Иной Невилл. Книга первая (джен)

Малфой был уже не в силах скрыть охвативший его ужас.

— А если то, что ранило единорога, найдет нас?

— Нет в лесу никого такого, кто б вам зло причинил, если вы со мной да с Клыком сюда пришли, — заверил Хагрид. — С тропинки не сходите — тогда нормально всё будет. Сейчас на две группы разделимся и по следам пойдём… в разные стороны, потому как их тут… ну… куча целая, следов. И кровь повсюду. Он, должно быть, со вчерашней ночи тут шатается, единорог-то… а может, и с позавчерашней.

— Я хочу вести собаку! — быстро заявил Малфой, глядя на внушительные собачьи клыки.

— Хорошо, но я тебя предупрежу: псина-то трусливая, — пожал плечами Хагрид. — Значит, так, Гарри и Гермиона со мной пойдут, а ты, Малфой, и ты, Невилл, с Клыком будете. Если кто найдёт единорога, зелёные искры посылает, поняли? Палочки доставайте и потренируйтесь прямо сейчас…

У всех, включая Невилла, из палочки вылетели зелёные искры. Даже для Невилла теперь это было доступное волшебство.

— Ага, вот так. А если кто в беду попадёт, тогда пусть красные искры посылает, мы сразу на помощь придём. Ну всё, поосторожнее будьте… а сейчас пошли, пора нам.

В лесу царили тьма и тишина. Они углубились в него, и вскоре тропа разделилась. Невилл и Малфой с Клыком пошли направо, а вторая группа двинулась налево.

Лес поглотил их почти мгновенно. Давление вековых деревьев, запах влажной земли и гниющей листвы, абсолютная, звенящая тишина, нарушаемая лишь редким шорохом — всё это нависало физической тяжестью.

Они шли абсолютно молча, шаря глазами по земле. Лунный свет, пробивающийся сквозь кроны деревьев, освещал пятна голубовато-серебристой крови, покрывшие опавшую листву. Каждое такое пятно заставляло сердце Невилла биться чаще, но не от страха, а от лихорадочной надежды. Единорог был здесь, где-то рядом, раненый… или уже мёртвый. Мысли крутились бешеным каруселем: как заполучить хвост? Как отделить его, не будучи замеченным? В Азкабан ему не хотелось, но и оставаться идиотом, над которым все смеются, было невыносимо. Но даже если представится шанс, хватит ли у него смелости и жестокости сделать это?

— Куда ты так спешишь, Лонгботтом? — раздался позади него раздражённый голос Малфоя. Слизеринец плелся, постоянно оглядываясь, и старался держаться как можно ближе к Невиллу. Тот даже не обернулся.

— Ты не слышал Хагрида? Нам нужно найти единорога.

— Гриффиндорец в сочетании с отсутствием мозгов — это адская смесь, — прошипел Малфой. — Ты даже понять не можешь, куда мы полезли. В нашей родовой библиотеке много чего про этот лес написано! Если бы ты умел читать, я бы обязательно дал тебе возможность ознакомиться.

Тропинка вильнула вправо, углубляясь в ещё более тёмную часть леса. Внезапно слева, буквально в десятке шагов, раздался громкий, чёткий хруст — точно кто-то тяжёлый и неосторожный наступил на сухую ветку. Звук был таким неожиданным, что оба мальчика вздрогнули. Клык, шедший между ними, жалобно взвизгнул и вжался в ноги Малфою, пытаясь спрятаться.

— Пшёл вон, тупая псина! — Драко, и без того перепуганный до смерти, грубо оттолкнул собаку ногой. — Отстань от меня!

Невилл тоже был напуган, но его страх был притуплен, словно отодвинут на второй план невероятной, всепоглощающей мотивацией. Пока он здесь, в лесу, рядом может быть то, что способно изменить его жизнь.

Они пошли дальше, и Невилл продолжил свой мозговой штурм. Но идеи не приходили. Отпилить хвост палочкой? Он не знает таких заклинаний. Да и уровня его волшебства не хватит на такое. Попробовать оторвать? Это было бы немыслимо жестоко, да и сил не хватит. Может, сказать Хагриду? Нет, ни в коем случае. Хагрид не станет осквернять священное животное. А если станет, то его посадят, ведь он обязательно проболтается.

