Белокурый бард Ремнанта (джен)

За следующие два дня «отношения» добавили ему еще несколько очков к харизме, но в основном он был никому не интересен. Конечно, Гитар-Ка была интересна всем, а вот Жон Арк — нет. Мир жил в предвкушении ВайталФеста и самого ВайталФестиваля. Для многих эти названия стали взаимозаменяемыми.

Что действительно изменилось, так это то, что Пирра пришла с множеством идей, и многие из них были хороши!

— Я отбрасываю вариант с маскировочным костюмом «Леший»: в нем неудобно играть, да и выглядеть как куст в городских условиях не лучшая затея, — в Вейле были парки, но зелени в самом городе было немного. — Но мне нравится идея с наушниками. Уже существуют электрогитары, которые полностью зависят от внешнего усилителя. Нам просто нужно найти такую, которую можно подключить к устройству, транслирующему мою музыку для узкого круга слушателей.

— И при этом оставаться в безопасности, — добавила она.

— И при этом оставаться в относительной безопасности, — возразил он. Взгляд девушки стал жестче, но он не собирался отступать. Не тогда, когда именно она рисковала умереть. — Я должен быть достаточно близко, чтобы видеть, что происходит и соответствующе реагировать. А учитывая, что за мной охотятся Тириан, Хейзел и Артур, мне, пожалуй, лучше находиться рядом с теми, кто сможет меня защитить.

— Блин. Верно…

— Единственное, о чем я беспокоюсь, это как убедить кого-то, кроме тебя, не снимать наушники. Ты знаешь, на что способно мое Проявление, а вот другие — нет.

Синдер знала, но он не был уверен, чью сторону она займет во время фестиваля. В идеале — его. Но совпадет ли его сторона со стороной добра или это будет какая-то третья сторона? Он не мог сказать наверняка.

— Возможно, мне придется частично раскрыть своё Проявление.

Пирре эта идея не понравилась, что было понятно. Его Проявление — сложная штука, способное собрать кучу ажиотажа, и им нужно тщательно выбирать доверенных людей, чтобы информация не пошла дальше.

— Думаю, Вайсс отлично подойдет для первой проверки.

— Не Руби? — спросила Пирра.

— Я доверяю Руби, и она уже знает об одном аспекте моего Проявления, но у неё есть сестра, и мне кажется, у неё возникнет искушение всё ей выложить. У Вайсс тоже есть сестра, но они не так близки. И я думаю, что Вайсс достаточно взрослая, чтобы понять, почему это нужно держать в секрете.

— Мы ведь не будем упоминать игровые элементы и механику RPG, верно?

— Разумеется, — рассмеялся Жон. — В такое слишком сложно поверить. Мы преподнесем это как Проявление, связанное со звуком. Что-то вроде манипуляции звуковыми волнами и вибрациями, входящими в резонанс с аурой окружающих. Бла-бла-бла, технический жаргон.

Преимущество статуса гражданского лица заключалось в том, что от него не ждали глубоких познаний в работе Проявлений. Это была вотчина охотников и интеллектуалов. Он мог прикинуться простаком, позволить Вайсс самой придумать объяснение, а потом восхититься её гениальностью.

— Посмотрим, как всё пройдет с Вайсс, а потом подумаем насчет Руби — ей я всегда смогу сказать, что мое умение говорить с животными — лишь часть Проявления. Что-то вроде звукового или вибрационного воздействия, позволяющего животным понимать меня, а мне их. Кроме них, я подумывал о Нео… — тут Пирра помрачнела. — Я знаю, ты ей не доверяешь, но она буквально никому не может об этом рассказать. К тому же она сильная. Ещё я думал об Илии, но с ней я не так уверен. Боюсь, что она сопоставит факты: мою музыку и те огромные перемены, что произошли в Белом Клыке.

— Нет, Илия не подходит, — сказала она. — Пока что нет. Я считаю, что она хороший союзник и поможет тебе в трудную минуту, но из-за этого она может начать сомневаться в себе и в своих соратниках. Думаю, пока лучше её не привлекать. Есть кто-то, кого ты точно исключаешь?

