Защита Шестого. Из дневника Рона Уизли (джен)

хвостик предыдущей главы

* * *

Записываю про наши похождения и вспоминаю мамины слова насчет пьески из репертуара начальной школы. Ага, по которой она удивлялась, что на магловском вокзале полно маглов и забыла номер платформы девять и три четверти.

В скетче, который мы поневоле разыграли, чувствуется та же авторская манера: логика на уровне «дважды два синий кот в унитазе», в кустах рояли, на сцене танки, и все это ползком несется к финалу, потому что магия.

Акт первый: помощница режиссера жирная баба, пардон, Полная Дама выталкивает актеров на сцену. Ладно, мы сами вышли. Но шанса передумать и вернуться нам не оставили.

Акт второй: топаем в засаду. Невилл сопит и спотыкается, Гермиона ворчит — ну, чисто неслышный шаг индейцев в прерии. Филч в роли Винету, понятно, должен подребездеть со своей кошкой, а то мы ж не поймем, что он в засаде, и тогда что? Ловить нарушителей рано, пьеса еще не сыграна... Кстати, насчет Филча я не уверен, был ли он вообще. Может, только голос наколдованный? Тогда было бы понятно, почему мы все время бежали, а он еле шаркал и умудрялся висеть у нас на хвосте.

Акт третий: удираем. Тут Гаррино везение чуть не сломало замысел режиссера. От кабинета чар до нашей башни десять минут хода, дорогу знаем… Но режиссер выводит на сцену второго помощника, и Пивз загоняет нас в Запретный коридор. Из северного крыла замка в западное. Со второго этажа на третий. При этом по лестнице мы не бежали.

Нет, я понимаю: магия! Но кому подчиняется магия замка?

То-то!

Сентябрь-октябрь. Дружба Уизли

Несколько записей без даты

* * *

Превращали спички в иголки. Почему не сосновые хвоинки или еще что-нибудь одинаковое и доступное — загадка хитровывернутого Маккошачьего мышления. Сомневаюсь, что спички можно купить в Хогсмите — магам они не нужны. В нашем полумагловском Оттери, и то не каждый день увидишь деревянные спички: в пабе есть картонные с рекламой заведения, а так у всех курильщиков зажигалки.

И вот приходим на трансфигу, Маккошки еще нет, а на столе у нее сразу две загадочные вещи: банка с этикеткой «Корнишоны маринованные» и в ней россыпью спички.

Детки из мэноров ищут связь, Паркинсон толкает версию, что эти красивые огурчики выращивают из тех палочек.

Трансфигурируют, поправляют ее, у нас же трансфигурация, а не гербология.

Но Паркинсон не собьешь, она знает, что еду нельзя трансфигурировать! А палочки, вон, и коричневым помазаны, чтоб знать, какой стороной их втыкают в землю.

Драконий навоз, вставляет тихо угорающий Дин.

Невилл простодушно соглашается, что да, по цвету похоже и серой отдает.

Малфоеныш между тем успел сунуть спичечную головку в рот. Услышал про навоз и взвыл, что его хотели отравить. (Дерьмо — дерьмом? Где логика?!). Кто посягнул? Да известно, кто у нас главный враг Малфоев и всего рода человеческого: предатель крови Уизли и его прихлебатель Поттер!

Это был небывалый взлет в малфоевской карьере клоуна. Лицо вытянулось даже у ледяной принцессы Дафны Гринграсс. Финниган сказал, Ронище, да ты реально крут! Это ж надо — иметь в прихлебателях Гарри Поттера! А Гарри, с серьезным видом: А то ж! Мальчик-который-Уизел * — колдун крутейший!

Гарри пошутил! Я торчу, джентльмены.

А «предатель крови» проскочил у всех мимо ушей. Малфоеныш слишком обгадился, чтобы к нему прислушивались.