Пока Невилл судорожно перебирал варианты, Малфой, видимо, решив, что тишина слишком давит, решил поразвлечься. Он бесшумно зашёл Невиллу за спину и резко схватил его за плечи.

— А-а-а-а! — пронзительный, полный животного ужаса крик вырвался из груди Невилла прежде, чем он успел что-либо сообразить. Обернувшись, Невилл увидел бледное, ухмыляющееся лицо Малфоя.

Поняв, что это всего лишь глупая шутка Драко, Невилл, не долго думая, наотмашь ударил его по лицу. Кулак пришёлся прямо в острый нос слизеринца. Драко, не ожидавший от него такого отпора, не удержал равновесия, повалился в грязь и выронил палочку.

— Ты… ты посмел! — захлёбываясь, просипел Малфой, прижимая ладонь к носу, из которого уже сочилась кровь.

— Не забывай, Малфой, — прохрипел Невилл, нависая над ним и тяжело дыша, — что ты тут один, без своих телохранителей!

— Что у вас тут стряслось?! — из темноты вынырнул Хагрид с луком наготове, его глаза метали молнии. — Вы чего шум подняли на весь лес?

— Он напал на меня! — сразу запищал Малфой, поднимаясь. — Этот тупица ударил меня!

— Он первый подкрался и схватил за плечи, чтобы напугать! — выпалил Невилл, дрожа от адреналина.

Хагрид вздохнул так, что, казалось, сдул листья с ближайших деревьев.

— Ну и дурачье… Иди сюда, сопливец, — буркнул он, грубо выдернув платок из кармана и сунув его Малфою. — Зажми, пройдёт. А теперь тихо! Марш за мной.

Он повёл их обратно в чащу, вскоре выведя к Гарри и Гермионе, которые стояли у огромного дуба и тревожно оглядывались по сторонам.

— Эти двое такой шум подняли, что не знаю, как нам теперь найти удастся то, за чем мы здесь, — пожаловался Хагрид. — Так, по-другому разделимся — Невилл и Гермиона со мной пойдут, а ты, Гарри, бери Клыка и этого идиота.

Хагрид подмигнул Гарри и наклонился к нему, понизив голос до шёпота, который, однако, услышали все: — Ты меня извини, но на тебя, я так думаю, этот дурачок не полезет… А нам дело надо сделать, понимаешь?

Гермиона обеспокоенно посмотрела на Невилла, когда они углубились в левую часть леса.

— Не переживай, Невилл, с Хагридом мы в безопасности, — прошептала она ободряюще, положив руку ему на плечо.

— Ага, спасибо, — буркнул Невилл.

Он переживал как раз из-за того, что они пошли с Хагридом. С Малфоем было бы проще — того, в теории, можно было попробовать оглушить заклинанием, либо более «магловским» способом, или хотя бы рассчитывать, что он в ужасе сбежит, если они наткнутся на труп животного. С Хагридом и Гермионой провернуть его затею не представлялось возможным. Надежда, горевшая в нём всего десяток минут назад, начинала меркнуть, сменяясь горечью и досадой.

Они шли долго. Следы крови, ведущие всё глубже в сердце Запретного леса, то исчезали, то снова появлялись. Воздух стал ещё холоднее. Хагрид, несмотря на свою массивность и кажущуюся неповоротливость, двигался с удивительной скоростью и лёгкостью, и они с Гермионой едва поспевали за его широкими шагами.

Внезапно тишину разорвал далёкий, но отчётливый и полный ужаса крик.

— Это Малфой! — выдохнула Гермиона.

Хагрид рванул в сторону крика.

— Бегом за мной! Не отставать! — гаркнул он.

Невилл и Гермиона бросились за ним. Бежать по следам Хагрида было невыносимо тяжело. Невилл спотыкался о невидимые в темноте корни деревьев, его мантия цеплялась за колючие кусты, он падал на колени, поднимался и бежал снова.

Наконец они выбежали на тропинку и замерли, увидев Гарри. Он сидел на спине причудливого существа.

