Исправление и наказание (гет)

Эддард понимал, что снова ничего не понимает.

Покосившись на Гермиону, он увидел, что та с нескрываемым интересом тыкает палочкой в дохлую ворону.

‒ Как это работает? ‒ девушка снова болтала сама с собой. ‒ В животных просто вселиться, наверное, но в человека…

Варги. Эддард слышал о людях, обладающих способностью вселяться в животных, но это было что-то столь же невероятное, как и Иные.

Над вороной вспыхнула сеть из голубых и пурпурных линий. Гермиона внимательно смотрела на эту странную схему, явно пытаясь что-то понять в ней.

‒ Бедняга, ‒ она опять забыла о существовании Эддарда и Пайпера. ‒ У тебя дырка на месте мозга.

Гермиона вновь замахала своей палочкой, но на этот раз вокруг себя. Множество разноцветных линий сложились в подобие человеческой фигуры.

‒ Гермиона! ‒ позвал её Эддард. ‒ Что происходит?

Как странны их разговоры. Она так редко слышит его, будучи погружена в свои мысли. Он не слышал её все долгие месяцы, что был во сне. Но на этот раз Гермиона перевела на него свой взгляд, явно заметив его присутствие. Заинтересованность пропала с её лица, а вслед за ней растаяла и фигура из разноцветных линий.

‒ Я не могу понять, лорд Старк, ‒ обеспокоенно сказала Гермиона, поджав губы. ‒ Кто-то или что-то пытается воздействовать на мой разум. Это не шутка. И не безумие.

‒ Пусть так и есть, ‒ принял это Эддард. ‒ Как? Зачем?

Ответ на второй вопрос пришёл к нему и без пояснений. Волшебница может быть куда более грозным оружием, чем дракон. Если кто-то сможет вселиться в неё, словно варг…

‒ С тех пор, как вы проснулись, меня не оставляет боль вот здесь, ‒ Гермиона ткнула в свой висок. ‒ Я не обращала особого внимания на это, сочтя лишь усталостью, но сейчас вспомнила. Боль, именно такая боль, уже приходила, пусть и давно. В тот раз на мой разум воздействовала частица души волшебника, пытаясь овладеть и подчинить.

‒ Как это происходит? ‒ спросил Эддард.

Гермиона поджала губы ещё сильнее.

‒ Не могу понять. Та ворона была явно под чьим-то контролем, но это лишь животное. Варг мог просто послать её к нам, чтобы следить, но у меня такое ощущение, что через неё кто-то хотел захватить мой разум. Поймите, эти вспышки ярости нехарактерны для меня.

Гермиона ещё что-то говорила, объясняя всю опасность того, что кто-то может захватить её разум. Дело выходило и вправду скверное, если это не ошибка. Если бы Эддард мог надеяться только на себя в этом походе, но Гермиона владела не только магией, но и наиболее точными сведениями об его детях и жене.

‒ Вот, могу наглядно показать, ‒ девушка вновь взмахом палочки вызвала фигуру из нитей. ‒ Виски и лоб. Небольшая пурпурная область.

Эддард всмотрелся в схему. Сплетение нитей, образовывающих подобие человеческой головы, сияло ровным синеватым светом, но в тех местах, куда указала Гермиона, они были подобны кровавой ране.

‒ У вороны вместо мозга была лишь тьма, ‒ произнесла девушка, а затем нахмурилась. ‒ Мне до такого далеко, но всё же мне не хотелось бы повторения сегодняшней ярости. Я ведь могла убить вас, если бы вовремя не очнулась.

Гермиона говорила опасную правду. Правду, из-за которой многие бы предпочли убить её прямо сейчас, чтобы не иметь проблем в будущем. Вон и Пайпер поудобнее перехватил свой меч, но наткнулся на стальной взгляд Эддарда.

‒ Ты можешь остановить это… вторжение? ‒ спросил Эддард.

‒ Вторжение, ‒ протянула Гермиона. ‒ Вопрос в том, как давно кто-то пытается захватить меня. Я бы поставила на ваше пробуждение, но почему именно тогда? Возможно, кто-то хочет проследить за вами моими глазами, только и всего. И всё же… Я могу поставить щит на разуме, ограничивая эту враждебную волю, но это будет сложно.

На этом они и решили. Гермиона ничуть не боялась «новой» смерти, но Эддард настоял на том, что в случае новых вспышек ярости, её просто попытаются оглушить и связать. Обезвредить. Гермиона долго стояла на одном месте, закрыв глаза, а затем объявила, что поставила зеркальный щит. Они отправились дальше.

Утром остановились на привал.

‒ Я боюсь, ‒ тихо сказала Гермиона Эддарду, когда Пайпер решил отойти за дерево перед установлением защиты.

‒ Мы не станем тебя убивать. Я тебе должен, ‒ упрямо сказал Эддард.

‒ Я не об этом, ‒ помотала головой Гермиона. ‒ Понимаете, леди Кейтилин… Я словно бы и забыла, как она изменилась. Её не зря прозвали леди Бессердечной. Я боюсь, что ваша семейная встреча будет отнюдь не счастливой.

‒ Она моя жена, ‒ ещё упрямее сказал Эддард. ‒ Меня не было рядом с ней слишком долго. Возможно, она и возненавидит меня за это, но я обязан рассказать ей, что жив.

Из-за дерева раздался сдавленный крик Пайпера. Гермиона и Эддард вскочили на ноги. Из-за дерева показались четверо воинов в потрёпанных одеждах. Один из них держал на прицеле арбалета Пайпера.

‒ Вы не похожи на крестьян, скорее на воинов. Вас приветствует Братство без Знамён. Мы защищаем простых людей от…

Говорил человек в сером доспехе. Эддард смотрел на него и с удивлением узнал в нём Харвина, одного из тех, кого отправил вместе с лордом Дондаррионом исполнять королевское правосудие в Речных землях. Воин тем временем осёкся и во все глаза смотрел на лорда Старка.

‒ Невозможно, ‒ хрипло сказал Харвин.

‒ Я лорд Эддард Старк из Винтерфелла. Мои спутники: Гермиона Грейнджер и лорд Марк Пайпер. По какому праву, Харвин, вы задерживаете нас? ‒ невозмутимо произнёс Эддард, игнорируя Гермиону, которая тыкала его в бок, словно старалась о чём-то предупредить.

Точно, они же служат леди Бессердечной. Леди Кейтилин Старк. Его жене.

‒ Сопроводите нас к вашему командиру? ‒ спокойно продолжил Эддард.

Лорд Старк кожей чувствовал недоверие членов Братства. Не такое сильное, как от пленников в темнице Риверрана, но всё же ощутимое. Харвин сделал знак своим товарищам. Арбалет больше не угрожал Пайперу.

‒ Мы отведём вас к леди Бессердечной, она разберётся с этим делом. Не нам судить о том, правда ли, что лорд Старк восстал из могилы, ‒ и всё же Харвин едва заметно склонил голову.