Пришла Маккошка и разъяснила, что эти палочки называются спички, и мы будем их трансфигурировать в иголки. Название как название, окно называется окном, а спички спичками.** И нет, какого-нибудь особенного назначения у них не имеется (красноречивый взгляд в сторону маглорожденных. Понимаю, почему спички в банке, а не в коробке). Нет, мисс Паркинсон, коричневое на палочке не показывает конец, на котором надо трансфигурировать игольное ушко. Оно ничего не показывает, а просто намазано. За таком. Нет, не драконий навоз. Мистер Малфой, я же вижу, что вы съели не все, в банке еще много, значит, не отравитесь. Ну, сплюньте в носовой платок. Можете отправить отцу на экспертизу. Он тоже трансфигурировал спички в иголки, но спичек не ел! А теперь повторяем за мной жест!

Я со своей юберпалкой боялся колдовать. Махал для вида, когда Маккошка смотрела в мою сторону, а больше валял дурака. Вспомнил, как мальчишки в Оттери зажигали спички о крашеные стены и даже о стекло, примерился и черкнул своей по парте. Получилось. Дин воспринял как вызов и показал Ист-Эндский шик: за спиной у Маккошки присел, задрав мантию, и зажег спичку о задницу, по натяжке.

Народу стало не до иголок, когда магловские палочки так забавно вспыхивают! Какие спички не пожгли, те переломали.

Маккошка озверела. У нее ж дисциплина, «кто нарушит, тот покинет класс и больше сюда не вернется»! А тут повальное нарушение. Поджигательской эпидемии не поддались только Гермиона и Дафна Гринграсс, и то потому, что успели переделать свои спички в иголки. Маккошка накинула примерным девочкам по пять баллов, а с остальных по столько же сняла.

Эпический облом! Баллами не разбрасываются, что штрафными, что наградными. Уж на что Снейп придирается к Гарри, и то снял с него всего пару, в два подхода.*(3) За неделю. А тут за один урок с наших сорок, со слизней тридцать пять (у них просто учеников меньше). Перси не разговаривал со мной, только скрежетал зубами.

А все равно прикольно было!

* Weasel — ласка (в смысле зверек), проныра. И, кстати, snitch — проныра.

** По-английски match — спичка, а также матч, состязание, ровня, пара, брак, партия, запальный фитиль.

*(3) В каноне именно так. Почему фикрайтеры снимают баллы десятками?

* * *

Заметил, что профессора по-разному колдуют для учеников и для себя. Нам показывают жесты размашисто, как забор красят, а для себя крутанут палочкой, и готово. Маккошка любой жест вписывает в размер блюдечка. Спросил ее и сразу понял, что напрасно. Я еще договорить не успел, как Маккошка сморщила губы в куриную гузку, словно держит во рту какую-то дрянь и ждет возможности выплюнуть, не нарушая приличий. Вот, дождалась:

— Мистер Уизли! Школа требует от учащихся академического исполнения жестов!

Это все? Эй, загадочный разум анимага! Я знаю, чего требует школа. Я спрашивал, почему ты делаешь не то, что требуешь от нас!

Пошел к Флитвику. Если Маккошка выписывает свои заклы на невидимом блюдечке, то маленький профессор как будто обводит буквы на галеоне, даже палочку держит, как перо. А нам показывает простой хват, с указательным пальцем вдоль палочки.

— Мистер Уизли, жест — ни что иное как информационная матрица… — начал Флитвик. Глянул на меня и прочитал вопрос: «Чего-сь?». — Представьте, что жест — это адресованное Матери-магии письмо с просьбой что-то сделать для вас. Ребенок пишет кривыми заглавными буквами. Тратит много усилий, путается с написанием, но в конце концов магия кое-как его понимает и выполняет просьбу, нередко тоже кое-как. Старательный юноша вырабатывает ровный почерк, усилий тратит меньше, а результат получает лучший, потому что магия понимает его всегда и полностью. На этом большинство магов и останавливается. А особо неленивое меньшинство пытается оптимизировать процесс: упрощает начертание букв и пишет как можно мельче. Вам это стараются не показывать, а то еще повторять станете.

