Белокурый бард Ремнанта (джен)

Первое впечатление о маленьком канализационном посёлке Белого Клыка оказалось не очень. Стояла ужасная вонь, настолько невыносимая, что через некоторое время его обоняние было полностью убито. Повсюду, на каждом ящике и табуретке стояли благовония и тростниковые диффузоры, но от них было мало толку. Ничего не вышло.

Палатки у стен указывали на то, что здесь могли жить на постоянную. Это было неожиданностью, поскольку он думал, что все террористы были обычными гражданами и жили наверху. Возможно, здесь оставались посменно только для того, чтобы присмотреть за убежищем.

В центре небольшого лагеря стояли четыре деревянных ящика. Они были запечатаны и заперты на ключ, что показывало на то, что в них лежало что-то ценное. Оружие, бомбы или, может быть, прах. Его Проявление не дало ему никаких конкретных сведений об этом.

— Ларри!

Девушка в униформе Белого Клыка с недовольным выражением лица устремилась ему наперерез. Отсутствующая маска не скрывала милое, пусть и заурядное лицо. Она была старше его, лет двадцати пяти, и зажимала пальцами свой нос, морщась от неприятного запаха. Прежде чем ответить, Жон проверил ее имя и статус.

— Тамара! Привет. В чём дело?

— Ты ещё спрашиваешь, Ларри Исланд? Ты, чёрт возьми, прекрасно должен знать, в чём дело!

— Я… Знать?..

— Да, — схватив его за запястье, девушка потащила его за собой прочь от тайника с боеприпасами. — Ты обещал после конца вахты помочь мне установить палатку! Думаешь, безделье сойдёт тебе с рук?

— Э-э-э…

— Никаких отговорок. Пошли.

Тамара утащила его в угол к трубам, где пара молодых девушек фавнов перехихикивались между собой. Подмигнув им, Тамара, схватив упаковку с палаткой, впихнула её в руки Жону. Быстро стало ясно, что под помощью понималось «сделай всё сам», пока она с подругами будут смотреть на это со стороны.

Очевидно, Ларри был тюфяком. Или местным идиотом.

«Лучше подыграть, — подумал он. Его харизма помогла ему вписаться в компанию, но маскировка не скроет нетипичное поведение. Жон, распаковав рюкзак, приступил к установке палатки — сбору шестов и натягиванию на них ткани.

Наличие семи сестер равно огромный опыт работ с установкой палаток, особенно потому, что его отец, когда возвращался домой, любил с семьёй ходить в поход на местное озеро. Обязанности в походе распределялись жеребьёвкой, но его сестрам не нравилось заниматься установкой палаток, поэтому они обычно предпочитали меняться с ними обязанностями. Лично он считал, что устанавливать их было гораздо проще, чем убирать. Как можно втиснуть палатку в эту крошечную сумку — настоящая загадка века.

Хихиканье и перешёптывание стихли, пока он разбирался с довольно простой двухместной палаткой.

— В пол нельзя вбить колышки, но в канализации всё равно нет ветра, так что её не должно унести, — сказал он. — Но, возможно, не помешает положить несколько тяжелых мешков на внешние углы, чтобы она не начала смещаться, — Жон, хлопнув в ладоши, с улыбкой посмотрел на девушек. — Что-нибудь еще?

— Хм… — Тамара пребывала и искреннем шоке.

— Нам сказали постирать всю форму Белого Клыка, — пожаловалась одна из девушек. — Но здесь даже стиральной машины нет. Ты не знаешь, как стирать одежду вручную?

— Знаю. Сейчас покажу.

Десять минут спустя Жон сидел на табурете перед металлическим тазом и чистил одежду проволочной щёткой.

— Это просто, — объяснил он. — Нужно только помнить, что делает стиральная машина, и имитировать её движения. Люди стирали одежду вручную за много лет до того, как у них появилась бытовая техника.

