Звёздные войны. Иной путь (джен)

Через два дня после встречи с Гараниными доктор Левашёв на обходе сказал Джин, что ей сегодня предстоит переезд.

— Рана полностью зарубцевалась, колдовское, хм, лечение помогло. Осталось ещё подержать повязку денька три-четыре. И всё. Ну с этим и Марина справится. На вашей базе в её распоряжение медицинский кабинет.

— А что это за база? — полюбопытствовала Джин.

— Гостиница при НПО "Зодиак". Та самая контора, где создали установку, открывшую портал и благодаря которой вы все и живы до сих пор. В эту гостиницу приезжают разного рода командированные из смежников и представители военных заказчиков. Но для вас, как я понял, выделили отдельный корпус: она размещается в двух зданиях. Так что ожидай своего спасителя, который тебя и отвезёт на новое место жительства. — доктор посмотрел на часы. — О, уже не больше часа осталось! Давай-ка собирайся!

Сборы, впрочем, оказались не такими и долгими. Вещей у Джин было не так уж и много: мыльница с куском мыла, зубная щётка, паста. Из одежды было только то, что на ней, то есть тот самый костюм, принесённый Падме. К нему также добавились купленные накануне кроссовки. А из прежних вещей у девушки остались лишь её кожаная безрукавка, широкий пояс и набедренные ремни. Про остальную одежду бывшая сенатор только и сказала.

— Не думай об этом. Свитер рваный и в крови, брючки скоро просвечивать начнут, а ботинки того и гляди каши запросят. — на недоумённый взгляд она со смехом пояснила. — Скоро подошва начнёт отрываться от верха и обувь будет выглядеть так, будто рот широко раскрыла. Про такое и говорят: каши просит.

Джин, представив себе ботинки, просящие еды, тоже развеселилась. Эта идиома ей очень понравилась. Ещё Марина Святенко подарила ей женские часики-браслет на батарейке и объяснила, как подводить стрелки, если что.

— Время установлено московское, — пояснила девушка подруге. — Сама понимаешь, что о времени Корусканта тут понятия не имеют.

— А часто я по нему жила? — вопросом ответила Джин. — Помотаешься по планетам с их собственным временем, так научишься спать, когда захочешь и где сможешь. А за хронометр всё равно огромное спасибо! У меня такого никогда и не было.

— Хронометр! — улыбнулась Марина. — Это просто женские часики-браслет. Ну-ка, давай застегнём. Так! Отлично! Ты стала обладательницей своего первого украшения. И на Влада сможешь произвести впечатление! — И обе подруги звонко рассмеялись.

Влад появился через полчаса и остался впечатлён. И то сказать: Джин за эти дни из раненого заморыша превратилась в очень миловидную, да что там, красивую девушку. Всё-таки наследственность никуда не денется, так что некая породистость чувствовалась.

— Ну как, готова к переселению, Звёздочка? — мягко улыбнувшись, спросил он.

— Готова! — радостно кивнула Джин.

Влад взял пакет с её вещами, хотя девушка уверяла, что ей совсем не тяжело, и они вышли в коридор. Палата имела отдельный вход, и лейтенант, повернув налево, пошёл вместе с Джин по лестнице на первый этаж. Пройдя коридором в вестибюль, они вышли на улицу, где у самого входа стоял служебный микроавтобус "Газель". Влад кивком показал в сторону машины.

— Нам сюда.

— А флаеров или спидеров тут нет? — полюбопытствовала Джин.

— Нет. Городского воздушного транспорта у нас не водится. А если ты имеешь в виду вертолёт, на каком тебя привезли в госпиталь, то это армейский эвакуационный транспорт. Но зато сможешь посмотреть на город, в котором ни разу в жизни не бывала и даже...

— ...и даже не представляла, что он есть! — подхватила Джин. — А планета, на которой он расположен, вообще никому неизвестна. Вот уж никогда не думала, что окажусь в такой истории! Как будто всё и не со мной происходит. Ну, мне это поначалу казалось, — поправилась она, — а сейчас такого почти и не чувствую.

— Это, Джин, можно назвать процессом принятия, — улыбнулся Влад. — Ты вся была как натянутая тетива лука: только вперёд, только попасть в цель, только поразить. А всё остальное уже не имело значения. Тебе в тот момент даже выстрел Звезды Смерти, наверное, был не так страшен? — негромко спросил он.

