Гарри Поттер и Наследие скальдов (джен)

Переместившись с помощью Кричера в дом Блэк, Гарри первым делом затребовал у Кричера медальон. Когда домовик с неохотой принёс то, что должно быть хоркруксом, мальчик просто взял и завернул его в мантию-невидимку, раз уж не удалось её проверить. Использовать её он не собирался.

— Наследник Гарольд, Кричер больше не чувствует злой магии от медальона! Но Кричер боится подходить к мантии наследника… — домовик с надеждой посмотрел на Гарри.

— Кричер может показать укромное место, где мы спрячем злую вещь вместе с мантией? Никто не должен её найти. Когда найдём яд василиска, мы уничтожим злую вещь.

— Кричер покажет!

Гарри спрятал мантию с завёрнутым в неё хоркруксом, попрощался с Вальбургой и тем же портключом отправился обратно в Визжащую Хижину. Хорошая всё-таки вещь, эти двусторонние семейные портключи. И хорошо, что Кричер может их перенастраивать, пусть и с помощью магии Гарри. Зато зарядившись несколько дней в насыщенном магией Хогвартсе, портключ готов к использованию туда и обратно. Правда, потом опять дней пять заряжать, а лучше неделю. Иначе начинает тащить магию самого перемещаемого, а для ребёнка это может обернуться магическим истощением, и хорошо, если доставит до места, а не выкинет где-нибудь по дороге. Каким образом появляется «червоточина», через которую портключ протягивает волшебника, Гарри так и не понял, но интуитивно чувствовал, что вываливаться «по дороге» — идея так себе. Поскольку перемещение не мгновенное, то «червоточина» имеет конечную длину. А раз она имеет конечную длину, то варианта два — либо по прямой тащит, и тогда «по дороге» ты окажешься на несколько метров, а то и десятков или даже сотен, в толще земной коры. Или «червоточина» всё же представляет собой сильно сжатую геодезическую линию. Что тоже не вызывает восторга — а ну как в понимании портключа эта «геодезическая» проходит и вовсе через другие миры?

Оставшиеся до Нового года дни Гарри потратил на неспешное выполнение домашнего задания. А чтобы не заскучать, поучаствовал в паре вылазок близнецов с целью исследовать ходы Хогвартса. Близнецы за время обладания Картой исследовали едва ли половину, и то, добрую половину из этой половины — когда убегали от Филча после очередной своей проделки. И именно в одну их таких вылазок они — кто бы сомневался — наткнулись на То-самое-зеркало. Близнецы сначала запали на него, всё-таки малый вассалитет не давал стопроцентной защиты от ментальных воздействий, а только от тех, которые могут повредить сюзерену. Но Гарри быстро отвесил им по пинку, заставив прочитать надпись справа налево. Ребята впечатлились, рассказав Гарри, что увидели себя в магазине приколов, всё как они мечтали. Сам же Гарри, хоть и не чувствовал себя «абсолютно счастливым», в зеркале увидел только своё отражение. А потом ему захотелось похулиганить.

— Свет мой, зеркальце, скажи, — начал он.

Повеяло потусторонней жутью.

— Да всю правду доложи…

Близнецы выругались и отскочили подальше, взяв Гарри за плечи. Тот знаком руки показал им успокоиться и не паниковать. Хотя было отчего — на ровной до того поверхности проявилось зеркальное лицо, как будто кто-то из Зазеркалья собирается оттуда выбраться.

— Кто поставил тебя здесь, наплевав на замок весь?⁽¹⁾

Зеркало ответило потусторонним голосом, который звучал, казалось, со всех углов пыльной комнаты, куда они заглянули.

Ты умён, скальд, спору нет.

Но старик тот всё ж умнее,

Борода его длиннее…

Гарри, недолго думая, продолжил в том же духе:

— Покажи-ка мне скорей, где же прячется злодей?

Лик зеркало втянулся обратно, по гладкому полю прошла рябь, а потом зеркало вдруг прояснилось и показало Дамблдора, по всей видимости, сидящего у себя в кабинете за столом и смотрящего в хрустальный шар, который, в свою очередь, показывал вид комнаты, где они сейчас были, с потолка. И их троих перед зеркалом. Правда, само зеркало выглядело пустым. Видимо, какие бы чары ни наложил Великий Светлый, они не могли показать то, что зеркало показывало только тому, кто в него смотрит. Непонятно было, передаёт ли дамблдоровское заклинание или артефакт звук тоже, или же только изображение. И видел ли директор, как из зеркала высунулось лицо, тоже было неясно. Хотя, судя по его расслабленной позе, ответ был скорее всего «нет» на оба вопроса.

— Не смотрите вверх! — еле успел приказать Гарри, чтобы не выдать Дамблдору, что его план раскрыт. — Уходим. Все вопросы — на улице.

