Травинка (гет)

После этих слов, Бина подняла голову и развернула уши на странную активность в толпе, посмотрев за пределы ложа. Она увидела Афзала, который шел к нему твердой походкой, находясь в просто разъярённейшем расположении духа. За ним ковылял Ханем, периодически мягко касаясь его локтя, на что Афзал им дергал и мог даже ударить друга во время такого резкого движения.

Если Афзал был зол, то Ханем — печальный. Это был...Очень плохой знак

-Астарион, я бы не хотела нарушать идилию нашего общения но-

-СыН... — хриплым басом прозвучал голос отца

На это Астарион резко развернул уши, посмотрев на Алу, после чего медленно развернулся копрусом. Он, мягко говоря, не ожидал увидеть здесь отца, тем более ещё злее, чем он себе это, хоть и нежеланно, но представлял.

Астарион не успел ничего сказать, как вдруг, его резко прибили основанием рогов к краю ложа. Афзал начал бить. Он бил его так сильно, что сын начал видеть пелену перед глазами, безвольно стекая по стене и борясь с « желанием» упасть в обморок. Старший демон наносил удар, после чего выдерживал паузу, давая сыну лишь немного разогнуть ноги в коленях, чтобы тот успел приподняться до наступления новой атаки

-ОТЕЦ, ХВА- — его речь прервалась глухим хрипловатым выдохом, спровоцированным очередным тараном

— ТЫ РАЗОЧАРОВАЛ МЕНЯ. У ТЕБЯ НИЧЕГО НЕ ОТКЛАДЫВАЕТСЯ В ТВОЕЙ ДУРНОЙ БОШКЕ. КАК У МЕНЯ МОЖЕТ БЫТЬ НАСТОЛЬКО НЕВОЗМОЖНЫЙ СЫН.

-Отец...Успокойся!...

-Я вижу тебя, Афзал- Сказала Ала, с презрением наклонив голову на бок. Она по удивительному безбоязненно подошла к Астариону, помогая ему встать. Ей было известно, что это лучший способ остановить Афзала

-Я вижу тебя, Ала. И я должен сказать, что если мой сын и придёт сюда ещё раз, в чем я уже особо не сомневаюсь, учитывая СЕГОДНЯШНЮЮ ситуацию после нашего с ним откровенного разговора. К моему ОГРОМНОМУ удивлению, этот разговор не повлиял на него. Я хочу сказать тебе, Ала, о том, что ГОНИ его. Говори старшей самке и пусть ОНА уже разговаривает с ним, если не получится.

Афзал говорил сквозь зубы, переодически рыча. Глаза его, и без того красные, были как у дикого, бешеного животного . Он был так похож сейчас на волка, загнанного в угол, у которого страх сменился на атаку любой ценой

-Афзал, успокойся... — попытался вмешаться друг семьи

-Отойди от моего сына... — эти слова он адресовал Але, таращась на неё так, будто она запретный плод. Запретный плод для атаки

-Афзал... Друг мой... — продолжал Ханем

На эти слова Афзал развернулся и ударил его, сбросив таким образом копящуюся агрессию:

-ТЫ ПОДДЕРЖИВАЕШЬ МОЕГО СЫНА НЕ ТАМ, ГДЕ НАДО. НЕ СМЕЙ ВОСПИТЫВАТЬ МЕНЯ, НЕ СМЕЙ УЧИТЬ МЕНЯ. У ТЕБЯ ЭТО ХУЁВО ПОЛУЧАЕТСЯ.

-Нет уж, послушай меня, Афзал. — С этими словами Ханем принял защитно-атакующую позу, наклонив рогатую голову вперёд.

Они сцепились рогами, инициатором чего стал Афзал. Афзал атаковал а Ханем... Лишь удерживал его

Астарион не выдержал такого зрелища и попытался их разнять, как только кровь более-менее прилила к его голове. Но как только он вскочил на ноги, Афзал, увидев это, вновь развернулся и продолжил атаку уже на сына. Любое движение и звук для него был «красной тряпкой». Астарион начал вновь надрывно хрипеть от таких ударов, от них на его теле начали появляться багровые ушибы и кровоподтёки из размозженных кожи и мышц

-Отец я прошу тебя, успокойся, на нас уже плохо смотрят...Мы привлекаем лишнее внимание... — говорил он отцу, пытаясь остановить его теми фразами, которые Афзал сам часто говорил

-ПЛОХО СМОТРЯТ?! А НА ТЕБЯ НОРМАЛЬНО СМОТРЯТ, КОГДА ТЫ БЕГАЕШЬ СЮДА?!

-Отец, хватит, успокойся...Пойдём домой и поговорим...

-С ТОБОЙ? ПОГОВОРИТЬ С ТОБОЙ?! ДА С ТОБОЙ БЕССМЫСЛЕННО РАЗГОВАРИВАТЬ! Я С ТАКИМ ОБЛЕГЧЕНИЕМ ВЫДОХНУЛ ПОСЛЕ НАШЕГО ДИАЛОГА, РЕШИЛ, ЧТО ТЫ УСЛЫШАЛ И ПОНЯЛ МЕНЯ. НО ТЫ ПРЕДАЛ. ПРЕДАЛ МЕНЯ, МОЁ ДОВЕРИЕ. ТЫ ПРЕДАЛ СЕБЯ И СВОЁ ЧЕСТНОЕ СЛОВО, АСТАРИОН.

