Дневник «Белорусского Когтевранца» (гет)

[Запись из дневника. 3 декабря 1998 года. Еловые ветки и тестовый запуск]

Синхронизация и корни

Третий день наших сборов грабителей банков и хранилищ. Курс от известного грабителя Алекса К... пока буксовал. Утро выдалось серым, с неба сыпалась мелкая, колючая снежная крошка, больно жаля открытую кожу лица. Парни и девчонки встали чуть бодрее — видимо, организм начал адаптироваться к шоку, но вид всё равно имели вяленый. Жаль, поздно начали, мне бы с ними с первого курса заниматься, вот это были бы орлы, львицы и барсучиха.

Сегодня снова лишь разминка, хотя бы приучим их тела к легкой утренней нагрузке. Добавил лишь парные упражнения, надо поднимать командный дух. А то все друг на друга, а особенно на меня, злобно смотрят, шумно выдыхая облачка морозного пара.

Заставил Осси работать в паре с Элис. Она пыталась мне своим видом показать, что только Луна, но я был суров и тверд к её стенаниям. Хотя если бы она меня так умоляюще молча просила наедине, то, возможно, позволил бы ей... Тьфу, опять эти мысли.

Джинни — с Луной, а Ричи — с пуффендуйкой. А себе выбрал партнера по душе, то есть Гермиону.

Заставлял ловить друг друга на доверие, синхронизировать движения, держать баланс. Прочие упражнения для пар.

Не знаю, как ребята, а мне понравилось. Надо бы такие парные упражнения провести в моей тайной спальне. Да блин. Надо бы занять себя чем-то, а то уже эти мысли лезут. Гермиона и её просьба не спешить. Особенно когда чувствуешь её тепло, а сбитое дыхание щекочет шею.

После разминки подошла Беатрис. Её щеки раскраснелись от мороза. Протянула мне плотный холщовый мешочек, от которого густо пахло сырой землей, полынью и какими-то терпкими кореньями.

— Вот. Я с-собрала в теплицах, как мы д-договаривались с Гермионой. Для тонизирующего зелья.

Взял мешочек, шершавая ткань грубо мазнула по пальцам.

— Спасибо, Би. Вечером сварю, завтра утром уже будем пить. Ты молодец.

Только когда она, смущенно кивнув, отошла к Гермионе, до меня дошло. Я назвал её Би. Не Беатрис, как держал в голове для дистанции, а именно Би. Расслабляюсь. Она действительно старается, помогает команде, вливается в коллектив. Может, она всё же хорошая девушка. А я слишком подозрительный.

Запах хвои и легализация

Днем Хогвартс начал неумолимо готовиться к Рождеству, буквально по взмаху волшебной палочки нашего декана.

Замок наполнился густым, смолистым запахом сосны и морозного дерева. Хагрид с пыхтением проволок через внутренний двор колоссальную, метров семь в высоту, ель. Хвоя с сухим шелестом скребла по каменным плитам. Студенты оживились, в коридорах начали появляться первые искрящиеся гирлянды. Малышня довольная носилась по коридорам.

А за ужином грянула главная новость, которую мы уже давно ждали. Макгонагалл поднялась со своего места, звонко постучав вилкой по кубку. Гул в Большом зале мгновенно стих.

Директор объявила, что в связи с тяжелым началом года и общим напряжением, рождественские каникулы начнутся досрочно — с четырнадцатого декабря.

Зал взорвался радостным ревом. Все кричали, что Макгонагалл — самый лучший директор. Кубки оглушительно застучали по дубовым столам. Мы с Гермионой переглянулись. Сработало. Теперь у нас есть легальное, железобетонное алиби и официальное окно для отхода. Хоть какие-то правила не придется нарушать.