Выбравшись из замка, благо был ещё только ранний вечер, и отойдя к озеру, ребята присели на камни. Гарри рассказал близнецам всё, что знал про проклятое зеркало.

— Если хотите, можно поискать о нём ещё информацию, но что-то мне подсказывает, что нигде в библиотеке ничего такого не будет. Но на всякий случай я спрошу у одного знающего человека.

С этими словами он вытащил блокнот, который теперь всегда таскал с собой в кармане вместе с карандашом, и набросал короткую записку об этом зеркале, попросив заодно разрешение навестить Отдел Тайн в первых числах января. Подозвав затем Сюнгвари, мальчик попросил того отнести послание к «мистеру Доу».

— Так что нечего туда ходить. Если вдруг увидите, что я туда попёрся, значит, что-то не так. Если я вдруг захочу сотворить с ним какую-нибудь шалость, я вас позову. Если я пошёл один, значит, у меня с мозгами не в порядке. И за Рональдом смотрите. Он ведь тоже может на него наткнуться. Вряд ли директор уберёт зеркало оттуда до того, как поймает меня за разглядыванием моего «самого горячего желания», — усмехнулся напоследок Гарри, развязно подмигнув.

Близнецы почему-то покраснели, из чего он заключил, что на данный момент их мечтой был вовсе не магазин приколов, как они пытались его убедить. Ну что взять с четырнадцатилетних парней?

* * *

Ответ от мистера Доу пришёл вечером. В нём он поблагодарил мальчика за информацию и предложил прийти, когда тому будет удобно. И да, порт-ключ в виде магнитной карты тоже прислал. Он должен был перенести Гарри в служебное помещение возле лифта, как объяснялось в записке.

Тридцать первого Гарри за завтраком напомнил директору, что неплохо бы было встретиться наконец с крёстным. А то человек уже два месяца как официально освобождён, а крестника так и не видел.

— Гарри, мальчик мой, твоему крёстному противопоказаны волнения. Ты обязательно увидишь его на летних каникулах, я тебе обещаю, — с укоризненной улыбкой ответил на это Дамблдор.

— Директор, сэр. Это было не пожелание, это было уведомление. Профессор МакГонагалл, жду вас возле Главных ворот, — ответил мальчик и вышел из Большого зала.

Гарри давно уже попросил Кричера, и тот нашёл в библиотеке дома Блэк копию устава Хогвартса. В нём чётко было прописано право студентов как оставаться на каникулах, кроме летних, в замке, так и покидать его. Проблема была в том, что защита замка не выпускала несовершеннолетних волшебников через «официальные» выходы без сопровождения, хотя почему-то игнорировала тайные ходы. Минут через десять декан подошла и настойчиво попросила Гарри отказаться от его затеи.

— Вы отказываетесь меня сопровождать, мэм?

— Я вынуждена настаивать, чтобы вы вернулись в гостиную, мистер Поттер!

— То есть я теперь заключённый, не так ли, мэм?

— Не говорите ерунды, мистер Поттер! Директор же пообещал вам, что вы увидите своего крёстного летом!

— Профессор, не считайте меня дураком. К лету вы или ваш драгоценный директор, — при этих словах МакГонагалл аж задохнулась от возмущения, — придумаете ещё кучу причин, по которым я не могу встретиться со своим крёстным. Скажите честно, почему вы не желаете, чтобы меня воспитывал опекун-маг, а не сквибка и маггл?

— Двадцать баллов с Гриффиндора, мистер Поттер!

— Да хоть двести двадцать. Вы не имеете права снимать баллы в каникулы, если это не связано с отработками или нарушением комендантского часа. Это ваше последнее слово?

— Мистер Поттер, немедленно вернитесь в замок! — бросила МакГонагалл и пошла быстрым шагом ко входным дверям.

Не теряя времени, Гарри направился к Дракучей иве. За эти четыре месяца он постоянно благодарил иву за то, что она его пропускает, и уже почти два месяца, с той памятной вылазки с Гермионой, даже не пользовался припрятанным шестом. Дерево подпускало его к себе, лишь слегка покачивая ветвями, а он никогда не забывал погладить иву по стволу, делясь капелькой своей магии. Когда МакГонагалл повернулась на ступенях, чтобы посмотреть, следует ли Гарри за ней, тот уже нырнул в лаз под деревом.

«Блэковский» порт-ключ он активировал ещё в подземном ходе. Гарри уже давно с помощью Кричера определил границу охранного периметра. В доме Блэк он поздоровался с Вальбургой и информировал ту, что собирается посетить Сириуса. Портрет просто кивнул, не став как-то комментировать. Не желая тратить целый час на поездки на общественном транспорте, который к тому же работал со многими ограничениями из-за Рождественских каникул, Гарри попросил Кричера перенести его в Мунго. Перед этим он дал ему инструкции, которые Кричер с радостью согласился исполнить.

