Неподходящий человек (джен)

Пока они пробивались к требушетам, Андерс понял, что в одиночку никогда бы не добрался туда. Армия врага была уже слишком близко, чтобы можно было избежать встречи, и они едва успели отойти от церкви на пару шагов, когда через частокол в Убежище хлынули красные храмовники. Он все еще был поражен тем, что кто-то вызвался пойти вместе с ним, но сейчас некогда было думать об этом. Может, позже. Если он выживет. Если вообще кому-то из них это удастся.

Они только-только повернули требушет, когда он услышал крик дракона и, подняв глаза, увидел, что зверь пикирует прямо на них.

— О, да! — заревел Железный Бык, но Андерс оттолкнул его, когда дракон рванулся к ним, и из его пасти вырывалось пламя.

— Беги! Я серьезно, Бык!

Кунари прислушался лишь когда пламя приблизилось достаточно близко, чтобы они почувствовали жар. Не теряя больше ни секунды, все бросились бежать. От нового залпа огня обломки разлетелись в воздухе, и Андерс потерял равновесие. Снежный ландшафт завертелся над головой, а из легких выбило весь воздух, когда он упал.

Прищурившись и глядя сквозь дым, он увидел, что остальные все еще бегут, вероятно думая, что он находится прямо позади них, а дракон продолжает преследование. Хорошо. Его соратники ускользнут хотя бы от дракона. Но у них нет шансов спастись от лавины, если он воспользуется требушетом. Требушет! Андерс с облегчением выдохнул, увидев, что тот цел. Поднявшись на ноги, маг двинулся к орудию и был уже на полпути к нему, когда дракон приземлился на тропинку, преграждая обратный путь.

Он обернулся на звук знакомого голоса, который прорычал позади него:

— Самозванец! Ты играешь с силами, находящимися за пределами твоего понимания! Но больше тебе не удастся делать это, — Корифей замолчал, склонил свою нелепую голову к Андерсу и замер. — Это ты! Теперь я тебя узнаю. Ты — один из Стражей моей тюрьмы, один из тех глупцов, что пытались уничтожить меня.

Это было не совсем так, но Андерсу не хотелось спорить.

— Да. Это я, — горло саднило, но он продолжал говорить, медленно приближаясь к требушету. — Как ты вообще выжил?

— Твое понимание здесь не требуется. Если ты достигнешь его, считай себя благословенным. Пади же на колени! — пальцы, похожие на когти, потянулись к Андерсу, изогнувшись в воздухе, словно пытались ухватиться за что-то невидимое. — Славь Старшего, волю Корифея!

Андерс приготовился к атаке, но почувствовал… ничего. Было ясно, что Корифей пытается манипулировать им точно так же, как и раньше, но эта магия, похоже, перестало действовать на него.

— Якорь изменил тебя! — ахнул Корифей, и в его глазах вспыхнул гнев. — Он защищает тебя от моей воли! Неважно. Я заберу его прямо сейчас, — он снова скрутил пальцы, и метка на руке Андерса взорвалась болью, заставив его согнуться пополам в агонии. — Это твоя вина. Ты прервал ритуал и вместо того, чтобы умереть, украл Якорь. Я не знаю, как ты выжил, но то, что отмечает тебя как избранного, то, чем ты закрываешь разломы, я создал, чтобы взойти на небеса. А ты используешь Якорь, чтобы разрушить мою работу. Какая наглость!

Изо всех сил стараясь не останавливаться, несмотря на боль, Андерс позволил Корифею продолжить свою насыщенную речь, надеясь, что выродок достаточно влюблен в собственный голос, чтобы не заметить этого. Но прежде чем маг успел сделать еще один шаг, существо схватило его за левую руку, оторвало от Земли и продолжило атаку на метку — Якорь, как называл его Корифей. Андерс поморщился, изо всех сил пытаясь дотянуться до земли или найти опору на любой поверхности в пределах досягаемости, чтобы хоть немного ослабить напряжение в руке.

— Однажды я вторгся в Тень во имя других, чтобы служить старым богам империи, — продолжал Корифей, и с каждым словом его зловонное дыхание ударяло Андерсу в лицо. — А нашел хаос, разложение и мертвый шепот. На протяжении тысячи лет я пребывал в смятении. Но с меня хватит! Я собрал всю свою волю, чтобы возвратиться под собственным именем, чтобы вернуть Тевинтеру былое величие и исправить этот оскверненный мир. Возжелай моего успеха, ибо я видел трон богов, и он был пуст!

Он швырнул Андерса через поляну, и маг с трудом поверил своему счастью, когда приземлился прямо на требушет, хотя падение и оказалось болезненным. По крайней мере, боль в руке, наконец, прекратилась. Он почувствовал слабость и облегчение.

— Якорь вечен, — печально сказал Корифей. — Ты испортил его. Да будет так. Я начну снова, найду способ дать этому миру народ и Бога, которых он заслуживает. Но я не потерплю соперника, даже такого никчемного. Ты должен умереть.

Когда Андерс снова поднял глаза, он увидел пылающую стрелу, поднимающуюся высоко в небе — сигнал о том, что остальные члены Инквизиции благополучно отошли на безопасное растояние. Собрав последние силы, он проговорил:

— Если я умру сегодня, то не один! — и, нажимая на спусковой крючок, он добавил: — Посмотрим, будет ли твое второе воскрешение таким же волшебным.

Над долиной пронесся грохот, похожий на раскат грома, и Андерс нырнул в укрытие, повинуясь своим инстинктам, хотя на самом деле и не надеялся найти место, где можно было бы спрятаться. Последнее, что он помнил, было падение. А потом — ничего, кроме холода и темноты.