Дедушка Дуку (джен)

Примечание:

ПРЕДУПРЕЖДЕНИЕ: травмы! AU по «Эпизоду I» (скоро уже можно будет выпускать шутки на новую тему), где в «переговорах» с Торговой Федерацией участвовали не только Квай-Гон и его 20-летний падаван, но и Ади Галлия, которая и решила взять Энакина для обучения в Храме. Обратно на Набу вместе с этой четвёркой полетел магистр Дуку.

Когда Квай-Гон увидел ситха, то воспринял это спокойно. Неожиданно, но, Сила, чего только за всю его жизнь ни случалось! Только вот когда рядом вспыхнул синий меч ученика, Джинн вздрогнул. Одно дело — мастеру встретиться с представителем Тёмной стороны, и другое — всего лишь падавану. Бой, тем не менее, завязался.

Стены, проходы — всё мелькало и меркло, оставляя лишь холод и световые мечи в руках чувствительных к Силе, из звуков были только жужжание мечей и топот. Вот уже и мост где-то в сердце замка, а бой всё никак не заканчивался. Квай-Гон сжал рукоять своего меча сильнее, когда забрак ударил ногой в челюсть Оби-Вана. Затем по ученической связи пронеслась резкая вспышка боли, и падаван свалился с моста. Удар был сильный. Джинн, извернувшись, со всей силы заехал ситху локтем по лицу, и тот рухнул с моста в другую сторону.

— Никто не смеет трогать моего падавана! — вслед ему бросил Квай-Гон и спрыгнул к Кеноби.

Оби-Ван с благодарностью принял руку помощи и взобрался на мост, на краю которого болтался последние несколько минут. Его рот был немного приоткрыт, однако двадцатилетний падаван с живостью жестами и через связь дал понять, что будет — и в состоянии — сражаться дальше. Затем Кеноби нахмурился и указал на локоть учителя.

— Я не ранен, — сказал Джинн, ощупав свою руку в рукаве с пятном крови.

Джедаи прыгнули на верхний мост, продолжая преследовать приверженца Тёмной стороны. Нос забрака был разбит и кровоточил, но это не мешало ему яростно наступать на учителя и ученика, и в один момент он смог оттолкнуть Квай-Гона. Кеноби сразу перенял инициативу и стал защищать учителя.

Где-то впереди жужжали защитные поля. Джинн вскочил на ноги и притянул Силой к себе меч, пытаясь отогнать страх за ученика, вынужденного бороться с врагом один на один. Пришедшая по связи вспышка боли сопроводила новый удар ситха в челюсть Оби-Вана. Юношу откинуло назад, и он упал на спину, едва успев защитить свой затылок от сильного удара. К удивлению Квай-Гона, забрак вдруг поднялся над полом и… забрыкался.

— Достаточно, — прозвучал ледяной голос Дуку, и его рука ещё больше сдавила хваткой Силы горло ситха, так что он задёргался интенсивнее. Старый мастер в суматохе потерял своих мальчишек и едва успел догнать их — и вовремя.

Джинн уже сидел рядом с падаваном и проверял его состояние. Рот Кеноби был открыт, и нижняя челюсть слегка сместилась, но хотя бы крови не было.

— Челюсть вывихнута, — сообщил Квай-Гон и осторожно прикоснулся к подбородку Оби-Вана, рассматривая несколько ссадин и синяков.

В коридоре раздались хрипы забрака, а его движения становились всё слабее.

— Мастер, не придушите ситха, он нам ещё нужен, — попросил Джинн, помогая ученику встать.

Кеноби осторожно ткнул его в грудь, интересуясь о его ранениях, и учитель покачал головой. Уж из-за пары синяков волноваться не стоило. Они оба вздрогнули и резко обернулись на звук глухого падения. Забрак лежал на полу, однако был жив. Обморок от нехватки кислорода сделал своё дело.

— Нам нужно как можно скорее найти врача и сковать этого, — Дуку снял свой плащ и связал руки ситха. Это хоть на секунду притормозит его действия.

Найти дроида-медика оказалось несложно, а вернувшаяся с победой королева любезно предоставила темницу для забрака, где старший джедай хорошенько его сковал. Как именно, Квай-Гон не знал, потому что сидел рядом с перевязывающим Оби-Вана дроидом. Оставлять сейчас падавана учителю почему-то казалось преступлением. В голове застряла одна мысль: «Надо было ударить ситха посильнее». Такое неджедайское желание после всех этих лет не вызывало у Джинна беспокойства, он уже привык быть злобным отцом, если его ученику причиняли вред.

— Плохие новости, — сказал вошедший Дуку. — Совет велел нам ждать его здесь и сторожить ситха. С ним прибудет целитель, а так они уверены, что с травмой Оби-Вана справится дроид.

Квай-Гон разочарованно вздохнул. Он надеялся, что хотя бы Кеноби позволят вернуться в Храм и отдохнуть. Сам падаван в ответ издал непонятный звук, и учитель покачал головой:

— Только не говори, что это всего лишь вывих, ты быстро поправишься, и тут не о чем волноваться.

— Пойду-ка я усилю меры против нашего «гостя», — заметил Дуку и пригладил растрепавшиеся волосы грандпадавана.

Оби-Ван взял датапад и стал что-то быстро печатать. Старший мастер и Джинн переглянулись. Кеноби всегда настолько наплевательски относился к своим ранениям, что они очень часто обнаруживались в самый последний момент: когда он падал в обморок, или когда кровь просачивалась из открытой раны сквозь две туники и мантию, или когда не мог встать из-за онемения тела. Падаван всегда считал беспокойство за раны излишним — в конце-то концов он же всё равно посещал целителей, а до этого момента стремился успеть сделать как можно больше.

Оби-Ван протянул старшим датапад и улыбнулся уголком губ со здоровой стороны лица. Мастера хмыкнули, увидев надпись: «Моя мстящая семья».