— Скорее всего, ты прав, — Джин вздохнула, — не то чтобы не страшен, но мне он мог, тогда, показаться избавлением. А теперь я твёрдо знаю, что не хочу вот такого исхода. А что мы стоим? — она резко сменила тему разговора. — Садимся в этот транспорт, включаем автопилот. Ну, программа же есть? Ты почему смеёшься, Влад?

Лейтенант и впрямь очень развеселился.

— Ох, Джин, милая! Здесь нет автопилота, здесь обычный водитель. Только он куда-то отошёл, а двери закрыл. А, вот и он спешит.

Водитель "газели", средних лет мужичок, торопливо извинился.

— Командир, ты уж прости, что отошёл! Ну, вот, надо было. Не под себя же ходить!

— Да не парься! Всё в порядке. Мы не спешим. Адрес-то сказали, куда везти?

— Да, конечно. На Кутузова.

— Всё так.

Водитель забрался на своё место и открыл изнутри автоматическую дверь. Влад помог подняться Джин, которая, попав в земной транспорт, только головой крутила от удивления. Очевидно, что в скитаниях по разным планетам, ничего подобного "газели" ей не попадалось.

— Присаживайся на кресло возле окна, — показал Влад, — будет тебе нечто вроде экскурсии по первому земному городу. — Сам же он сел напротив девушки, спиной к движению.

Шофёр запустил двигатель, дав ему немного прогреться и тронулся с места. Выехав за ворота машина миновала автобусную остановку, где толпился народ и направилась по Госпитальной улице мимо домов микрорайона "Бор". Мелькали разнокалиберные дома: от пятиэтажек-хрущёвок до более новых, "элитных" серий. Впрочем, они только считались элитными. Всем давно было известно, что настоящее элитарное жильё находится совсем в других местах.

"Газель" свернула на дорогу, ведущую в город, и стала набирать скорость. Джин иногда задавала вопросы, на которые лейтенант отвечал, но чаще молчала, набираясь впечатлений. В такие минуты Влад откровенно любовался девушкой. Она смотрела за чужой, ранее совсем неизвестной жизнью с большим интересом, но не теряя достоинства. Лёгкий поворот головы, слегка прищуренные глаза — весь её профиль был одновременно и женственным, и очень юным. Так мог выглядеть молодой цветок,только-только распустившийся по-настоящему. Почувствовав интерес к себе, она лукаво посмотрела на Влада и вдруг забавно хихикнула в кулачок, сразу став весёлой маленькой девочкой. Он тоже фыркнул, и через секунду оба весело смеялись, сами толком не зная над чем, как часто бывает в детстве.

— Ох, что-то нас распирает! — Джин покрутила головой. — Как бы потом плакать не пришлось.

— Вот так номер, — Влад был откровенно удивлён, — ты сейчас сказала про очень давнее земное поверье, даже суеверие. Мол, после большого веселья может и беда случиться.

— Ты это серьёзно? Ведь между нашими мирами миллионы световых лет! Или всё же когда-то? Ужас! — девушка по-настоящему побледнела. — Ведь получается, что у вас это поверье существует изначально, потом с началом космической экспансии разошлось по галактике, а теперь, когда появился портал, мы попали в прежнюю эпоху, да ещё и догоняем её?! Я только сейчас стала это понимать. Раньше как-то не особенно. Выходит, что Старая Земля существует и может соединиться с нашим миром. Ведь ты говорил, что за Скарифом вы наблюдали несколько недель и без особых проблем. А, ну да, высота прохода часто менялась. И если бы не этот выстрел, то и дальше можно было продолжать. А сейчас что будет? Далёкие предки и их потомки в одном пространстве-времени?! Да, да, не удивляйся! — Джин показала язык. — Мне папа тоже лекции читал. Родители хотели мне дать полноценное домашнее образование, и чтобы я сдала экзамены экстерном. А после... После ничего не было: ни домашнего образования, ни экзаменов, — она сложила ладони домиком и прижала к лицу, голос стал тих и печален. — Вот я сейчас еду с тобой и думаю: а что со мной? Я понимаю, что к нам, ко мне относятся хорошо, очень хорошо. Но я-то сама никакая: образование — ноль, профессия — тоже самое. Если бы наши победили, и папа остался в живых, то пошла бы к нему в лабораторию. Помогать в экспериментах, приборы настраивать. Может чему-то и научилась. Замуж вышла бы за университетского работника и непременно героя альянса! — горькая усмешка скользнула по губам Джин. — Такого же неуча, как и я сама. Так бы и протянула до старости, — она замолчала.