Я спросил, а разве плохо — сразу разучить самый лучший способ?

— Так академическое исполнение и есть самый лучший способ ДЛЯ ВСЕХ. На его основе продвинутый маг создает самый лучший способ ДЛЯ СЕБЯ… А, легче показать, чем объяснить! — решил Флитвик. Отрезал палочкой чистый кусок пергамента от чьего-то эссе, призвал перо и застрочил. — Держите. Когда сможете повторить, подходите — все тонкости своей техники открою.

Взял я пергамент, а там бисерным почерком:

У нашей Мэри есть баран,

Собаки он верней,

Куда бы Мэри ни пошла,

Баран бежит за ней.

Смотрю на Флитвика — улыбается, но не похоже, что разыгрывает. Просто доволен, что озадачил меня.

— От вас требуется написать эти или любые другие несколько строк таким же ровным и мелким почерком. Не старайтесь копировать меня, главное не написание букв, а повторяемость результата. «Мэри» в третьей строчке должна ничем не отличаться от «Мэри» в первой.

Вечером я взял дневник, и мое изучение секретной профессорской техники накрылось троллячьим шлангом. У меня даже на одной странице нет двух одинаковых «Гарри» или «Невиллов», а в записях за разные числа еще и наклон букв меняется. Неровный почерк и, как я теперь понимаю, жесты палочкой тоже хоть немного да отличаются каждый раз.

А Флитвик хорош. Против Маккошки он как шустрый ерш против воблы. Ага, засушенной в прошлом веке. Подшучивает над своим детским росточком. Волшебнику его уровня ничего не стоит сотворить дубовую трибуну из клочка пергамента, а он карабкается на стопку книжек, даже не прихваченных клеящими чарами, случается, падает и смеется над собой громче всех. Легкий человек.

Объяснения Флитвика помогли мне приноровиться к палке. Нарочно ошибаюсь в жесте или в произношении, если совсем не получается, немножко меняю… меняю… и — бац! — магия, как и раньше, сливается в ноль, но последствия не такие разрушительные. Как будто плеснул из ведра в бутылочное горлышко: девять десятых мимо, а того, что попало, хватает, чтобы зажегся Люмос или взлетело перышко.

* * *

Снейп достает Гарри на каждом уроке. Задает вопросы из конца учебника или встанет за спиной и гневно сопит — у Гарри аж лохмы шевелятся.

Кстати, защитных шапочек или косынок на зельеварении не носят, хотя надо бы. Помню, Фред и Джордж после первого курса стали что-то варить в саду, а мама давай гонять их полотенцем. Они не понимают, за что, а мама уверена, что близнецы придуриваются. Ее-то еще Слизнорт натаскал, что волос в супе — неприятность, а волос в зелье — «тролль» и отработка, а то и путь в больничное крыло. В волосах мага — магия, ага? Поменьше, чем у единорога, но хватит, чтобы изменить свойства любого зелья, а взорвется оно, превратится в отраву или просто будет запорото — это уже частности. Снейп, конечно, знает. У самого башка напомаженная, волосы аж слипаются в сосульки.

Чтобы поднять герою самооценку, я стал делать ошибки. Гарри меня поправлял, он дома готовил еду, а это похожее дело, разве что кулинарные рецепты не требуют мешать суп то по часовой стрелке, то против. Два раза подряд мы сдали зелья на «удовлетворительно» — достижение, если учесть, что Снейп автоматом занижал нам оценки. Сальноволосый решил, что непорядок, этак мы в отличники выбьемся, и поставил меня в пару с Гермионой, а герою обеспечил ходячую катастрофу — Невилла.

Наследник Лонгботтом боится Снейпа буквально до отключки. Почует на себе взгляд, и давай отыгрывать примерного ученика, который вот стоит, зелье варит. Что при этом летит в котел, сколько раз оно помешивается, Нев не соображает. Раз тащит в зелье какую-то дрянь, с моего места не разберешь, а только видно, что Гарри его шепотом уговаривает. Нев кивает, вроде соглашается, а сам оттирает Гарри от котла, и уже ясно, что дожмет массой, если только не получит в нос. Гарри натянул рукав на пальцы, схватил котел с огня и убежал. А Нев, завершая программу Примерного Ученика, отправил бяку в котел Дина и Симуса.

