Белокурый бард Ремнанта (джен)

Знать о существовании Бэйнсоу не равнозначно знать его местоположение, а Пирре было необходимо вернуться в Бикон, чтобы подготовиться к учебной неделе. Возможно, это было к лучшему, так как Нео нужно было время, чтобы оправиться, а ему с Илией нужно было время, чтобы выйти на след. И несмотря на то, что мероприятие было постановочным, Пирра опубликовала фотографии на своей официальной странице в интернете, подтверждающие, что она встретилась и провела приятный вечер с мирной организацией.

Реакция в Сети была неоднозначной.

Честно говоря, большинству было по барабану на её мнение. Знаменитость делала свои дела знаменитости. Однако это большинство молчало, уступая место крикливому меньшинству, считавшее себя большинством из-за своей крикливости. Были те, кто поддерживал её, и те, кто хейтил, некоторые даже строчили посты, что она предательница, сочувствующая террористам. Жон переживал по этому поводу, но Пирра лишь смеялась над этим, говоря, что не заботится о своей репутации и что будет только рада, если часть её славы исчезнет.

— Интернет, как всегда, остаётся рассадником зла, — пожаловался он Нео, листая свой свиток. Немая девушка откинулась на его ноги, воспользовавшись его коленями, как подушкой. Жон нежно гладил её по волосам, пока её взгляд блуждал туда-сюда.

— С тобой всё в порядке?

Ему вяло улыбнулись и, несмотря на трясущиеся руки, показали большой палец.

Нео всё ещё была под кайфом, но, по крайней мере, была в сознании и могла функционировать. Однако он не доверял ей разгуливать по пентхаусу, в котором был балкон, в одиночку. Последствия могли быть ещё хуже. Он не знал, пробовала ли Нео наркотики раньше, но он слышал, какую ломку мог испытать человек, которому отрезали доступ к новой дозе.

«Может быть, я могу помочь ей пережить это мотивирующей песней. Это меньшее, что я могу сделать после того, как она накачалась наркотиками, пытаясь мне помочь».

И если он смог убедить террористов изменить свой образ жизни и раскаяться в содеянном, то, несомненно, сможет убедить Нео перебороть зависимость. В идеале таким образом, чтобы этот процесс был безвреден для неё. Хм. На самом деле это была интересная идея. Можно ли использовать его Проявление во благо? Очевидным ответом было «да», что уже было сделано несколько раз, но могло ли оно быть направлено на достижение определённой цели? Если, например, он опубликует мелодию с эффектом мотивирующей песни в Интернете под псевдонимом Гитар-Ки, чтобы помочь наркоманам преодолеть свою зависимость…

Сможет ли это, несмотря на расстояние, помочь им спасти свои жизни?..

Квеста не появилось, но идея была интересной. Он уже подумывал о том, чтобы поддержать Пирру и выпустить клип от лица Гитар-Ки в поддержку новой политики Белого Клыка. Он изменил их, так что в некотором смысле несёт за них ответственность, и, возможно, таких ячеек, как принадлежащая Бэйнсоу, гораздо больше, чем он думает, и лучше их убедить сложить оружие, пока они не натворили чего-нибудь плохого.

— Как думаешь, Нео, мне стоит это сделать? — хотя она и не знала о его Проявлении, но знала о его альтер-эго. — Я мог бы обратиться к своей аудитории и вдохновить их на поддержку фавнов. Это настроит многих людей против меня, но они всё равно не знают, кто я такой и как до меня добраться так, что плевать.

В ответ Нео принялась теребить его воротник, что могло бы заставить его волноваться, если бы не то, что она скорее выглядела очарованной его формой и текстурой. В любом случае, он ещё долгое время не сможет дождаться от неё вразумительного ответа.

Послышался стук в дверь, и он крикнул, что дверь не заперта и Илия может войти. Он впервые пригласил её к себе домой, решив, что может доверять ей после всего, что она сделала для него. Илия, присвистнув, провела пальцами по мраморной столешнице в центре кухни и стала осматривать огромную гостиную.

— Чёо-о-орт, а музыкантам то шикарно платят.

— Только если ты шикарный музыкант, — ответил он. — Как дела?