— Ох, Джиночка! Как же ты себя любишь накручивать! — Влад покачал головой. — Ты даже не представляешь, что начни систематически вспоминать, что знаешь по жизни и чему тебя успели научить, то знаний окажется немало. Давай навскидку разберём: бластерами владеешь — да, спидер-байк водить можешь — да, в их механизмах разбираешься — наверняка, да. Со средствами связи обращаться умеешь? Я имею в виду терминалы космосвязи. Ну вот, кивнула. Да и со всем прочим тоже можно разобраться. Так что не переживай, прорвёмся!

— Куда прорвёмся? — удивилась Джин.

— К лучшей жизни! — рассмеялся лейтенант. — Это у нас присловье такое в народе. А вот уже и город начался.

"Газель" уже катила по городским улицам. Мелькали фонарные столбы, вывески на магазинах, машины на дороге, люди, спешащие по своим делам. Тут гостья резко кивнула головой.

— А это что на постаменте? Боевая машина?

— Да, Джин! Мы проезжаем сквер Ветеранов, а на постаменте стоит танк Т-34-85. Такие у нас были в Великую Отечественную войну лет восемьдесят назад. Мы его называем Танк Победы.

— Немного сказал, а у меня уже куча вопросов: и что это за танк; и какая Великая война; и почему она Отечественная; и с кем вы воевали. Влад, я по голосу поняла, что тема для тебя и для других особенная. Ты мне про неё расскажешь? Пусть не сейчас, потом. А?

— Конечно, милая. И расскажу, и покажу. Для нас эта тема всё никак не забудется. Нам Победа дорого далась. Но иначе нас бы просто не было.

— Как не было?

— Так вот и не было. Речь шла о выживании всего нашего народа. Тебе знакомо понятие геноцид?

— Да, слышала о таком.

— Вот и нас хотели уничтожить физически, как народ. Мы, оказывается, низшая раса, недочеловеки. И мешаем жить цивилизованным народам.

— Что-о-о?! Люди других людей называют низшей расой? Бред! Я знаю, что в Центральных Мирах хватает ксенофобов, но они не любят негуманоидные расы: ботанов, ласатов, ну там кого ещё. Но чтобы люди людей делили по сортам?

— Представь себе. А ещё занимались замерами черепов, определяли остроту лицевого угла и длину носа измерительными приборами, чтобы выявить "нечистых". И непрошедших такую проверку отправляли на каторжные работы в концлагеря, где несчастные быстро погибали от скудной пищи, адского труда, побоев и преступных медицинских опытов.

— К-к-кошмар! — Джин от волнения даже стала заикаться. — Это даже не Палпатин с его империей, это, это, страшнее!

— Ты права, — Влад кивнул, — я обязательно дам тебе материалы по этой войне. Падме, попав к нам, быстро выучила язык и занялась изучением и нашей планеты, и нашей страны. Впечатлений у неё осталась масса. И позитивных, и негативных. И вам всем тоже предстоит познакомиться с нашим миром поближе. Ну вот и подъезжаем. Вон тот дом в глубине двора выделен для вас. И тебе комната приготовлена. Так, шеф, всё, приехали.

Автобус остановился неподалёку от подъезда. Влад вышел первым и помог выйти Джин, подав ей руку. Они уже собрались идти в гостиницу, когда водитель негромко попросил:

— Слышь, командир, на пару минут. Спросить хочу.

Лейтенант, сделав Джин знак подождать, вернулся в машину. Водитель, немного смущаясь заговорил:

— Я ведь знаю из какой больнички ты девчонку забрал. Больничка непростая, абы кто туда не попадает. Ты мне скажи, если можешь, она ведь не русская, так?

— Так. И ты сам слышал, что мы не по-русски говорили.

