Дафна Гринграсс и важность намерения (гет)

Последние два дня тянулись для Дафны бесконечно. Восхитительно, но бесконечно.

Теперь был вторник. Уроки закончились, и Дафна вместе с Трейси шла в пустой кабинет «учиться» вызывать Патронуса.

Если честно, тратить время на запланированное занятие ей совершенно не хотелось. Это заклинание было сложнее уровня ЖАБА и, скорее всего, в жизни никогда не понадобится. Вероятность того, что дементор когда-нибудь подойдет достаточно близко, чтобы попытаться высосать ее душу, была ничтожной. А если и подойдет, Дафна наверняка переживет пару минут тоски.

Она шла по двум причинам.

Во-первых, не позволить Астории лишний раз перенапрячься.

Во-вторых, убить время до встречи с Гарри, когда он наконец расскажет о том самом воспоминании.

Последние два дня Дафна заставляла себя сосредоточиваться на обычной учебе, но Гарри совершенно этому не помогал. Связь ограничилась двумя сообщениями через зачарованные монеты.

В воскресенье вечером: «Я достал!»

В понедельник: «Только что встретился с Дамблдором. Все складывается. Увидимся завтра вечером».

Этой ночью Дафна почти не спала.

Как бы ни раздражало ожидание, разум подсказывал: до вторника лучше не разговаривать. Иначе пришлось бы сидеть рядом с Гарри за ужином и не спрашивать, что он узнал. Нужно придерживаться плана. Распорядок и план. Но Дафна отчаянно хотела, чтобы этот урок Патронуса закончился и они вернулись к настоящей работе.

Трейси вырвала ее из мыслей.

— Ты прямо светишься от предвкушения урока. Совсем не из-за преподавателя, разумеется?

Пора было солгать, не солгав. За последний месяц Дафна стала в этом очень хороша.

— Скажем так: после занятия я в гостиную не вернусь.

Трейси радостно пискнула.

— Я любила старую Дафну, но новая нарушительница правил мне нравится еще больше. Надо попросить Гарри познакомить меня с кем-нибудь из друзей.

На секунду в голове мелькнула картинка: они с Гарри на двойном свидании с Трейси и Невиллом. Дафна немедленно ее прогнала. Она вообще почти не знала Невилла. И сейчас надо думать о Гарри.

Глупые фантазии подождут.

Они вошли в кабинет. Астория и Гарри уже были там и о чем-то серьезно разговаривали.

Дафна сразу направилась к Гарри, обняла и прошептала в ухо:

— Давай быстро закончим, чтобы потом заняться делом.

Она ожидала улыбку.

Вместо этого увидела недоумение и раздражение.

— Для Астории это важно, и заклинание очень сложное, — тихо сказал Гарри. — Быстро не получится. Если решишь, что ей нужен отдых, скажи мне. Но ничего не говори ей самой.

Он отстранился и начал урок.

Дафна слушала вполуха. «Счастливое воспоминание», «сосредоточьтесь на ощущении»… Главное ее внимание было приковано к сестре.

Астория внимательно слушала Гарри, пока не заметила взгляд Дафны. И тут же начала раздражаться. Дафне было все равно. Сестра слишком упряма для собственного блага. Придется терпеть.

После объяснений все приступили к попыткам.

Дафна выбрала воспоминание о распределении Астории в Хаффлпафф — и облегчении, что та не попала в Слизерин, — произнесла заклинание, постоянно косясь на сестру. Минуты шли. Дафна ждала, что Гарри вмешается. Скажет Астории остановиться.

Ничего. Она пробовала снова и снова без результата.

Через час Астория наконец вызвала серебристый туман, но выглядела вымотанной. Слишком вымотанной на вкус Дафны.

— Великолепно, Астория! — радостно сказал Гарри. — Пока только туман, но для начала замечательно!

Астория выглядела недовольной. Гарри тоже заметил.

— Злость и раздражение не помогут. Нужно держать в голове только воспоминание. Другие эмоции будут мешать. Поверь, у тебя очень хорошо получается.

Астория прожгла Дафну взглядом.

— Я не на тебя и не на результат злюсь, Гарри. На нее. Не могу сосредоточиться, когда она все время на меня смотрит.

— Мне все равно, раздражена ты мной или нет, Тори, — огрызнулась Дафна. — За то, что переживаю, извиняться не буду.

— Дафна, я думаю…

— Не сейчас, Гарри. Ты понятия не имеешь, сколько раз мне приходилось останавливать Асторию, когда она вела себя безрассудно. Здесь важнее вещи. Если она слишком незрелая, чтобы понимать — я пойму за нее. Не впервые.

Сестра теперь уже откровенно злилась.

— Ты понятия не имеешь, о чем говоришь. Ты вообще не знаешь, что такое дементоры.

— Мне все равно. Несколько минут грусти я переживу. А твою смерть — нет.

— Ты думаешь, они просто делают грустно? Неужели ты настолько глупая?