До пояса это был человек с белокурыми волосами и бородой, но от пояса начиналось лоснящееся, белого цвета в чёрных пятнах лошадиное тело с длинным хвостом.

Невилл открыл рот от удивления. Впервые он видел настоящего кентавра. Он слышал о них лишь в сказках, которые читала ему бабушка, и был уверен, что это вымышленные существа.

Хагрид подошёл к кентавру и пожал ему руку.

— Добрый вечер, Флоренц.

Гермиона, оправившись от изумления, подбежала к Гарри.

— Гарри, ты в порядке? Что случилось?

— Я в порядке, — ответил тот. — Единорог мёртв, Хагрид, он лежит на поляне в глубине леса.

— Здесь я вас оставлю, — прошептал Флоренц, когда Хагрид поспешно удалился, чтобы найти Малфоя. — Теперь вы в безопасности.

Гарри соскользнул с его спины.

— Удачи вам, Гарри Поттер, — произнёс кентавр. — И раньше случалось, что движение планет истолковывалось неправильно, даже кентаврами. Я надеюсь, что этот случай как раз один из тех. — Он повернулся и исчез в лесу.

— Где именно находится единорог? — неожиданно спросил Невилл, когда они остались втроём.

Гарри и Гермиона с недоумением повернулись к нему.

— Что? — переспросил Гарри, морща лоб. — Какое это имеет значение?

Невилл решил воспользоваться тем, что его считают глуповатым, и выдал соответствующий ответ:

— Чтобы… понимать, насколько наша группа была близка к тому, чтобы найти его…

Гарри с Гермионой, переглянувшись, улыбнулись.

— В той стороне, — Гарри махнул рукой туда, откуда его привёз кентавр.

Через несколько минут из кустов показался Хагрид, ведущий за собой притихшего Малфоя, и они все вместе направились к выходу из леса.

— Не за чем вам ждать Филча. Можете ступать. Дорогу-то найдёте сами? — сказал Хагрид, когда они уже подходили к его хижине. — Единорога я утром сам заберу, его надо похоронить.

Гарри, Гермиона и Драко поплелись в сторону школы, но Невилл остался стоять на месте.

— Невилл, ты идёшь? — обернулась Гермиона.

Тот обратился к лесничему:

— Я з-з-замёрз. Можно я у тебя погреюсь немного, Хагрид?

— Ох, бедолага! Конечно, заходи, — добродушно отозвался великан. — Чего ж не погреться, когда продрог до костей.

Гермиона обеспокоенно посмотрела на него:

— Хочешь, я останусь вместе с тобой?

— Нет, Гермиона, спасибо.

— Ты точно найдёшь дорогу до гостиной?

— Точно.

— А пароль помнишь?

— Кажется, «Меч Годрика».

— Всё верно, ты молодец! — улыбнулась она и поспешила нагнать остальных.

Невилл вошёл в хижину. Она была небольшой, заваленной всякой всячиной, с огромной кроватью в углу и камином, в котором тлели угли. Клык сразу улёгся на свой коврик, положил морду на лапы и принялся молча наблюдать за Невиллом.

Невилл сел за стол. На нём была куча хлама: корзины, корни каких-то растений и даже горстка земли. Там же лежал здоровенный кинжал — для Хагрида он служил в качестве обычного ножа. Хагрид сел по другую сторону стола.

— Ты это, сиди здесь сколько пожелаешь, согревайся. Когда отмякнешь, поспеши в школу.

— Хагрид, у тебя есть чай? Похоже, я сильно замёрз.

— Чай? — Хагрид хлопнул себя по коленям. — Ну дык само собой! Что ж я, старый пень, сразу не сообразил. Вон там чайник, — Хагрид махнул рукой в сторону чайника, который Невилл прекрасно видел и до вопроса.

Он рассчитывал, что Хагрид сам пойдёт ставить чайник, но тот просто улыбался и смотрел на него. Они продолжали смотреть друг на друга, пока Хагрид не опомнился:

— Что ж, сейчас поставлю.

Он тяжело встал и направился к плите.

Невилл сразу же схватил кинжал и попытался спрятать под мантию. Слишком большой — усидеть с ним незаметно не получится. Он резко встал, спрятал кинжал за спиной и задом поплёлся к выходу.