Итог: взорванный котел один, пострадавших в больничном крыле трое, и как привет и стимул для скорейшего возвращения к учебе каждый получил по штрафному баллу и по неделе отработок. Герою за спасенный котел отдельная награда: за ужином Снейп объявил, что учащийся Поттер бегал по классу с кипящим зельем. Такого, мол, прецедента не создавал даже наглый, самодовольный и далее по списку отец Поттера, поэтому он, профессор Снейп, не берется оценивать тяжесть проступка, а доверяет это декану Гриффиндора. В ответном слове мисс Строгая Дисциплина, как всегда не утруждая себя разбирательством дела, слупила с Гарри еще три очка.

Ну почему у всех нормальные деканы, а у нас Маккошка?!

* * *

Метлу герою подогнали. «Нимбус», в точности как говорил сэр Альбус в первую мою ночь в Хоге, когда Гарри еще летать не попробовал. Совпадение?

Сейчас метелка номер один — германо-швейцарский «Blitz-300». Триста — километры в час, практический предел скорости. Чарли говорил, что у дойчей умопомрачительные чары нового поколения, без них либо седока сдует, либо метелка в пять минут вытянет его магию на поддержку щитов. «Нимбусу» надо было ответить, а нечем. Убрали штук двадцать прутьев из рулевого модуля, дотянули, а скорее округлили скорость до двухсот миль в час. Добавили нолик для рекламы, дали отделку а-ля «Роллс-ройс». Статусная вещь, сказал бы Джимми. Вроде тех спорткаров, которые покупают, чтобы девочек снимать. Для спорта выбирают другие тачки.

Формально ловцу нужна скоростная метла, двести миль в час больше, чем триста километров, даешь «Нимбус 2000» для героя! Но это продавцы могут втирать бабушке Невилла, если та свихнется и решит одарить внука метелкой мечты. Кто хоть немного разбирается, глянет на тощий пучок прутьев и скажет, что у «Нимбуса» должны быть траблы с маневренностью. Это метла для гонок по прямой. В погоне за снитчем его надо хватать с первого захода — если промахнешься, соперник тебя сделает, пока будешь разворачиваться. А на выходе из пикирования «Нимбус» будет сильно проседать. На нем Гарри не смог бы подхватить напоминалку Лонгботтома в двух футах от земли — воткнулся бы на скорости до пояса.

Самое гнилое в этой истории то, что на метлу для Гарри, по слухам, разорилась Маккошка, горячая фанатка квиддича. Лет сорок она покровительствует команде грифов — вот не поверю, что не научилась разбираться в метлах. Скорее тут вмешались те самые высшие цели, ради которых нас постоянно макают в дерьмо. Приказал Величайший Козел подогнать герою самолучшую метлу, ту под красным лаком, на которую мальчишки в Косом облизываются. И Маккошка под козырек: Йес, сэр! Повелите вручить с торжественными словами или типа втайне? Козел позвенел бубенчиками в бороде и постановил: втайне! Но чтоб каждая собака знала!

Надо было видеть, как совы притаранили ну, очень узнаваемый сверток, а Маккошка конспиративно шипела: «Не разворачивай при всех!». Не развернул. И все, конечно, подумали, что это весло. Не метла же.

Малфоеныш закатил истерику: тебя должны выгнать! Метлы первокурсникам запрещены!

Соседи по комнате, скажем так, не поздравили. Молча посмотрели, как счастливый Гарри прижимает метелку к груди, и расползлись по кроватям. Вообще, многие ворчали, что правила должны быть одинаковые для всех. Доволен только Оливер Вуд: ты легкий, шустрый — то, что надо! Порвем слизней!

Гарри теперь самый молодой ловец за последние сто лет.

* * *

Может, все-таки убить Драко?