— И слышал, и по лицу видел, что не тот типаж. Ну, если молчит, то ещё ладно. Но разговор... Я к чему говорю. Вроде как на английском говорили, но чудно. Я сам в школе учил, кое-что помню. Но тут совсем не пойму.

— А это особый диалект английского, — нашёлся Влад, — ты про Новую Зеландию знаешь?

— Знаю. Так это на другом конце Земли, аж Южное полушарие!

— Вот и она оттуда, понял?

— Понял, командир! И ведь девчонка всё же наша?

— Наша, — Влад кивнул и добавил, — более нашей не бывает!

— Ну тогда полный порядок! Бывай, командир! Всего хорошего и удачи!

— И тебе, брат, того же пожелаю! Пока!

Влад Гаранин выскочил из "газели". Водитель развернулся, и машина выехал на улицу. Джин подошла к другу и спросила, осторожно взяв за рукав:

— Он что-то заподозрил?

— Кто? Водитель? Нет. Его просто разговор на твоём языке сильно удивил. Он похож на английский, но и различий очень много. А госпиталь, где тебя подлечили, не гражданский. Там и полиция, и военные, и безопасность. Многие из зоны СВО. Потом расскажу про это. И тут некая иностранка появилась. Я тебя сделал уроженкой Новой Зеландии, чтобы объяснить все непонятные моменты. Есть такое островное государство в Южном полушарии, наши антиподы. Его это очень поразило, но я его успокоил.

— Как?

— Водитель спросил, мол, ты всё же наша? А я ответил, что более нашей на всём свете нет.

Взгляд, которым Джин Эрсо наградила Влада, чего только не содержал: шок, изумление, растерянность, желание поверить в некое чудо и страх его лишиться. Но всё же радостного изумления было гораздо больше.

— Значит, если ты сказал, что я тут совсем своя, то мне надо этому соответствовать. Только учти, Влад, — она смешно надула губы, — я очень упрямая и если захочу чего узнать, то не слезу, пока не узнаю, понятно?

— Понятно! — лейтенант поднял руки в шутливой капитуляции. — Вот прямо залезай на спину и поедем на новое место жительства!

Смех, который последовал за этой фразой, показался ему самой весёлой музыкой.

При входе в холл гостиницы первым, которого они увидели, оказался Чиррут Имве. Влад сначала не мог понять, что с монахом не так, но оказалось, что служитель Силы сменил гардероб: вместо прежней хламиды, широких штанов и довольно поношенных сапог у него появились вполне приличные джинсы, свитер хорошей вязки и спортивные туфли. Только посох остался неизменным.

— Вот, посоветовали переодеться, — монах шутливо развёл руками, — сказали, что я очень уж выгляжу, как это? а, экстравагантно. И давайте пройдём подальше, в эту самую столовую. Там все собрались и тоже поменяли... имидж? Да? Значит, я правильно понял.

В столовой их уже поджидали. Появление Джин Эрсо в сопровождении Влада, одетой в спортивную "фирму", да ещё с часиками-браслетом, вызвало бурю восторгов. Сразу бросилось в глаза, что народ заметно отдохнул, посвежел, взбодрился и приступил к процессу адаптации, пока начав с одежды. Бейз Мальбус в "городском " камуфляже и берцах почему-то напомнил охранника с местного рынка. Впрочем и сам друг Чиррута охотно подтвердил, что свою карьеру наёмника начинал с того, что сторожил торговые ряды на родной планете.

— В четырёх городах поработал, ну а потом пришлось заняться другими делами, — он немного замялся. — Перешёл дорогу кой-кому и понял, что надо поискать счастья в другом месте. Но это всё до того, как с Чиррутом сошлись.

Бодхи Рурк в кожаной куртке и вельветовых брюках смотрелся скорее восточным торговцем. Макс Вихров со смехом заметил, что предлагал сделать пилота арабом или индусом, но такое креативное предложение не прошло. С одной стороны, мало ли к нам приезжает народу из этих стран; с другой — кто-то может обратиться на английском языке и выйдет неловко.

Рускотт Мелши был, пожалуй, самым простоватым из всех. Куртка с логотипом коммунальных сетей, чёрные брюки из плотной ткани и ботинки "мэйд ин Черкизон" придавали ему вид классического работяги, на котором ездят все, кому не лень.

