Институт (джен)

Новых сообщений от Мамерка не было и Филомела надеялась, что он освоился в новом для него мире.

Она по-прежнему ежедневно дежурила у себя на Горе, в грозы и в ясную погоду. Наблюдала за кальдерой, изучала местные лекарственные растения, ну и, конечно, слушала треск помех на своей рации.

В очередную грозу ей неожиданно прислала сообщение Рина. Оно было не по графику, значит, важное.

— Встречусь с тобой через неделю на нашем месте. Рина.

На рыночной площади ей не пришлось играть на флейте Моцарта.

Рина неожиданно подошла сзади.

— Что-то случилось?

— Ещё серьёзнее, чем то, о чём мы говорили.

— Куда уж серьёзнее? Что, совсем разгоняют?

— Требуют явки всех исследователей, в обязательном порядке. Кто не явится — ответственность вплоть до уголовки.

— Ты что? Разве такое может быть? Мы же не подчиняемся законам никаких государств, кто нас может преследовать?

— Оказывается, может. Мы теперь подчиняемся военному альянсу.

— То есть, союзу всех самых одиозных режимов на Земле?

— Ну да. Типа, «ось зла»…Не помню, кто это сказал… У них свой суд, военный трибунал, а те, кто им не подчиняется — изменники.

— Чьи? Я лично никому из них не присягала и в верности не клялась.

— Мы все в штате Института, а они провернули такой фокус, что Институт теперь в ведомстве Альянса. Получается, что мы — подданные Альянса, а значит, нам могут припаять измену Альянсу, хотим мы того или нет…Помнишь рассказ Вашингтона Ирвинга о том, как человек заснул в одной стране, долго проспал и проснулся совсем в другой? Вот с нами то же самое.

— Ужас…

— Всё ещё хуже, чем ужас…Помнишь, мы говорили, что у этих вояк нет интереса к исследованию наших дальних миров, что они протянут свои лапы к чему-то поближе и попроще для них…так вот…мы ошибались! Они как раз-таки и заинтересовались Барьером и мирами прошлого.

— Но почему? Барьер же могут пройти один-двое, не больше!

— Понимаешь…им подали идею. Есть один хмырь, ничего особенного…мелкий клерк, но шустрый, юркий, всегда готовый услужить…такие чуют власть и умеют к ней подлизаться…Он ничего не достиг, был всегда на побегушках, вечный стажёр…Ни в одной дальней экспедиции ни разу не был…Я даже забыла его имя…

— Он подал идею?

— Именно. Идея в том, что захватить власть легче в технологически не развитой цивилизации. Вспомнил о конкистадорах, о том, что небольшие группы испанцев одолели многотысячную армию инков…или ацтеков…не помню. И завоевали Новый свет. Им нужно было золото — и они добыли его для казны Испании.

— Но это сделали болезни, которые испанцы принесли с собой. Оспа выкосила процентов девяносто населения. Разве не так?

— Ну, не знаю. Начальство, эти бычары, идеей загорелись и готовы выделить средства на изучение Барьера. Они считают — и, возможно, они здесь правы — что там, где пройдёт один-двое, смогут пройти и больше. Отряд, полк, дивизия…

— И что теперь?

— Мы этому хотим помешать. Наш актив, координаторы, ядро исследователей. Мы тайно собрались, соблюдая все меры предосторожности, отмели всех, кто потенциально мог бы настучать. Это была очень кропотливая предварительная работа. Мы решили укрепить и закрыть Барьер. Совсем. Так что, тебе придётся решать, вернёшься ты или останешься.

— У меня наладилась связь с Фульвием Синистром. Он пишет мне отчёты о новом языке нового народа…Мне бы хотелось со временем создать грамматику и словарь…

— Понимаю. У тебя месяц на размышления. То же самое касается и нашего Мамерка. Я ему всё рассказала и он обещал принять решение…Если ты решишь остаться, я смогу тебе в последний раз подбросить герметичной упаковки для твоих материалов и техники — ведь она у тебя есть, я знаю.

— Была бы тебе благодарна. Что бы я ни решила, упаковать и спрятать всё нужно, и не в одном месте. Постараюсь сделать побольше копий.

…Филомела шла в раздумье. Она ещё не до конца осознала, что ей предстоит. Остаться? Значит, надо влиться в ту реальность, от которой ей хотелось хоть немного, но отгородиться, в чём помогали ей её гаджеты. Она должна стать полноценной частью этого мира, и, пожалуй, она не против этого…Но Институт! Институт, которым она всегда восхищалась, радовалась его возможностям, гордилась его людьми, духом свободы и дерзания, который его наполнял! Неужели он так легко сдался, уступил варварам — властолюбивым психопатам, лишённым ответственности и совести? «Мы так делаем, потому что можем», — говорили они с циничной ухмылкой. Значит, надо сделать так, чтобы не смогли. Да, лучше навсегда закрыть Барьер, защитить миры и сохранить знания. До лучших времён. Не навсегда же они! Их нельзя переубедить или перевоспитать. Они заточены на захват, покорение. Они глухи к доводам разума и действуют, как инвазивная флора или фауна, вытесняя любые разнообразные формы жизни, если не встречают сопротивления…

Нет, не всё потеряно, думала она. «Пока дышу, надеюсь», “Dum spiro spero…”