никто этого не делал. Не здесь. Э-э-э… Я не должна этого говорить, но… В отеле готовят только горячие блюда. Торты и другую выпечку доставляют из пекарни неподалеку. Мы просто распаковываем их и раскладываем на столах.

Значит, они были приготовлены не на кухне. Это избавило его от необходимости расспрашивать поваров.

— Их распаковывали на фуршетном столе или перед подачей?

— Перед подачей, сэр, хотя мы закрываем их пластиковой крышкой, чтобы насекомые не пролезли.

— И вы просто оставляете их на столах?

— Я… Ну… — молодая девушка что-то соврать, возможно полуправду, но его навык не позволял ей этого сделать. Она отвела взгляд. — Мы не должны этого делать, — призналась она, — Но на нас лежит организация мероприятия, а персонала не хватает. Мне пришлось уйти помочь собрать стеклянную посуду из посудомоечных машин на кухне, поэтому мы поставили буферную стойку на полчаса раньше и просто оставили её там, пока готовили остальную часть банкетного зала.

— В то время помещение было заперто или кому-нибудь разрешалось входить?

— Вход был разрешен только персоналу и организаторам мероприятий, — быстро ответила она. — Мы не пускаем случайных гостей отеля на частные мероприятия. Но организаторы нередко приходят посмотреть на происходящее и убедиться, что им все нравится.

В этом нет ничего необычного. Именно они платили за всё.

— Кто-нибудь приходил?

— Приходили несколько фавнов. Была мисс Амитола. Не думаю, что она проверяла еду, но, по-моему, она осмотрела столы и внесла некоторые изменения в рассадку гостей.

Вероятно, чтобы держать его поближе к себе для его же собственной безопасности.

— Кто-нибудь еще?

— Миссис Белладонна спустилась, чтобы убедиться, что все соответствует её стандартам. Я сама показала ей все вокруг.

Кали? Кали никак не могла быть предательницей. Она была в зоне поражения песни, буквально сидя под боком, и в добавок, она никогда не была террористкой. Его музыке даже не пришлось ничего менять.

— Кто-нибудь еще?

— Я никого не видела, сэр, а я была там все время.

Черт возьми. Аккорд Говорящего Правду доказывал, что она считала, что говорит правду, и если она была там все это время, то не могла не заметить постороннего. Значит Илия или Кали. Они уже проверили Илию с помощью того же аккорда, так что он и Пирра знали, что ей было не чего скрывать. Кали тоже. Оставалось только, чтобы кто-то проник внутрь тайком или, что было гораздо сложнее проверить, кто-то из гостей отравил торт после начала мероприятия.

— Есть ли сотрудник, который следит за приготовлением пищи во время мероприятия?

— Да, сэр. Чтобы заменить использованные продукты и контролировать гигиену, сэр. Это всё, сэр? Мне действительно нужно вернуться к работе…

— Последний вопрос. Не могли бы вы описать двух фавнов, которые пришли проверить место?

— Гм… У мисс Амитолы загорелая кожа и рыжевато-каштановые волосы, — ответила она, смотря вверх и в сторону, пока пыталась вспомнить подробности. — А у миссис Белладонны светло-каштановые волосы и рожки на голове.

Бинго.

— Спасибо, — улыбнулся Жон. — Вы мне очень помогли.

* * *

Услышав эту новость, Кали и Гира очень встревожились и готовы были свернуть мероприятие, пока всё не стало ещё хуже. Потребовалось много времени, чтобы убедить их продолжить. В банкетном зале больше никто не падал в обморок, но с другой стороны, торт не был главном блюдом на шведском столе, к которому тянулись гости. Там было много вкусных мясных нарезок и основных блюд на выбор, и его можно было отведать в конце трапезы.

Любопытно, что никто не выглядел обеспокоенным тем, что Нео потеряла сознание. Она ожидала, что предатель запаникует из-за того, что уловка была раскрыта так рано, но этого не произошло. Это означало либо высокий уровень дисциплины, либо, что вполне возможно, они не поняли, что их трюк раскрыт. Это или чистая самонадеянность.

Свиток Илии зажужжал. Это был Жон. Прошло недостаточно времени, чтобы он успел что-то найти, но он бы не стал звонить, если бы это не было важно.

— Алло, — Илия приняла звонок. — Что случилось?

— У нашей подозреваемой светло-каштановые волосы и рога на голове.

— Что?.. Уже?! Как ты их уже нашел?!