— Неплохо, честно говоря. Лучше, чем можно было бы подумать, учитывая, что среди нас было два предателя. Дири пытается заставить Перри покаяться, но у неё пока ничего не получается. Остальные… Я бы не сказала, что они полностью доверяют ей, но трудно не испытывать к ней жалости, учитывая, какая она плаксивая. Она также подтвердила, что других предателей нет. Я не думаю, что она лжёт.

Он точно знал, что она не лгала.

— Хорошо. Есть какие-нибудь идеи о местонахождении Бэйнсоу?

— Единственное, что мы знаем, это то, что он встречался с ними в канализации, но Дири не думает, что он там живет. Это просто убежище. В любом случае, позже я спущусь туда с несколькими ребятами, чтобы попытаться найти какие-нибудь следы, — Илия поджала губы, очевидно, ей не нравилась эта идея. — Я дам тебе знать, как всё пройдет.

— Нужна моя помощь?

— Сомневаюсь. Если только ты не какой-нибудь канализационный гуру на пол ставки, — Илия кивнула на Нео. — Как она?

— В приподнятом настроении, счастлива но, вероятно, в ближайшие день-два её накроет.

— Ой. Приглядывай за ней. Сама никогда этого не делала, но я знаю нескольких парней, которые принимали наркотики, чтобы успокоить нервы перед боем. Я даже слышала, что некоторым солдатам в Атласе офицеры раздавали стимуляторы, вызывающие привыкание. В любом случае они ломают людям жизнь.

— Я буду держать её подальше от них, Илия. Не волнуйся. Держи меня в курсе событий, связанных с Бэйнсоу. Если можно, я хочу присутствовать, когда его будут допрашивать. Возможно, мне удастся убедить кого-нибудь из его людей дезертировать, как было с Дири.

— Ахах. Д-да, — Илия нервно заерзала. — Насчет этого. Как именно тебе удалось её переубедить?..

— Мы просто мило поболтали. Вот и всё.

— Это всё?

— Ага.

— … — Илия долго смотрела на него. — Ну, типа, я знаю, что уже шутила на эту тему раньше, но… Ты же не… Ну знаешь… На самом деле не какой-то потусторонний бог, влияющий на мозги, верно? — её перекосило. — Верно?..

— Конечно, нет.

— Верно… Верно… — Илия ещё несколько долгих мгновений смотрела на него, внимательно высматривая на его теле признаки наличия щупалец. — Верно…

— Илия, я нормальный человек!

— Конечно. Конечно. Я тебе верю. Просто… Просто человек с потрясающей способностью убеждать и которому удалось переубедить не только Дири, но и, похоже, весь остров Менаджери отказаться от наших прежних террористических идей. Совершенно нормальные человеческие вещи.

— Хочешь, я разденусь догола, и ты меня осмотришь?

— Нет, спасибо. Либо ты человек, и я увижу то, чего мне не хотелось бы видеть, либо ты не человек, и, увидев твою истинную форму, я мутирую в ужасного монстра. Я скажу тебе, когда мы выйдем на след Бейнсоу. Только не забирай его душу, пока мы его не допросим. И еще спрашиваю за друга: Но ты же не сторонник жертвоприношений девственниц, верно?

— Убирайся из моей квартиры!

— Это не нет! Это совсем не нет!

* * *

С тех пор, как разошлась новость о её встрече с Белым Клыком, Бикон немного сошёл с ума.

Хотя Пирра и не врала, когда говорила Жону, что хейт в интернете её не волнуют, это не означало, что переживать подобное лицом к лицу со скандалистами было так же легко. На неё начали странно смотреть, а некоторые даже пытались высказать своё мнение в лицо. К счастью, большинству, похоже, было всё равно, но меньшинство компенсировало это своей наглостью.

— Никос. Зачем ты это сделала? Ты же знаешь, что от них одни неприятности.

— Винчестер, — Пирра одарила Кардина вежливой улыбкой. У парня была плохая репутация в Биконе, но она была слишком сильной, чтобы он мог создать какие-нибудь неприятности для неё или её команды. Единственной, кого он мог надеяться запугать, была Руби, а приставать к девушке на два года младше было слишком даже для него. Это выставило бы его полным придурком. — Я не понимаю, почему это касается кого-то, кроме меня.

— Видишь ли, это было бы так, если бы ты была обычным человеком, но ты знаешь, что твоё имя имеет вес. Это перестаёт быть только твоим делом, когда ты используешь своё влияние, чтобы попытаться изменить мнение окружающих. Мне всё равно, нравятся ли тебе фавны или нет, это твой выбор, но использование личной странницы для их поддержки имеет свои последствия.

