Когда послушал старую, мудрую шляпу и не прогадал (джен)

Поезд мчал Гарри обратно в Хогвартс, и за окном проплывали заснеженные холмы. Гарри сидел в купе, задумчиво глядя в пространство, и вспоминал каникулы.

Малфои присмирели так стремительно и сильно, что Гарри даже стало немного неудобно. После того случая с Аристотелем и коллективным стоянием на коленях Люциус ходил по собственному дому на цыпочках и спрашивал у Гарри разрешения буквально на всё. «Мистер Поттер, вы не будете против, если мы подадим ужин?» — «Мистер Поттер, позволите ли вы открыть окно?» — «Мистер Поттер, могу ли я дышать в вашем присутствии или мне лучше задержать дыхание?»

К концу каникул Гарри это порядком утомило, и он решил обратить ситуацию себе на пользу. За вечерним чаем он отложил ложечку для джема, посмотрел Люциусу прямо в глаза и сказал:

— Знаете, мистер Малфой, становление новым Тёмным Лордом — дело затратное. Мантии, артефакты, подкуп министерских чиновников... сами понимаете.

Люциус не просто понял. Он просиял. Кажется, в его картине мира Тёмный Лорд, который не просит денег, был бы крайне подозрительным...

— Разумеется! — воскликнул он и полез в ящик стола за чековой книжкой. — Сколько? Десять тысяч галлеонов? Двадцать? Пятьдесят?

— Для начала хватит тридцати, — небрежно бросил Гарри.

Люциус выписал чек с таким лицом, будто это Гарри сделал ему одолжение, а не наоборот.

— Инвестиции в будущее, — пробормотал он себе под нос и аккуратно поставил подпись.

Теперь, в поезде, Гарри вспомнил и о подарках. Малфои расстарались: Драко вручил ему новейшую метлу «Нимбус-2000». Нарцисса подарила набор артефактов для защиты от тёмных сил. Люциус — старинный фамильный кинжал с рубином, который, по его словам, «пил кровь врагов ещё при первых Малфоях».

Гермиона прислала книгу. «Продвинутые зелья: за гранью учебника». Но к книге прилагалась открытка с надписью «Моему первому другу», и Гарри, к собственному удивлению, сохранил её. А в ответ отправил ей роскошное перо с бесконечными чернилами — чисто прагматично: удобно писать конспекты. Ну и приятно, наверное.

Дурсли тоже не ударили в грязь лицом. Дадли прислал коробку шоколадных конфет с припиской: «Ты просил ничего не ломать в твоё отсутствие. Я ничего не сломал... Почти». Тётя Петунья — тёплый свитер. Дядя Вернон — сертификат в магазин «Всё для дома и офиса». Практично, хоть и бесполезно. Гарри оценил.

Но главный сюрприз лежал на столике, завёрнутый в серебристую ткань. Мантия-невидимка...

Вернувшись в Хогвартс, он первым делом зашёл в кабинет Снейпа. Профессор как раз проверял эссе и, увидев Гарри, попытался изобразить суровость, но вышло плохо.

— Сэр, мне анонимно подарили мантию-невидимку, — без предисловий начал Гарри. — Хотел спросить — вы не знаете, чей это почерк? — он протянул Снейпу прилагающееся письмо.

— Это почерк Дамблдора, Поттер. Не знал, что он хранил эту мантию...

Гарри кивнул. В голове у него пронеслась мысль, которая задержалась надолго: «Вернуть человеку его же вещь и подать это как подарок... Вот это ход. Вот это я понимаю — манипуляция высшего уровня. Директор, вы гений. Я тоже так хочу».

— Спасибо, сэр, — сказал он вслух. — Я подумаю над этим.

— Подумайте, Поттер. И постарайтесь не вляпаться в историю.

— Я постараюсь, сэр. Но ничего не обещаю...