Змеиный клубок (гет)

С нашим днем, девочки💚💚💚

Примечание автора:

Ну вот и всё.

Огромное спасибо всем, кто читал! Надеюсь, вам понравилось. Особенно благодарю за комментарии и лайки — они много значат!

Единственное, что хочу сказать по поводу этой главы: я легко представляю, как Гермиона пробует себя в шантаже. В каноне она была безжалостна, когда чего-то хотела!

День «Х» прошёл, аресты были произведены, Кардинг и значительное число его сообщников находились под стражей, в том числе и те, кто напал на Гриммо. Но, как лаконично выразился Гарри, в тот день всё действительно пошло наперекосяк.

После неожиданного появления и объявления о выдаче ордеров на арест авроры сразу же подверглись нападению. Команда Кингсли тщательно подготовилась и была хорошо защищена, но когда сотрудники Министерства отказались по-хорошему пройти с ними, завязалась потасовка. Пятеро авроров оказались в больнице Святого Мунго, а один сотрудник Министерства погиб, когда его собственное проклятие вернулось к нему.

Сам Кардинг не сопротивлялся, однако Снейп отметил, что, скорее всего, это произошло потому, что тот быстро оценил ситуацию и решил, что, если он тихо сдастся, срок его заключения будет меньше. Он всегда был хитрым политиком.

Разумеется, он отверг все обвинения, а одной из первоочередных задач новой власти стало очищение Визенгамота от коррупции в рамках подготовки к будущим судебным разбирательствам.

Когда Поттер и Уизли вернулись домой в тот день, они оба были измотаны и проспали следующие четырнадцать часов, прежде чем снова отправиться на работу и приступить к допросам.

Грейнджер отстранили от должности до прохождения собеседования, но большую часть времени она отсутствовала, скармливая Северусу подозрительно неправдоподобные объяснения.

* * *

Северус сидел «дома» и размышлял о будущем.

Временное правительство намекнуло, что вернёт ему Тупик, но пока он всё ещё жил в гостевой комнате Поттера. Он как раз прикидывал, сколько сможет выручить за дом и куда отправиться дальше, когда в дверь постучала Минерва.

Они, воспользовавшись отсутствием других жильцов, целиком завладели гостиной и устроили там роскошный полдник.

— Мисс Грейнджер приходила ко мне в Хогвартс, — начала Минерва, разливая чай.

— Хочет сменить профессию? — спросил Северус. Он не помнил, чтобы Грейнджер упоминала о своих планах стать учительницей.

— Она пришла ко мне не за работой. — Минерва откинулась на спинку кресла и сурово посмотрела на него.

— Понятно, — ответил Северус, хотя сам ничего не понимал, однако еще в детстве он усвоил: если человек хочет что-то сказать — лучше дать ему сделать это в своём темпе.

— Она сообщила, что намерена развивать с тобой романтические отношения.

Северус от неожиданности поперхнулся чаем, но через долю мгновения испарил жидкость и замер, лихорадочно соображая, что ответить. Минерва наблюдала за ним поверх чашки.

— Затем предложила мне, если моё мнение по этому поводу окажется негативным… засунуть голову в одну из частей моего тела, что, я уверена, невозможно с биологической точки зрения. Без применения очень тёмной магии уж точно.

Северус молчал, всё ещё не находя слов.

— Я, конечно, выразила удивление при мысли о вас как о паре, на что мисс Грейнджер напомнила мне о целом ряде моих юношеских проделок, о которых даже я забыла. Некоторые, по её мнению, «не очень сочетаются с образом директора школы».

— А… — выдавил Северус, который до сих пор понятия не имел, что сказать. Так вот чем она занималась в свободное время? Исследовала прошлое Минервы?.. — Я понятия не имел.

— Знаю. Она так и сказала. Но она, похоже, решила, что ты высоко ценишь моё мнение, и твой страх перед моим неодобрением стал, так сказать, камнем преткновения. Она даже предположила, что было бы «мудро» с моей стороны публично заявить о своей поддержке любого потенциального романа между вами, — чопорно произнесла Минерва.