Подойдя к стойке регистрации, он нарвался на ту же даму, что в своё время не пускала его, когда он пришёл обследоваться к Сметвику в конце августа. На этот раз дама, наученная горьким опытом, сказала ему ждать, а сама активировала какой-то артефакт. Посмотрев на него, она предложила Гарри присесть и подождать десять минут, мол, целитель Сметвик занят. Гарри дисциплинированно высидел положенные десять минут, а по их прошествии демонстративно встал и уставился на циферблат висевших на стене часов. Недовольно фыркнув, дама за стойкой снова обратилась к своему артефакту, после чего милостиво кивнула и попросила пройти в кабинет целителя.

Гарри поднялся на нужный этаж и, вежливо постучав, вошёл.

— А, мистер Поттер! Чем обязан? — поприветствовал его Сметвик.

— Добрый день, целитель Сметвик, — чётко выверенным движением попривествовал его Гарри официально. — Я хотел бы встретиться с Сириусом Блэком. Это возможно?

— Хм… Вторник, конечно, не приёмный день, но для студентов мы всегда делаем исключения. Понимаем, что каникулы не резиновые, — с улыбкой ответил целитель.

Сметвик активировал какой-то артефакт, похожий на тот, что был в регистратуре. «Какой-то аналог селекторной связи», — подумал Гарри.

— Как ваша подруга, мистер Поттер? — завёл целитель ни к чему не обязывающий разговор.

— Спасибо, целитель, в порядке. Первые три недели тяжело было расставаться, в ту ночь вообще пришлось вместе ночевать на диване в гостиной факультета. Но потом приспособились.

— Интересный эффект. Видимо, это из-за того, что вы первый произнесли слова принятия. Обычно так делают при помолвках и свадьбах.

— Да, мы почитали литературу.

— Вот как? Ну что же, я рад, что вы сами во всём разобрались. А вот и целитель Тики, — поприветствовал коллегу Сметвик. — Он проведёт вас к мистеру Блэку.

Гарри немного волновался. Собственно, будь его воля, он бы и не пошёл никуда, но долг… Долг звал его встретиться со своим крёстным, что бы это ни означало в мире магии. Перед каким таким богом Блэк брал на себя обязательства по его воспитанию? Насколько Гарри успел изучить, в этом плане у волшебников абсолютная свобода вероисповедания. Тут и агностики разного толка, и атеисты, и представители всевозможных религий. Верь в кого угодно, хоть в Макаронного монстра, никто тебе слова не скажет. Конечно, больше всего верующих в Единого под разными именами, может, и Блэки из таких? «А, ладно», подумал Гарри, «потом как-нибудь узнаю у самого Сириуса, если он будет в состоянии вести разумные речи».

Они зашли в отдельную палату. Одноместную. Ну да, Блэк же. Деньги есть. Хотя вроде как лечение должно быть за счёт Министерства, нет? «Потом, всё потом», одёрнул себя Гарри.

— Мистер Блэк, к вам посетитель.

Сидевший на кровати мужчина разглядывал какой-то портрет. Гарри поразился, насколько измождённым тот выглядел. И это после не менее, чем двух месяцев реабилитации, плюс его должны были ещё в первых числах сентября убрать из Азкабана. Увидев вошедших, мужчина поставил на тумбочку портрет, оказавшийся изображением самого Гарри — тем, которое распространялось с лёгкой руки Дамблдора. Лохматое нечто в очках-велосипедах и с воспалённым шрамом на лбу. Лет десять на вид, если не меньше.

— Да? — вежливо отозвался Блэк. — Чем могу служить, мистер?..

— Целитель Тики! Здесь стоят, кроме сигнально-диагностических, чары прослушки? Нам нужна конфиденциальность. Дело рода Блэк! И мне нужно будет вызвать сюда домового эльфа рода.

— Нет-нет, что вы! Я оставлю вас, не беспокойтесь, никто вас не подслушает. Щиты пропустят в палату эльфа, привязанного к роду пациента.

С этими словами Тики вышел, прикрыв за собой дверь.

— Кричер!

Появившийся с хлопком Кричер метнулся, как тогда в Визжащей Хижине, по всем восьми углам.

— Всё чисто, наследник Гарольд! — поклонился домовик и ушёл в невидимость по знаку Гарри.

— Гарольд? — в недоумении переспросил Блэк, поудобнее сев на кровати.

Гарри подошёл к тумбочке и взял оттуда «свой» портрет.

— Так вот что ты задумал, бородатая сволочь… — пробормотал мальчик.

Портрет в его руках вспыхнул синим пламенем, мгновенно сгорая, даже не оставив пепла.

