Чистокровные (гет)

Шагнув из изумрудного пламени, Люциус тут же наткнулся на развалившегося в кресле Родольфуса. Тот с апатичным видом вертел в руках стакан огневиски. Напротив, практически отзеркалив позу мужа, расположилась Беллатриса. Малфой едва заметно усмехнулся. Все-таки гармоничная из них вышла пара.

— Ты бы хоть записку прислал, что зайдешь, — Родольфус неловко взмахнул палочкой, попытавшись наполнить еще один стакан, но только опрокинул бутылку. Янтарная жидкость растеклась по столу и закапала на пестрый ковер, но Лестрейндж лишь досадливо простонал, уронив руку с палочкой на подлокотник.

— Я к твоему отцу, — чуть поморщившись, ответил Люциус, жалея, что не может вызвать чужих домовиков для уборки.

— Ну конечно, — недовольно пробурчал Родольфус, а Беллатриса издала какой-то невнятный звук — то ли короткое рычание, то ли презрительное фырканье.

— Только не говори, что ты мне завидуешь, — скривил губы Малфой, обращаясь к Родольфусу и показательно игнорируя Беллатрису. С последней-то все было понятно: она с радостью и в пропасть спрыгнет, если Повелитель попросит.

— Не то чтобы… Просто обидно, что с отцом отправили не кого-то из нас… Да и…, — Лестрейндж неопределенно махнул рукой.

— Безделье вам на пользу не идет, — закончил за него Люциус, небрежно поправляя манжеты. — Я бы подкинул вам пару идей, как занять вечер, да только вот тороплюсь.

— Так мы тебя и не задерживаем, — ледяным тоном осадила его Беллатриса. — Тем более, тебе и правда стоит поспешить. Макнейр соизволил явиться заблаговременно. В отличие от тебя.

Не подавая вида, что это известие как-то его обеспокоило, Люциус показательно неторопливо покинул компанию бывших однокурсников и ускорил шаг лишь в широком коридоре, ведущем к кабинету Лестрейнджа-старшего.

В кабинете он обнаружил мистера Лестрейнджа склонившимся над подробной картой Британии, которая занимала большую часть массивного письменного стола. Рядом с пришибленным видом стоял Макнейр. Судя по всему, излишняя пунктуальность преимущества ему не дала.

— Добрый вечер, Люциус, — Роланд лишь на секунду поднял глаза на гостя. — Надеюсь, хоть ты подготовился к нашей встрече должным образом.

Малфой замешкался на пороге, несколько обескураженный столь резким переходом сразу к делу. Заметив его растерянность, мистер Лестрейндж едва заметно усмехнулся.

— Подойди, — он постучал по столу пальцами. — Пожалуй, будет лучше, если сперва я расскажу, что нам известно на данный момент, а ты уже дополнишь. Если будет чем.

Сбросив минутное оцепенение, Люциус приблизился к столу, нарочито небрежно опершись на дубовую столешницу и склонившись над картой. Магические чернила мерцали, выделяя глухую, труднодоступную область посреди Грампианских гор.

— Там обосновались последние оставшиеся в стране великаны, — пояснил Роланд. — Если они, конечно, не сменили локацию после визита предыдущей делегации.

— Известны ли подробности их провала? — Почувствовав подходящий момент, Люциус выпалил беспокоивший его последние дни вопрос. — Я почитал кое-что об обычаях великанов. Хотелось бы понять, что из описанного на деле окажется бесполезным.

Роланд бросил на Макнейра красноречивый взгляд в духе: «Вот, учись».

— Они повели себя, мягко говоря, не слишком умно. Решили подчинить парочку великанов силой, с ходу пустив в ход магию…

— А великаны подобного, мягко говоря, не любят, — самодовольно хмыкнул Малфой. — Да и магия их почти не берет, ведь…

Он запнулся, заметив недовольство на лице Лестрейнджа. Пожалуй, все же не стоило с таким энтузиазмом перебивать старшего.

— Если это все, что ты успел раскопать, то ничего нового ты мне не открыл, — сухо ответил мистер Лестрейндж.