— Э-э-э, Хагрид, спасибо, что пустил, кажется, я согрелся, мне пора!

Невилл не слышал, что тот ответил. Он выскочил из хижины и побежал изо всех сил обратно, в сторону Запретного леса.

Мальчик использовал все ресурсы своего мозга, чтобы запомнить маршрут, по которому они выходили из леса. Хоть путь и предстоял долгий, не меньше получаса, но нужно было запомнить всего три ответвления: сначала налево, потом на развилке снова налево, потом направо. Оттуда — в ту сторону, куда указывал Гарри. Уже без тропинки, по густой чаще.

Невилл подбежал к высокому буку, от которого он ориентировался. Где-то правее начиналась едва заметная полоска земли, по которой они недавно вышли. Он спрятал палочку в мантию — сейчас она была для него бесполезна. Схватился покрепче за кинжал, глубоко вдохнул и вошёл в лес…

Каждый шаг давался с трудом. Запретный лес ночью казался живым существом, которое враждебно наблюдало за незваным гостем. Невилл то и дело вздрагивал от пугающих звуков: то где-то в вышине ухала сова, то в зарослях раздавался шорох, будто кто-то невидимый крался параллельно его курсу. Лес, который всего час назад был просто страшным, теперь превратился в воплощение первобытного ужаса. Он был здесь один. Совершенно один. Если с ним что-то случится, никто не придёт на красные искры. Мысль была леденящей.

Наконец он дошёл до того места, где они встретили кентавра. Страх накалился до предела. Ноги отказывались слушаться и углубляться в чащу. «А вдруг я потеряюсь и не найду путь назад? А вдруг это мой билет в один конец?» — панические мысли роились в голове.

Стиснув зубы так, что челюсть свело судорогой, он заставил себя двинуться дальше. Единорог должен быть где-то поблизости.

Он уходил всё глубже, и через какое-то время деревья окончательно преградили ему путь. Невиллу показалось, что пятен крови тут куда больше. Все корни были забрызганы кровью, словно несчастное создание металось здесь, обезумев от боли. Сквозь толстые ветви древнего дуба Невилл увидел поляну. Он крепче сжал нож Хагрида, вытянув его перед собой дрожащими руками, пролез сквозь листву и вышел на поляну.

В метрах десяти от него лежал мёртвый единорог. Невилл никогда не видел такой печальной и прекрасной картины. У единорога были длинные стройные ноги и жемчужного цвета грива.

Невилл сделал несколько шагов вперёд, собираясь осуществить свой план, и вдруг застыл. Кусты на другом конце поляны зашевелились, и из тени выступила облачённая в длинный балахон фигура с наброшенным на голову капюшоном. Невилл был не в силах пошевелиться. Однако фигура его не замечала. Некто подошёл к животному, опустился на колени и склонился над огромной рваной раной в боку единорога. И… начал пить кровь.

От ужаса Невилл инстинктивно сделал шаг назад и громко раздавил сухую ветку.

Фигура в балахоне подняла голову и уставилась на Невилла. Он отчётливо видел, как с невидимого лица на балахон капала кровь. Но затем фигура, словно одержимая жаждой, снова впилась в тело животного и продолжила пить кровь как ни в чём не бывало. Сердце Невилла готово было выпрыгнуть из груди. Только не это! Кто это такой и откуда он взялся?

Дальше Невилл сам не понимал, что делал. Он побежал. С воплем побежал прямо на незнакомца, отчаянно размахивая кинжалом…

Когда он был уже в паре метров, фигура в балахоне резко дёрнулась и отшатнулась назад. Невилл добежал до единорога и, задыхаясь, направил остриё в сторону незнакомца.

— Это мой единорог! Прочь отсюда, по-хорошему!

Тёмная фигура медленно поднялась, возвышаясь над мальчиком. Какое-то время она стояла неподвижно, изучая его, а затем бесшумно развернулась и скрылась в чаще.