— Что вы себе… — начал было Блэк, вскочив с кровати.

Гарри, хоть и вытянулся за последние пять месяцев так, что уже перегнал Гермиону и почти догнал по росту близнецов Уизли, оказался на добрых полголовы ниже нависшего над ним Блэка. Тот встретился с ним глазами.

— Г-гарри? Это ты? Но как? — и он посмотрел туда, откуда мальчик за минуту до того забрал портрет. — Ты совсем не похож на Джеймса, скорее… на Рега. Но у тебя глаза Лили! Как это может быть?

Блэк тяжело сел обратно на кровать, в неверии смотря на Гарри.

— Ничего не понимаю, но как же… — тут он опять посмотрел туда, где раньше был портрет. — А как же очки? Шрам? Волосы…

Последнее слово он вообще произнёс шёпотом. Гарри по-прежнему смотрел Сириусу в глаза.

— Это всё было, Сири. Или мне лучше называть тебя Мягколапом? Пусть смутно, но я помню, как ты катал меня на спине.

— Как тебе нравится, так и называй! — впервые за их встречу искренне улыбнулся Сириус, но тут же нахмурился. — А кого ты назвал бородатой сволочью, Гарри?

— Я поймал Червехвоста почти четыре месяца назад, но даже сегодня Дамблдор не желал меня к тебе отпускать. Почему-то ему не хотелось, чтобы мы с тобой встретились. Если бы не помощь Кричера, мы бы ещё полгода не увиделись.

— Но, Гарри, у директора наверняка были причины так поступить! Тебе грозит опасность от Пожирателей! — взволнованно проговорил Сириус, снова пытаясь встать. — И ты сказал «Кричер»? Домовик моей матери? Как?

Гарри без труда лёгким толчком усадил его обратно и издевательски рассмеялся.

— Давай ты меня пару минут выслушаешь, не перебивая? — теперь Гарри нависал над Сириусом. — У тебя сразу отпадёт большинство вопросов.

Тот кивнул, в обеспокоенностью вглядываясь в лицо крестника.

— Но сначала пара вопросов. Кто накладывал Фиделиус?

— Лили! — с готовностью ответил Блэк. — но при чём здесь…

Гарри взмахом ладони остановил вопросы.

— Ты обещал не перебивать. Ладно, хотя у меня ещё будут вопросы к целителям. Итак, готов? Не будешь перебивать?

Сириус сначала кивнул головой утвердительно, а потом отрицательно. И несмело улыбнулся.

— Номер раз. Дамблдор бросил меня у магглов. В возрасте пятнадцати месяцев. Под дверью, как ненужную вещь. В ноябре.

— Как? Не может быть!

— Тем не менее, — пожал плечами Гарри, продолжая пристально смотреть Сириусу в глаза. — Мне повезло, что как раз те пару дней после убийства моих родителей было потепление, и в одеяле я не замёрз.

— Но, Гарри! Что значит «у магглов»?

— Он оставил меня у Петунии. Выкинул меня из мира магии на добрых десять лет! — припечатал мальчик.

Хотя какой мальчик? Сейчас, нависая над Сириусом, он выглядел гораздо старше своих «официальных» лет, несмотря на всё ещё небольшой рост.

— Я не верю… — пробормотал Сириул, мотая головой. — Он не мог! Это, должно быть, какая-то ошибка!

Гарри, не слушая возражений, описал в двух словах свою жизнь у Дурслей.

— Могло быть и хуже, признаю. Меня, хоть и не любили, но худо-бедно кормили, пусть и объедками. Одевали, пусть и в обноски. Бил меня только кузен со своей бандой, а ведь мог и Вернон. Вот только наказывали за малейшее проявление, как они говорили, «ненормальности». И знаешь, почему?

Сириус всё так же в прострации мотал головой, но тут остановился и внимательно уставился в глаза Гарри.

— Они ненавидели магию! Совершенно и бесповоротно! Ты рос в волшебной семье, и, возможно, не знаешь, если моя мама тебе не говорила. Так вот, у магглов чуть ли не каждая детская книжка — это сказка. Волшебная сказка! Угадай, сколько было таких книжек в доме Дурслей? НОЛЬ!

— Но почему? — пробормотал Блэк, обхватив голову руками.

— Кому-то было нужно, чтобы я побежал, как телок на веревочке, за первым же, кто покажет мне удивительный волшебный мир, так сильно отличающийся от серых будней магглов. И знаешь, что? Если тебя мои слова ещё не убедили, то вот, изволь. Старуха Фигг со своими книззлами все эти грёбаные десять лет жила по соседству, на улице Магнолий. Дурсли оставляли меня с ней каждый раз, когда они семьёй выезжали куда-нибудь отдыхать. И Фигг была не одна. Кто-то убирал последствия моих стихийных выбросов и обливиэйтил магглов в школе и в городе. То есть наш «Великий Светлый» знал всё! И тем не менее, ничего не предпринимал!