— Не все, — поспешил реабилитироваться Люциус.

— Что ж, попробуй меня впечатлить, — Роланд выпрямился, глядя на Малфоя без особых надежд.

— Единственный способ завязать с великанами диалог — преподнести достаточно ценные подарки гургу — их вождю, — Люциус на мгновение ощутил себя школьником, отвечающим на занятии. Утешало лишь то, что в этой ипостаси он всегда был хорош. — При ведении переговоров важно не торопиться, налаживать контакт постепенно, в течение нескольких дней. Заставишь великана с ходу много думать — и он предпочтет с тобой разделаться, чтоб не напрягаться лишний раз.

Лестрейндж задумчиво побарабанил пальцами по столу.

— И какие подарки могут расположить великанов?

— Оружие и доспехи гоблинской работы, шкуры или туши крупных тварей, полезная магия, — начал перечислять Люциус. — В нашем случае чем весомее, тем лучше. Ведь на них недавно напали волшебники, так что задобрить их будет непросто.

— Притащим парочку поверженных мракоборцев, на которых они смогут излить всю ярость за многолетние притеснения, — хищно оскалился Макнейр.

— Блестящая идея, Уолден, — с раздражением вздохнул Роланд. — Только ты не учел, что нам и так предстоит непростой путь, а тащить с собой живых пленников — лишь усложнять себе жизнь.

— Мы же знаем точное место, так в чем сложность? — нахмурился Малфой.

На этот раз взгляда «ну что за идиот» удостоился уже он.

— Мы знаем, где они были неделю назад, а не их «точное» расположение на нынешний момент, — с откровенной усталостью в голосе начал объяснять Лестрейндж. — Так что трансгрессия отпадает — слишком большой риск оказаться прямо посреди их лагеря. Подобное вероломное вторжение великаны вряд ли оценят. Отправимся через каминную сеть в одну из деревушек близ гор, а оттуда часть пути преодолеем на метлах. Последний отрезок пройдем пешком. И будьте готовы к тому, чтобы несколько дней провести в горах.

— У меня есть зачарованная палатка, — подал голос Макнейр.

— Замечательно, — небрежно кивнул ему Роланд. — Темный Лорд хочет результата срочно, так что надо быстрее раздобыть дары… Я займусь этим. Уолден, с тебя — подготовить все необходимое для нашего похода. А ты, Люциус, подготовишь достаточно убедительные и доступные для понимания великанов речи, которыми мы будем склонять их на нашу сторону.

Макнейр кивнул с видом явного облегчения. Похоже, подобные экспедиции ему были не в новинку. Люциус выжидающе посмотрел на мистера Лестрейнджа, ожидая более подробных инструкций, но тот лишь вопросительно приподнял бровь.

— А что Темный Лорд готов предложить великанам? — Не выдержал Малфой.

— А ты как думаешь? — раздраженно дернул плечами Роланд. — Или никаких соображений нет?

— В общем и целом представляю, — хмуро ответил Люциус.

— Да неужели, — Лестрейндж со вздохом скатал карту. — Вы уже не дети, чтобы вам все разжевывать каждый раз. Пора соображать самим.

— Да, вы правы.

— Ты уж постарайся. А лучше еще и потренируйся дома перед зеркалом. Все-таки у Малфоев всего один наследник.

* * *

Рабастан спустился на меланхоличные звуки пианино. Эмилия оказалась упрямее, чем он мог предположить. Последние несколько недель она сводила любое взаимодействие с ним к минимуму. Как бы вежливо и спокойно он к ней ни обращался, ее ответы оставались сухими и односложными.

Он остановился на нижней ступеньке лестницы, наблюдая за тем, как яркие весенние блики играют на ее открытой шее. Рабастан сглотнул. Оттолкнет ли она его, если он прямо сейчас решит ее поцеловать? Медленно, стараясь не спугнуть, он приблизился к инструменту.

— Красиво, — он слегка оперся на крышку пианино, с легкой улыбкой глядя на жену.

Эмилия лишь сухо кивнула в ответ, не поднимая взгляда от клавиш.