Только теперь Невилл осознал, что произошло. Силы мгновенно покинули его, он упал на колени, выронив кинжал. Несколько минут он просто пытался выровнять дыхание. Но лес вокруг не затих. Шорохи продолжались — казалось, кто-то наблюдает за ним из-за деревьев.

Невилл снова схватился за оружие. Для себя он всё уже решил. Он должен сделать это. Сейчас. Отключив мозг и стараясь не думать о том, что он делает, приподнял хвост и принялся наспех резать его у основания. Хлынула яркая, голубовато-серебристая кровь, окатив его руки, мантию и лицо остывшей, густой жидкостью. Невилл не останавливался, продолжая перерезать жёсткие сухожилия и кожу, пока, наконец, хвост не отделился.

Дрожащими руками Невилл держал хвост и не мог поверить своим глазам.

Вот же он! Он у него в руках! У него получилось!

Но эйфория длилась лишь секунду — теперь нужно было выбраться отсюда живым!

Невилл нырнул в те же кусты, из которых вышел. Он бежал со всех ног, не разбирая дороги, ориентируясь только на инстинкты. «Главное — не споткнуться! Только бы не споткнуться!» — пульсировало в висках, пока он мчался сквозь тьму, сжимая в руке свой единственный шанс на новую жизнь.

Невилл бежал, не чувствуя земли под ногами. По его расчётам, тропинка должна была показаться ещё пару минут назад, но её не было. Вместо знакомого маршрута перед ним вставала сплошная стена колючего кустарника и вековых стволов. Холодный пот застилал глаза: он сбился с пути, бежал совершенно не в том направлении.

Он хотел было остановиться, чтобы отдышаться и сориентироваться, но вдруг позади раздался нарастающий гул. Это не был ветер в кронах — за ним кто-то гнался, и преследователей было много. Топот множества ног сотрясал лесную подстилку. Невилл попытался ускориться, но лёгкие горели огнём, а силы уже были на исходе.

Вдруг нога зацепилась за корень дерева. Невилл по инерции полетел вперёд, кубарем прокатившись по земле. Кинжал и драгоценный хвост выскользнули из его рук и отлетели в сторону. Оглушённый падением, он с трудом пришёл в себя и огляделся. Сердце замерло — вокруг него полукругом стоял целый табун кентавров.

— Кончайте его! — раздался резкий, полный ненависти голос. — Чего вы медлите?

Из темноты к Невиллу двинулся кентавр с угольно-чёрными волосами. Он выглядел куда более грозным и свирепым, чем тот, что спас Гарри. Его копыта с силой вбивались в землю, а рука уже тянулась к колчану за спиной.

— Бейн, не надо! — Путь чёрному кентавру преградил другой. Невилл сразу узнал его — это был Флоренц. — Мы же поклялись не препятствовать тому, что должно случиться по воле небес. Разве звёзды не предсказали нам, что должно было произойти нечто подобное?

— Не пытайся свалить всё на звёзды! — прогремел третий голос. Он был рыжеволосым, с мощным телом каштанового цвета. — Это твоя вина, Флоренц! Тебе нельзя было помогать тому мальчишке в очках. Теперь другие люди смеют совать нос в наши земли и осквернять наш лес! Этого ты добивался?

— Я поговорю с лесничим, Ронан, — спокойно ответил Флоренц. — Уверен, он проследит, чтобы ученики больше не нарушали границы.

— Этим двуногим надо преподать урок, иначе они не поймут, — мрачно проговорил Бейн, не сводя с Невилла горящих глаз.

Невилл, дрожа всем телом, наконец поднялся на ноги. Грязь и светящаяся кровь смешались на его лице.

— Н-не надо… пожалуйста, не говорите ничего Хагриду. Я… я сам ему всё скажу. Честно. Пожалуйста, отпустите меня…

— Этот человек ещё тупее, чем Хагрид, — усмехнулся Ронан. — Полагаю, он даже не осознаёт, насколько сильно оскорбил нас и наш дом.

— Не я убивал этого единорога. Вы ведь знаете... — только и смог выдавить Невилл.

Флоренц обратился ко всему табуну, повысив голос:

— Вы же видите, что это всего лишь неразумный человеческий ребёнок! Марать о него наши стрелы — ниже нашей гордости. Оставьте его.

