Братья по магии. Точка отсчета (джен)

* * *

Педагогический совет устроили не в учительской, а в кабинете директора. На этом настоял сам Дамблдор, поскольку ему в конечном итоге предстояло вынести решение, хотя мнение остальных тоже следовало принимать во внимание.

Поджидая коллег, Альбус ещё раз перечитал полученное только что письмо. Писал Артур Уизли. Верный сторонник просил помощи — ему требовалось, чтобы Альбус поспособствовал тому, чтобы его скромной особе и возглавляемому им отделу перестали оказывать такое пристальное внимание.

Дамблдор вздохнул. Если Артур решился написать и попросить, — обычно он справлялся со всем сам, — то это означало, что ситуация действительно была непростая. Конечно, связи и влияние Альбуса позволяли выполнить просьбу старшего Уизли, однако тогда сам Дамблдор будет кому-то должен. Опытному политику не хотелось доводить до подобного.

Когда преподаватели, присутствие которых на нынешней встрече было необходимо, собрались, они, не дожидаясь приглашения, уселись за круглый стол, находящийся на нижнем уровне кабинета. По совместительству четверо пришедших были деканами Хогвартса, но это дела не меняло. Единственное оставшееся пустым место предназначалось директору, и Альбус его занял, спустившись со своего возвышения.

— Чаю? — спросил он заботливо.

Минерва раздраженно фыркнула, а Северус язвительно заметил:

— Это вам так свойственно, Альбус! Вместо того, чтобы заняться делом, призываете распивать чаи!

Дамблдор развёл руками, демонстрируя обиду: как же так, не оценили его гостеприимство! Но он, конечно, заранее знал, что они откажутся, поэтому стол с самого начала был девственно чистым. Любимые сервизы Альбуса все до одного так и остались на полках, а его коллекция чая и сладостей — нетронутой в ящиках массивного директорского стола.

— Ну что ж, приступим, — вздохнул Альбус, изо всех сил показывая, как он огорчён. — Минерва, девочка моя, пострадавшие дети — твои ученики, тебе и слово.

— Пострадавшие дети, — чуть слышно процедил Снейп. — Кого вы имеете в виду?

Дамблдор предпочёл не услышать Северуса.

Макгонагалл вкратце изложила вчерашние события, упомянув о том, что близнецы Уизли поступили крайне легкомысленно, однако они, конечно же, не желали серьезно навредить своему товарищу. Пострадавший находится в Больничном крыле под присмотром мадам Помфри, но она жалуется, что не может идентифицировать вещество, от которого мальчик пострадал. Медиведьма назначила симптоматическое лечение в надежде выгадать время, пока Северус не сможет ей помочь.

— Я уже в который раз повторяю, что не могу определить, от чего пострадал Кейн, без образца жидкости. Я могу лишь строить предположения, что могло дать такой эффект, но если лечить по этим предположениям, то пострадавшему точно придёт конец, — зельевар выразительно посмотрел на Макгонагалл. — Минерва, почему я до сих пор не получил внятного ответа о том, где близнецы Уизли взяли эту отраву?

— Говорю же, Северус, что я и сама не знаю. Фред и Джордж упёрлись, как бараны, и сказали, что расскажут всё директору, никому больше.

Снейп сверкнул глазами на Альбуса, и тому пришлось позвать близнецов Уизли. Поскольку было очевидно, что они понадобятся, оба парня ожидали своей судьбы у горгульи.

Рыжая парочка смело вошла в кабинет. Здесь они были уже много раз, и страшно им не было, разве только волнительно — не хотелось застрять на отработках до конца учебного года. Впрочем, судя по задорным переглядываниям, близнецы смотрели в будущее очень оптимистично.

— Фред, Джордж, — деловито обратился Альбус к мальчикам. — Расскажите нам, как случилось, что вы причинили вред своему однокурснику.

— Мы сожалеем, — сказал один рыжий, а второй продолжил: — Мы просто хотели повеселиться, ничего больше.

— Чем вы брызнули в лицо Эндрю Кейну? — свирепо спросил Снейп.

Близнецы переглянулись. Казалось, они ещё больше развеселились от вопроса самого страшного преподавателя Хогвартса.

— Профессор Дамблдор, мы уже который месяц ходим к профессору Снейпу на отработки, моем, чистим, драим грязные котлы, — пафосно поведал один близнец и притворно вздохнул.

Его брат продолжил, обращаясь к директору, и намеренно игнорируя Снейпа:

— Там мы в одном из котлов и нашли какую-то жидкость, которая странно пахла…

— Но мы не знали, что это, и решили испытать на Энди. У нас совсем не осталось этого зелья, а фиал мы выбросили, и не знаем, что это было, а теперь никто этого не узнает, — состроив умильную рожицу, затараторил один близнец, глядя на Дамблдора в ожидании.

Тот не подвёл. Теперь он точно знал, как помочь Артуру Уизли выйти из положения, не приложив при этом никаких усилий. Ну и приободрить своих любимцев, конечно. Рыжие мальчишки напоминали ему его далекую молодость и беззаботные деньки.

Не отсылая близнецов Уизли прочь, что очевидно следовало бы сделать, Альбус покачал головой.

— Северус-Северус, как ты можешь держать запрещённые опасные вещества в школьных котлах, да ещё и давать мальчикам их чистить? Ты же должен понимать: юные, неискушённые умы! Они не удержались, эти мальчики как никто другой стремятся к познанию. Боюсь, это всецело твоя вина. Мне придётся не только отменить отработки Фреда и Джорджа под твоим руководством, но и попросить тебя кое о чём. Чтобы Артур, их отец, не был на тебя в претензии, поговори с теми, кто мог бы решить его проблемы в Министерстве. Ведь ты же знаешь, кто может поспособствовать этому, не так ли? Я прав?