— Мы завтра отправляемся в небольшое путешествие на несколько дней, — Рабастан почувствовал удовлетворение, когда девушка все же вскинула на него настороженные глаза. — Скажи Бинки, какие вещи ей упаковать в твой чемодан.

— И куда мы едем?

— Сюрприз.

— И как тогда мне понять, что из одежды брать? — пожалуй, это было самое длинное предложение из тех, что он от нее слышал за последние дни.

— Там будет тепло, — уклончиво ответил Рабастан.

— Ты планируешь посещение светских вечеров? Тогда нужно взять вечерние платья и украшения…

— Не бери ничего слишком ценного. Так, повседневную легкую одежду. Но не чересчур открытую.

— Можно подумать, у меня такая есть, — тихо фыркнула Эмилия.

— И то верно, — Рабастан повернулся к открытому окну, с удовольствием вдыхая весенний воздух, колыхавший тонкую занавеску. — Когда вернемся, сад уже, наверняка, зацветет.

Эмилия бросила на него задумчивый взгляд, словно гадая, мог ли он внезапно тронуться умом, и, отвернувшись, хмуро перевернула лист с нотами.

— Увидимся за ужином, — поддавшись порыву, Рабастан все же наклонился и быстро поцеловал ее в макушку. И тут же пожалел, поняв, насколько сам соскучился по ощущению физической близости. Но первым идти навстречу он не готов. Ему важно было доказать, что она нуждается в нем во всех смыслах. Возможно, доказывал он это даже больше себе самому, чем ей.

* * *

Невзрачный, обшарпанный паб тонул в полумраке, который лишь слегка разгоняли тусклые оплывшие свечи, а на закопченных каменных стенах висели рога дромарога и пожелтевшие карты горных маршрутов. Шотландская деревушка, в которую они прибыли, была лишь на малую часть заселена волшебниками, вынужденными держать свое существование в тайне от соседствующих с ними маглов. Так что паб и прилегающая к нему гостиница всегда оставались полупустыми. Именно эта непопулярность места и привела их сюда.

Ковыряясь в тарелке с мясным пирогом, Люциус пытался приспособиться к непривычному наряду. Длинные сапоги до колена, короткая и тесная охотничья куртка — все это казалось чуждым и неудобным. Но при виде его выглаженной мантии и начищенных ботинок мистер Лестрейндж так красноречиво закатил глаза, что он предпочел без споров одолжить походные вещи Родольфуса. В конце концов, ему самому стоило сообразить, что не помешало бы прикупить подходящую одежду.

— Интересно, пользовался бы ты в школе прежней популярностью у девушек с такими волосами?

Малфой ответил Макнейру мрачным взглядом. Лестрейндж-старший заколдовал его волосы, изменив их цвет на черный, чтобы «не привлекать лишнего внимания». Люциус раздраженно повел плечами. Справедливости ради, в таком виде их компания действительно выглядела самой обычной: отец с сыновьями собрались на семейную прогулку в горы. У полукровок и маглорожденных такой отдых в порядке вещей, так что расспросы мистера Лестрейнджа о местности и количестве туристов у бармена вопросов не вызывали.

— Ешьте нормально, завтра горячей еды раньше вечера не будет, — Лестрейндж вернулся за стол, бросив недовольный взгляд на Люциуса. Макнейр, в отличие от него, расправлялся с местной стряпней с завидным аппетитом. — Выдвигаемся рано утром. В окрестностях полно маглов…

— Развлечемся по дороге? — оживился Макнейр.

— Соблюсти столько осторожностей, чтобы самим же потом привлечь внимание мракоборцев? Твоя гениальность не знает границ, Уолден.

Макнейр потупился, а мистер Лестрейндж с тяжелым вздохом человека, вынужденного слишком часто мириться с чужой глупостью, продолжил:

— Сперва прогуляемся пешком. Когда поймем, что вблизи никого нет, достанем метлы.

— А если наложить дезиллюминационные чары в наших комнатах? — попытал удачу Малфой. — Маглы изначально нас не увидят.

— Зато волшебники могут заподозрить неладное, — поморщился Роланд. — От часа быстрой ходьбы не помрешь. А теперь доедайте и идите спать.