Кассиан Андор в классических джинсах и таком же пиджаке выглядел вполне довольным жизнью. А вот его подруга Бикс Калин явно тяготилась длиной вельветового платья и хотела натянуть его подол подальше на колени. При этом она с явным неодобрением смотрела на пару набуанцев, имея в виду скорее Лию, чем Эдвина. Лия в салатовой блузке и плиссированной юбке никак не переживала из-за того, что её коленки доступны для обозрения мужской части общества. Эдвин же в обычных брюках и джемпере вообще не выделялся из общей массы.

— Всем привет! — Влад Гаранин пропустил впереди себя Джин. — Вот наша героиня в целости и сохранности! И, заодно, в боевом настроении. В том смысле, что собралась штурмовать высоты нашей науки.

— А как же! Должна же я разобраться куда мы попали, и что нам дальше делать?

— Да нам всем это интересно, — добавил Кассиан. — Первые дни в себя приходили: и от Скарифа, и от попадания сюда. А теперь надо разобраться полностью.

— Вот сегодня и начнём, — добавил Виктор Пахомов, — тут ещё должен Павел Юрьевич Евсеев подойти, Падме чуть позже приедет. Она сейчас в Москве, Влад, вместе с твоим отцом на докладе у Бортникова.

— Ого! За нас, похоже берутся всё крепче! — лейтенант не скрывал удивления.

— Ну, если у самого президента всё на контроле, то чего удивляться.

— Влад, — спросила Джин, — а президент у вас это как император? А сенат вообще-то есть?

— Есть, всё есть, не переживай! Я тебе сейчас нашу Конституцию процитирую, — отозвался Влад, — заметив некоторый испуг в глазах у девушки.

— А что вообще означает эта ваша конституция? — в голосе Мелши сквозило искреннее удивление.

— А разве при Республике у вас её не было? — ещё более удивлённым тоном ответил Пахомов.

— Ни разу не слышал про такое, — Рускотт обвёл глазами своих товарищей из Небесной Реки, в надежде, что хоть кто-то из них чего-то да знает, — однако, никто не поспешил ему на помощь и только капитан Андор медленно произнёс, пытаясь нечто вспомнить:

— В Республике такого понятия и не существовало. Был Свод Законов — многотомный монстр. Я подозреваю, что и большинство сенаторов его до конца не прочитали. Но вот года три назад был у меня разговор с Лютеном Раэлем. Не знаю, говорит вам его имя что-нибудь (тут Михаил Ермаков кивнул). Он тогда и создавал структуры Сопротивления. И вот за ужином Раэль критически отозвался о Республике, сказав, что в ней уж много было анархии, а это сыграло на руку Палпатину. Он ещё упомянул некоторые планеты, где есть свой Основной Закон, устанавливающий базовые основы для жизни общества. И жаль, что такого Закона не было для всей Старой Республики. Но больше, увы, не припоминаю.

— Прошу прощения, — тихо сказала Джин, — я тоже кое-что вспомнила. Мы тогда жили на Корусканте, а я пошла в первый класс Образцовой Императорской гимназии. Её учеников на Скарифе ребята спасли. Был семейный вечер, к нам пришли гости. И этот, Кренник, тоже. Он тогда считался другом моего отца. Ну меня вскоре спать отправили, а гости в большой комнате разговоры вели. Помню, мамины слова, что всё-таки нужна Конституция: и в республике, и сейчас. Кренник скептически заметил, что одна Конституция для всей Галактики — сомнительно. Но если взять позднюю республику, то может какой-то порядок она бы и установила. А сейчас, мол, и не надо: есть император и его кабинет. А дальше и не помню ничего: уснула, наверное.

Все молчали: и гости, и хозяева. Ситуация перед всеми предстала в совсем ином свете. Выходит, что и Республика, и Империя в своей юридической основе, мягко говоря, сомнительны. Как происходило становление Старой Республики, никто из повстанцев сказать не мог, хотя бы по причине недостатка образования. Но и они прекрасно знали, что никакого основного закона не было и в помине. Так что канцлер Шив Палпатин просто взял себе дополнительные полномочия, а после стал императором, даже ничего толком и не нарушив. Легитимность его власти по своей сомнительности была не большей, чем власть любого из канцлеров. Получалось, что Небесная Река постоянно жила в состоянии перманентной анархии, где власть могла достаться по принципу "кто смел, тот и съел". И этим смелым оказался Дарт Сидиус.