В Анселе, конечно, были стиральные машины, но опять же озеро… Джунипер и Николас очень хотели, чтобы их дети научились самостоятельности, независимо от того, какого пола они были. Когда Жон однажды пожаловался, что это похоже на женскую работу по дому, его отец рассмеялся и объяснил, что охотник, забравшийся на территорию, кишащую Гримм, не может повернуть домой, чтобы пожаловаться своей маме и жене, что у него грязные портки. Николас Арк умел стирать, шить, чинить одежду, готовить, искать в дикой природе пищу и даже зашивать раны.

Всему, кроме последнего, он научил своего сына. Пожалуй, единственным отличием его готовки от маминой было отсутствие овощей и обилие мяса, потому что, по словам его отца, если он собирался готовить, то будет готовить чертовски вкусно!

— Ух ты. У тебя всё выглядит так просто, — восхитилась одна из девушек. — Кстати, меня зовут Синтия.

— А я Эбигейл, — представилась другая фавн, отпихивая плечом первую. — Знаешь, Тамара рассказывала нам о тебе, правда забыв упомянуть, какой ты красавчик.

— Ларри?! — поперхнулась Тамара. — Ларри Исланд?!

— Девочка, ты видела его руки?

Он как раз закатил рукава украденной униформы, чтобы не замочить их при стирке, совершенно забыв, что его телосложение может несколько отличаться от вырубленного им фавна. Тренировки с Пиррой и Вайсс оказали свой эффект, но в основном это был результат вложенных очков в силу. Тем не менее, кругосветное путешествие сотворило чудеса с его телом. Свежий воздух без сидений на заднице за компьютерными играми сделал его стройным и гибким.

— Мне приказали перетащить тяжелых коробок, но они выглядят такими тяжёлыми, — заныла Эбигейл. — Не думаю, что смогу справиться с ними сама. Ты не мог бы мне помочь, Ларри?

— Э-э-э… Конечно…

— У Ларри есть и другие обязанности! — огрызнулась Тамара, внезапно заняв более жёсткую позицию по отношению к мужчине, которого она сама заставила выполнять работу за неё. — Оставь его в покое!

— Всё в порядке, — отмахнулся Жон. Тяжёлые коробки могли оказаться важными, особенно если Белый Клык хотел их переместить. Смысл пребывания здесь был не только в том, чтобы найти Бэйнсоу, но и в том, чтобы узнать их планы, что требовал квест, поэтому имело смысл помочь девушке. Ему всё равно нужна была информация. — Мне нравится помогать. Я заметил, что у тебя на форме дыра, — он кивнул на рукав Синтии. Это был неровная прореха, которая, скорее всего, появилась, когда девушка за что-то зацепилась. — Хочешь, я зашью её для тебя?

— Конечно! — девушка сверкнула глазами. — Хочешь, я её сниму~

— В палатке! — рявкнула Тамара. — Ты снимешь её в палатке!

— Он тоже будет в палатке?

— Нет! Иди! Вали отсюда! — Тамара прогнала кокетливую девушку прочь. — А теперь ты, Ларри Исланд! — она уперла кулаки в бедра. — Не думай, что я не понимаю, что ты делаешь! Флиртуешь тут себе! Ты пытаешься заставить меня ревновать?

Ого. У Ларри и Тамары были такие отношения? Это может быть плохо.

— Э-э-э… — Жон слегка вспотел. — Я не совсем понимаю, о чём ты. Я просто пытался помочь.

— И он такой отзывчивый, — восхитилась Эбигейл. Девушка, облокотившись об его спину, смотрела через плечо, как он стирает одежду. Жон почувствовал, как ее грудь прижимается к его спине, а руки поглаживали его мышцы. — Очень отзывчивый.

— Девочки, что за хрень! Это Ларри Исланд! Он неудачник! Извращенец! Ему нравятся нарисованные девушки!

— Это просто означает, что он ещё не оценил достоинств настоящего женского тела.

— Точно, — согласилась Эбигейл, выходя из палатки топлесс в одном черном лифчике. Девушка подмигнула, протягивая ему свою испорченную водолазку. — Уверена, что кто-нибудь из нас сможет помочь с этим. Тебе нравится то, что ты видишь, Ларри?