Комната на втором этаже таверны, которую Люциусу предстояло делить с Макнейром, аскетичностью превосходила даже студенческие спальни Хогвартса. Две узкие кровати без балдахинов, потрепанный ковер на скрипучем полу, прибитые к стене крючки для одежды и их холщовые рюкзаки, прислоненные к изножьям кроватей. Ну хоть видимой грязи здесь не наблюдалось.

— Неужели ничего приличнее в окрестностях не нашлось? — сварливо поморщился Люциус.

— Выбирали в первую очередь место, из которого удобнее будет выдвигаться, — равнодушно пожал плечами Макнейр. — К тому же разбрасываться галлеонами — привлекать к себе внимание…

— Да-да, я понял, — пробурчал Малфой, опустившись на одну из кроватей, которая мерзко скрипнула под его весом.

* * *

Позади уже осталось с десяток каминов, и у Эмилии слегка кружилась голова от бесконечных перемещений и сменяющих друг друга картинок. Наконец Рабастан объявил, что следующий переход будет последним. Они оказались в небольшом помещении, голые стены которого освещали лишь несколько свечей. Эмилия хмуро отряхнула сажу с одежды. Похоже, этим камином пользовались нечасто.

— Готова? — не дожидаясь ответа, Рабастан распахнул дверь на улицу.

В глаза ударило непривычно яркое солнце, лучи которого отражались от светлой каменной кладки. Эмилия прищурилась, ослепленная обилием света. Но вскоре глаза привыкли, позволяя осмотреться. Они вышли на небольшую смотровую площадку. Отсюда открывался вид на раскинувшийся внизу город: двух- и трехэтажные светлые дома с плоскими крышами лепились друг к другу до самого побережья, а за ними простиралась бескрайняя синева. Даже воздух здесь был иным — сухим и горячим, несмотря на близость воды.

— Решил отвезти меня на море? — колко поинтересовалась Эмилия, не желая показывать, что выбранный мужем вид ее заворожил.

— Это океан, — небрежно бросил Рабастан, взмахом палочки поднимая в воздух их чемоданы. — Мы в Омане. Магический квартал здесь небольшой, но я решил, что для нашего маленького путешествия тут достаточно живописно.

Эмилия по-новому взглянула на тихую гавань, где покачивались на волнах традиционные деревянные корабли. Вряд ли с берега можно заметить разницу между морем и океаном, но само слово «океан» отзывалось внутри чем-то монументальным. Он ассоциировался с безграничной силой, которую невозможно втиснуть ни в какие рамки и на которую не подействуют никакие человеческие запреты. Она глубоко вдохнула, пытаясь уловить солоноватый запах волн, но Рабастан уже настойчиво потянул ее за руку, увлекая за собой.

— Идем, я снял для нас дом, — Рабастан вывел ее на залитую солнцем узкую улицу, которая была поразительно безлюдна. — Самое жаркое время большинство местных предпочитает переждать в своих домах, где прохлада гарантирована в том числе чарами, — пояснил он, заметив, как Эмилия озирается по сторонам. — По крайней мере, живущие в этом квартале точно могут себе позволить роскошь отдохнуть посреди дня.

— И я их понимаю, — вздохнула Эмилия. Она достала палочку, направив на себя струю прохладного воздуха, но он мгновенно растворялся в знойном мареве. — Знала бы — заранее зачаровала бы нашу одежду.

— К счастью, мы уже пришли, — Рабастан остановился перед массивной дверью из тикового дерева, покрытой искусной резьбой. — Основную жару тоже переждем внутри.

Переступив порог, Эмилия ощутила легкое разочарование. Она ожидала увидеть нечто экзотическое, но обстановка оказалась слишком европейской, лишь слегка приправленной восточным колоритом: стены местами украшали традиционные геометрические орнаменты, да в углах стояли кованые медные светильники.

— Как насчет местного наряда? — окликнул ее Рабастан, уже прошедший вглубь дома.