— Генерал Айронвуд и все военные Атласа. Опять же, я им доверяю, но думаю, что они захотят взять все под свой контроль и использовать меня в своих интересах. Запертый на линкоре, я буду играть только для их людей и ни для кого больше. Озпин и преподаватели Бикона тоже нет. Есть в нём что-то, что меня настораживает.

— Неопределенный уровень и эти бесконечные имена?

— Именно, — кивнул он. — Это довольно странно, честно говоря. Я больше ни у кого не видел подобного статуса. Уж прости, но мне от этого не по себе.

— Понимаю. А что насчет Норы и Рена?

— Им я могу доверять. Добавим их в список кандидатов. Чуть не забыл про их команду. Сан и Янг… Эх, я бы хотел довериться Сану, он отличный парень, но я уже баффал его в образе Красотки, и боюсь, он сопоставит эти два образа. Что касается Янг… Думаю, ей нельзя говорить, пока не расскажем Руби. Хотя можно рассказать им обеим сразу.

— Осталась только Блейк.

— Это весь список.

— Ответ понят, — хихикнула Пирра. — Но она ведь член моей команды. Знаю, она та еще головная боль и для нас, и для тебя, — но я не хочу, чтобы она погибла.

— Когда-нибудь я ей расскажу. В идеале, чтобы ты, Вайсс и Руби ее держали, пока я буду говорить.

— Я согласна. Значит, звоним Вайсс?

— Звоним Вайсс, — кивнул он.

* * *

Вайсс давно не бывала в пентхаусе Жона, но, посетив его снова, она с новой силой ощутила, насколько ужасными были условия в Биконе. Четыре девушки, ютящиеся в одной комнате, служащей одновременно спальней и рабочим кабинетом, с общим душем и ограниченным пространством для хранения вещей. Она пришла в отличном настроении, радуясь приглашению, но вскоре уже с завистью осматривала огромную гостиную, телевизор размером со стену их общежития, балкон и полностью оборудованную кухню.

— Пирра, нам стоит узнать, нельзя ли снять жилье в городе и ездить в Бикон оттуда.

— А мне нравится наше общежитие.

— У тебя развился синдром идентификации заложника⁽¹⁾.

Пирра хихикнула. Дома, в Атласе, Вайсс не славилась чувством юмора, но это потому, что её служанки так боялись гнева ее отца, что не смели воспринимать её остроты как шутки. Они смеялись только тогда, когда считали, что должны смеяться. И никогда иначе. Руби тоже часто воспринимала ее колкости слишком близко к сердцу, а Блейк… Ну, с Блейк сейчас стало проще, но она предпочитала устраивать словесные перепалки, чем смеяться над шутками Вайсс. А вот Пирра понимала. Как и Жон. Они оба рассмеялись. Приятно иметь друзей, которые понимают твое своеобразное чувство юмора.

Даже если сейчас она не совсем шутила.

— Я хочу остаться здесь на выходные, — заявила она Жону. — Мне надоело, что меня будят каждый раз, когда кому-то нужно в туалет. Как бы тихо Пирра ни пыталась встать на свои тренировочные спарринги в четыре утра, она все равно меня будит.

— У тебя слишком чуткий сон, Вайсс, — поморщилась Пирра.

— Да, я сплю очень чутко! Жон, пожалуйста…

— Тебе всегда здесь рады, Вайсс, — улыбнулся Жон. — Не нужно спрашивать.

— Ты мой герой. Я сбегаю за сменной одеждой и вернусь сегодня вечером, — Вайсс почувствовала потребность взглянуть на Пирру: она опасалась, что подруга и сокомандница решит, будто она пытается увести у неё парня. — Я не буду возражать, если Пирра тоже решит остаться…

— Нет, я пас, — Пирра, похоже, ничуть не расстроилась. Возможно, она достаточно доверяла Вайсс и не боялась, что та уведет у нее парня. — Давай просто обойдемся без новых слухов об отношениях — нам и так хватает сплетен о романе Жона с Гитар-Кой, верно?

