Приключения Перри Поттса, фальшивого доктора и настоящего волшебника (джен)

Одним из преимуществ доктора Поттса было отменное здоровье: он мог гулять под дождём без шляпы, выходить на сквозняк, есть зелёные немытые фрукты с ветки, пить сырое молоко и холодный квас, перегреваться, переохлаждаться и делать все другие занятия, после которых обычные люди в тот же день начинали чихать и кашлять, а Перри чувствовал себя как огурчик. Но тем утром доктор вызвал своего помощника звоном колокольчика и посмотрел на него несчастными покрасневшими глазами, не имея сил подняться с постели:

— Видите, какая неприятность, друг мой, — пожаловался он Стивену, шмыгая, — давно со мной такого не случалось…

— Это простуда, — сурово нахмурившись, заключил Серпент. — Наверняка вы простудились во время ночёвки в лесу. Или продуло после дождя.

— Нет, это хандра, — меланхолично сообщил доктор и чихнул. — Законы природы: внутреннее влияет на внешнее, а мне пришлось немного сердиться.

— Люди не принимаются сопливить, если злятся на других, — упрямо пробубнил секретарь, принимаясь кутать начальника в одеяло, а после открывая на проветривание форточку. — Если только это не аллергия.

— Аллергия на людей? Какая прелесть! — умилился Перри, весело сверкая стеклами очков.

— Я принесу вам чаю с ромашкой, сэр, — покачал головой Стивен, не подозревая, что его ожидает очень хлопотный день.

Пациентом Перри оказался покладистым, но чрезвычайно капризным. Он охотно соглашался глотать лекарственные чаи, полоскать горло, пить таблетки и горькие микстуры, терпел горчичники, ванночку для пяток, массаж рук, уксусный компресс на лоб и горячее молоко с мёдом и козьим жиром. Но при этом заявлял, что ему то холодно, то жарко, вынуждая Стивена попеременно открывать и закрывать форточку, после жаловался на скуку, требуя книги с разных полок, свежие газеты, журналы и букет цветов из сада. Говорил, что хочет спать, а через пятнадцать минут снова звонил, потому что выспался. В общем, весело было всем: Стивен пробовал на шефе все свои медицинские навыки и знания, вычитанные из книги «Домашние полезные советы для всей семьи», а волшебник, в свою очередь, превратил помощника в трудолюбивую Золушку, придумывая ему мелкие, не очень сложные, но многочисленные задачи.

Ближе к вечеру, когда жар у доктора спал, насморк не мучил так отчаянно и кашель почти прекратился, Стивен проводил доктора в сад, где усадил в шезлонг, прогретый солнышком. Вишни уже совсем поспели и свисали с веток гроздьями, похожими на тёмные, налитые сладким соком фонарики. Тут же суетились и птицы — воробьи, скворцы, синички, — которые лакомились урожаем, вспархивали, чирикали и пересвистывались.

— Птицы мне нравятся намного больше людей, — глядя на весёлый кавардак над головой, задумчиво сказал Перри. Стивен, стоя подле него, молча согласился — от птиц уж точно было намного меньше проблем. Вспомнив о своих обязанностях, он предложил:

— Желаете ещё чаю, сэр?

— Достаточно, я уже успокоился. Но от горсточки вишен не откажусь. — Прищурившись, доктор посмотрел на воробьёв и сказал: — Семя, ствол, завязь, плоды — на дороге дней следы. Ядро жизнь в себе хранит, плоть со смертью говорит. Зреть и падать в свой предел — нежной ягоды удел. Птица прах, но есть десница — Творящий завещал делиться.

С последним звуком заклинания птицы примолкли, а после снова начали свой шумный переполох. Хотя теперь, по мнению Стивена, в нем появился некий порядок: несколько крепких птичек поднялись в воздух, облетая дерево по спирали, выбирая наиболее аппетитные вишенки. После, аккуратно срывая, они начали приносить их доктору, который принимал добычу в ладони. Когда горсть набралась, он ссыпал часть вишен в руки помощнику, а птицы так и остались сидеть у доктора на голове, плечах, на ручках его кресла.

— Я в детстве читал книжки про принцесс, которые умели говорить с животными, — с опаской пробуя ягодку, сказал Серпент. — И нет, сэр, там никто не умер… Хотя нет, если вспоминать — умер… Всякие злые королевы, а до того в могилу отправлялись бедные матушки и отцы…

— Сказки, — пожал плечами Перри. — Там всегда кто-то умирает. А если нет, то детишек просто пожалели, не став рассказывать всего, как было на самом деле…

Воробушки временами вспархивали, притаскивая новые ягодки, а Стивен, уже ничему не удивляясь, собирал косточки в салфетку, радуясь, что они живут в простой мирной действительности, при всех чудесах оставаясь очень далеки от беспощадных канонов «добрых» детских сказок.