Змеиный клубок (гет)

— Кто из вас участвует в программе по наставничеству? — спросила Минерва.

Луна и Невилл подняли руки. Минерва кивнула.

— Что ж, вы слышали Гермиону. Вы находитесь под наблюдением. Пожалуйста, учитывайте это. Ни в коем случае не выражайте негатив в адрес Министерства перед своими подопечными. Никаких упоминаний об Ордене. Ничего такого, о чем, по вашему мнению, не должен узнать Кардинг, — её голос звучал твёрдо, как у генерала, отдающего приказы своим войскам. И, похоже, так оно и было: Вторая Магическая, очевидно, ещё не закончилась.

Гермиона тихо вздохнула. Хуже всего было то, что на этом экстренном, инициируемом ею собрании Ордена ей пришлось рассказать о том, что она узнала от Драко. Ей было невыносимо видеть самодовольные — «мы же говорили!» — взгляды Чарли и Невилла и Артура, покачивающего головой с тем, что Гермиона сочла за жалость. Аберфорт начал что-то говорить, но Снейп резко обернулся к нему — с еле сдерживаемой яростью — и приказал заткнуться так резко, что тот онемел и сел, выглядя потрясённым. Потом Снейп на миг встретился с ней взглядом и тут же отвёл глаза.

— Что это значит? — спросил Билл.

— Это значит, мы не знаем, какие части Министерства заражены, — ответила Флер. — Значит, мы должны считать, что заражено всё.

— Флер права, — поддержал Кингсли. — Нам нужно избавиться от всего этого.

— Как? Втайне создать новое Министерство? — усомнился Гарри.

— Именно, — кивнула Минерва.

— Можно оставить часть действующих сотрудников, — вмешалась Гермиона, которой очень не хотелось терять свою первую работу, — но всех нужно проверить легилименцией и сывороткой.

— Если бы мы были магглами, то это называлось бы государственным переворотом, — заметила Луна.

— Мы не хотим насилия, — возразила Минерва, бросив на Луну и Снейпа строгий взгляд.

Снейп фыркнул. Она наградила его вторым мрачным взглядом.

— Нам нужно, чтобы Кардинга и его сообщников арестовали и предали суду Визенгамота, — сказал Кингсли.

— Но Визенгамот тоже скомпрометирован, разве нет? — спросил Невилл.

Луна вздохнула.

— Мой источник сообщил, что деньги поступают на счета как минимум трех членов Визенгамота. По крайней мере, их стоит считать подозреваемыми.

— Начинайте собирать доказательства, — обратилась Флер к Кингсли. — Когда авроры арестуют Кардинга, вы должны одновременно официально отстранить от работы как можно больше его сообщников.

* * *

Гермиона сидела между Гарри и Роном — они заняли свои места сразу, как только она уселась, — и почти физически ощущала их поддержку, такую надёжную, тёплую и успокаивающую. Возможно, учитывая забавное выражение лица Снейпа, когда он увидел их троицу за столом, парни пытались выглядеть устрашающе. После того как Рон вернулся с Гарри на буксире (они ворвались в комнату, будто бросаясь в атаку на квиддичном матче), Снейп мгновенно опустил руки — те самые, что только что обнимали Гермиону, — и так же внезапно, как появился, исчез.

Гарри категорически отказался принимать её извинения. Рон же предлагал принести ей чай до тех пор, пока она не согласилась — просто чтобы он заткнулся и отстал от нее.

— Гермиона, — сказал Гарри, — я знаю, ты думаешь, что подвела нас. Что мы поддержали тебя насчёт Драко, а ты ошиблась.

Она кивнула, пожав плечами. Он обнял её так же, как Снейп, но от его прикосновения по её коже не прокатилась волна приятных мурашек.

— Но ты не ошиблась. Он не соврал тебе про Министерство, наоборот — ты его перевербовала. Прямо у Кардинга под носом. Этот самодовольный ублюдок теперь на нашей стороне.