Сириус поднял голову и теперь смотрел глазами побитой собаки.

— Про твоё заключение без суда и следствия будем говорить? Или ты уже понял, что нашему Светочу не нужен был Гарри Поттер, воспитанный в волшебной семье? И что ты скажешь на то, что Дамблдор забрал у моего отца единственный предмет, который мог спасти если не всех, то хотя мы маму и меня? Я про мантию-невидимку, — добавил Гарри, видя вопрос в глазах крёстного.

— Но человека под мантией можно обнаружить! — возразил Сириус.

— Под этой мантией — нет. Ты что, не знал? — спросил Гарри, заметив недоумение на лице Блэка.

Сириус с силой провёл ладонями по лицу.

— И Дамблдор прекрасно знал, что это за мантия! — добавил Гарри, всё так же не отрывая пристального взгляда ярко-зелёных глаз.

Видно было, что Сириус борется со всем, чем его пичкали на Гриффиндоре в юности, и верностью Гарри. Чтобы немного сгладить углы, Гарри решил добавить.

— Я понимаю Дамблдора как политика, но это не значит, что я должен его простить и возлюбить. Я некогда читал одну повесть про события на Восточном фронте во время второй мировой, — тут Гарри увидел очередной всплеск недоумения на лице Сириуса и со вздохом продолжил: — Британским волшебникам невдомёк, что, пока Гриндевальд устраивал свой террор, а Дамблдор выжидал, когда можно будет прийти на готовенькое и победить ослабленного Тёмного Лорда, миллионы магглов гибли, науськанные такими, как Гриндевальд, друг на друга. Было много подобных историй, но вот эта очень чётко иллюстрирует поведение нашего Светоча. Чтобы отвлечь войска противника, генерал бросил сотни людей без огневой поддержки. Этим он, возможно, спас тысячи. А возможно, и нет. Вот так и Дамблдор. Пожертвовал в данном случае четырьмя взрослыми и двумя детьми.

— Четырьмя?

— А ты не знал, что в соседней палате лежат Фрэнк и Алиса Лонгботтомы? Лежат уже десять лет, не узнавая никого вокруг? И что их сын вырос под присмотром Железной Августы? И сейчас я даже не могу понять, то ли он действительно такой робкий и неуклюжий, то ли тщательно маскируется по приказу бабки. Хотя его присутствие на Гриффиндоре скорее говорит о втором. И я уже не говорю о том, что из первого состава Ордена Феникса осталось едва ли одна десятая. Тогда как из Пожирателей если кто и умер, то только те, кто попался Шизоглазу, когда рядом не было других авроров.

— Гарри, но откуда?.. Откуда ты всё это знаешь?

— Когда-нибудь я всё расскажу тебе, эта история, достойная вашей маленькой компании Мародёров, — он усмехнулся на названии. — Кстати, мои вассалы спёрли у Филча вашу карту. Вот с её помощью мы Крыса и поймали. Он скрывался, и где бы ты думал? Все эти годы он был у сыновей Артура Уизли! Сначала у Персиваля, потом у Рональда. У последнего, правда, недолго…

— Твои… вассалы?

— Долгая история, — махнул рукой Гарри. — И я был бы тебе благодарен, если бы ты не распространялся об этом. Потом как-нибудь расскажу. Там тоже история та ещё. Но сначала тебя должны выпустить отсюда.

— Я… понимаю, — нерешительно проговорил Блэк.

— Тогда вопрос. Когда ты прибыл в наш дом в Годриковой Лощине, там уже был Хагрид?

— Д-да. А…

— Минутку. И он тебе меня не отдал?

— Нет, но я не очень-то и настаивал, — Блэк покачал головой. — Я даже был рад, что ты побудешь в безопасности, пока я найду этого предателя…

— И ты отдал ему свой летающий мотоцикл?

— Да. Откуда ты всё это знаешь? А, ну да…

— Вот не поверишь, мне всегда казалось это странным сном, но я помнил, как летел на мотоцикле в руках у какого-то великана, хотя тогда мне все взрослые были большими. Я попытался рассказать об этом Дурслям, когда был ещё совсем маленьким. Меня лишили ужина и заперли до утра в чулане. А потом ещё и отругали за то, что напрудил, — с кривой улыбкой пояснил Гарри.

— Эти твои Дурсли… Убить их мало!

— Не стоит. Они явно были под принуждением.

— Откуда ты знаешь?

— Когда пришла МакГонагалл… — начал Гарри и затем рассказал про «спонтанный выброс», закрывший его город для магии. — Надолго это или нет, не знаю. Проверю летом. Если опять книззлы лазают по округе, то надо будет повторить.