Астория смотрела с настоящим отвращением.

— Дафна…

— Не вмешивайся, Гарри!

Ей и так было трудно спорить с Асторией. Последнее, чего хотелось, — чтобы Гарри встал на ее сторону.

— Дафна, тебе правда надо…

— Я сказала не вмешиваться!

Она почти закричала. Сама не понимала, как все настолько быстро вышло из-под контроля, и уже не хотела понимать. Она ненавидела, когда ее загоняют в угол. И, не думая, ударила туда, где больнее.

— Все равно это пустая трата времени!

— Тебе нужно уйти, — спокойно сказал Гарри.

Именно спокойствие ее напугало.

— Гарри, я не…

— Либо уходишь сейчас и даешь нам работать, либо заканчиваем на сегодня и я назначу другое время Астории и Трейси без тебя. Они действительно хотят научиться, а ты все портишь.

— Прекрасно, — выплюнула Дафна и вылетела за дверь прежде, чем успела подумать.

Ее слегка задело, что Трейси не пошла следом. Но, если она тоже не понимает, что на кону, это ее проблема. По дороге в Слизерин Дафна достала монету и отправила Гарри сообщение:

«Сегодня не встречаемся. У меня внезапно пропало желание помогать».

Он должен был понять. Она всю жизнь переживала за Асторию. Это стало частью нее. Остаток вечера Дафна провела в гостиной, делая уроки и ожидая злого ответа Гарри. Он причинил ей боль. Теперь ей хотелось причинить боль ему. Худшие привычки вырвались наружу, и впервые за долгое время Дафна не стала их сдерживать.

Минуты шли. Монета оставалась холодной. Сосредоточиться на домашнем задании становилось все труднее. Трейси вошла в гостиную прямо перед отбоем, ничего не сказала — только разочарованно посмотрела и поднялась в спальню.

Теперь Гарри точно ответит. Наверное, был занят уроком. Но теперь увидит сообщение и отреагирует. Дафна почти хотела этой реакции. Сообщения не было.

Еще три часа она сидела в гостиной и делала вид, что учится, сжимая в левой руке по-прежнему прохладную монету. Наконец легла, стараясь игнорировать неожиданную пустоту и беспокойство.

* * *

Вопреки всякой логике молчание продолжилось. Прошло четыре дня после ссоры с сестрой и Гарри. Ни сообщений. Ни разговоров. Ни извинений.

С каждым днем разумная часть сознания все громче говорила, что извиняться должна она. Дафна успешно ее подавляла. Трейси разговаривала — но в основном для того, чтобы объяснить, насколько Дафна глупа и эгоистична, и умолять поговорить с сестрой и Гарри.

Астория при каждой возможности сверлила ее взглядом через Большой зал. Гарри же раздражающе смотрел исключительно в тарелку. Иногда Дафна замечала, как Гермиона обеспокоенно поглядывает в ее сторону и что-то говорит Гарри. Он лишь качал головой.

Какой же упрямый. И как это бесило.

Все дошло до точки в субботу утром, когда Астория решительно направилась прямо к ней за завтраком. Соседи по столу начали незаметно отодвигаться. Они уже неоднократно становились свидетелями гнева младшей Гринграсс и разумно не хотели участвовать.

— Нам нужно поговорить. Сейчас, — сказала Астория и скрестила руки.

Она явно не уйдет, пока Дафна не встанет.

— Хорошо, — упрямо ответила Дафна, а внутри испытала облегчение: хоть что-то наконец разрешится.

Выйдя из Большого зала, Астория завела ее в первый пустой кабинет.

— Быстро, — потребовала Дафна. — Через несколько минут у меня занятие по аппарации.

— Ты должна извиниться перед Гарри.

Дафна знала: сестра права. Знала, что ведет себя упрямо. И все равно что-то не позволяло уступить. Почему никто, кроме нее, не заботится о здоровье Астории?

— Он должен извиниться передо мной. Я всего лишь защищаю тебя, и у него не было права…

— Ты вообще чувствовала дементоров в поезде? — перебила Астория.

— Нет. Я ехала ближе к хвосту. Их остановили раньше.

— Знаешь, что чувствовала я?

Дафна пожала плечами.

— Может, момент, когда мы рассказали тебе о проклятии?

Это было самое страшное воспоминание, которое она могла представить.

— Почти, но нет. Когда вы с мамой и папой мне все рассказали, я была пятилетней дурочкой и сначала поверила, что «все будет хорошо».

Астория будто уменьшилась. Дафна сразу пожалела о споре. Не хотела это слышать. Не хотела заставлять сестру переживать снова.

— Мое худшее воспоминание — та ночь. После разговора. Я пыталась заснуть и услышала что-то из твоей комнаты. Вышла и слушала у двери. Ты плакала маме, что я умру, что это несправедливо, что лучше бы прокляли тебя.

Дафна молчала. Она прекрасно помнила тот вечер.