Вечерние патрули прошли до тупости скучно. Никаких стеклянных глаз, никаких тайных шепотков или запахов жасмина. Было даже желание попросить нашего местного шпиона Тома снова активизироваться: поиграли бы с ним в игру «догони меня кирпич». Но стоило мне сказать об этом Гермионе, как она шутку не оценила, а врезала мне в бок. Острый локоть привычно впечатался под ребра. У меня там уже скоро синяк будет. Лупит — значит любит.

А так, конечно, были обычные школьные шалости — кто-то взорвал навозную бомбу на третьем этаже, воняло тухлыми яйцами и гнилой капустой так, что слезились глаза. Но это мелочи. Подполье Гриндевальда затихло.

Тестовый стенд и порталы

Ночью заперли дверь моей спальни. Взял банку, отстучал пароль, произнес мысленно активатор. Перепад давления привычно заложил уши. Пространство втянуло нас внутрь. Знаете, есть в этом какое-то удовольствие: банка на тумбочке, ты сидишь на кровати, у тебя любимая девушка на коленях, а потом раз — и вы уже с ней в другом месте. Магия и романтика.

Внутри было тепло, пахло лимонными дольками и нагретым стеклом. Пока Гермиона занималась «Воронкой», занялся варкой тонизирующего зелья из кореньев Би и прочих ингредиентов. Без кореньев не вышло бы — варево густо забулькало, меняя цвет на ядовито-зеленый, в воздухе повис резкий, терпкий дух полыни. Завтра команда скажет спасибо. Если не отравится. Шутка. Всё же у меня «Превосходно» по зельям. Меня сам профессор Снейп гонял.

Потом пошёл помогать Гермионе. И где-то еще через час закончили артефакт с Воронкой. Кварцевый шар глухо гудел, переполненный спящей магией, серебряные руны на стекле едва заметно пульсировали, отбрасывая синие блики на верстак.

Смотрел на него и понимал: нельзя просто так взять эту штуку и потащить в США. Точнее, можно, но как она там сработает? Я артефактор. Да и дед мой минский всегда говорил: семь раз отмерь, один раз отрежь. То есть вначале надо проверить. А то вдруг там будет пшик, или наоборот, устроим Хиросиму и Нагасаки. Нет, Грейнджер такого не переживет.

— Нужно попробовать, Грейнджер, — сказал, вертя тяжелый холодный шар в руках. — Хотя бы активировать и сразу отключить. Если мы облажаемся в США, то там вас с ребятами может накрыть медным тазом с половиной города. На выходных прыгнем куда-нибудь подальше от замка, в безлюдную пустошь, и протестируем запуск.

Согласилась. Дальше занялись логистикой.

Подготовили местный портал для возвращения в Хогвартс — осталось только активировать его кровью перед отходом первой команды. И решили сделать еще один, который установим в квартире Би, а то кто там знает, что в этой квартире от Министерства будет. Лучше иметь свой вход и выход, чем постоянно думать, что можем где-то проколоться. Медное основание портала глухо звякнуло о столешницу.

А под конец Гермиона настояла на экстренном варианте. Личные микропорталы. Взяли несколько обычных медных кнатов. Превратили их в аварийные маяки. Они нестабильные, одноразовые, могут вышвырнуть с сильным искажением в радиусе метров пятьсот от якоря. Но их будем использовать в самом крайнем случае. Они будут для телепортации в квартиру отца Беатрис. К тому порталу, что будет там. Но зато, если что, каждый может уйти. Хотя, если мы с Джинни и Рольфом будем в МАКУСА, нам это не поможет.

Закончили глубоко за полночь. Глаза слипались от усталости, а в висках пульсировала тупая боль. Привычно обнялись перед выходом из «Гаража», поцеловались — долгий, тягучий поцелуй, от которого снова зашумело в голове, а на губах остался привкус лимонных долек и озона.

Вернулись обратно в спальню. Гермиона поправила смятую мантию, тихо пожелала спокойной ночи и уже взялась за медную ручку двери, чтобы уйти к себе. Металл негромко звякнул.

— Гермиона, — тихо позвал.

Обернулась.