— Ох, это, — негодующе фыркнула Вайсс. — Я была в ярости, когда услышала те новости!

— Правда? — удивился Жон. — С чего бы это?

— Потому что тебя обвинили в неверности, болван! Они обвинили тебя в том, что ты изменяешь своей девушке! — повторно фыркнула Вайс, сердито глядя на него. — Как будто ты способен на такую низость. Меня оскорбило само это предположение.

Он был её другом. Другом детства. Сама мысль о том, что кто-то может так думать о дорогом ей человеке, была оскорбительна. Может, она и не очень хорошо знала Фолл и втайне поддерживала Пирру, но Вайсс была уверена, что Жон никогда не опустится до измены.

— Ох, Вайсс. Спасибо…

— Хм… Кто-то же должен за тебя обижаться, раз уж ты слишком глуп для этого, — она устроилась поудобнее на одном из диванов. Наслаждение от погружения в мягкие подушки немного омрачняли воспоминания о жёстких деревянных стульях Бикона. — Итак. Ты позвал меня сюда, чтобы рассказать что-то важное. Слушаю тебя.

— Ну да…

Жон и Пирра сели на диван напротив неё, бок о бок, отчего Вайсс стало как-то не по себе. Это напомнило ей момент, когда родители усадили её перед собой и объяснили, почему больше не проводят время вместе. Это не был развод, потому что это было бы слишком хлопотно и дорого, а лишь сухое разъяснение того, как умирает любовь и почему ей не стоит ждать, что они будут проявлять ее по отношению друг к другу.

— Вайсс, — начала Пирра, нервно перебирая пальцами. — Нам нужно кое-что тебе сказать.

У Вайс всё внутри оборвалось.

— Это важно, — добавила Жон. — Это прозвучит невероятно и странно, но нам нужно, чтобы ты дослушала до конца, прежде чем…

— О боже, Пирра забеременела от тебя…

— ЧТО?! — вспыхнула Пирра.

— Что?! — вторил ей Жон. — Нет! Нет! Я бы никогда… Разве ты не говорила мне только что, что я ни за что не стал бы изменять Синдер? Речь о моем Проявлении, Вайсс! Только о моем Проявлении!

— О-о… — Вайсс с облегчением обмякла на диване. — Тогда почему у вас обоих такой виноватый вид? Не стоит сидеть с таким видом и вести себя так, если дело пустяковое! Вы меня до смерти напугали!

— Это не пустяк, — возразила Пирра.

Вайсс с трудом удержалась, чтобы не приподнять бровь и не отпустить язвительный комментарий. Слишком уж легко это можно было истолковать двусмысленно, как намек на кое-что неприличное. К тому же она не сомневалась, что Пирра уже представляла себе размеры «достоинства» Жона.

— Моё Проявление может втянуть меня в серьёзные неприятности, даже если окружающие будут действовать из самых лучших побуждений. Я готов подтвердить свои слова действием, потому что одним словам будет очень трудно поверить.

— Хм-м-м… — Проявления бывают самыми разными и причудливыми. Её собственное казалось странным по сравнению с простотой Проявления Руби. Она решила не делать поспешных выводов. — Что ж, можешь быть уверен, что я никому не расскажу, если ты этого не хочешь. Рассказывай. Что делает твоё Проявление?

— Оно усиливает других через музыку.

Дальнейшие объяснения были, мягко говоря, странными. Проявление, усиливающее с помощью музыки, — не то, чтобы она была строго необходима (он мог просто щелкать пальцами в такт), но с гитарой это было гораздо удобнее, потому что он сам неплохо играл. Проявление, которое якобы могло сделать одного или даже группу сильнее, быстрее и в целом эффективнее в любом деле. При условии, что всё это время будет продолжаться игра.

Вайсс никогда не слышала о чём-то настолько безумном.

— Полагаю, ты это проверял?