В его словах, к сожалению, был резон. Свобода слова существует для всех, но некоторые могут говорить громче, чем другие, и она была хорошим примером. Кардин мог высказываться о своих взглядах на фавнов, но он мог повлиять только на тех, с кем был знаком лично, она же могла изменить мнение сотен тысяч людей.

— Ты же не думаешь, что они поменяют свои взгляды, — продолжил он, пытаясь её урезонить. — Это не другая организация фавнов, выступившая против Белого Клыка. Это и есть Белый Клык. Это те же самые фавны, которые раньше совершали теракты!

— Раньше, Винчестер. Они изменились.

Кардин осуждающе покачал головой, как будто разговаривал с несмышлёным ребенком, и прошёл мимо, оттолкнув её плечом. Его команды с ним не было, так что он пришёл не для того, чтобы создавать проблемы, а чтобы попытаться вразумить её.

Конечно, он был не единственным.

— Я думаю, то, что ты сделала, это действительно смелый поступок, — сказала ей позже в коридоре Вельвет Скарлатина. — Не все из нас такие.

— Нет проблем. Я предпочитаю мирный диалог терроризму.

— Это хорошо. Я знаю, некоторые фавны говорят, что ты просто поддалась искушению выйти на новые рынки, потому что твоя слава угасает, но я в это не верю. Спасибо за поддержку.

Слава угасает? Хотелось бы, чтобы это было правдой. Эту теорию распространяли в Интернете её недоброжелатели, в основном для того, чтобы придумать эгоистичную причину, по которой она сделала то, что сделала. Они утверждали, что она была нарциссисткой, стремящейся привлечь к себе внимание, начав после становления лишь одной из многих студентов Бикона испытывать ломку, и что это был её способ снова оказаться в центре внимания.

Смешно, но те, кому не понравился её поступок, отчаянно пытались найти способы дискредитировать её. Вместо того, чтобы просто признать, что они не согласны с её словами и действиями, они искали способы доказать, что она была эгоистичной, жадной или психически неуравновешенной. Всё, что угодно, что они могли бы использовать в качестве оправдания, чтобы не обращать внимания на её заявления.

По иронии судьбы, у тех, у кого она ожидала одной однозначной реакции, они оказались прямо противоположными.

— Это твой выбор, — сказала Вайсс, не проявляя ни малейшего интереса к поднятой теме. — Ты знала о рисках, и я не вижу, какое это имеет ко мне отношение.

У Вайсс Шни, наследницы ПКШ, не было претензий.

Между тем…

— Это была плохая идея, — возмущалась Блейк. — Ты нарисовала мишень у себя на спине, и что, если Белый Клык не так сильно изменился, как хочет говорить? Я знаю, что мои мама и папа в это верят, но их могли обмануть. Я не могу поверить, что все члены организации начали с чистого листа.

У Блейк Белладонны, бывшего члена Белого Клыка, было много претензий.

Фавн выступал против поддержки смены движения на более мирное, а предполагаемый расист в целом поддерживал. В этом, вероятно, можно было увидеть какую-то шутку, но Пирре ситуация казалась слишком грустной, чтобы над ней смеяться. И Вайсс, и Блейк теперь ладили лучше и были готовы выслушать мнение друг друга, но это не означало, что всё стало идеально.

— Ты сделала это ради меня? — потребовала Блейк ответа.

— Нет.

— Я просто… В этом не было необходимости, Пирра. Я знаю, что создала для команды много проблем, и ты не обязана воевать от моего имени.

— Я сделала это не ради тебя.

Блейк хмыкнула, показывая, что не верит её словам. Было ли это высокомерно с её стороны? Возможно, но Блейк действительно не могла знать, почему у Жона был такой личный интерес к Белому Клыку. Она ничего не знала о его Проявлении, кроме предположения, что он может разговаривать с животными, и, очевидно, понятия не имела о квестах.

Для неё не было никакой логики в его желании найти предателей и стремлении Пирры Никос поддержать его в этом, при этом рискуя влезть в публичный скандал. По её мнению, единственное объяснение, которое имело хоть какой-то смысл, было в том, что Пирра пыталась поступить как хороший друг и поддержать своего члена команды, в прошлом являющейся террористкой, оказав поддержку её бывшим соратникам.