— Останься, — подошел ближе, перехватывая её руку. Её пальцы были прохладными. — Пожалуйста. Просто полежим.

Она замерла, вглядываясь в мои глаза. Искала подвох или попытку форсировать события. Но мне действительно хотелось просто уснуть, чувствуя, что она рядом. Что не один в этой ледяной башне, где сквозняки воют по углам.

Гермиона мягко улыбнулась. Немного покраснела и кивнула.

Сняли мантии, плотная ткань с тихим шорохом опустилась на спинку стула. Остались в школьной форме. Легли на кровать, пружины матраса едва слышно скрипнули под весом. Притянул её к себе, она удобно устроилась на моем плече, уткнувшись носом в шею. От неё пахло ванилью, старым пергаментом и домашним уютом. Слушал её ровное, спокойное дыхание, ощущая тепло её тела сквозь тонкую ткань рубашки. Сердцебиение замедлилось.

Заснул так быстро и глубоко, как не спал уже много месяцев. Без кошмаров. Без Гриндевальда. Как же это приятно.

Снова спать с девочкой рядом. Особенно с ней.

[Запись из дневника. 4 декабря 1998 года. Энергобустер и шестнадцать дней]

Секретный ингредиент

Утро. Темно. То ли раньше начал вставать, то ли утро стало позже начинаться. Перед выходом на мороз раздал всей команде по небольшой фляжке с водой. Металл обжигал голые пальцы холодом.

— Пьем до дна, секретная формула от старосты школы, — скомандовал, откручивая крышку с тихим скрипом и делая первый глоток, чтобы не думали, что дал им какую-то бурду.

Моё сваренное вчера бодряще-тонизирующее зелье и тыквенный сок. Добавили с Гермионой по паре капель на флягу.

Сок был холодный и густой, с резковатым привкусом полыни, но эффект был мгновенным. По телу прокатилась горячая волна, выжигая сонливость и ноющую боль в забитых мышцах. Легальный магический энергетик, варят еще на третьем курсе.

В этот раз пробежка прошла на ура. Снег сухо скрипел под десятком кроссовок и ботинок, морозный воздух со свистом влетал в легкие. Бежали плотной группой. Джинни задавала темп, Осси и Ричи больше не хрипели, как загнанные лошади. Элис, Луна и Би держались в середине, Гермиона замыкала.

Красиво бегут, а всего-то нужно было по паре капель добавить. Зато не ноют, и то хлеб.

Профилактическая беседа

Сегодня нашу обычную декабрьскую рутину грубо прервали. В школу снова нагрянули гости из Министерства.

Двое мракоборцев — не те, что допрашивали меня в ноябре, но такие же матерые, пропахшие дешевым табаком и крепким кофе. Их плотные мантии жестко шуршали при ходьбе.

Проследил за ними издали — мало ли что им нужно. Но через минут десять позвали к Директору. Там уже была вся наша банда. У всех на лицах легкий страх и непонимание. Приложил палец к губам. Мол, тише, большой брат следит.

Горгулья со скрежетом отъехала в сторону, пуская нас внутрь, в кабинет Директора.

Мракоборцы, хмуро поглядывая на нас, начали задавать вопросы. Почему староста школы и группа студентов разных факультетов каждое утро до рассвета наворачивают круги вокруг озера? Не подготовка ли это к чему-то незаконному?

Очевидно, тот «хвост» у леса всё-таки доложил наверх о нашей подозрительной активности. Редиска. Нет чтобы спать, так стоит и мерзнет, следит.

Пришлось делать максимально честные, невинные глаза.

— Исключительно здоровый образ жизни. Извините, не знаю, как к вам обращаться, вы же не представились, — ответил ровно. — В здоровом теле не только дух здоровый, но и здоровая магия. Как староста, считаю своим долгом закалять тех, кто этого желает. А что, у нас уже пробежки запрещены? Не знал, бегаю уже семь лет, а Джинни вот к матчам готовится. Остальные просто поддерживают форму. Знаете, ЖАБА на носу, тяжело тянуть все уроки, вот решили подтянуть форму. Никаких нарушений устава.