— Я просто слишком хорош, — Илии захотелось дать ему пощечину. — Оказывается, ты была не единственной, кто спускался вниз, чтобы проверить, как идут дела в зале. Миссис Белладонна сделала то же самое, но она совершенно не соответствует описанию той миссис Белладонны, которую мы обе знаем. Каштановые волосы и рога. Чтобы попасть внутрь, она использовала чужое имя. Очевидно, женщина.

— Дири, — ответ Ильи последовал незамедлительно. — Это Дири.

— Ты её знаешь?

— Из Вейла. Местная ячейка. Тихая и незаметная — честно говоря, мне она казалась немного слабохарактерной. Из тех, кто вздрагивает, когда кто-то повышает голос, но рога встречаются не так часто, — у неё были оленьи рога, а не простые, но для человека было нормально не опознать их⁽¹⁾. — Дири определенно не подходит на роль лидера, поэтому я сомневаюсь, что она спланировала все это самостоятельно. Возможно, работает с кем-то другим.

— Где она сейчас?

Илия внимательно оглядела зал и быстро нашла девушку. Рога сильно выделялись, хотя и не были такими уж большими.

— В кругу своих друзей. Не рядом с Пиррой, не рядом с центром мероприятия. Потягивает напиток и разговаривает с некоторыми знакомыми мне фавнами.

— Заслуживающими доверия?

— В данном случае, да. Юма был на Менаджери и много говорил о происходящем.

Слишком много говорил. В последнее время он твердил, что станет певцом и вслух мечтал спеть с Гитарной Красоткой или хотя бы организовать собственную группу с Трифой и другими своими знакомыми. У них у всех было больше амбиций, чем таланта, к ужасу тех, кто был вынужден их слушать.

— Я посижу с Нео. Тебе нужно поймать Дири и увести её с мероприятия. Если мы узнаем, какой яд она использовала, то сможем подобрать противоядие. При условии, что у нее его нет с собой. И её нужно держать подальше от мероприятия, на случай, если у нее имеются запасной план.

— Не думаю, что она нам что-то расскажет.

— Она нам расскажет, — Жон звучал очень уверенно. — Приведи её ко мне, и я заставлю её заговорить.

— Как ты планируешь это сделать?

— Просто убедив её, что это в её интересах. Я уговорил в Менаджери взбешённого брата Альбен не убивать меня, так что, думаю, я смогу убедить её признаться в своих преступлениях, только дай мне минуту на разговор.

Это было слишком оптимистично, но Илия пожала плечами и согласилась. Убрать предателя с мероприятия подальше от всех остальных было лучшим шагом, независимо от того, что последует дальше, поэтому она убрала свой свиток и подошла к Юме.

— Хей, — окликнула она его, натянуто улыбаясь и стараясь не огрызаться. — Не возражаешь, если я позаимствую Дири на минутку?

— Какие-то проблемы, Лил? — Юма освободил для нее место в их маленьком кругу.

Это прозвище всегда её раздражало.

— Ничего особенного. Насчёт той журналистки, которая пришла с Никос. Случилась небольшая неприятность в туалете, так что мне нужен человек в помощь, Юма. У тебя и так достаточно дурная репутация, не хватает, чтобы тебя еще и в женском туалете застукали.

Несколько человек рассмеялись. Юма же воспринял шутку с усмешкой.

— Я здесь только потому, что меня пригласила одна милая леди. Трифа может помочь…

— Я бы предпочла обойтись без паутины, — Илия пристально посмотрела ему в глаза, пытаясь донести до него мысль. Трудно было сказать, понял ли он, и он, конечно, не все понял, но кое-что до него всё-таки дошло. Юма понял, что что-то происходит и что ему не следует продолжать спор.

Он не был гением, но и идиотом тоже не был.

— Ах. Верно. Да, — со смехом он отвел взгляд. — Звучит важно. Ты готова помочь, Дири? Будь милой.

— А? Я?

— Мы не хотим обижать ту репортершу и поднимать шумиху вокруг Белого Клыка, — сказала Илия. Дири облизнула губы, наконец-то проявив легкое беспокойство. Илия напряглась, готовясь к бою, если предатель попытается сбежать. — Это не займет много времени. Пять, максимум десять минут.

— О, Эм. Конечно. Но сначала я должна сообщить Перри. Я пришла с ним, и…

— Юма справится с этим. Юма, найди Перри и составь ему компанию, — сделав ударение на последних словах, он удостоверилась, что крылатый фавн кивнёт. Илия быстро зашагала вперед, толкая подозреваемую перед собой. — Пошли. Журналистка устроила настоящий переполох. Мне нужно, чтобы ты помогла навести порядок, пока не стало еще хуже.