-Я НЕ ДАВАЛ ТЕБЕ НИКАКИХ СЛОВ, УСПОКОЙСЯ! — внезапно, появившимся впервые в его жизни басом, рявкнул Астарион, за что после секундного колебания он снова получил сильный удар

-АФЗАЛ, ПЕРЕСТАНЬ БИТЬ ЕГО. ТЫ БЬЁШЬ ЕГО КАК ВРАГА, КАК ЧУЖОГО. ОН ТВОЙ СЫН — В попытках вразумить повысил тон уже Ханем, попутно пытаясь оттащить Афзала, крепко вцепившись в него руками . Но,как известно, Афзал хоть и достаточно низкого роста — не по росту крепок и силён. Он рвался вперёд как питбуль, нанося сыну один жестокий , уже убивающий удар за другим.

Ала смотрела на происходящее с шоком, который переодически сменялся на отвращение в её глазах. Она пошла к ним вновь, пытаясь своим присутствием повлиять хотябы на размашистость и силу удара Афзала

Над ними нависла большая тень. Первым её увидел Ханем, после чего на нее резко повернула голову Ала.

-Афзал, Астарион, ХВАТИТ, БЕГИТЕ — Со всей мочи вырвалось из груди Ханема.

Он собрал все свои силы и схватил товарища, обхватив его руками за плечи и грудь так, чтобы тому было труднее поднимать их. После резкого торможения, когда друг попытался осмыслить ситуацию, он резко дёрнулся назад. Афзал же, наперекор: дёрнулся вперёд. От этого дисбаланса они упали.

Упав на Ханема спиной, Афзал увидел над ними руку Его Величества. Бешеность из его глаз не пропала, он смотрел на неё оскалившись, ощетинившись и стиснув зубы, будто в своей никак не угасающей слепой ярости... Он был готов не только на то, чтобы его придавили, но и, кажется, на то, чтобы пустить кровь уже самому Сатане. Демоны вокруг ринулись врассыпную в агонии, особенно, когда увидели наглость Афзала по отношению ко власти

-АЛА, УБЕГАЙ! — крикнула Бина

Но Ала стояла и смотрела на огромную ладонь. Это тот самый случай, когда в самый неподходящий момент твоё тело оцепенивает. Она видела эту руку, и видела, как рассержен был Сатана.

-АЛА! АЛА, УБЕГАЙ! — Кричала ей Бина. Но на последнем своём выкрике она поднялась с места и спрыгнула к ней, схватив её за руку и начав оттаскивать к ложу, чтобы прижаться к его стене, укрыться от опасности.

Рука внезапно затормозила. Она оставила лишь небольшой поток воздуха, в память о своём смертельном напоре. Этот теплый ветер с инерцией распространился, довольно ласково пошевелив волосы рядом находящихся

Астарион медленно поднял взгляд. Он не испытывал никаких эмоций, на его душе было пусто. Отец НИКОГДА не был так зол и НИКОГДА не бил его всерьёз, да ещё и настолько сильно. Астарион знал, что папа мог его сегодня убить

Рука нависала над ними. Она была такой огромной и горячей, несла за собой на памяти всех находящихся рядом ничего, кроме смерти. Никто, попавший в эту ладонь...Уже никогда не ступал ногами на землю

Пальцы её медленно разжались, после чего сложились так, что свободен был лишь указательный. Когтем, Его Величество небрежно разьеденил Ханема и Афзала. Так как Отец был сверху, основной удар пришёлся на него, из-за чего его откинуло, несколько раз прокувыркав по земле. Черти расступались, не смея помочь

-Астарион... Медленно иди ко мне... — сказал Ханем, вытянув к нему руку

Астарион посмотрел, подполз и лёг рядом. Ханем обнял его и прижал к себе, поднимая взгляд на руку и немного жмурясь от справедливо посещающей его голову мысли о том, что больше они не обнимуться. От мысли, что Афзала сейчас нет в этих обьятьях

Один разъярённый происходящим чёрт из толпы посчитал себя правым свершить самосуд. Он, наклонив с агрессией голову, начал делать шаги к Афзалу, желая добить его, растерзать за учинённое.

Послышался громкий хлопок, от которого земля пошла дрожью.

Люцифер ударил рукой в толпу, через которую пробивался этот демон. На этом месте уже не было никого в живых.

Медленно отняв руку от земли и протянув по ней прилипшие к ладони тела, Его Величество захватил когтями то, что удалось соскребсти, начав поднимать. В момент, когда рука начала проходить над ложем, пальцы его разжались.

Бывшие соратники, которые сейчас лишь драгоценная еда, упали на ложе, едва узнаваемые в красной, липкой каше. Они попали на то самое, желанное всеми место, ради которого работали всю свою жизнь.

Без каких-либо колебаний от произошедшей ситуации, без ужаса смерти и брезгливости, этот кроваво-тёплый фарш был вмиг растащен по углам женских угодий. Глубоко в душе самок, которые урвали мясо, была не горечь...Там была радость от того, что у них есть чем насытиться сегодня.