— Дамы! Дамы! — сглотнул Жон. Он снова очутился в крысиной колонии. Ему нужно было их чем-то отвлечь. — Как насчёт того, чтобы успокоиться и обсудить всё за вкусным горячим ужином?

— Да, было бы неплохо, — Эбигейл вздохнула. — Правда, если ты не умеешь готовить так же хорошо, как и всё остальное, то лучшее, что у нас здесь есть, это заварная лапша.

— Я умею готовить, — ответил он.

— …

— Я думала, ты говорила, что он тупой неудачник, которого можно обманом заставить выполнять за нас работу? — вежливо спросила Синтия у Тамары.

— Он был! Он есть!

— Тогда я неудачниксексуал.

— Нет такой сексуальности!

* * *

Бэйнсоу, вернувшись в лагерь в отвратительном настроении, принюхался к окружающим запахам. В последнее время он мог чуять лишь густые зловония миазмов и дерьма, которыми была пропитана канализационная система Вейла и с которым его подчинённые безуспешно пытались бороться с помощью купленных в магазине дезодорантов и ароматических свечей. Он уже привык морщиться всякий раз, когда приходил в их маленькую коммуну.

Поэтому было удивительно вдохнуть запах густой сочной говяжьей подливки и обжаренного лука. Их маленькая группа, всего около пятнадцати фавнов, столпилась вокруг шипящей сковороды и светловолосого мужчины в маске. Бэйнсоу прищурился, разглядывая фавна и пытаясь вспомнить, кто он такой. Он выглядел незнакомым и в то же время… Родным? Это было странно, как будто он видел его лицо раньше (то немногое, что не было скрыто маской), но не мог вспомнить имя.

«Должно же быть, он свой, — подумал он, тихо хмыкнув. — Иначе бы у меня сработала бы чуйка».

Все остальные, по-видимому, его знали. Несколько девушек, у которых, как он знал, не было парней, крутились вокруг него, бросая друг на друга недовольные взгляды, когда он не смотрел на них. Они дрались из-за него, как львицы за поверженную зебру. Если бы только они проявляли такое же рвение в своей борьбе с расистами.

Однако было трудно поддерживать гнев с наполненным слюнями ртом.

— Кто это? — спросил Бэйнсоу у фавна, стоящего чуть в стороне. Мужчина явно не хотел становиться между девушками и их едой. И он имел в виду не похлёбку. — Я его не узнаю.

— Это? Это Ларри, сэр. Ларри Исланд.

Бейнсоу нахмурился и снова посмотрел на Ларри. Он помнил это имя, но его владелец казался ему… Ну… Менее. Худой, хилый, слабохарактерный. Определенно, не из тех, с кем флиртуют женщины.

— Он выглядит по-другому.

— Думаю, мы все выглядим по-другому, сэр. Жизнь в канализации сказывается на всех нас.

Жизнь в канализации обычно не превращает застенчивых и неуклюжих парней в моделей. Если бы это было так, им было бы гораздо труднее прятаться здесь по колено в дерьме от всех этих тупиц. Бейнсоу склонил голову набок, пытаясь понять, что же во внешности Ларри его так беспокоило. Светлые волосы, голубые глаза, маска, форма. Хвост? Нет, у Ларри не было хвоста. Уши? Признак фавна Ларри могли быть не уши. Черты не всегда были такими однозначными. Однако какими были черты этого фавна? Этот парень был настолько невзрачным, что Бэйнсоу просто не мог вспомнить.

И он выглядел бы глупо, если бы спросил.

— Что ж… — сказал он вместо этого. — Он хорошо поработал. Рад за него. Я и не знал, что он умеет готовить.

— Никто из нас не знал, но, чёрт возьми, как же вкусно пахнет! Должно быть, стеснялся раньше предложить. Нервы, наверное. Это тяжело, понимаете? Жить здесь, внизу. Я думаю, он, должно быть, беспокоился, что его поймают и арестуют, а теперь расслабился.