Она улыбнулась Гарри, и тот улыбнулся ей в ответ. А потом её мальчики принесли ей Высшую Жертву — ту, к которой они прибегали, когда хотели по-настоящему её развеселить: они приготовили ужин. Без помощи Кричера.

Получилось неплохо, несмотря на ужас, который отразился на лице Снейпа, когда тот вошёл на кухню и увидел их обоих у плиты.

* * *

Во время собрания Кингсли объявил, что его команда провела уже более тридцати допросов в поддержку выдачи ордеров на арест. Однако, учитывая информацию, полученную от Гермионы, стало ясно, что всё Министерство придется распустить. Была определена группа «чистых» волшебников и волшебниц, которые сформируют временный руководящий орган до проведения новых выборов после ареста Кардинга.

— Нет смысла свергать коррумпированное, но легитимное правительство, чтобы заменить его долгосрочным нелегитимным, — сказала Минерва. — Это оставит неприятный осадок у людей.

Авроры собрали сотни воспоминаний, горы документов о систематическом шантаже и доказательства того, что Кардинг намеренно блокировал все законопроекты Комиссии, требуя бесконечных правок. Самым громким делом стало «незаконное заключение, пытки и конфискация имущества Мастера Северуса Снейпа».

Бастиан предоставил годы воспоминаний о том, как обращались со Снейпом в Азкабане. Гарри сказал Гермионе, что это было душераздирающее зрелище. Он так разволновался, что пошёл к Снейпу — извиняться, поговорить, сделать что угодно, лишь бы заглушить накатившую боль, но Снейп лишь пожал плечами и сказал: «Не парься».

Такое безразличие ещё больше расстроило Гарри, и он полдня бросал на Снейпа обеспокоенные взгляды, пока тот не сорвался и не увёл его в библиотеку на час. Гарри не рассказал Гермионе, о чём они говорили, но с его лица исчезло напряжённое выражение, и после этого он стал более заботливым по отношению к Снейпу.

Также тайно эксгумировали тело, похороненное под именем Снейпа, — и разгадали тайну исчезновения Руквуда.

Время «Х» приближалось.

* * *

После собрания обитатели особняка на площади в изнеможении опустились за стол.

Гермиона уже собиралась лечь спать, когда в одно из окон постучали. Конечно же, это была сова.

Письмо было от Драко: он спрашивал, идут ли они всё ещё завтра на концерт?

— Почему он просто не использует патронус? — удивился Рон. — Так было бы быстрее.

— Он не может его вызвать, — пояснила Гермиона, дописывая ответ.

— Правда? — изумился Гарри.

— Это заклинание не входило в официальную программу Хогвартса, — напомнила она. — А ещё он стал Пожирателем в столь юном возрасте… а они, как известно, не могут вызывать патронусов. Возможно, поэтому он так и не смог овладеть им.

— Но Снейп может, — заметил Гарри.

— Невозможно передать, насколько я против того, чтобы становиться темой этого разговора, — сказал Снейп, поднявшись на ноги, — спокойной ночи, — и вышел из комнаты, хлопнув дверью.

— Что это было? — недоумённо спросил Рон.

— Ты идиот, Гарри, — вздохнула Гермиона. — Как будто Снейпу нравится, что его до сих пор называют Пожирателем. Тупица.

— А, точно… Наверное, стоит извиниться.

— Думаешь?

* * *

Позже, направляясь в свою комнату, Гермиона сделала небольшой крюк и прошла мимо свободной комнаты, в которой остановился Снейп. Она постучала в дверь.

— Отвали, Поттер! — донеслось изнутри.

— Э-э-э… это я. Гермиона. То есть… Грейнджер.

Тишина.

— Что тебе нужно?

— Просто проверить, всё ли с тобой в порядке.

— Всё просто великолепно. А теперь иди спать.