— В моём личном спортзале в Аргусе, — ответила Пирра. — Мы провели точные тесты с биометрическим мониторингом, чтобы определить разницу в моих физических показателях в день без Проявления и в день под эффектом Проявления. Разница была впечатляющей.

Кому, как не Пирре, уметь проверять свои показатели и замечать малейшие изменения, поэтому пришлось принимать её подтверждение как доказательство слов Жона. Совсем другое дело, если бы о возросшей силе говорила Руби.

— Насколько значительна разница?

— Существенная. Когда мы проводили те тесты, я набирала почти на двадцать процентов больше баллов, а Проявление Жона за это время, похоже, стало только сильнее. Мы проверяли его и в бою против Гримм. Скорость, сила, выносливость, а еще критическое мышление. Я чувствую, что соображаю быстрее и становлюсь собраннее, когда слышу его музыку.

— Ты когда-нибудь применял его на мне? — подозрительно нахмурилась Вайсс.

— Нет, — быстро ответил Жон. — Но я применял его на твоей матери.

— Извини?..

— Случайно. Тогда я ещё не до конца понимал, что оно делает, и не думал, что это может как-то долгосрочно повлиять на неё. Я предполагал, что она просто почувствует себя лучше или лучше сможет контролировать себя. В какой-то степени так и вышло. Твоя мама стала более энергичной. Более… Живой.

Вайсс прикусила губу. В присутствии Жона Уиллоу вела себя гораздо спокойнее, была более энергичной и больше двигалась по поместью. Отчасти это сохранилось и после его ухода, хотя она уже не была в такой хорошей форме, как когда он был рядом.

— Я… Понимаю.

— Вайсс, есть веская причина, по которой Жон не хочет, чтобы это стало известно, — сказала Пирра, наклоняясь вперед. — Представь, что бы сделали власти Атласа, если бы узнали о Проявлении, способном повысить боевые возможности целой группы одновременно.

— Из него сделали бы какого-нибудь военного барабанщика, за исключение обязательного участия в боевых действиях.

Это было очевидно. С подобным Проявлением он стал бы слишком ценным активом, чтобы бы ему позволили действовать бесконтрольно. Очевидно, что Атлас предложил бы деньги и постарался бы заполучить его на добровольных началах, но в случае отказа однозначно надавили бы. Оставлять такую ​​силу в чужих руках было слишком опасно.

Подумать только: гражданский открыл Проявление, идеально подходящий для боевых действий. Это было нелепо. А если учесть, что его музыку, судя по всему, можно транслировать на большие расстояния, то она могла бы решать исход войн. Конечно, сейчас войн не было, но жаждущие власти люди, заполучив подобное оружие, вполне могли бы решить, что война им необходима.

— Да, я… Я думаю, об этом нужно помалкивать, — он был её другом, а не чьим-то оружием. — И я рада, что ты доверился. Но я хочу испытать всё на практике и убедиться, насколько это реально.

— Я так и знал, поэтому решил подготовиться, — Жон потянулся к лежащей рядом гитаре. — Хочешь пойти в спортзал и потренироваться?

Небольшой частный спортзал в пентхаусе Жона был очень кстати, когда они с Пиррой гостили здесь, и это была ещё одна причина, по которой Бикон не выдерживал конкуренции. Тренироваться в обстановке, где куча качков изо всех сил пыталась привлечь её внимание, было неприятно. Не говоря уже о раздевалках и душевых, где всё провоняло потом.

Она никогда не любила силовые упражнения, поэтому выбрала беговую дорожку и включила быстрый темп и средний угол наклона. Этого хватило, чтобы уже через несколько минут сердцебиение участилось. Жон пока не начинал играть, позволяя ей сначала оценить собственное физическое состояние. Было важно различать реальные ощущения и мнимые.

Спустя десять минут она слегка вспотела и устала, но не чувствовала себя полностью измотанной.

— Давай сейчас, — тяжело дыша, произнесла она. — Используй на мне свое Проявление.