Илия, подталкивая в спину, вывела её из комнаты, прежде чем она смогла придумать другую отговорку или решила отбросить осторожность и схватиться за оружие. Дири не была бойцом, скорее чужим инструментом и почти не сопротивлялась, когда её тащили в общую комнату, где их ждал Жон.

— Это она? — спросил он человеческую женщину, указывая на Дири.

— Да, — молодая девушку кивнула. — Это она. Миссис Белладонна.

Дири дёрнулась, но Илия оказалась быстрее, положив руки ей на плечи сзади и приложив свое оружие, хлыст, к груди девушки.

— На твоем месте я бы не стала этого делать, — прошептала она. — Есть большая разница между местным добровольцем и профессиональным террористом. Я не из тех, с кем ты хотел бы сражаться, Дири.

Девушка задрожала.

— Это все, — сказал Жон сотруднице. — Спасибо вам за помощь, — девушка быстро ушла, возвращаясь к работе, оставив их наедине с пленницей. — Дири, не так ли? У меня к вам всего несколько вопросов. Я надеюсь, вы честно на них ответите.

Пойманная врасплох, Дири переводила взгляд с одной на другого, затем решила, что продолжать эту игру нет смысла. Её губы растянулись в усмешке.

— Работать с человеком. Как ты могла, Илия? Ты предала фавнов во всем мире.

— Это твоё мнение. А не наше, — Илия с помощью хлыста связала запястья женщины за спиной, а затем толчком усадила её в кресло. — Менаджери передумал. Насилие не сработало. Мы подрезали себе крылья, чтобы почувствовать себя живыми. Больше нет. Ты заговоришь, Дири. Ты недостаточно умна, чтобы спланировать все это, так что назови мне имя, и я постараюсь, чтобы Адам был с тобой помягче.

— Никогда! — плюнула в неё Дири.

Илия посмотрела на Жона. Он сказал, что сможет разговорить ее. Сейчас был бы хороший шанс доказать это.

— Мне нужно поговорить с ней, — сказал он, натягивая пару черных перчаток. По меньшей мере, выглядело зловеще. — Поговорить с ней наедине.

Илия посмотрела на перчатки, на Дири, а затем на него.

— Она нужна нам живой.

— Мисс Дири будет в полном здравии, когда я закончу, — он расплылся в улыбке. — Обещаю.

Казалось неправильным оставлять фавна с человеком, особенно когда он выглядел так устрашающе, но сейчас было не то время, чтобы позволить чему-то подобному им мешать. Возможно, предателей было больше, и планы были грандиознее, чем немного яда. Юма присмотрит за Перри, а Гира и Кали будут начеку, но врагов, с которыми придется иметь дело, может оказаться гораздо больше.

— Пять минут, — Илия шагнула к двери. — Я дам тебе пять минут.

— Пять минут — это все, что мне нужно. Все, что ей нужно — это правильная… Мотивация… Быть… Откровеннее…

Дверь закрылась. Криков не раздалось. Никаких повышенных голосов. Никаких требований. Никаких звуков ударов, звуков пыток или электронного жужжания. Было тихо, и только неприятно успокаивающая музыка, которая играла в коридорах отеля, составляла ей компанию. Илия заерзала на месте, гадая, насколько плохо девочке приходилось в это время.

Ровно через триста секунд, как показал ей её свиток, Илия вернулась.

— Хорошо, пять минут прошли и…

— Я признаюсь! — закричала Дири. Всхлипывала. Откровенно рыдала. Слезы текли по её раскрасневшемуся лицу. В горле у нее перехватило дыхание, она была настолько подавлена, что с трудом могла выговорить слова. — Простите меня! — всхлипнула она. — Мне так жаль! Я думала, мы поступаем правильно! Я просто хотела помочь! Я просто… Я… Я ужасный человек! — причитала она. — Я зло! О-о-о! Мама, прости меня! Папа, прости меня! Твоя дочь подвела вас обоих. О-о-о!

Дири упала на бок и, свернувшись калачиком, яростно зарыдала.

— Какого хрена, чувак? — Илия повернулась к Жону.

— Что? Я только поговорил с ней.

Какого чёрта! Илия уставилась на разбитую и рыдающую девушку, на лице которой не было даже синяка. Она видела пытки и тех, кто через них проходили, и она видела, как люди плакали от боли. Но это было нечто другое. Дири плакала, как ребенок, которому родители сказали, что она их разочаровала.

«И это тот парень, с которым я работаю? Он страшнее, чем Адам в свои лучшие годы…»

1) английская игра слов. antlers — оленьи рога. horns — рога.

Вернуться к тексту