— И как ты собираешься повторить спонтанный выброс, Гарри?

— А это тоже один из моих секретов! — хитро улыбнувшись, ответил Гарри. — Обещаю, ты будешь при этом присутствовать. Получится — хорошо, не получится — ну и ладно. Возвращаясь к моему вопросу. Когда Хагрид доставил меня к Дурслям, там уже были Дамблдор и МакКошка. Но сейчас вопрос в другом. Смутно помню, как Хагрид сказал, что я уснул над Бристолем. Внимание, вопрос: где на карте Великобритании находится Годрикова Лощина? Можешь показать? На продолжении прямой Бристоль — Суррей только три места, где она может располагаться.

И Гарри развернул заранее припасённую карту, купленную в обычном магазине.

— Вроде бы здесь… — ткнул пальцем Сириус на полуостров Гуир⁽²⁾. — Точно, вот Суонси⁽³⁾, мы туда с Джеймсом мотались… э… пропустить стаканчик.

— Так и скажи: по бабам! — ехидно ухмыльнулся Гарри.

Сириус смутился.

— Ну, мы тогда были молодыми и глупыми…

— А сейчас ты стал старый и умный? — поинтересовался мальчик.

Сириус рассмеялся лающим смехом. Гарри, тем временем, достал атлас автомобильных дорог, купленный там же, и пролистал до нужного разворота, где полностью было видно полуостров.

— Ага, — пробормотал Гарри. — Вот тут указан «Дольмен Короля Артура», это оно?

— Ну надо же! Магглы на своих картах такие места наносят? Куда только смотрит Министерство? — снова засмеялся Блэк. — Да, как раз где-то с полмили будет, даже меньше, на гряде стоит каменюка, её ещё местные зовут Маэн Кети. По легенде, сам король Артур зашвырнул его туда. А маггловская часть Лощины называется Ланридиан⁽⁴⁾. Вот, видишь, церковь указана? Там тебя и крестили. Как там его? А, ну да, святого Ридиана и есть! И ещё там кого-то, не помню уже. Все мозги эти чёртовы дементоры выели, хоть и старался…

Сириус внезапно замолчал.

— Быть в виде Мягколапа? Всё нормально, Сири. Тебе нечего стесняться. Ладно, что-то у нас как-то встреча чересчур серьёзной получилась. Хотя дома тебя ждёт ещё более серьёзный разговор.

— Дома?

— На Гримо, двенадцать.

— Гарри, нет!

— Гарри — да! И Сириус тоже — да! Это не обсуждается. Когда будут выписывать, вызовешь Кричера. В дом никого не пускать! Я не верю никому, кроме тебя и своих вассалов.

— Как-то это… по-слизерински звучит, — покачал головой Сириус, с грустью смотря на Гарри.

— А кого ты хотел увидеть после десяти лет такого воспитания, а? — не менее грустно ухмыльнулся Гарри.

— Но на тебе мантия в цветах Гриффиндора! Ты же на Гриффиндоре, да? — с надеждой посмотрел на него Сириус.

— Да. Но не потому, что я так захотел. А потому что кто-то, не будем указывать пальцем на эту бородатую сволочь, заколдовал шляпу. Шляпа в моей башке кричит «Рейвенкло!», а вслух — «Гриффиндор!» И так три раза. Выглядит смешно, но мне было не до смеха. Я уже тогда не доверял Дамблдору, а сейчас доверяю ещё меньше.

— Хотел бы я тебе верить… — вновь побитой собакой поглядел на него крёстный.

— А не надо верить. Когда тебя отсюда отпустят, я всё очень-очень подробно расскажу. А сейчас — время музыки!

Он достал свирель и наиграл парочку «фольклорных» композиций, запомненных Виктором. Повеселевший Сириус с удивлением смотрел, как его крестник извлекает чарующие звуки музыки из такого простого, казалось бы, инструмента.

— Волшебно! — промолвил Сириус. — А сюда полгоспиталя не сбегутся?

— Нет, я умею играть только для ограниченного пространства. В данном случае — только для этой комнаты. А сейчас мне пора. Думаю, теперь, когда Дамби не смог меня задержать и предотвратить нашу встречу, я смогу чаще тебя навещать. Ему уже не будет смысла меня останавливать. Целитель Сметвик обещал пускать меня к тебе в любое время. Кстати, о времени. Чтобы тебе не было тут скучно… Кричер, покажись!

Домовик проявился, смотря с восхищением на свирель, которую Гарри не успел убрать.

— Молодой наследник — великий волшебник!

— Я знаю, Кричер. Ты придёшь к хозяину Сириусу, когда он тебя позовёт?

— Зачем мне его звать? — начал заводиться Сириус.