Если рассуждать по-шахматному, он у Малфоев за короля: фигура с ограниченными возможностями, однако — наследник, без которого игра для белых потеряет смысл. Хотя не прекратится, вот такие у нас кривые шахматы. Белый ферзь Люциус Малфой будет мстить, пока жив. У него деньги, а это возможность ставить на доску новые фигуры.

У нас против денег одно лекарство: темп. Не дать белым развернуться, столкнуть их ферзя с нашим один на один. Билли уделает Люциуса, не вспотев.

И попадет в Азбакан.

Для тех времен, когда наши предки давали обет кровной мести, это выгодный размен. А сейчас? Понятия не имею, тут надо законы знать. Вдруг отца выгонят со службы, нас из школы, палочки сломают? Или — наоборот, Билл победит Малфоя на дуэли, все законно, секунданты жмут руки, гробовщик измеряет рост проигравшего, вдова шепчет победителю: «Ах, я вся ваша» и уточняет, какие буду распоряжения по трофейному мэнору. Ничего смешного! Все говорят, что законы магической Британии недалеко ушли от средневековых, а тогда убить лорда и жениться на вдове было обычным делом. В свое время Малфои даже без этих заморочек согнали наших предков с родовых земель, а почему сейчас мы не можем дать ответку?

Чтоб мне троллевы тряпки стирать, если адвокаты не смогут повернуть хоть так, хоть этак. А на адвокатов у нас денег нет.

Ладно. Не мне резаться с Люциусом, не мне и фантазировать на эту тему.

Лично я могу убить только Драко Малфоя.

Помню, что говорила бабушка Цедрелла. Но слова не убивать Драко она с меня не взяла, а это навевает… Навевает!

Если, допустим, откат ударит по мне одному, размен в нашу пользу будет архивыгодный! Стану сквибом, пойду в обычную школу с Джимом. Люциус не даст мне жить, но с ним пускай Билл разбирается.

Надо посмотреть законы, там должно быть четко — с какого возраста сажают в Азбакан, с какого могут отдать дементору. Торговать и жениться разрешено с семнадцати, а убивать?

* * *

За прошедший месяц у нас с Гарри хорошо если набежала неделя нормальных учебных дней. Чтоб вовремя встать, поесть, отучиться в классах, расслабиться за шахматишками, сделать домашку и в люлю. Без отработок, без взрывающихся котлов и заботливых рук мадам Помфри, без квиддича, без Хагрида с его слюнявым Клыком, без Малфоевых закидонов и ночных поисков приключений на свои задницы.

Учусь кое-как, выезжая на том, что совсем незнакомых тем для меня нет: одно слышал от Персика, другое у близнецов подсмотрел.

Гарри считает, что так и надо. В началке у него верхней и единственной планкой было Е, «плохо».* За «очень плохо» запирали в чулане, за «не совсем успешно» бил дегенерат кузен, не позволяя «ненормальному» учиться лучше себя.

Нет, Гарри вообще за учебу. Но надо различать личное и общее. Тренировка — общее, не может же герой подводить команду. А потом сразу за книги! Только отдохнет и немедля! После того, как сходит посмотреть на кубок Джеймса Поттера в Зале наград. И научится в плюй-камни, а то герою неловко даже правил не знать, когда вся школа играет. Но уж после этого выспится и со свежей головой учиться! Если на тренировку не позовут.

Гермиона сделала вывод и начала отдаляться. Ни разу с нами не заговорила с того дня, как Гарри получил метлу. На зельеварении мы с ней по-прежнему в паре, но Гермиона позволяет мне только нарезать или давить. Подальше от котла. Говорит, помню я, как ты с Гарри варил. А я тогда нарочно лажался, но ей ведь не скажешь…

Мерлин Великодушный, она мне нравится! И Муфалда. У Муфалды Сиська, у Герми пока нет, но все равно — нравится!

* Е — первая проходная оценка, вроде нашей тройки с минусом.

Финал будет в выходные. Или раньше.