Жон начал играть бодрую мелодию. Имела ли значение сама песня? Наверное, имела. Быстрый ритм часто помогает держать темп, да и не зря в большинстве спортзалов играет энергичная музыка. Хорошо хоть он не стал играть ничего из её репертуара — это заставило бы её слишком сильно смущаться и…

О.

О-о-о…

Вайсс осеклась на полумысли, осознав, что её внимание больше не сосредоточено на беге и тяжелом дыхании, потому что… Ну, она больше не задыхалась. Ее ноги стучали по земле, руки размахивались в такт, но дыхание оставалось ровным и спокойным. Усталость в ногах тоже исчезла, и ей показалось, что она могла даже ускориться.

Она решила это проверить и обнаружила, что да, действительно могла. Темп возрос; она зачастила с нажатиями на кнопку интенсивности, выжимая из тренажера максимум возможного. И даже тогда она успевала за движением ленты, чувствуя себя на вершине блаженства.

«Как будто бежишь во сне, — подумала она. — Просто бежишь без остановки, не чувствуя ни усталости, ни напряжения. Боже, да с такой скоростью я могла бы обогнать Руби! И выносливость тоже выросла. Это не просто делает меня быстрее, но и улучшает физическую форму!»

— Одурманивающее чувство, правда? — спросила Пирра с понимающей улыбкой. Вайсс быстро закивала. — Я знаю, каково это. Все твое тело становится легче, мозг острее, и кажется, что тебе по плечу любая задача. Жон опасается, что это может вызвать привыкание, если слушать музыку слишком часто.

— Понимаю, почему! Это невероятно бодрит! И это работает не только для улучшения физической формы и повышения боеспособности?

— Мы не проверяли, как это работает в других сферах, но мне это помогло лучше справляться с некоторыми задачами. Правда, на удачу это не влияет. Бросок костей не стал давать лучшей результат.

— Нужно проверить еще кое-что! — осенило Вайсс. — Задачи на ловкость и интеллект! Арк, прекраща…

— Окей, — Жон резко прижал пальцы к струнам, мгновенно обрывая музыку.

Вайсс запнулась.

Ноги пронзила боль, нога соскользнула, а беговая дорожка крутилась в три раза быстрее, чем было ей о силам. Упав лицом вниз и ударившись о резиновый пол, её снесло назад из-за не прекратившегося движения дорожки, вытолкнувшей ее с тренажера. Она прокувыркалась — или проскакала — трижды по ковру, прежде чем врезаться в дальнюю стену.

Жон поморщился.

— ПОСТЕПЕННО, ДУРАК! ПРЕКРАЩАЙ ПОСТЕПЕННО!

— П-прости!

«Идиот, — подумала Вайс, сердито глядя на него вверх тормашками: она лежала на полу, а ноги её были закинуты высоко на стену. — Неисправимый идиот».

* * *

Вайсс довольно быстро простила его за этот неловкий инцидент — она умела прощать — и вскоре заставляла его применять свое Проявление множеством способов, о которых они с Пиррой даже не задумывались. Сначала он одновременно баффал их, когда они играли в шахматы друг с другом, затем только Вайсс, пока она играла онлайн против высокорейтингового шахматного бота, а после против сильных живых игроков.

Она довольно быстро поняла, что он может направлять эффект на одного человека (это знали и Жон с Пиррой), но именно ей удалось доказать способность Проявления повышать интеллект: у Вайсс был аккаунт на шахматном сайте с достоверным рейтингом MMR.

И теперь она играла на уровне, превышающем её обычный рейтинг на несколько сотен пунктов.

— В шахматах везение не играет роли, — сказала она. — По крайней мере, не на таком уровне. Я искренне чувствую, что могла бы играть против гроссмейстеров, будь ты рядом, но не стану, потому что это было бы крайне неэтично, а в шахматном мире такие вещи замечают мгновенно. Достаточно сказать, что твоё Проявление, Жон, дает всестороннее усиление. Оно невероятно универсальна! Просто поразительно!

Она даже заставила его играть, пока складывала башню из игральных карт. Они с Пиррой смогли сложить все пятьдесят две карты друг на друга так, что башня ни разу не рухнула.