— Затем, что я так сказал! — отрезал Гарри. — Ты сейчас — пациент. И должен слушаться. Меня в том числе.

Сириус лающе рассмеялся.

— Ладно. Но всё же — зачем мне звать домовика?

— Как зачем? А книжку интересную принести? Или ещё чего? Так, стоп! Ещё чего — отставить! Никакого огневиски, слышал, Кричер?

— Кричер знает, что будет полезно негодному хозяину Сириусу. Кричер не будет приносить ничего лишнего.

— Вот же, мерлиновы шнурки, сговорились! — восхищенно воскликнул Блэк, добавив пару крепких словечек.

— Давно рот с мылом не мыл? Тут вроде как ребёнок перед тобой, между прочим!

— Ха, ребёнок! Ребёнок, который учит уму-разуму своего крёстного! Ну, малыш, ты даёшь! — смех Сириуса вновь наполнил комнату.

— Ладно, давай, обниму твои кости. Не скучай, — сказал Гарри, обнимая Сириуса.

Казалось бы, вроде внутри и немаленький уже дядя, как минимум, тридцатилетний, а какая—то влага на глаза при расставании навернулась.

* * *

На выходе из Мунго на Гарри незатейливо напали. Вот так вот, даже не тривиальный гоп-стоп, а просто — «тюк» прямо по голове. Вот только головы Гарри на том месте уже не оказалось. Постоянная бдительность! А рефлексы, пусть Гарри и не играл в квиддич, никуда не делись. «Охота на Гарри», хоть и была в последние годы редким явлением, всё же совсем не прекращалась, и уворачиваться Гарри мог чуть ли не с закрытыми глазами. Нападающих оказалось двое. Тот, кто пытался его ударить обыкновенной дубинкой, в данный момент отмахивался от Сюнгвари, а из его пустой глазницы текла кровь. Второй схватил Гарри за руку и попытался, по всей видимости, аппарировать. Его рука со сведёнными в судороге пальцами осталась висеть на Гарри, а сам он пропал. Рядом проявился Кричер и щелчком пальцев отправил в нокаут первого из нападавших. Гарри, не долго думая, достал палочку и вызвал авроров. Кричеру приказал снова скрыться, но быть рядом. «Вот и пригодилась наука мистера Доу», — подумал он.

Бессознательного нападавшего и «вещдоки» в виде оторванной руки и дубинки занесли в приёмную Мунго. Медиведьма за стойкой тут же вызвала начальство и разохалась. Пострадавшему налётчику оказали первую помощь (ввиду волшебности Сюнгвари вряд ли удастся вырастить глаз, как с мрачным удовлетворением подумал Гарри). Руку второго положили в стазис, и зарегистрировали тут же выданное аврорами предписание сообщить им, если кто за рукой обратится. Ну и взяли показания у всех присутствовавших. Кроме Гарри, правда, никто ничего сказать не мог, помимо факта посещения мальчиком своего крёстного.

— И отметьте в протоколе, пожалуйста, — продолжил Гарри свои показания. — О том, что я здесь, знали только директор Дамблдор и его заместитель, профессор МакГонагалл. Больше никого за столом преподавателей не было, а вы знаете, как он далеко от столов студентов. Я разговаривал вполголоса. Впрочем, половины из оставшихся в замке всё равно на завтраке не было.

— То есть вы считаете, что нападение было именно на вас? — спросил старший аврор, представившийся Робардсом.

— Вот тут не знаю, сэр, не знаю, — протянул Гарри. — Если отбросить мысль о том, что попытку моего похищения или убийства заказал директор Хогвартса или его заместитель, то всё выглядит действительно как случайность. Какие-то урки решили подзаработать на празднование Нового года и подкараулить кого-то, выходящего из Мунго, — Гарри сделал вид, что задумался. — Да нет, бред. Тут же магглооталкивающие чары, а волшебники прекрасно знают, что после такого им ни один целитель не окажет помощь. Ну разве что медбрат в Азкабане.

— Этот, который без глаза, сквиб. Волшебной палочки при нём не обнаружено.

— А дубинку вы проверили?

— Дубинку?

— А кто мешает вставить внутрь сердцевину? Для тонких чар не пойдёт, но что-то тупо-убойное наколдовать — в самый раз.

— Хорошо, мистер Поттер, мы проверим. Второй, говорите, аппарировал?

— Или активировал портключ.

— Вряд ли. Скорее всего, какой-то отброс с Ноктюрн-аллеи. Попытался аппарировать и его расщепило. Вам знаком этот термин, мистер Поттер?

— Да. Я вообще-то на Рейвенкло собирался, — мрачно пояснил Гарри, радуясь, что не придётся пояснять про домового эльфа, незатейливо оторвавшего нападавшему руку.