— Именно это я снова пережила из-за дементоров. Только это. Вы с мамой рыдаете из-за моей смерти, а я чувствую себя виноватой. В пять лет было ужасно. В одиннадцать — почему-то еще хуже. И это все равно ничто по сравнению с тем, что приходится переживать Гарри. Ты понятия не имеешь, что он снова слышит и видит рядом с этими тварями. Если бы знала, никогда бы не назвала заклинание пустой тратой времени. Это кошмар.

— Я просто хотела тебя защитить, Тори, — тихо сказала Дафна. — Не знала. Не подумала. Неужели с Гарри все настолько плохо?

Она вспомнила третий курс. Боггарт Гарри превращался в дементора. Желудок опустился.

— Он рассказал только потому, что хотел помочь, — ответила Астория. — Понял, что меня это задело, и хотел показать, что я не одна. Если тебе действительно не все равно, приведи приоритеты в порядок и извинись.

Теперь Астория уже почти умоляла.

— Мы занимались каждый вечер после той ссоры. Гарри ждал, что ты проглотишь гордость и признаешь ошибку. Мы оба думали, ты уже давно придешь.

— Я просто волнуюсь за тебя. Это глупо, но ничего не могу сделать.

— Гарри знает, что делает. Если бы ты дала ему вести урок, все было бы нормально. После того как он выгнал тебя — что, кстати, было великолепно, — он остановил меня и заставил помогать Трейси. Я разозлилась, он отчитал меня и сказал, что с такой злостью Патронуса не вызову. Он был прав. Он отличный учитель.

— Я контролировала ситуацию. Если бы ты просто успокоилась…

— Ты вообще слушала Гарри?

Астория уже откровенно умоляла перестать спорить.

— Экспекто Патронум защищает душу чистой, сосредоточенной эмоцией — счастьем, радостью, любовью, называй как хочешь. Ты своим контролем только злила меня, поэтому я тратила еще больше сил, пытаясь вызвать Патронуса. Если бы доверилась мне, я могла бы сосредоточиться и даже почувствовать себя лучше. А ты сделала все хуже. Именно это Гарри пытался объяснить, если бы ты слушала. Он чувствует себя ужасно, а ты до сих пор пытаешься убедить себя, что права.

Слова наконец пробились. И вдруг Дафну накрыла другая эмоция. Надежда.

— Повтори.

— Ты была дурой и злила меня?

— Не это. Про заклинание.

— Если бы слушала с первого раза…

Раздражение сестры сменялось недоумением.

— Гарри объяснял: когда произносишь заклинание, фактически призываешь защитника души. Дементоры пожирают самые счастливые воспоминания. Патронус переворачивает все: если сосредоточиться на чистом счастье, можно оттолкнуть их силой этой эмоции.

Это могло быть чем-то. Чем-то для Гарри.

Дафна вдруг поняла, что Астория все еще стоит рядом и смотрит непонимающе.

— Прости, — выпалила Дафна и крепко обняла сестру. — Ты права. Я не слушала и все испортила. Я боялась за тебя, но это не оправдание. Прости.

Она действительно имела в виду каждое слово.

— Наконец-то! Теперь извинись перед Гарри. Он правда расстроен.

Дафна кивнула, еще раз прижала сестру и почти бегом направилась к двери.

— Ладно… — услышала она удивленный голос Астории. — Ну хоть так.

Та не представляла, насколько хорошо прошел разговор. Дафна направилась в библиотеку — к «их» столу. Следующие несколько часов она читала все, что могла найти о Патронусе, и исписывала страницу за страницей заметками. Чем больше читала, тем сильнее разгоралась уверенность.

Это может сработать. Нужно доработать. Нужно обсудить с профессором. Но может. Она настолько увлеклась, что пропустила занятие по аппарации и обед.

Это важнее. В шесть тридцать желудок наконец потребовал внимания. По дороге к Большому залу Дафна коснулась монеты.

«Прости, я была идиоткой. Поговорила с Асторией, она вправила мне мозги. Нам нужно поговорить».

Она решила извиниться лично за ужином. Гарри заслуживал прямых слов. Потом расскажет идею, а он наконец поделится воспоминанием Слизнорта. Возможно, вечером они даже немного позанимаются Патронусом.

Но Гарри на ужин не пришел. То ли поел раньше, то ли вообще пропустил. Дафна подумала о кухне. Как хотелось сидеть там рядом с ним и рассказывать идею. Или хотя бы просто разговаривать.

На пути обратно она нырнула в пустой кабинет и отправила новое сообщение:

«Где ты? На ужине тебя не было, а мне очень нужно поговорить. Это важно».

Монета нагрелась уже у входа в слизеринскую гостиную. Дафна спокойно поднялась в пустую спальню, хотя внутри уже праздновала: Гарри наконец ответил.

Радость исчезла, как только она прочитала.

«Кое-что случилось. Я в больничном крыле».

Дафна сорвалась с места и бегом понеслась вниз.