Северус беспомощно пожал плечами, Минерва же покачала головой и тепло улыбнулась. Увидев выражение её лица, он немного расслабился.

— Ох, Северус… Если уж тебе непременно нужно влюбляться в гриффиндорок, было бы проще, если бы тебя сразу распределили на наш факультет, — заметила Минерва. Северус выгнул бровь.

— Не уверен, что Грейнджер — настоящая стопроцентная гриффиндорка, — возразил он. — Она ведь только что попыталась тебя шантажировать.

— Возможно, — задумчиво согласилась Минерва. — Может, в этой львице достаточно змеиного, чтобы держать тебя в узде.

— Значит, ты не против?

— Напротив. Я слишком боюсь мисс Грейнджер, — подмигнула ему Минерва. — Северус, милый, иди люби, цени, шантажируй — делай всё, что положено делать слизеринцам, и просто будь счастлив.

— Не представляю, о чём ты, — невозмутимо ответил он.

— В любом случае, ты ей очень нравишься, она была довольно сурова со мной, — Минерва рассмеялась. — Думаю, тебе не помешало бы немного огня в жизни, найти человека, готового приложить столько, сколько понадобится усилий, чтобы обеспечить твоё счастье. Даже если пока это выражается в угрозах твоим друзьям.

Минерва с самодовольным видом допила чай. Ей было приятно хоть раз одержать верх над Северусом. Благослови Господь юную любовь.

— Ты, вероятно, права, Минерва, — сказал Северус, чувствуя необычную лёгкость. — Обычно ты права.

* * *

— Думаю, я смогу помочь твоим родителям, — сказал Снейп, остановившись в дверях.

Гермиона, до его появления читающая, лёжа на кровати, подняла голову.

— Правда?

— Я организовал международный портключ. Подумал, раз ты не работаешь… может, сейчас самое время поехать?

— Я бы с радостью! Когда…

— Чем скорее, тем лучше, — перебил ее Северус.

Гермиона помрачнела: он, вероятно, хочет поскорее со всем покончить, чтобы уйти. А она очень не хотела, чтобы он уходил.

— Хорошо… Я просто соберу кое-какие вещи. Я рассчитывала, что понадобится несколько дней, чтобы попытаться снять заклятие, а потом, если бы все получилось и они бы меня вспомнили… — Гермиона замолчала. Снейп пожал плечами.

— Ключ односторонний. Мы можем остаться там на столько, на сколько нужно.

— Мы? — удивленно переспросила она.

Снейп вошёл в спальню и сел на край кровати.

— Минерва рассказала мне о твоём визите.

— Оу.

— Похоже, ты черпала вдохновение в нашем разговоре об уязвимостях и рычагах влияния.

— Ну, ты всегда был хорошим учителем, — прокомментировала Грейнджер, и Северус невольно скривился. Ему не хотелось вспоминать об этой части их общего прошлого. Он решил пропустить вопросы «как» и «почему» и перейти прямо к главному:

— Она сказала, что ты… очень ко мне неравнодушна.

— Я же говорила тебе об этом. Забыл?

— Тогда я думал, что ты веришь в это. Просто… я не вижу в себе ничего достойного любви.

— Понятно. Что-то изменилось? — с надеждой спросила Грейнджер.

— Я по-прежнему не считаю себя достойным. Но, возможно, стоит воспользоваться тем, что ты считаешь меня таковым.

— Совершенно по-слизерински, — радостно отозвалась Грейнджер.

— Кто бы говорил, — рассмеялся в ответ Северус, и она покраснела. Затем он протянул руку и положил её ей на плечо. — Думаю, я во многом безнадежен, но я же не идиот. Думаю, ты того стоишь. Стоишь того, чтобы… попытаться быть хотя бы немного тебя достойным.

— Но тебе не нужно пытаться, — возразила она. — Мне нравишься ты. Именно такой, какой есть. Потому что ты такой… ты.

Северус замер. Он оказался по пояс в совершенно незнакомых ему водах.

— Просто я не хочу, чтобы ты в итоге возненавидела меня, — признался он, надеясь, что, если озвучит эту мысль вслух, то она перестанет властвовать над ним.