Бэйнсоу хмыкнул. Выглядело вполне разумно.

— Пахнет о-о-о-очень вкусно, — протянула одна из висевших на нем девушек. — Где ты научился так готовить, Ларри?

— Моя мама научила меня, — голос Ларри был уверенным, чистым и почти музыкальным. Хороший голос. — Она была очень тверда в своём мнении, что каждый член нашей семьи должен быть в состоянии сам о себе позаботиться. По её мнению, нет ничего более жалкого, чем живущей на доставке, потому что не умеет готовить, и это касается как мужчин, так и женщин, — он рассмеялся. — Если подумать, она осталась сиротой после падения Горы Гленн, так что во многом это могло быть связано с тем, насколько экономной ей приходилось быть в молодости.

Несколько девушек покивали, другие даже начали делать комплименты такой сильной женщине. Бэйнсоу понравилась её позиция. Все фавны должны быть достаточно сильными, чтобы стоять на собственных ногах, и невозможно было не восхищаться упорством фавна, сумевшим преуспеть в жизни, несмотря на столь трудное начало.

— Готово, — Ларри с улыбкой переложил небольшое количество рагу в миску. — Всегда пробуйте на вкус перед подачей. Хм-м-м… Чуть-чуть больше перца для пикантности, — он добавил приправу, пока толпа наблюдала за ним в восторженном ожидании. — Идеально! Никогда не забывайте о специях. Любое блюдо без специй… Что ж, такое блюдо лучше, чем никакое, но вы сами оказываете себе медвежью услугу.

Бэйнсоу усилием воли заставил себя встать в конец очереди. Он пришел последним, и было бы несправедливо и бесчестно пробиваться вперед. То, что он был крупным мужчиной, не давало ему такого права. Когда, наконец, настала его очередь, многие другие фавны уже уплетали за обе щёки, нахваливая вкус блюда. Запах был соответствующим.

— Спасибо, — прогрохотал Бэйнсоу. — Ты кажешься… Другим, Исланд.

— Правда?

— Более уверенным. Менее дёрганным. Более подтянутым. Высоким. Мускулистым, — с каждым словом он щурился всё сильнее. — На самом деле ты выглядишь как кто-то дру…

— О, я действительно усердно тренировался, — перебил его Ларри. — Потому что нам нужно дать отпор людям, верно? Я устал быть слабым, которого каждый может пнуть, поэтому я каждый день отжимался и приседал. Нужно быть сильным, верно?

— Это…

Звучало логично.

Конечно, изменения были слишком масштабные для простой тренировки, но Бэйнсоу часто жаловался на то, что многие из них слабы душой и телом и, возможно, этот молодой фавн просто воспринял его слова всерьёз. А потеря лишних килограмм и увеличение объема мышц могут сильно сказаться на внешности. И личности, позволив набраться немного уверенности в себе.

— Хм… Отлично прожарено, — Бэйнсоу зачерпнул полную ложку рагу. — Очень вкусно.

Ни в коем случае не божественно. Он и вкуснее пробовал. Но было неплохо. Определенно выше среднего, что, честно говоря, просто чудо, учитывая, с чем им приходилось работать в канализации. Горячее, пряное и сытное. Он почувствовал вкус перца, порошка карри и немного острого перца чили. Вкус сочного мяса с приятной горечью и покалыванием на языке.

— Хэй, босс, — обратился Ларри. Бэйнсоу хмыкнул, отзываясь, но при этом отказываясь отрываться от еды. — Чего именно мы ждем? Я не жалуюсь, не подумайте, но мне интересно, каковы наши дальнейшие шаги, — он посмотрел на активно жующих фавнов. — И думаю, что многие из нас тоже. Я не ставлю под сомнение ваше лидерство. Вы начальник. Просто хотелось немного рассеять туман над будущим.