— Я подумала, что ты захочешь выпить, — сказала она, громко потрясая бутылкой.

Повисла пауза, затем дверь слегка приоткрылась, она торжествующе улыбнулась и вошла в комнату.

Снейп сидел на кровати, засучив левый рукав, и разглядывал Тёмную метку.

— Думал, это Поттер вернулся с очередными извинениями.

— Нет, я Грейнджер, пришла выпить на ночь. — Она трансфигурировала два бокала и щедро плеснула в каждый из них. Снейп сделал долгий глоток, откинулся к стене и закрыл глаза. Его длинные тёмные ресницы контрастировали с острыми скулами. Его рукав всё ещё был закатан. За все годы, что она знала Драко, он ни разу не показывал ей свою метку, и Гермиона впервые увидела её так близко. Она выглядела… живой, несмотря на смерть Волан-де-Морта и прошедшие годы.

— За неверные решения, — сказал Снейп, поднимая бокал и не открывая глаз. Гермиона чокнулась с ним.

— Что ж, сейчас я с ними особенно хорошо знакома. Но разве ты не хочешь выпить за что-нибудь другое?

— Это то, кем меня всегда будут помнить, — сказал он. — Перебежчик, Пожиратель Смерти.

— Не только, — возразила она. — Ты ещё самый злобный учитель в истории Хогвартса.

Снейп удивлённо рассмеялся и повернулся к ней.

— А как же тот, который убил нескольких учеников сто лет назад? Или тот, у которого была тайная камера для пыток?

— Тем не менее, я останусь при своём мнении, — ухмыльнулась Гермиона. — За то, чтобы быть запоминающимся.

Они вновь чокнулись. Снейп, снова рассмеявшись, покачал головой.

— А каким ты запомнишь меня, Грейнджер? — весело спросил он.

— Зависит от того, что запоминающееся ты сделаешь, — так же весело ответила она, приподняв уголок губ.

Снейп на мгновение растерялся, а затем наклонился и поцеловал Гермиону.

Поцелуй был невероятно нежным, и Гермиона почувствовала вкус виски на его слегка приоткрытых губах. Она вздохнула и придвинулась ближе, поставив стакан на кровать. Снейп приоткрыл губы, и она с готовностью ответила на поцелуй, положив руки ему на затылок и перебирая его волосы, пока он обнимал её.

Все части её тела кричали: «Раздень его!», но на этот раз она не стала ничего расстёгивать, а просто наслаждалась ощущением его губ на своих губах и его рук, крепко прижимающих её к его груди. Затем Снейп отстранился, и они еще несколько секунд смотрели друг на друга.

— Ну пойдёт, наверное, — выдохнула Гермиона, тяжело дыша, и он приподнял бровь. — Я думала, ты не хочешь, чтобы мы…

— Все причины, по которым эта идея абсолютно провальна, по-прежнему актуальны. — сказал Снейп, с горечью глядя на своё левое предплечье. — Мне не следовало этого делать, прости.

— Ну, я не… Но, кажется, теперь я понимаю твои мотивы. То есть я с тобой не согласна… но я понимаю.

— Если бы я был другим человеком…

— Тогда я бы не сидела сейчас на твоей кровати и не пила дрянной огневиски, — Гермиона перебила его.

— Возможно, — вздохнул он. — Тебе пора в свою комнату.

— Думаешь, сорвёшься и сделаешь еще что-нибудь запоминающееся? — поддразнила она.

— Возможно, — ответил он с вызовом.

— Что ж, тогда я уйду, пока моё целомудрие не пострадало. — Она поцеловала его в щёку и ушла, оставив бутылку виски на кровати. — Спокойной ночи, Снейп, — бросила она через плечо.

Снейп посмотрел на закрытую дверь.

— Твою ж мать.

✎﹏﹏﹏﹏﹏﹏﹏﹏﹏﹏﹏﹏﹏﹏