— Крепкие нервы и отличная зрительно-моторная координация. Есть ли хоть что-то, что она не может улучшить? Нет, я серьезно. Если бы я получила травму, помогло бы это мне быстрее восстановиться? Без побочек? Давай не будем это проверять, — быстро сказала она. — А как насчет обычных бытовых дел? Пирра, насколько ты хороша в готовке?

— Ужасно.

— Отлично! За дело!

Еда, которую приготовила Пирра, не была шедевром, но и плохой её нельзя было назвать — огромный прогресс, судя по смущенным комментариям самой Пирры после ужина. Она почему-то очень стеснялась своего неумения готовить, чего Жон, честно говоря, не понимал. Никто ведь и не ждал, что охотница и спортсменка будет еще и шеф-поваром. Его отец, например, умел готовить только тогда, когда дело касалось куска мяса и открытого огня или гриля. Он был слишком занят спасением жизней, чтобы учиться чему-то еще.

— Это просто невероятно! — воскликнула Вайсс. — Разве ты не понимаешь? Сделать кого-то выносливее, быстрее или более лучшим игроком в шахматы, объяснимо, ведь я уже умею это делать, но научить Пирру лучше готовить — совсем другое дело! Она не умеет толком ни смешивать ингредиенты, ни мешать их! Ты же буквально делаешь её успешнее в том, в чём она почти или совсем не разбирается! Это всё равно, что схватить случайного прохожего, швырнуть его на сцену и велеть играть на музыкальном инструменте. Ничего бы не вышло. Вот только не с твоим Проявлением! По крайней мере, он бы играл намного лучше, чем имеет на то право! Кто еще знает о Проявлении?!

— Ты, Пирра и Синдер.

— Хорошо, — Вайсс закрыла глаза, стараясь успокоиться. — Хорошо. Чем меньше, тем лучше, особенно если оно имеет такое широкое применение. Забудь о военной карьере. За тобой бы охотились все больницы, чтобы повысить успешность операций, все психотерапевты, чтобы помогать пациентам, да и вообще любая сфера деятельности, где требуется мастерство, — Вайсс бросила на него сердитый взгляд. — Не могу поверить, что ты никогда не думал стать охотником!

— Ахах. Ну да.

Каждую ночь он корил себя за недальновидность: надо же было вложить все очки характеристик в Харизму. В те времена, когда он жил в Анселе, казалось, что только эта характеристика хоть на что-то влияет. А для подростка, движимого гормонами, это было невероятно заманчиво: возможность стать популярным, лучше ладить с девушками и получать всё, что только можно было представить.

Его Проявление не предупреждало о главных квестах, серьезных последствиях и опасных врагах. Он полагал, что получит лишь преимущества системы RPG, а не сюжетную линию с угрозой гибели всего мира в придачу.

— Так, — вздохнула Вайсс. — Я собираюсь вернуться в Бикон и взять сменную одежду и пижаму. А потом мы с тобой не будем спать всю ночь! Уж я-то позабочусь о том, чтобы ты глаз не сомкнул!

— Странная формулировка, — поперхнулась Пирра.

— Да никто, кроме тебя не увидел бы ничего странного! Перестань мыслить в пошлом ключе! — фыркнула Вайсс. — А когда, наконец, придёт время спать, Жон сыграет мне колыбельную: хочу узнать, умеет ли он улучшать качество сна так же хорошо, как и всё остальное!

— Качество сна?.. — Пирра повернулась к нему, широко раскрыв глаза. — Я тоже хочу идеально выспаться…

— Это ты каждое утро будишь нас в четыре утра!

— Но…

— Нет! — Вайсс швырнула в неё подушкой. — Это моя ночёвка, и это я играю с его Проявлением. Ты уже несколько месяцев с ним развлекалась. Сама виновата, что не разобралась в этих тонкостях. Теперь моя очередь.

— У-у-у…

1) точное научное наименование Стокгольского Синдрома

Вернуться к тексту