— Альбус, полагаю, мальчикам пора идти. Нехорошо, что ты обсуждаешь такие вещи в их присутствии, — осуждающе сказал Флитвик. С самого начала собрания он хранил молчание, однако готовился высказаться, если его мнение спросят. Но, как он правильно подозревал, оно никого (а именно, Альбуса) не интересовало.

Дамблдор кивком отпустил обвиняемых, которые непостижимым образом стали потерпевшими. Довольные близнецы поспешили удалиться.

— Значит, Альбус, вы считаете, что это моя вина? — начиная внутренне закипать, заговорил Снейп. Как всегда в таких случаях, он выглядел особенно спокойным.

— Ну-ну, мальчик мой, не горячись, — примирительно ответил Альбус. — Пойми, не в твоём положении сейчас идти на обострение. Вдруг об этом инциденте узнают? С твоей-то репутацией! Ведь могут подумать, что ты хотел намеренно навредить мальчикам Уизли, если допустил, чтобы они контактировали с остатками опасного вещества в котле!

— И они не получат другого наказания? — недоуменно уточнила Спраут.

— Я отправлю их к Аргусу, — сухо отозвалась Макгонагалл. — Пусть отработают оставшееся время у него.

— Помона, вероятно, имела в виду, что Альбус не назначил обоим Уизли новое наказание, — нетерпеливо пояснил Флитвик.

— Я полагаю, ему виднее, — так же сухо проговорила Минерва. — Альбус, мы можем идти? — спросила она у директора.

— Да-да, идите, у вас ещё уроки, — разрешил Дамблдор. И напомнил: — Северус, не забудь, о чём я просил тебя, — Дамблдор выделил голосом слово «просил».

Снейп скривился: это меньше всего напоминало просьбу. К тому же, было ясно как день, что Дамблдор прекрасно знает, что за неприятностями Артура стоит друг-приятель Северуса Малфой-старший. Очень хотелось послать старого мерзавца, но это желание Снейпа было перманентным, и так же постоянно он его подавлял.

«Что ж, — подумал Снейп. — придется попросить Люциуса придержать коней. Думаю, он легко согласится, тем более он уже наверняка выжал всё из этой ситуации с Артуром. А чтобы Люц был посговорчивее, напомню ему, что от меня зависит выполнение его заветного желания. Пожалуй, можно прямо сказать ему, что данные исследования, которое я провожу по его просьбе, будут готовы как раз к началу каникул у Драко. Да, самое время сообщить Люциусу приятную новость об обретённом сыне именно тогда».

— Хорошо, Альбус, я вас понял. Я пойду? — глядя в упор на директора, спросил Снейп.

Дамблдор кивнул, отпуская зельевара, а сам углубился в размышления. Вопрос с Артуром легко разрешился, сейчас он черкнёт тому пару строк. Пусть знает, что теперь можно не волноваться, ведь Альбус Дамблдор не оставит своего верного сторонника в беде.

Однако у Альбуса оставались другие проблемы. Отложенный законопроект, на который Альбус возлагал такие надежды, по-прежнему требовал его внимания. Несмотря на все усилия, Дамблдор не мог сказать, что теперь-то Визенгамот наверняка его примет — сказывалось скрытое сопротивление зельеваров и мастеров других профессий, всех тех, кто был заинтересован в оказании услуг простецам и не желал перемен в ущерб своему кошельку.

Была ещё одна проблема, не менее, если не более, важная. Он так и не провёл ритуал по ограничению магической силы Гарри Поттера. Всё время находились какие-то причины, по которым он не делал этого, но теперь решил, что дальше откладывать нельзя. Мало того что мальчик творит, что хочет, так была ещё проблема.

Магическая сила Гарри раньше поддерживала портал, которым переносились посетители директорского кабинета со второго этажа на восьмой, прямо в башенку. Многие ученики до нынешнего года даже не знали, где на самом деле находится кабинет директора. Гарри Поттер с младенчества был настолько силён, что даже находясь на огромном расстоянии от школы, он своей магической мощью мог поддерживать работу этого портала. Альбусу не было стыдно, наоборот, он считал, что поступает правильно — иначе блокируемая сила просто убила бы ребёнка, а поступая прямо в Хогвартс в специальный накопитель, она служила благому делу.

Оставалось только придумать, как организовать всё так, чтобы в нужный момент Гарри, ни о чём не подозревая, пришёл в подземелье, где уже всё давно было подготовлено к ритуалу, а его друг Алекс Грей спокойно остался в башне Гриффиндора, подальше от Поттера. Вариант привести подопечного насильно не рассматривался, ведь тогда магия Гарри вместо того, чтобы собраться в подготовленном резервуаре, набросилась бы на самого Альбуса.

Впрочем, у Дамблдора были варианты. Если прежде он рассчитывал, что такие вещи будет проворачивать Рональд Уизли, став другом Национального героя, то теперь он ставил на Гермиону Грейнджер.

Поговорив с Фэй Данбар, Альбус примерно уяснил, что из себя представляет Гермиона. Конечно, нужно было пообщаться с ней лично, девочка, похоже, уже заждалась обещанного приглашения. Оставалось выяснить при личной встрече, сможет ли Гермиона быть полезной в его планах относительно Гарри.

И это следовало сделать незаметно. То, как юная мисс Грейнджер обратилась к Альбусу в Большом зале при скоплении народа прямо во время трапезы, говорило о её желании быть в центре внимания. Для планов Дамблдора это было лишним. Решено! Он позовет девочку в конце недели, на выходных, когда все прочие ученики будут заняты отдыхом и развлечениями.