Эмилия пошла на голос и обнаружила комнату, куда больше напоминающую восточные покои: яркие ковры на стенах, низкий столик с фруктами и пестрая софа, на которой был аккуратно разложен тот самый «местный наряд». Эмилия окинула взглядом ярко-зеленое, расшитое золотом свободное платье и такие же свободные шаровары, но затем ее взгляд споткнулся о жесткую конструкцию, напоминающую полумаску для лица.

— Местные женщины носят подобные для защиты от солнца и пыли, — пояснил Рабастан, проследив за ее взглядом.

— А мужчинам солнце и пыль не мешают?

Рабастан небрежно пожал плечами.

— Еще они прикрывают волосы и плечи, — он протянул ей легкий платок.

— А если я не хочу?

— Откровенно говоря, я тоже не горю желанием переодеваться, — Рабастан небрежно бросил платок на софу, хотя в его голосе прозвучало легкое сожаление. Неужели ему так хотелось увидеть ее в подобном наряде? — Останемся в европейском, чтобы сразу было видно, что мы туристы.

— Можно подумать, по мне и так не видно, — фыркнула Эмилия, с некоторой завистью глядя на мужа. Рабастан при большом желании мог бы сойти здесь за своего. С его черными волосами и резкими чертами лица он выглядел органично и в Англии, и в Испании, и на Востоке…

— Тут попадаются рабыни, похищенные из Европы, так что я вполне мог бы выдать тебя за свою.

— Рабыни? — потрясенно переспросила Эмилия.

— В Омане сохранилась подпольная работорговля. Как среди магов, так и среди маглов.

— Получается, они похищают волшебниц из Европы? И ты собираешься иметь дело с этими людьми?

— Я полагаю, крадут в основном грязнокровок, — Рабастан невозмутимо подхватил со столика персик, подбросив его в руке. — Может, стоило захватить с собой парочку? Не пришлось бы тратить золото…

— Зачем ты вообще привез меня в такую страну?

— Здесь красивые побережья и нужный мне артефакт. Не смотри так, — он закатил глаза. — Магический квартал достаточно безопасен. Контрабандисты не расхаживают по людным улицам, похищая туристов.

— Все равно мне не нравится…, — Эмилия запнулась, не в состоянии сформулировать, что именно ее беспокоит.

— Ты же хотела приключений.

— Если и хотела, то приятных.

— Не воспринимай все в штыки с ходу. Пока можешь перекусить фруктами и обустроиться в спальне наверху. Где-то через час можно будет выйти прогуляться и устроить себе поздний обед.

Час спустя Эмилия спустилась на первый этаж. Она переоделась в легкое кремовое платье ниже колена, предварительно наложив на ткань чары сохранения прохлады. Рабастан к ней наверх не поднимался, но тоже успел сменить строгий английский костюм на более светлый и свободный. Эмилия невольно залюбовалась его диковатой красотой, но, опомнившись, поспешила отвести глаза.

На улице наконец начали появляться люди. Правда, в основном мужчины. Ловя на себе их оценивающие взгляды, Эмилия нервно обхватила локоть Рабастана, прижимаясь к нему поближе. Возможно, идея с маской и накидкой на волосы была не так уж и плоха…

Однако, спустя четверть часа она немного привыкла к повышенному интересу к своей «экзотической» персоне и перестала обращать на него внимание. А когда они вышли к набережной, и вовсе забыла об окружающих. Однако Рабастан почти сразу потянул ее в сторону под тень сводчатых аркад. С сожалением обернувшись через плечо на океан, Эмилия зашла в просторное помещение, разделенное на части свисающими с потолка полотнами узорчатого шелка. Внутри каждой уединенной ложи стоял низкий медный столик, вокруг которого были раскиданы расшитые подушки.

Неловко подогнув ноги, Эмилия кое-как расположилась на них. Подошедший официант поклонился Рабастану и протянул ему меню, не удостоив гостью даже взглядом.

— Очевидно, это часть местного этикета? — саркастично протянула Эмилия, когда они остались вдвоем.

— Вообще-то да, — хмыкнул Рабастан. — Не хочет вызвать мой гнев, заглядываясь на мою женщину.