Как невероятно неловко.

А потом появилась она.

— Никос.

Синдер Фолл нашла её в темном коридоре, таком тёмном, что Пирре на мгновение пришла соблазнительная мысль, что здесь криков Синдер никто не услышит. К сожалению, из этого всё равно ничего бы не вышло, поскольку Жон говорил, что у этой девушки уровень был выше пятидесятого, что было просто смешно. В драке Пирра наверняка проиграет ей.

— Фолл, — она постаралась вежливо поприветствовать. — Как ты?

— Обеспокоена, Никос. Я очень обеспокоена.

— О?

— Очевидно, что твои дела с Белым Клыком меня не касаются, и мне действительно всё равно, как ты используешь своё влияние.

— Хм.

— Но участие Жона, моего парня, беспокоит меня.

Притворная улыбка Пирры погасла. Это слово разозлило её больше, чем она хотела признать. Ревность, уродливая и зелёная, подняла в ней голову. Более хороший человек не почувствовал бы подобного и не стал бы испытывать неприязнь к кому-то только за то, что этот кто-то разделяет к мужчине те же чувства, что и она. Пирра хотела бы быть таким же хорошим человеком.

— Жон пошёл по собственной инициативе. Я его не заставляла.

— Это на него похоже. Мой парень очень инициативная личность, — Синдер счастливо улыбнулась, искренне гордясь им. Это ещё больше задело её за живое. — Но я не могу не беспокоиться за него, особенно после того, как в него недавно стреляли, когда он пытался защитить члена той же организации. Конечно, ты понимаешь, почему я была бы недовольна, если бы его снова втянули в это дело.

— Я приглядывала за ним. Я бы никому не позволила причинить ему боль.

— Хм… Он твой друг, не так ли?

Друг. Ей казалось, что ей сдавили горло.

— Да…

— Хорошо. Что ж, я не буду угрожать или ругать тебя из-за произошедшего, — сказала Синдер. — Я знаю, что Жону это не понравилось бы, и он волен принимать собственные решения. Полагаю, мне придётся напомнить ему, чтобы в следующий раз он должен будет пригласить меня. Синдер Фолл развернулась, готовая уйти. — Но запомни на будущее, Никос, ты подвергаешь опасности чужого дорогого человека. Я не буду так же вежлива, если его ранят на следующей… Встрече друзей.

Пирра сжала кулаки. Как бы не было соблазнительно запустить Синдер в спину с помощью Проявления что-нибудь металлическое, но этим она только растроит Жона и выставит себя незрелой. Тупая Синдер. Тупой Жон. И она сама тупая, раз у неё не хватило смелости первой засунуть свой язык ему в глотку. Винить было некого, кроме себя.

«По крайней мере, Синдер не считалась союзницей. Не только меня постоянно игнорируют».

* * *

Поиски продвигались медленно, поэтому следующие дни Жон проводил дома, присматривая за Нео, позволяя ей спать на нём, когда она была под кайфом, а лежать рядом с ним, плотно прижавшись, когда её отпускало. Он гладил её по волосам, когда она чувствовала острую ломку от потребности принять новую дозу.

Музыка помогала, но больше помогло то, что Нео категорически отказывалась становиться рабом зависимости. С бараньей упрямостью она отказывалась даже от простых обезболивающих, опасаясь рецидива. Стиснув зубы, она прижималась лицом к его животу, отказываясь двигаться, когда её накрывал новый приступ.

Всякий раз, когда он активировал навык мотивирующая мелодия, ей становилось лучше, что можно было увидеть не только не вооруженным глазам, но и в её информационном окне, в котором статус часто менялся с «Решительно настроенная» на «Умиротворённая». Доказательство того, что он помогал. Пока он будет рядом, Нео будет продолжать бороться.

На четвертый день она почувствовала себя лучше, не смотря на страх Жона, что эта проблема будет мучить её ещё несколько недель. Может аура помогла, а может она просто была такой волевой, но она пришла в норму ещё до наступления следующих выходных и парочку раз покинула его дом, чтобы встретиться с Романом. Торчвик, конечно, был проинформирован и пообещал держать Нео подальше от наркотиков. К счастью, похоже, она даже не пыталась просить его об этом.