Бэйнсоу снова хмыкнул. Это был справедливый вопрос, особенно учитывая, сколько фавнов покинуло их за последние дни. Скорее всего, во многом это объяснялось его нежеланием по нормальному объяснять свои планы. Должно быть, у них создалось впечатление, что у них вообще не было никакого плана, а он просто строил из себя крутого.

Что было не так уж далеко от истины.

Он никогда не был предназначен для места лидера. Им должен был стать один из присланных Белым Клыком офицеров, до того, как они решили переобуться и превратиться в каких-то миролюбивых хиппи. У Бэйнсоу были планы: наказать людей, добиться равенства, отомстить, но это были скорее желания, чем конкретные цели. Раньше он не мог дать им нормальным ответ.

К счастью, всё изменилось.

— Я только что встречался с представителем другой террористической ячейки, — сказал он достаточно громко, чтобы все могли его услышать. — Он раньше занимал высокое положение в Белом Клыке, до того, как они превратились в кучку трусов. Их группа стремится объединить разрозненные остатки некогда гордой организации и привести нас к новой славе.

Раздались одобрительные возгласы от нескольких фавнов. На их лицах отразилась надежда.

— Как только мы объединим с ними усилия, наша численность и ресурсы увеличатся, и тогда мы сможем сделать реальные шаги к восстановлению себя и Белого Клыка в Вейле.

— Это здорово, — восхитился Ларри. — Но это в общем, а каков сам план?

— Этот план будет согласован между нашей группой и их.

— Хорошо, но каковы наши главные цели? Это же не секрет, правда?

— Вижу, ты полон энтузиазма, — Бэйнсоу похлопал парня по плечу. — Достойно уважения. Но есть причина, по которой я не мог поделиться информацией до сих пор. Ко мне поступали обращения с просьбой покинуть наши ряды и всегда позволял им это сделать. Смог бы я это сделать, если бы они знали наши планы? — он увидел в их глазах понимание. — Нет. Конечно, нет. Секретность позволила мне быть более честным со всеми вами и не требовать беспрекословного подчинения. Я принял это решение, чтобы защитить всех присутствующих здесь.

И точно не потому, что тогда у него не было вообще никакого плана.

Абсолютно точно.

— Круто… — бровь у Ларри нервно дёрнулась. — Итак, когда именно этот фавн придёт, чтобы рассказать нам о наших грандиозных планах? Просто спрашиваю, чтобы убедиться, что я буду на месте.

— Суббота, — вопрос показался ему логичным. — Это будет в субботу.

— Значит, всё-таки ждём выходных, — проворчал Ларри. — Как удачно. Хорошо, босс. Я буду. Возможно, я даже приведу друзей, если вы не против. Не волнуйтесь, они все преданы делу. Простые фавны, которые хотят показать миру, что он не должен нас игнорировать.

— Тогда им будут здесь рады.

* * *

Выбраться из лагеря было нелегко — в основном потому, что довольно много фавнов хотели, чтобы он остался.

На самом деле довольно много женщин предложили ему разделить с ними палатки.

По-видимому, стандарты в канализации были низкими, что имело смысл, ведь люди даже тут, внизу, отчаянно стремились к любому виду счастья, который они могли получить. Честно говоря, это было немного грустно. Жон вышел к Томану и Алехандро. Крысы бросились к нему, чтобы занять свои законные места на его плечах.

— Вы были желанным гостем в их стае, — сказал Алехандро. — Воистину, вы мастер маскировки.

— Запах был восхитительный, — добавил Томан. — Так что, возможно, вам стоит у нас погостить!

— Боюсь, что человек не сможет выживать здесь так, как вы, ребята. Не говоря уже о том, что я боюсь, что могу перевернуться во сне и придавить кого-нибудь из вас. Спасибо, что дождались меня. Я ценю это.

— Вы обеспечили наш город едой на несколько недель вперёд! Это лишь малая часть того, что мы можем сделать, чтобы отблагодарить вас!

— Что ж, похоже, в эти выходные я вернусь с союзниками, чтобы сразиться с Белым Клыком, так что мы, ребята, ещё встретимся. Я опять возьму с собой немного продуктов.