— Но у нас-то есть Набуанская грамота о мире и вольностях! — заговорил Эдвин Кертис. — Её приняли много веков назад, когда планета была только заселена. Тогда осваивать планету прибыло очень много людей из разных миров. Они были разными по языку, вере, культуре. У иных прежние миры враждовали между собой. И чтобы построить гармоничное общество, наши правители и стали создавать свод общих правил, определяющих жизнь королевства. Правда гунганы в наше общество вошли далеко не сразу, — Эдвин смутился. — Только госпожа королева Падме смогла привлечь их к союзу во время войны с Торговой Федерацией. Я вот теперь думаю, что получись это раньше, то у неймодианских торгашей изначально ничего бы не вышло, — парень закончил свою речь совсем негромким тоном.

— Если бы всё было так просто, — вздохнул Виктор Пахомов. — Ты не забывай, что за Торговой Федерацией стоял владыка ситхов, осуществлявший последовательный план захвата власти и мести джедаям. И спор о гипертоннеле был для него только удобным поводом для вмешательства в политику Республики и занятии поста канцлера. Ну, допустим, что Набу и Федерация смогли договориться о цене проекта: торгаши бы расщедрились с арендной платой или набуанцы смогли предложить какой-нибудь дефицитный товар. Что бы в конечном итоге изменилось? Ничего. Нашлась любая другая планета с подобными проблемами. Вся республика пребывала в кризисе, и нашлось много людей желавших использовать кризис в его втором значении.

— Это в каком? — спросил Кассиан Андор.

— В китайском языке иероглиф "кризис" читается и как "возможность", — пояснил инженер.

— Вот и Палпатин сумел найти себе помощников, заинтересованных в смене государственного строя, чтобы воспользоваться к своей выгоде открывшимися шансами, — раздался громкий голос социолога Павла Евсеева.

Он вошёл в столовую не один. С ним была Падме Амидала, директор ФСБ, генерал-майор Гаранин, лейтенант Антипов и ещё человек семь. Сразу сделалось шумно и многолюдно.

Александр Бортников поднял руку, призывая к вниманию:

— Так, товарищи! Сейчас вкратце проинформирую всех о поездке в Москву, уточним некоторые моменты по адаптации наших гостей, потом обед. А уже после него мы и займёмся полным анализом всего произошедшего и планированием будущих действий.

Начну с самого главного: президент Российской Федерации полностью в курсе о прошедшем этапе операции по визиту на Скариф. Наши действия он одобрил, особенно отсутствие безвозвратных потерь. Да, а как самочувствие вашего товарища Вадима Степанова? — повернулся он к Владу.

— Я был недавно в госпитале, — лейтенант встал для доклада, — и разговаривал с врачом. Ранение, конечно серьёзное: это был термобарический боеприпас. Ожог верхних дыхательных путей и осколочные ранения. Пришлось подключать аппарат ИВЛ. Но сейчас, по словам медиков, ситуация стабилизировалась. Вадима перевели в обычную палату. Его навещают жена, тесть, родители. Но он по-прежнему очень слаб. Я с ним поговорил. Вадик держится стойко, но долгих разговоров вести пока не может.

— О, сила! Как же это печально, — Бикс Калин и Кассиан Андор и впрямь выглядели очень расстроенными. — Ведь благодаря вашему сержанту остались живы и мы, и наш малыш Дэнни. Может чем-то можно помочь? (это подала голос Бикс)

— Вы, девушка, и так сделали больше, чем надо, — хмыкнул директор ФСБ. — Подхватили крошечного ребёнка, насмотревшись каких-то кошмаров и рванули в самое пекло на Скариф. А потом носились под перекрёстным огнём, разыскивая своего друга. То, что остались в живых, у нас в старину назвали бы божьей волей.

— Товарищ генерал армии, разрешите обратиться! — поднял руку Михаил.

— Обращайтесь, товарищ боец! У вас по этому поводу есть что сказать?