Было странно проводить дни, не занимаясь выполнением заданий или ещё каким-нибудь делами. Задание по спасению Вейла продолжало висеть, как и задание по Белому Клыку, но он не мог продвинуться в их выполнении, а последствия приёма на работу Эмбер в Бикон ещё не проявились. Формально теперь она была его союзницей, но он не видел её с тех пор, как она приехала в Вейл. У него не было причин посещать Биконе, а она, вероятно, была слишком занята своей новой работой, чтобы приехать в Вейл.

Учитывая, что он был на пороге получения нового навыка, он надеялся получить новое задание и успешно выполнить его. Последние несколько навыков в кои-то веки были полезны. «Призыв животных» позволял ему получать определённых животных, даже если они не всегда были готовы выполнять его просьбы, а Аккорд Говорящего правду позволил ему обнаружить и обезвредить двоих предателей в Белом Клыке.

С учетом того, что другие его характеристики, наконец, стали хоть сколько-то полезны, хотя все еще не соответствовали его харизме, ему было интересно посмотреть, будет ли следующий выбор более вариабельным. Вероятно, нет. Эффект всех навыков, по-видимому, маштабировался от основной характеристики, и его харизма все еще была впереди с гигантским отрывом, но мечтать не вредно.

— Я всё-таки это сделаю! — решил он однажды вечером, когда ему стало слишком скучно заниматься бездельем. Нео с любопытством посмотрела на него. — Я собираюсь выпустить клип с Гитар-Кой в поддержку Белого Клыка! Я сыт по горло тем, что о Пирре постоянно сплетничают, даже если ей на это наплевать. Я приму удар на себя.

Нео приподняла бровь, как бы спрашивая, какой удар он собирается принимать, если он всё равно останется анонимным. Однако она не увидела повода для беспокойства, поэтому лишь пожала плечами и последовала за ним в его комнату, чтобы посмотреть, как он переодевается. Нео всегда поражало, когда он начинал переодеваться в женскую одежду. Не из-за какого-то странного фетиша, а из-за попытки найти момент, когда он начинал выглядеть как женщина. Не как женственный мужчина или андрогин, а как настоящая женщина. В какой-то момент харизма брала верх и показывала смотрящим хорошенькую девушку, а не красивого парня.

Как повелительница иллюзий Нео была заворожена этим процессом, пристально вглядываясь в его лицо, пока не наступал эффект, потом она откидывалась на спинку стула или наклонялась поближе, всматриваясь ещё внимательнее, чтобы пробиться сквозь иллюзию.

После завершения процесса Нео помогла установить камеру и принести его гитару. В начале съёмки она позволила себе попасть в кадр. Она улыбнулась и помахала зрителям, тонко насмехаясь над распространявшимися ранее слухами в Интернете о том, что Нео — мужчина, и, возможно, также немного тролля людей, которые в настоящее время ненавидели Нео за то, что он была соседкой их любимого кумира.

Встал вопрос о том, как поддержать новый Белый Клык, если он не может говорить. Идея использовать субтитры или табличку была отвергнута. Некоторые могли возразить, что видео было смонтировано, и Гитар-Ка не имела этого в виду. Таким образом, решение состояло в том, чтобы найти песню, которая отражала бы суть Белого Клыка или концепцию мира, и исполнить её. Музыка всегда была его основным средством общения.

«Давненько я не использовал мотивирующую песню в клипе, — подумал он, начиная играть на гитаре. — Я пообещал себе этого не делать из-за страха слишком сильно повлиять на людей, но сейчас речь идет не только о том, чтобы достучаться до ненавистников фавнов. Речь идет о том, чтобы обратиться к таким фавнам, как Дири и Перри, которые не слышали мою игру на Менаджери и которые, возможно, прямо сейчас планируют теракты, чтобы подорвать авторитет Кали и Гиры».

Речь шла о предотвращении трагедии, к которой он сам приложил руку. Если бы он смог отвратить хотя бы одного из этих фавнов от этого дела, то спас бы чью-то жизнь. Ради этого стоило рискнуть, не так ли? Стоило воспользоваться Проявлением. Под камерой Гитарная Красотка в футболке Белого Клыка начала играть песню мира.

Проявление активировалось на полную.

* * *

— Никос…

Пирра тяжело вздохнула, сразу же узнав голос, прозвучавший у неё за спиной.