Для них это было бы большим подспорьем. Ему же это стоила так мало, что он почти почувствовал себя виноватым. Он и Пирру попросит взять немного с собой. Эти крысы заслуживали жизни королей.

Хотя хотелось надеяться, на этот раз обойдётся без запутанных хвостов.

— Воистину избранный. Но, Жон, что с тем, за кого вы себя выдавали? Не следует ли убрать его, чтобы он не расскрыл ваш обман?

— Ты прав, Алехандро, — Жон застыл от осознания. — Можешь показать мне, где мы его оставили? Мне лучше окончательно с ним разобраться.

Крысы повели его обратно тем же путем и в конце концов привели к небольшому складу или подсобному помещению, где он ранее припрятал фавна. Прошло уже довольно много времени, поскольку парень успел прийти в себя и начать предпринимать попытки освободиться от пут. Он с расширенными от испуга глазами посмотрел на зашедшего Жона.

— Ларри Исленд, не так ли? Твои друзья многое рассказали о тебе, Ларри, — Жон присел перед ним на корточки. — Боюсь, я не могу допустить, чтобы ты раскрыл мою маскировку под тебя. Мне нужна твоя личность, чтобы разузнать ваши планы в эти выходные.

— Мф?!

— Это значит, что мне придется убрать тебя со сцены раз и навсегда, — в глазах пленника читался искренний ужас. — Как бы то ни было, мне жаль, но это важнее. Ты сделал неправильный выбор в жизни, Ларри. Пришло время тебе ответить за свои преступления.

Фавн пискнул и обмяк. Вонь канализации не могла полностью скрыть кислый привкус мочи. Поморщившись, Жон постарался прикрыть нос.

— Тьфу. Прекрасно. И ведь мне придётся нести его.

— Ты не будешь его убивать?

— Что? Нет! Я не какой-нибудь варвар. Пожалуй, я передам его на попечение старому Белому Клыку. Надеюсь, они смогут его дерадикализировать.

— Но ты говорил так, словно планировал его убить.

— Нет, — возмутился Жон, перекидывая Ларри через плечо, которое освободил Алехандро, перебравшись на его макушку. — Я ясно сказал, что мне нужно убрать его со сцены и что он должен ответить за свои преступления. Люди отвечают за свои преступления перед судом.

— У тебя много достоинств, друг, но разум, возможно, не входит в их число, — вздохнул Томан, сидя на его свободном плече.

— Я не буду выслушивать подобную критику от крыс.

Звонок Пирре — это хороший способ получить выволочку, а звонок Нео — хорошим способом оказаться прикованным к кровати, и непонятно, в сексуальных это будет целях или в целях обеспечения безопасности, поэтому он позвонил Илии и попросил ее о встрече, в идеале — на грузовике в центре города, рядом с большим канализационным люком, предназначенным для спуска техники под землю.

Ей потребовалось пятнадцать минут, чтобы прибыть на место в сопровождении с фавном с крыльями летучей мыши, который и вёл грузовик. Илия оглядела его с головы до ног, удивленная как из-за лежащим без сознания парнем в мокрых штанах, так и формой Белого Клыка на Жоне, которую он даже и не думал прятать. К счастью, маски на нём не было.

— Жон, какого хрена?

— Я нашёл Бэйнсоу, отколовшуюся ячейку Белого Клыка и поймал этого парня.

— Повторюсь. Какого хрена?

— Я также обнаружил, что есть ещё террористические ячейки, которые не поддерживают ваши идеи, ребята, и которые планируют приехать в Вейл и встретиться с местными в эти выходные, чтобы официально оформить объединение их групп и обсудить дальнейшие планы.

— Возможно, я говорю слишком быстро. Какого. Хрена. Вопросительный знак.

— Вопросительный знак — это дополнительное слово или?..

— Я звоню Пирре, — потянулась за свитком Илия.

