Глава 12: Аллергия

Обеденный перерыв в Signpost напоминал перемирие на войне. Все ели быстро, молча, разбившись на привычные кучки. Дохён и Феникс у окна, Алан один у зеркала, Хёнхо и Джумин в углу. Ёну сидел отдельно, перебирая рис в пластиковом контейнере. Он не ел. Он думал.

Джумин затаил злобу. Это было видно по тому, как он сжимал палочки для еды. Он ждал ошибки. Ёну нужно было опередить его. Не силой — её у Джумина хватало в виде интриг. А хитростью.

Тень накрыла его контейнер. Ёну поднял взгляд.

Хаято. Рядом, чуть позади, прятался Рё. Японец выглядел безупречно даже в тренировочной одежде: осанка, взгляд, движения. Но сейчас в его глазах плескалась неуверенность.

— Ёну-я, — Хаято говорил спокойно, без лишних эмоций. — Нам нужно поговорить.

Ёну отставил контейнер.

— Слушаю.

Хаято кивнул на Рё.

— Алан слишком давит на него. Рё зажимается. Если так пойдет дальше, на оценке он сорвется. Мне нужно, чтобы ты позанимался с ним отдельно. Без Алана.

Ёну удивлённо моргнул. Он ожидал чего угодно. Угрозы. Требования. Но не просьбы о помощи.

— Ты хочешь, чтобы я учил его танцевать? Алан же главный танцор.

— Алан учит через страх, — тихо сказал Рё. Впервые за всё время он заговорил сам. — Я делаю ошибки, когда кричат. Ты... ты держишь удар. Я видел сегодня.

Ёну понял. Они видели его падение на кухне. Они видели, как он поднялся и продолжил танцевать. Для них это было не лицемерие, а стойкость.

— Хорошо, — согласился Ёну. — Я помогу. Но у меня есть условие.

Хаято не удивился. В этом бизнесе ничего не бывает бесплатно.

— Какое?

— Мне нужно, чтобы ты кое-что сказал Джумину, — Ёну понизил свой голос. — Сегодня. Будто невзначай. Скажи ему, что у меня аллергия на персики. Серьёзная. Анафилактический шок.

Хаято прищурился. Он внимательно посмотрел на Ёну.

— У тебя нет аллергии на персики. Я видел, как ты ел фруктовый салат вчера.

— Именно, — Ёну слегка улыбнулся. Улыбка не достигала глаз. — Это проверка.

Хаято молчал несколько секунд. Он оценивал риски. Если Ёну планирует ловушку — Хаято становится соучастником. Но если это поможет нейтрализовать Джумина, который постоянно раскачивает лодку...

— Это опасно, — заметил Хаято. — Если Джумин поймёт, что это ложь...

— Он не поймёт, пока не станет поздно, — перебил Ёну. — Ты просто передашь информацию. Дальше я сам.

Хаято посмотрел на Рё. Тот кивнул, доверяя решение партнёру.

— Хорошо, — согласился Хаято. — Но если это обрушится на нас — ты разбираешься с Аланом. Он не любит, когда его исключают из процесса обучения.

— Разберусь, — пообещал Ёну.

Хаято развернулся и пошёл к углу, где сидели Джумин и Хёнхо. Ёну наблюдал.

Хаято присел рядом, будто просто поболтать. Джумин сразу насторожился, но улыбнулся. Они говорили тихо. Ёну видел, как глаза Джумина заблестели. Информация — это валюта. И Хаято только что вручил ему пачку купюр.

Спустя минуту Хаято вернулся к Ёну.

— Готово. Он спросил, уверен ли я. Я сказал, что видел, как ты чесался после контакта.

— Отлично, — Ёну взял палочки. Наконец-то он проголодался.

— Зачем тебе это? — спросил Рё, садясь рядом.

— Чтобы увидеть, на что он готов ради моей победы, — ответил Ёну. — Человек, который подложил кошелек, не остановится перед мелочью.

В углу Джумин отложил еду. Он смотрел на Ёну. В его взгляде читался новый план. «Аллергия? Слабое место. Можно использовать. Можно подсыпать в еду. Можно просто пригрозить».

Джумин не знал, что только что подписал сам себе приговор.

Ёну встретился с ним взглядом. Кивнул.

Джумин улыбнулся в ответ. Той самой фальшивой улыбкой.

Но теперь Ёну знал: когда Джумин сделает ход, он откроет себя.

А Ёну будет ждать с камерой наготове.

— Завтра после ужина, — сказал Ёну Рё. — Зал номер два. Не опаздывай.

— Спасибо, — тихо ответил Рё.

Хаято молча кивнул.

Союз заключён. Не на дружбе. На взаимной выгоде.

Зал номер два был меньше основного, зеркала местами потрескались, но здесь было тихо. Алан сюда не заходил — это территория «второго сорта», как он выражался. Для Ёну это было идеальным местом.

Рё повторял связку уже в пятый раз. Движения стали мягче, увереннее. Хаято стоял у стены, скрестив руки на груди. Его взгляд был прикован не к технике, а к Ёну. Он следил, чтобы новый «наставник» не давил на Рё так, как это делал Алан.

— Ещё раз, — сказал Ёну. Голос был спокойным. — Не думай о том, куда поставить ногу. Думай о том, куда ты хочешь прийти.

Рё кивнул, вытирая пот со лба.

— Спасибо, Ёну-хён.

Дверь скрипнула.

На пороге возник Джумин. В руках он держал пакет с удобными контейнерами. На лице — маска искренней заботы, от которой становилось не по себе.

— О, я так и думал, что вы здесь, — Джумин зашёл, не дожидаясь приглашения. — Вы так долго не возвращались, я волновался, что вы голодаете. Принёс онигири. Свежие, из магазина на углу.