Ребята дружно закивали. Мракоборцы сверлили нас тяжелыми взглядами, пытаясь найти брешь, но Макгонагалл сухо кашлянула. В кабинете запахло лимонной мастикой и напряжением.

— Думаю, на этом допрос окончен. Спортивные мероприятия на территории школы не запрещены. Думаю, что вопросы закончены, и вы можете вернуться в Лондон.

Министерские нехотя ушли, их тяжелые шаги стихли на каменной лестнице. Когда дверь за ними закрылась с глухим стуком, директор посмотрела на меня поверх своих очков.

— Мистер К... Что бы вы ни делали, делайте это предельно осторожно. За вами следят.

— Понял вас, профессор. Спасибо. Но пока мы просто бегаем.

Нестыковки

Вечером решил навестить нашего доморощенного шпиона Тома Джоутера. Так, приглядываю за ним. А то мало ли что.

Нашел его в Зале Славы — он с унылым видом и тряпкой в руках натирал очередной кубок. Да, тяжела жизнь шпиона, отработки на целый год.

Подошел. Резко запахло химической полиролью, в носу даже свербеть начало. Спросил, помнит ли он еще что-то о той ночи в лесу.

Том покачал головой. Сказал, что помнит только сам ритуал: Кассандра ничего им не объяснила, они стояли в кругу, монотонно пели, повторяя за ней, а потом — шум, визг из-за деревьев. Сказали использовать заклинания, и я пускал проклятия в сторону шума. Про оборотня вообще ничего не знал. «Появился из ниоткуда». Голос Кассандры сказал, что он свой.

Спросил его про Би Холлоуэй.

— Би? — Том пожал плечами, бросив тряпку в ведро. Грязная вода влажно хлюпнула. — Да ничего особенного. Мы на разных курсах. Знаю только, что она сирота. Вроде бы родителей убили в мае. Или типа того.

Внутри словно включилась сирена.

— Убили? Ты уверен? Не только маму?

— Да вроде обоих, — он нахмурился. — Хотя могу и ошибаться, я с ней не общался. Так, слышал от кого-то.

Поблагодарил Тома, пожелал ему хорошего трудового вечера и вышел в коридор. Мозг лихорадочно крутил информацию. Если Том не ошибся и родители Би мертвы... то кто, черт возьми, прислал ей справочник из Отдела международного сотрудничества МАКУСА? Кто дал ключи от квартиры? Надо было срочно с ней поговорить. Внутри снова включился режим паранойи.

Привет от Гриндевальда

Перехватил Би возле библиотеки, отследив по Карте. Жестко взял за локоть — пальцы впились в плотную ткань мантии — и затащил в пустую, полутемную нишу за статуей Бориса Бестолкового.

Она испуганно пискнула и затравленно уставилась на меня.

— Би, у меня к тебе один вопрос, — начал, нависая над ней. — Том Джоутер сказал...

Договорить не успел.

— Привет от Гриндевальда.

Голос раздался прямо за моей спиной. Мертвый, лишенный эмоций.Рефлексы сработали мгновенно. Эти ребята меня уже натренировали. Разворот, взмах палочки. Багровый щит с сухим треском развернулся в воздухе, закрывая нас с Би.

Красный луч ударил в преграду, разлетевшись снопом горячих искр, в воздухе запахло озоном.

Взмах. Экспеллиармус! Фигура с глухим стуком отлетела к противоположной стене. Палочка выпала из рук и со звонким деревянным стуком покатилась по каменному полу.

Еще взмах — и толстые магические веревки намертво стянули тело.

Огляделся: больше никого нет. Осторожно подошел ближе. На полу корчился шестикурсник с Когтеврана, Питт Ругер.

Глаза — два пустых стеклянных блюдца. Еще один клиент Кассандры.