— Только не Пирре! — закричал он, бросаясь к девушке. Правда у него не было и шанса отнять у охотницы заветный свиток. — Откуда у тебя вообще есть её номер?

— Она дала его мне с просьбой дать ей знать, если ты совершишь что-нибудь безрассудное, опасное или просто глупое, — Илия многозначительно посмотрела на него. — Думаю, я понимаю почему. Ты пошёл туда один, рискуя своей…

Тут Илия подняла глаза.

Её челюсть устремилась к земле.

— И-и-и-и-и-и-и-и-и! — завизжала она.

— Что?! — перепугавшись, Жон закрутилась на месте, высматривая предполагаемых нападавших. — Кто?! Что такое?!

— И-и-и-и-и-и-и-и-и-и-и-и-и-и! — не переставая визжать, она рванула к грузовику и хлопнув дверью, закрылась внутри. Выглянув сквозь лобовое стекло, она затыкала в него пальцем. — Крыса! Крыса! У тебя на голове крыса!

— Почему она так визжит? — спросил Алехандро, не в силах понять слова Илии, но морщась от звука её голоса. — Скажи ей, чтобы она перестала так кричать. У меня болят уши.

— Все в порядке, Илия! — крикнул он. — Это всего лишь Алехандро…

— Фу! Фу! Фу! Крыса! Крыса у тебя в волосах! Экх! Буа-а-а! — Илию попыталась сдержать тошнотворный порыв. — Ужас!

Вероятно, ему не стоило говорить про Томана, прижавшегося к его шее, удобно устроившись под воротником украденной униформы.

— Извините, ребята, — сказал он. — Похоже, на этом наши пути расходятся. Передайте своему королю или королям, что я приеду через несколько дней и привезу еще еды для вас всех. И большое вам спасибо за помощь.

— Это было честью для нас, — ответил Томан, спускаясь по руке Жона, который, чтобы зверькам было удобнее, присел на корточки, оперевшись рукой о землю. Алехандро последовал за ним, на прощанье поклонился и нырнул сквозь дыру канализационной решётки.

Какие удивительные создания. Он будет по ним скучать.

— Крысы ушли! — крикнул он. — Честно говоря, ты слишком драматизируешь. Обычные животные.

— У тебя в волосах была гребаная крыса! — заорала Илия. — Это я драматизирую? Я веду себя совершенно нормально! Фу, нет. Я не могу с ним. Юма, отнеси этого идиота в кузов фургона. И Жона тоже посади туда. Я не хочу, чтобы он приближался ко мне, пока не примет душ.

— Крысы вообще-то довольно чистоплотные животные, — начал Жон.

— Домашние крысы! — огрызнулась она. — Из зоомагазина! Не канализационные! В фургон! Давай! Пошёл! И не думай подходить ко мне!

Жон, вздохнув, потащил Ларри к машине. Юма, не переставая зажимать нос, придержал дверь грузовика, пока Жон затаскивал пленника внутрь. Лично он не думал, что от него пахнет настолько кошмарно, но он успел потерять обоняние ещё несколько часов назад.

— Ты же не будешь рассказывать Пирре, правда?

— …а ещё у него в волосах была крыса! — спереди чётко слышался голос Илии. — В буквальном смысле крыса, Пирра! У него в волосах! И он вёл себя так, будто всё в порядке! Я просто не могу. Вот! Вот почему я лесбиянка! Ты бы тоже была лесбиянкой, если бы у тебя была хоть капля здравого смысла!

Жон застонал. Пирра точно устроит ему хорошую головомойку.

«Но, по крайней мере, я что-то сделал, — подумал он, устраиваясь на заднем сиденье фургона. — Я нашёл их лагерь, выяснил о секретной встрече двух ячеек Белого Клыка, и теперь мы сможем устроить засаду, чтобы разом поймать их всех».

Сегодня был хороший день.

— Та немая девушка приходила в отель, ища тебя, — рассказал Юма. — Братья, ты бы видел, как она разозлилась, когда мы не смогли ей ответить.

Похоже, сегодня был очень плохой день.