— Сержант ВДВ Михаил Ермаков. Я, товарищ генерал, кроме Изгоя Один смотрел ещё и сериал "Андор" о событиях, предшествующих ему. Кассиан, прошу тебя не смотреть такими глазами! Обо всём всем расскажут и покажут. Ты и сам спрашивал про канон и куда он провалился. Так в том сериале капитан Андор решил отойти от дел, чтобы отдохнуть. Было так, Кассиан? Было, сам киваешь. А Бикс решила улететь от него на Мина-Рау, чтобы не мешать его высокой миссии. Что, Бикс? Или не так? Ах, так! Ты ещё и послание оставила, что вернёшься после победы к герою. На меньшее, значит, не согласна. А потом высадка на Скариф, из которой живым в той реальности никто не вышел. В конце сериала есть кадр, когда Бикс стоит с малышом на руках посреди поля и рыдает во весь голос. Уже знает, что Андора больше нет. Бикс, признайся: ведь что-то подобное тебе и приснилось?

Бикс Калин бледная, как сама смерть, только кивнула головой.

— Миша, я всё же прошу не резать по живому, — в голосе Падме звучала лёгкая укоризна. — Бикс и сама теперь понимает, что поступила в тот раз нехорошо. Единственно, что можно сказать в оправдание, это возможные иллюзии близкой победы. Ведь она не генерал Альянса, а простой боец. Те операции, в которых она участвовала, были в целом удачны. Из сложных ситуаций они с Кассианом успешно выпутывались. Вот Бикс и могла подумать, что победа вот-вот придёт Надо всего лишь все силы вложить в один удар, не отвлекаясь ни на что. В том числе и на неё с ребёнком. Нельзя строго судить за наивность.

— А затем с малышом да под огонь! Это уже наивность в квадрате, а то и в кубе! Хотя, Падме, ты всё же права в том, что команду убийц Бикс увидела и смогла хоть как-то обогнать. И крикнула, сбив с толку. И Влад с Вадимом не оплошали. А то могло хуже быть.

— Михаил, я не сержусь на тебя, — торопливо проговорила Бикс. — Я и в самом деле тогда была в какой-то эйфории или в отчаянии, даже не могу сейчас сказать. В голове одна лишь мысль: добраться до Скарифа, найти Кассиана и что-то сделать.

— Но всё-таки сделали, — констатировал Александр Васильевич, — и сделали все. И, в целом неплохо. Поэтому, завершая нашу вступительную часть перед большим разбором полётов, надо сделать необходимое дополнение о внешнем статусе гостей. Это касается, как взрослых, так и детей. Конечно изучение языка, обычаев, культуры и прочего — это обязательно. Но на первом этапе, чтобы не было совсем уж полного непонимания, надо вас представить уроженцами очень далёкой англоязычной страны, где свой вариант языка, непохожий на остальные. И вот наш товарищ, старший лейтенант ВДВ Владислав Гаранин, уже сделал шаг в правильном направлении (Бортников хитренько так улыбнулся), предложив считать Вас уроженцами Новой Зеландии, островного государства в Южном полушарии. И первой гражданкой этой экзотической страны он сделал нашу очаровательную Джин Эрсо.

Влад остро ощутил потребность крепко схватиться за стул, на котором он сидел. Рядом что-то испуганно пискнула Джин. А из-за донельзя довольных директора ФСБ и отца (вот чёрт, так спалиться!) появился тот самый мужичок, водитель "газели" с логотипами НПО "Зодиак". Впрочем лейтенант не был уже уверен ни в том, что это заводская машина, а не подставная, ни в чём ещё вообще.