— Ну, я тоже не хочу, чтобы ты возненавидел меня. Мы оба иногда бываем занудами. Давай просто признаем это и договоримся относиться друг к другу с добротой и уважением. И никаких проклятий в лицо или в спину.

— Я также не хочу, чтобы ты лишилась поддержки своих друзей.

— Без меня они бы умерли в один далекий не прекрасный день. Они не посмеют, — как-то кровожадно ухмыльнулась Грейнджер.

— Ооо… — всё, что смог выдавить из себя Северус. Это были его самые большие опасения, которые Грейнджер отвергла, как будто они ничего не значили.

— Мальчиков нет дома… — предположила она. — Кажется, я как-то предлагала тебе диван…

Северус покраснел. Как будто мог об этом забыть? Но идея бросать удобную кровать ради неудобного дивана казалась сомнительной. Он безмолвно расширил кровать и закрыл дверь. Гермиона улыбнулась.

— Выглядит довольно многообещающе.

Она потянулась к нему и уложила его спиной на расширенную кровать.

Хорошо, что его самоконтроль был чрезвычайно хорошо развит, потому что вид обнажённой Грейнджер — простите, Гермионы — грозил закончить вечер еще до того, как он успел толком начаться. Но Северус собрался с силами, не позволив шести годам воздержания испортить «хорошее дело», и, судя по тому, как она извивалась под ним, справился он неплохо.

Когда она вцепилась в его спину, дрожа и выкрикивая его имя… Ну, этого оказалось достаточно. Потом она выглядела безмерно довольной: улыбалась, долго его целовала, затем устроилась на его груди и мгновенно уснула.

Ему же не хотелось засыпать, поэтому Северус некоторое время лежал неподвижно, гладил её по волосам и слушал ее ровное дыхание. Он боялся, что если вдруг заснёт, то обязательно случится что-то плохое.

Затем он вспомнил, как она в гостиной отбивалась от пятерых нападавших, пытавшихся её убить, — позволил себе расслабиться и постепенно уснул.

* * *

Гермиона проснулась примерно через час. Сначала она не поняла, почему лежит на чьей-то тёплой груди, но потом улыбнулась про себя, вспомнив, что к чему.

Это был, безусловно, впечатляющий дебют, — подумала она и повернула голову, чтобы рассмотреть Северуса. Он спал, и она почувствовала, как её охватывает всеобъемлющее желание защитить его. Она перевела взгляд с его спокойного, расслабленного во сне лица на множество шрамов, которые начинались на шее и заканчивались где-то на щиколотках.

Гермиона была в восторге (даже в экстазе) от того, что он относился к «спальным делам» с той же сосредоточенностью и вниманием, что и ко всем остальным аспектам своей жизни. Она вздохнула. Наверное, он нравился ей больше, чем она думала, может быть, она даже любила его, но Гермиона решила пока держать это в секрете.

От её тихого вздоха Северус проснулся и мгновенно открыл глаза. Он на миг растерялся, как и она, а потом опустил взгляд и увидел её.

— Привет, — сказала Гермиона, улыбаясь.

— Привет, — ответил он, улыбнувшись в ответ.

— Это было прекрасно. Действительно прекрасно.

— Да, — согласился он, проводя пальцем по её ключице.

Гермиона вздрогнула.

— Это хорошая дрожь или плохая?

— Определённо хорошая.

— Хмммм.

— И что значит «хмммм»?

— Собираю данные для нового исследовательского проекта. «Что заставляет Гермиону Грейнджер дрожать», — сказал Северус, проводя пальцем по её грудине.

— Проект, который я всячески поддерживаю.

— Ваша поддержка принята к сведению. А это?

— Хорошо.

— Замечательно. А вот так?

— Дай подумать… Хорошо.

— А если вот так?

— Мммм… хорошо.

— Интересно. Попробуем чуть ниже. Например… вот здесь.

— О!

— Отметим это как «отлично» и проведём более тщательный анализ.

— Мммммммм…

✎﹏﹏﹏﹏﹏﹏﹏﹏﹏﹏﹏﹏﹏﹏

Продолжение следует…