Бейн подошёл к Флоренцу вплотную и злобно зарычал, обдавая его горячим дыханием:

— Гордости? Не ты ли пару часов назад подставлял спину человеку, как обычная верховая лошадь? — Среди кентавров пронёсся гул смеха. — И ты смеешь что-то говорить о гордости? Что, и этого теперь на себе увезёшь?

— Нет, — бесстрастно ответил Флоренц. — Пускай небеса решат его судьбу.

С этими словами он развернулся и, не оглядываясь, пошагал прочь. За ним медленно, один за другим, начали расходиться и остальные. Ронан бросил на Невилла последний брезгливый взгляд и последовал за табуном. Бейн уходил последним. Он долго стоял неподвижно, сверля мальчика взглядом, полным такой глубокой ненависти, что Невиллу захотелось провалиться сквозь землю. Наконец, и он развернулся и мощным шагом скрылся среди деревьев.

Невилл остался один в звенящей тишине леса. Трясущимися руками он нащупал в траве хвост единорога и кинжал.

У него была лишь одна зацепка относительно своего местоположения: он точно знал, откуда прибежал. Судя по всему, он слишком сильно отклонился влево, когда покидал поляну. Что, если пойти в обратном направлении, но забирать чуть левее? В обычном состоянии Невилл ни за что бы не догадался до такой сложной навигации, но сейчас, ведомый инстинктом выживания и чувствами, обострёнными до предела, логическое решение пришло само собой.

И это сработало. Буквально через несколько минут кусты расступились, и он выбрался на едва приметную тропу. Невилл снова побежал. Он поймал правильный темп, при котором удавалось поддерживать высокую скорость и при этом не задыхаться. Наконец деревья расступились, и впереди вырос величественный силуэт Хогвартса.

Невилл остановился и оглядел себя. Он был с ног до головы измазан кровью единорога. В ночной темноте он светился, словно огромный тусклый фонарь. В таком виде в школу соваться было нельзя. Не придумав ничего лучше, он бросился к берегу Чёрного озера.

Сбросив мантию и дрожа от пронизывающего холода, Невилл принялся лихорадочно полоскать её в ледяной воде. Тело ныло от усталости, пальцы мгновенно онемели, но он продолжал тереть ткань, пока серебристое сияние не померкло. Когда мантия перестала светиться, он отжал её, как мог, и принялся за хвост. Это оказалось гораздо сложнее: из среза продолжала сочиться кровь, и Невиллу пришлось изрядно помучиться, вымывая её, пока она окончательно не перестала течь.

На обратном пути он, не задерживаясь, бросил отмытый нож Хагрида в саду за его хижиной — полувеликан найдёт его утром и решит, что просто обронил. Теперь путь лежал в замок.

Добравшись до входа в гостиную, Невилл понял: заветная комбинация полностью вылетела из головы. Даже пытаться вспомнить не было смысла. Дрожа от холода в мокрой мантии, он принялся наматывать круги перед спящим портретом Полной Дамы. Обеими руками он прижимал к груди спрятанный под одеждой хвост — ключ к своему спасению. Невилл даже не думал садиться на пол или прислоняться к стене, как в прошлые разы. А вдруг он уснёт? А вдруг его украдут у него?

Тело испытывало сильнейший стресс, но на душе было невероятно легко. Худшее осталось позади. Он выжил, и его безумный план сработал. Осталось продержаться всего несколько часов до подъёма. В такой час даже Филч, должно быть, уже отправился спать.

Невилл потерял счёт времени. Он не понимал, сколько прошло минут или часов, пока он мерил шагами коридор. Наконец механизм за портретом щёлкнул, дверь отворилась, и из гостиной вышли две третьекурсницы. Невилл, не теряя ни секунды, скользнул в проём и бросился вверх по лестнице в спальню.

К счастью, там царила тишина — все ещё спали. Стараясь не шуметь, Невилл выдвинул из-под кровати свой чемодан. Он достал зимний свитер, спрятал в его складках драгоценный артефакт и убрал свёрток на самое дно. Только теперь, задвинув чемодан обратно, он позволил себе бессильно рухнуть на кровать.

Он сделал это!