Он не пытался вырваться. Лежал, смотрел в потолок и всё тем же жутким, безэмоциональным голосом произнес:

— Часики тикают, тик-так, Александр, тик-так. Осталось шестнадцать дней. Поспеши. Твоя Элизабет плачет. Ей осталось всего шестнадцать дней жизни. Какая жалость будет — такая красивая и умрёт.

Меня затрясло. Чёртов ублюдок. Хотелось врезать этому Питту, но в чём его вина, он лишь жертва. С трудом взял себя в руки.

Снял одурманивание. Был у меня один рецепт. Просто приподнял его за шиворот и хорошенько потряс. Хотел еще по щеке влупить, но Питту повезло. Он моргнул, озираясь по сторонам, и запаниковал.

— Я... я не понимаю... как я тут оказался? Алекс, что происходит, почему я здесь?

Обернулся к Би. Она сползла по стене, обхватив колени руками, её трясло от неподдельного ужаса. Подошёл к ней, пока не освобождая Питта — пусть полежит, ему полезно. А то попался в ловушку гипноза. Когтевранец. Стыдоба.

Схватил её за плечи.

— Это ты устроила?! Твоих рук дело?!

Она вжалась, видимо, подумав, что буду бить её по лицу.

— Н-нет! К-клянусь! — она залилась слезами, заикаясь так сильно, что едва выговаривала слова.

— Том сказал, что твои родители мертвы! Как ты могла получить книгу от отца?!

Би вздрогнула. Её глаза заметались. Она не смотрела на меня.

— О-он ошибся! Мой папа ж-жив! Он в Нью-Йорке!

Смотрел на её бегающий взгляд. Врет? Или просто в шоке от того, что в нас только что запустили проклятием? Вторая версия казалась логичнее: на нас нападают уже второй раз, когда она рядом, в первый раз ей даже досталось. Если бы она была шпионкой, зачем так подставляться? Да и выглядит так, словно правда ничего не знает. Эх. Ну и правда, не бить же её.

Выдохнул, отпуская её.

— Иди в гостиную. Быстро.

Повернулся и взмахнул палочкой. Помог подняться когтевранцу и потащил его к мадам Помфри.

Логистика и планы

Вечером в Башне рассказал всё Гермионе. Она слушала, нахмурившись.

— Насчет Тома... Он мог просто сплетни перепутать. Знаешь, как в Хогвартсе бывает: один скажет, другой придумает, и так дальше. Сколько про нас с Гарри и... Роном было слухов, — сказала она задумчиво. — Но я завтра осторожно поспрашиваю старост Пуффендуя про её семью. Проверим. А эти шестнадцать дней... Алекс, он давит на тебя. Не волнуйся, у нас есть план и всё получится. Завтра тестируем Воронку.

Кивнул. Завтра после тренировки с ребятами уходим в горы с Гермионой. Точнее, трансгрессируем.

Встал еще один вопрос. Трансгрессия. Раз мы о ней вспомнили.

Из всей команды полноценно перемещаться в пространстве умеем только мы с Гермионой (она сдала экзамен еще во время учебы), я в прошлом декабре спецкурс прошёл в лесах, ну и Рольф. Другим семикурсникам (Джинни, Луне, Би, Осси, Ричи) многим только недавно семнадцать исполнилось, да и в прошлом году из-за режима Пожирателей не обучали никого. А новый курс по трансгрессии будет только в феврале.

— Придется использовать парную трансгрессию, — подвела итог Гермиона. — Я спокойно трансгрессировала с ребятами, когда мы искали крестражи, правда, их же двое было. Но нужно попробовать, ведь у меня в команде Би, Осси и Ричи.

Кивнул. Хорошо, если получится, а то иначе придется вначале кому-то прыгать туда вместе с командой Гермионы. А это всё потеря времени.

Всё готово. Завтра испытание. Если Воронка рванет у нас в руках — МАКУСА грабить будет уже некому. Надо будет отогнать Гермиону подальше. И самому запустить первый раз.