— Опять ты, Винчестер? — спросила она, но вежливое выражение её лица исчезло сразу же, как только она обернулась. — Я уже говорила тебе… Бвух?..

По лицу Кардина Винчестера текли крупные слёзы.

— Э-э-э…

— Ты была права, — всхлипнул он. — Ты была права. Фавны, Белый Клык, они меняются. Они хотят измениться, — на нем была футболка с эмблемой Белого клыка и надписью «Я ЛЮБЛЮ ФАВНОВ» спереди.

Пирра ущипнула себя за руку, настолько сильно, что аж аура сверкнула.

Неа. Это был не сон.

— Теперь я это понимаю, — продолжал он. — Нам нужно работать сообща. Всем нам. Мы с ребятами начали отлавливать тех, кто нападает на фавнов. Мы покажем им, что к чему, — он ударил кулаком по другой ладони. — И ещё мне нужно найти того кролика-фавна. Пусть она даст мне пару хороших ударов за то, что дергал её за уши. Не могу поверить, что я это сделал.

— Э-э-э…

— Так что да, спасибо, — он протянул руку. — Спасибо, что внесла свой вклад.

Пирра дала свою руку, почти ожидая, что он ударит её исподтишка. Он пожал её ладонь.

— Э-э… Без проблем?.. — неуверенно протянула она. — И тебе, наверное.

Кардин улыбнулся и ушел прочь, приобняв по пути за плечи случайного фавна и велев ему держаться прямо и гордо. Фавн, узнав в нем хулигана, стал выглядеть таким же смущенным, как и она сама.

— Что, черт возьми, это было?.. — спросила Блейк, пытаясь поднять с пола челюсть.

— Я… Не… Точно не знаю…

— Вопрос, — подала голос Руби. — Если бы Кардина подменили инопланетянином, обязательно ли это было бы плохо?.. Мы можем оставить инопланетянина?

— Я не думаю, что его подменили, Руби, — ответила Вайсс. — Хотя, возможно, его много раз ударили по голове.

Пирре же пришло в голову нечто иное. Она поняла причину внезапной смены поведения, поскольку видела это уже очень много раз, как, например, последний случай с Дири. Почерк Жона был виден за версту, и ей нужно было выяснить, какую глупость он натворил на этот раз.

«Надеюсь это не что-то такое, за что его потом попытаются застрелить!»

* * *

Синдер схватилась за голову.

— Я повторяю в очередной раз, — зашипела она. — Наша конечная цель — уничтожить Бикон и посеять хаос в Вейле!

— Да, мы знаем. — Меркьюри и Эмеральд стояли перед ней, нервно потирая ладони. — Но, типа, возможно ли это сделать так, чтобы помочь Белому Клыку? Типа, мы не хотим, чтобы они понесли за это ответственность.

— Академия должна пасть, идиоты. Как это может им помочь?

— Может быть, мы её разрушим, но дадим им возможность помочь в её восстановлении? — предложила Эмеральд.

Головная боль Синдер усилилась.

— Это опять из-за той проклятой интернет шлюхи?

— Она не шлюха… — проворчал Меркьюри. — Мы просто считаем, что у нового Белого Клыка есть веские основания для таких действий, и они не заслуживают страдать от последствий наших коварных планов. Наверняка, мы сможем осуществить их таким образом, чтобы сплотить человечество и фавнов? Знаете, сделать себя их общим врагом.

— Наша цель не в том, чтобы способствовать их единению! — Синдер зло на них посмотрела.

— Но мы могли бы, — сказала Эмеральд. — В качестве бонуса. Наша цель также не в том, чтобы способствовать разобщенности. Нам нужно уничтожить Бикон и найти то, что нужно вашему боссу. Мы можем сделать это одновременно укрепляя единство, верно? Нет никаких правил, запрещающих это.

Технически нет.

Синдер обхватила голову руками, чувствуя, что её мигрень вот-вот вырвется на свободу.

— Делайте, что хотите, — рявкнула она.

— Спасибо, Синдер! — просиял Меркьюри. — Вы лучшая! Видишь, Эм? Я говорил тебе, что мы могли бы поддержать это дело, не разделяя лояльности. Мы всё равно уничтожим Бикон, но теперь мы можем помочь Гитар-Ке, сплотив фавнов и людей.

Эмеральд с улыбкой кивнула ему.

«Создание интернета, — подумала Синдер, — было ужасной ошибкой».