Не успела Эмилия подобрать достаточно колкий ответ, как вернулся официант.

— Мистер Л’Этранж, вас ожидает Салим, — с небольшим поклоном сказал он.

Эмилия удивленно вскинула брови, но Рабастан понимающе кивнул и поднялся.

— Я скоро вернусь. Постарайся никуда не уходить.

Оставшись в одиночестве, Эмилия нервно огляделась, словно даже через плотную ткань ее могли рассматривать хищные взгляды. После их разговора в доме находиться одной даже пять минут было некомфортно и тревожно. К счастью, Рабастан вернулся даже быстрее.

— Почему ты не поправил официанта, когда он исковеркал твою фамилию? — живо поинтересовалась она, пытаясь скрыть сковавший ее минуту назад страх.

— В тех кругах, с которыми мне придется иметь дело, не принято называться настоящим именем, — Рабастан с изумительной ловкостью опустился на подушки, словно это было для него привычным делом. — Они считают использование прозвищ более безопасным.

— Тогда мог бы придумать что-нибудь менее напоминающее твою настоящую фамилию, — фыркнула Эмилия.

— Оу, ну тогда в следующий раз я обязательно посоветуюсь с тобой, — недовольно буркнул Рабастан, углубляясь в меню.

* * *

Полет на метле оказался самой приятной частью их вынужденного путешествия. Зимой Люциусу уже приходилось часами патрулировать территории во время ночных дежурств, которые поручал им Темный Лорд. Но сейчас, в начале мая, рассекать прохладный горный воздух было гораздо приятнее, чем летать в ледяной кромешной тьме. К тому же на метлах преодолевать огромные расстояния можно было в разы быстрее.

Малфой даже не успел устать от однообразности положения в воздухе, как мистер Лестрейндж дал знак снижаться, и они приземлились на заросшем сухим вереском плато.

— Дальше пойдем пешком, — безжалостно заявил их предводитель.

После многочасового изнурительного перехода по крутым, осыпающимся горным тропам начало смеркаться. Наконец, поднявшись на очередной каменистый уступ, волшебники увидели впереди тусклые отсветы огня. Незаметно подкравшись к краю глубокой расщелины, они заглянули вниз: там горели огромные костры, вокруг которых лениво перемещались исполинские тени.

— Стоянку мы нашли, поздравляю, — шепнул Роланд. — Отойдем немного в сторону и разобьем лагерь. Знакомиться пойдем уже завтра.

Выбрав ровную ложбинку между скал, они занялись разбивкой лагеря. Макнейр возился со своей зачарованной палаткой, пообещав, что внутри она гораздо просторнее, чем снаружи. А Роланд занялся установкой маскирующих чар вокруг их стоянки. Люциус устало опустился на поваленное дерево, вытянув гудящие от долгого перехода ноги. Нет, он и раньше бывал в некомфортных условиях, но обычно подобные походы были непродолжительны и заканчивались горячей ванной с последующим отдыхом у камина со стаканом огневиски. Интересно, в палатке Макнейра будет хоть что-то из этого?

Вскоре в сумерках затрещал костер, и Лестрейндж-старший занялся ужином, со знанием дела помешивая в котелке похлебку, от которой исходил приятный аромат. У Люциуса заурчало в животе, что он попытался скрыть наигранным покашливанием. Рядом с ним устроился довольный Макнейр, закончивший с установкой палатки.

— Вы пойдете вперед, — не терпящим возражений тоном произнес Роланд, протягивая им глиняные миски с едой. — Уолден, ты понесешь подарок, Люциус готовься проявлять чудеса красноречия.

— А вы? — Малфой переборол желание жадно наброситься на еду и неспешно зачерпнул немного похлебки, аккуратно поднеся ложку ко рту.

— Пойду прямо за вами, — невозмутимо ответил Лестрейндж. — И нет, я не собираюсь прятаться за вашими спинами. Наоборот, я буду обеспечивать вашу безопасность на случай, если все пойдет наперекосяк. Реакция у меня лучше вашей, а великаны вряд ли успеют заметить палочку, если я буду немного позади.