— Значит так, товарищи и некоторые господа! — генерал-майор Гаранин решительно взял инициативу в свои руки. — Тут никто никого не подставляет и не провоцирует. Требовалась проверка на местности, как вас будут воспринимать в нашем обществе. Уже изначально, когда у нас была только Падме, было принято решение: никакой жёсткой изоляции. Полная адаптация к земным условиям жизни, тем более, что все мы относимся к виду хомо сапиенс и являемся людьми постиндустриального мира. Эта установка осталась неизменной и с расширением количества участников проекта. Подчёркиваю, участников, а не подопытных кроликов! Это, я к тому, чтобы в головы кому-нибудь дурные мысли не полезли. Когда вас перевезли сюда на армейских грузовиках, то была одна ситуация. Нельзя долго держать на полигоне маленьких детей, да и вам требовалось побыстрее предоставить более сносные условия. А теперь, по мере адаптации, будет расширяться и ваша самостоятельность в разного рода бытовых вопросах. Поэтому и надо было проверить возможную реакцию окружающих. Так что лейтенант Гаранин своей импровизацией внёс немалый вклад в операцию прикрытия. А теперь предоставим слово нашему эксперту, — генерал уступил место "мужичку". — Его имя Ерёмин Борис Андреевич. Он полковник запаса госбезопасности, но бывших чекистов не бывает. Нам это правило давно известно, а теперь его стоит узнать и нашим гостям. Вам слово, Борис Андреевич!

Полковник Ерёмин заговорил вроде всё с той же простецкой интонацией, с какой вёл разговор с Владом в "газели", но теперь впечатление было совсем другим. Видимо, эта манера была у него от природы и ему не приходилось специально подделывать свою речь.

— Я прошу сразу понять, что это не некая хитрая комбинация. Имей она место, тут бы никто и ни о чём не догадался. Просто считайте два элемента из трёх в нашей мизансцене практическим занятием по тому, как соотносить обстановку с наличием предметов. Первое — машина. Она, кстати, заводская, товарищ лейтенант, можете проверить, посетив зодиаковский гараж. Вам сказали, что за Джин приедет именно эта машина. Это так. Но наш госпиталь для силовиков и въезд стороннего автотранспорта на его территорию ограничен. Конечно, если бы "газель" привезла пострадавшего с тяжёлой травмой, то её бы пустили без вопросов. Но она-то приехала забрать уже в принципе здорового человека. Так что её место у ворот.

— Второе — интерес водителя к языку. Вы видите перед собой немолодого дядечку, который, конечно, школу закончил, но было это в очень давние годы. Английский язык он мог учить? Мог! Но если выше шофёра не поднялся, то, скорее всего, большую часть того, что учил, благополучно забыл. И уж тем более не может разбираться на слух в различиях его разных вариантов. Но вот ваша импровизация оказалась как нельзя кстати. Новая Зеландия для большинства народа это впрямь другая планета. Так что очень даже подойдёт.

— Ну, а третье, — полковник помолчал. — Третьим был вопрос, что я тебе тогда задал. Какая она, по твоему, Джин? Наша или как? И ты мне ответил, что более нашей и нет. Так вот за такой ответ я тебе ставлю высший балл, как преподаватель спецпсихологии. Ответ мгновенный, честный, без обдумывания — значит, для тебя этот вопрос давно решён. И я тебе скажу, что полностью согласен. На такое дело пойти — это надо быть на всё готовым, до полного самоотречения. Как у нас шли до конца молодогвардейцы или Зоя, или те ребята, что с гранатами под танки бросались. И как сейчас там, на Украине, жизни кладут. Знал таких? — Влад молча кивнул.

— А ты, девочка, чего так побледнела? О тебе ни одного плохого слова не сказано, а только хорошие. — полковник Ерёмин изъяснялся на корусканти очень даже неплохо. Влад вдруг вспомнил, как Падме говорила про особо толкового ученика. Уж не он ли? — Поэтому дурные мысли из головы прочь! И вперёд на освоение науки! А уж Влад тебе всегда поможет! У вас обоих ещё всё впереди.

Джин, которая действительно выглядела напуганной, при этих словах буквально выдохнула воздух из лёгких и покачнулась. Влад крепко подхватил её под руку.

— Ты что, милая? Всё же в порядке!

— Вот такие они, валькирии восстания! — с лёгкой иронией произнёс директор ФСБ. — Сначала победа или смерть, а как смерть мимо прошла, так сразу в обморок. Ну да это и естественно. Всё ж человек существо не суицидное. О, смотрю уже и раздаточную открыли! Ну тогда сейчас обед, а в два часа собираемся в конференц-зале и поговорим уже о куда более серьёзных вещах. По сравнению с ними вся эта эпопея на Скарифе может считаться просто генеральной репетицией. Чего репетицией? Так вот об этом и пойдёт разговор.