— Очень смешно, мистер Поттер. Хорошо. Прочтите протокол и распишитесь вот здесь. Нет, не маггловским пером, а нашим, — добавил аврор, увидев, что Гарри достаёт ручку-самописку. — Не бойтесь, это обычное перо, не кровавое.

— Очень смешно, сэр, — вернул шпильку Гарри, подписывая протокол.

После этого происшествия не могло быть и речи, чтобы куда-то отправиться. Гарри шёпотом отпустил Кричера, пока авроры давали подписать протокол Сметвику, как представителю Мунго. Попутно он отправил Сюнгвари к Драко с извинениями, что сегодня прибыть не получится. Отправку записки он не скрывал, а когда его спросили, кому он отправил послание, честно ответил: «Предупредить друга, что не смогу сегодня прибыть». Авроры с интересом проводили улетевшего ворона и доставили Гарри до Хогвартса, где передали с рук на руки декану.

— Мистер Поттер, где вы были? И почему с вами авроры?! Что вы натворили?! — с каждым словом МакГонагалл распалялась всё больше и больше.

— Успокойтесь, мэм, мы всего лишь сопровождаем мистера Поттера. На него было совершено покушение возле Мунго, и мы хотели бы задать вам пару вопросов, если вы не возражаете. Мистер Поттер действительно отпрашивался у директора сегодня во время завтрака?

— Технически, непосредственно после, — вставил Гарри.

Аврор кивнул, снова повернувшись к МакГонагалл.

— К сожалению, директор Дамблдор отбыл после завтрака по делам, но я постараюсь вам помочь. И да, к вашему сведению, директор не отпускал мистера Поттера, — поджав губы, ответила МакГонагалл. — Как и я.

— Мы это уже знаем, согласно показаниям мистера Поттера. Не могли бы назвать нам фамилии учащихся, присутствовавших на сегодняшнем завтраке?

— Мне нужно просмотреть списки оставшихся.

— Ничего, мы подождём, — милостиво отозвался Робардс.

Тут он заметил всё ещё стоящего Гарри.

— Мистер Поттер, благодарю за сотрудничество, мы вас больше не задерживаем, — сказал аврор мальчику.

— Это я должен вас благодарить, мистер Робардс, сэр, — с вежливым кивком головы отозвался Гарри. — Профессор?

— Да-да, мистер Поттер, можете идти. Надеюсь, эта история научит вас…

— О, не сомневайтесь, профессор! — довольно невежливо перебил её мальчик. — Я понял, что кое-кто не погнушается самыми грязными методами, лишь бы достигнуть своего. Но знаете, что я вам скажу? Вы сделали свой ход, теперь мой черёд.

Полюбовавшись секунду на недоумённые физиономии обоих авроров, он повернулся на пятках и вышел, коря себя за несдержанность.

* * *

В башне Гриффиндора первым делом Гарри подготовил ещё две записки, одну Драко, а другую мистеру Доу. Сюнгвари, пользуясь своими лейдир⁽⁵⁾, был уже рядом. Он всегда очень вовремя оказывается рядом. Мистеру Доу он вкратце описал всё, что случилось за утро и спросил, стоит ли в эти дни отправляться к нему в Отдел Тайн. А у Драко спрашивал разрешения посетить того второго января. Назавтра он решил не рисковать, а изобразить подготовку к учёбе. Хотя все темы уже были прочитаны до конца года, но те же учебники, кроме Стандартной книги заклинаний, были рассчитаны на пять лет обучения. Так что тем для чтения хватало, да и в библиотеку можно было наведаться. Мадам Пинс исправно несла свою вахту. Видимо, она, как и Гермиона, была уверена, что знания должны быть доступны всем в любое время. И её маниакальное стремление к порядку в библиотеке хорошо с этим сочеталось.

А пока, пользуясь отсутствием директора, Гарри решил найти диадему, если она действительно существует. «И если Выручай-комната не плод воображения писателя», угрюмо подумал мальчик. Он поднялся к близнецам, которые для разнообразия сидели за столом в своей комнате и выполняли домашнее задание.

— Парни, мне нужно незаметно попасть на седьмой этаж…⁽⁶⁾

1) Mirror, mirror on the wall, Who has brought you here at all? — ну, вы поняли.

Вернуться к тексту

2) англ. Gower, валл. Gŵyr

Вернуться к тексту

3) Swansea — Лебединое море, ага.

Вернуться к тексту

4) Llanrhidian, две LL означают валлийский звук hl

Вернуться к тексту

5) leiðir — исл. мн. ч. пути

Вернуться к тексту

6) Автор в курсе, что технически это восьмой. Но давайте считать, что цокольный этаж в замке — действительно цокольный, а нумерация идёт с того, на который надо немного подняться.

Вернуться к тексту