Хаято напрягся. Его рука инстинктивно дёрнулась к плечу Рё, оттаскивая его назад.

— Нам не нужно, — холодно сказал Хаято.

— Ну что вы, — Джумин протянул контейнер вперёд. — Это же просто еда. Или вы боитесь, что я что-то подмешаю?

Ёну смотрел на него. В глазах Джумина плясали бесы. Он ждал. Ёну понял: отказать нельзя. Если откажешь — значит, боишься. Значит, знаешь.

Ёну сделал шаг вперёд.

— Спасибо, Джумин-я. Мы действительно голодны.

Он взял онигири. Один себе, один протянул Рё, один отдал Хаято.

Джумин замер. Он ожидал сопротивления. Он ожидал, что Ёну начнет искать безопасную еду.

— Ешь, — тихо сказал Ёну Рё. — Это просто рис.

Джумин улыбнулся. Уголки губ дрогнули.

— Приятного аппетита.

Ёну развернул рисовый шарик. Внутри темнела начинка. Персик. Консервированный, сладкий, заметный даже на вид, если знать, что искать. Ёну знал.

Он поднёс онигири ко рту. Откусил.

Жевал.

Глотал.

Джумин смотрел, затаив дыхание. Его пальцы нервно барабанили по бедру. Он ждал кашля. Ждал, как Ёну схватится за горло, как покраснеет лицо, как начнётся отёк. Он уже представлял, как вызовет скорую, как скажет всем: «Я предупреждал, я хотел как лучше, но у него аллергия».

Прошла минута.

Ёну откусил второй раз.

— Вкусно, — сказал он. — Персик сладкий.

Лицо Джумина дрогнуло. Маска треснула.

— Что? — вырвалось у него.

— Персик, — повторил Ёну, показывая начинку. — Ты же знаешь, что у меня на него аллергия? Хаято-хён сегодня всем сказал.

Джумин побледнел, затем покраснел. Ярость ударила ему в голову, сметая остатки осторожности.

— Какая аллергия?! — взорвался он. — Я видел, как ты ел! Ты же должен задыхаться! Почему ты ещё жив?!

В зале повисла тишина.

Хаято медленно выпрямился. Рё испуганно прижался к его спине.

Ёну медленно дожёвал кусок. Проглотил. Вытер рот салфеткой.

— Странный вопрос, Джумин-я. Если у меня аллергия... зачем ты добавил персик в мою еду?

Джумин замер. Рот открылся, но слов не нашлось. Он понял, что попался. Он только что признался, что знал про аллергию и добавил персик.

— Я... я не добавлял! Это магазинные! — затараторил он. — Там просто начинка такая!

— Магазинные онигири с цельными кусками персика? — Ёну сделал шаг вперёд. — В апреле? Когда персики не в сезоне?

Дверь открылась снова.

Вошёл Феникс. В руке он крутил зажигалку. Лицо непроницаемое.

— Всё чисто, — сказал он, глядя на Ёну. — Алан не пришёл.

Затем Феникс перевёл взгляд на Джумина.

— А вот ты пришёл.

Джумин попятился.

— Феникс-хён... ты что здесь делаешь?

— Ёну попросил посторожить вход, — спокойно ответил Феникс. — Сказал, боится, что Алан ворвётся. Но я видел кое-что другое.

Феникс подошёл ближе, его тень накрыла Джумина.

— Я видел, как ты покупал эти онигири. Час назад. Ты специально просил добавить персиковую начинку в три шарика. Говорил, что это для «друга».

Феникс не врал. Никогда. В группе знали: если Феникс говорит факт — это истина.

— Ты сказал кассиру: «Побольше персика, чтобы было видно», — добавил Феникс.

Джумин затрясся. Он смотрел на Ёну, на Феникса, на Хаято. Все смотрели на него. Не как на коллегу. Как на врага.

— Это провокация! — закричал Джумин. — Вы сговорились! Ёну сам подстроил!

— Может быть, — согласился Ёну. — Но ты всё равно выбрал яд.

Хаято сделал шаг вперёд, закрывая собой Рё.

— Уходи, Сэм. Пока я не сказал директору.

— Ынсок мне поверит! — Джумин пятился к двери. — Он знает, кто здесь нужен!

— Ынсок боится потерять деньги, — тихо сказал Ёну. — А ты стал угрозой для инвестиций. Если ты отравишь визу группы перед дебютом — инвестор уйдёт.

Джумин замер на пороге. Он понял, что проиграл. Не в силе. В расчёте.

— Вы ещё пожалеете, — прошипел он. — Все вы.

Он выбежал из зала, хлопнув дверью.

В зале осталось тихо. Слышно только гудение лампы.

Рё выдохнул, опускаясь на пол.

— Он правда хотел...

— Хотел, — подтвердил Феникс. Он посмотрел на Ёну. В его глазах появилось что-то новое. Не уважение. Признание силы. — Ты рисковал. Если бы я опоздал...

— Ты не опоздал, — сказал Ёну. — Потому что я знаю, что ты честный.

Феникс фыркнул, но уголок губ дёрнулся.

— Не льсти. В следующий раз сам сторожи дверь.

Хаято подошёл к Ёну. Взял контейнер с онигири из его рук. Выбросил в урну.

— Больше не ешь то, что даёт он.

— Я знаю, — ответил Ёну.

Он посмотрел на свои руки. Они не дрожали.

Джумин раскрыл карты. Теперь он не скрытая угроза. Он открытый враг.

А с открытым врагом проще.

Ёну повернулся к Рё.

— Продолжим? У нас осталось двадцать минут.

Рё посмотрел на него, затем кивнул.