Последний Тан (джен)

— Чёрт возьми. Это очень горячая вода. Регал любовался пылающим Урханским морем, которое продолжало бурлить, кипеть и пениться. Время от времени из чёрной воды вырывались новые кометы и языки пламени. Агар в благоговении покачал головой, но в его голосе слышалось скорее восхищение, чем страх.

Тарн не мог говорить, он мог только смотреть, онемев от более глубокого чувства неправильности происходящего. Ему казалось, что он наблюдает за тем, что, несомненно, станет концом Торбардина. Ощущение надвигающейся беды охватило его с самого первого толчка, когда земля содрогнулась и из бесчисленных источников вырвалось магическое пламя. Несколько минут по склонам с грохотом неслись оползни. Хотя первоначальная сила атаки несколько ослабла, её последствия ощущались повсюду — пугающее и странное нападение на природу и реальность.

Тарн смутно представлял, где можно укрыться, но в глубине души понимал, что от этой апокалиптической бури укрыться невозможно.

Огромные огненные метеоры, в которых с трудом можно было узнать огненных драконов, с рёвом пронеслись по небу над озером. С расстояния в несколько миль доносились крики ужаса, боли и смерти. Ближе к берегу воды подземного моря вздыбились и хлынули на сушу, забрызгав длинные каменные причалы Дерфоржа. Тёмных гномов было там множество: одни сидели в лодках, другие пытались взобраться на возвышенность. Многие лодки выбросило на берег, как детские кораблики из лужи. Цепкие щупальца бурлящих волн утащили сотни дергаров с причалов в залив, а затем приливная волна снова ударила о твёрдую поверхность причала.

Тарн в ужасе наблюдал за тем, как волны накатывали на нижние районы Агар-Дома, с рёвом проносясь по узким улочкам и сбивая с ног беспомощных овражных гномов. Многих из них уносило обратно в бурлящий водоворот Урканского моря, где их ждала верная смерть. В низины хлынуло ещё больше воды, без сомнения, затопив бесчисленное множество агаров, искавших иллюзорного убежища в подземных норах.

— Ого! — Дак Большой Гном разинул рот, когда рядом с ними в земле образовалась воронка, а камни и тропинки превращались в песок и осыпались в расширяющуюся яму.

— Быстрее! Назад! — крикнул Тарн, когда улица ушла у них из-под ног. Отчаянно барахтаясь, он и небольшая группа агаров вскарабкались на возвышенность.

Один из огненных снарядов подлетел ближе и пролетел прямо над ними. Тарн увидел широко расправленные крылья, очерченные живым пламенем, и понял, что это дракон. Он в неверии наблюдал за тем, как могучее существо пронеслось рядом со скалой над городом гномов. Казалось бы, змею следовало развернуться или нырнуть, чтобы не врезаться в скалу! Но ужасающий дракон летел с неизменной скоростью, ударяясь о гладкую тёмную скалу и проносясь дальше, как будто преграда была не более чем тонкой плёнкой. Существо растворилось в твёрдом камне, и Тарн увидел, как за монстром в скале образовалась зияющая дыра — туннель, который светился, как доменная печь.

Свет постепенно угасал по мере того, как пылающий дракон углублялся в скалу. Наконец в этой неестественной пещере стало совсем темно. А затем зверь внезапно появился снова, вынырнув из скалы в другом месте и разрушив пару жилищ дергаров. Дракон на мгновение завис над ними, а затем снова взмыл над водой и мощно захлопал крыльями, направляясь к Древу Жизни Хиларов.

— Как они это делают? — восхищённо спросил Пуф Огнетворец. Дак Большой Гном просто стоял с открытым ртом, благоговея.

— Просто летает повсюду, — заметил Регал. — Не только в воздухе. Может, он плавает в скале?

Из всех собравшихся наблюдателей только Тарн отреагировал с глубоким беспокойством. Хиларская часть его сознания вышла за рамки простого наблюдения бессмысленных разрушений, чтобы ответить на глубокие и фундаментальные вопросы. Как такое могло произойти? И что это значит для будущего?

У него были предположения по обоим вопросам, но его гипотезы были ещё более тревожными, чем исходные вопросы. Тарн пытался отрицать всё растущее количество доказательств, рассматривал множество логических причин этого странного явления. Но, наблюдая за сменяющимися образами света и тьмы на озере, он понял, что возможно только одно объяснение.

— Хаос. — Он тихо произнёс это слово про себя. — Отец был прав. В Торбардин пришёл Хаос.

— Бедняги, — сказал Регал, наблюдая за тем, как огромная скала на втором уровне Дерфорджа обрушилась, вызвав сокрушительный оползень и похоронив под собой часть набережной. Камни покатились по улицам, и поднялось облако пыли, скрывшее охваченных паникой гномов, но не заглушившее пронзительные крики раненых и умирающих.

Обрушение снесло переднюю стену нескольких переполненных жилищ, и Тарн с удивлением увидел, что происходит внутри. Он заметил нескольких дергаров, цеплявшихся за края внезапно образовавшейся пропасти, и с ужасом наблюдал, как они один за другим срывались вниз и падали на груду обломков. Бросив быстрый взгляд вверх по склону, он с удивлением почувствовал облегчение, увидев, что дом его матери остался цел — по крайней мере, снаружи.

— Ужасная беда, — заявил Пуф Огнетворец, печально качая головой, пока всё больше тёмных гномов падали в водоворот хаоса. Даже сейчас Тарн удивлялся тому, что овражные дворфы проявляли сочувствие к тёмным гномам, которые так безжалостно их мучили.

На какое-то время среди обломков вспыхнул огонь, который, по-видимому, питался голым камнем. Но вскоре пламя угасло или было скрыто клубами пыли, которые всё ещё продолжали расти. Теперь дергаров было видно меньше. Те, кто выжил, укрылись глубоко в недрах своих жилищ. Гром, прогремевший в этой части Торбардина, тоже, казалось, стихал, хотя, когда Тарн посмотрел на другой берег, он увидел, что Древо Жизни бьётся в конвульсиях. Он стиснул зубы, злясь на себя за то, что покинул дом, и совершенно отчаявшись из-за невозможности вернуться. Даже если это означало, что он умрёт рядом с Белицией и отцом, ему вдруг стало очень важно оказаться в Хайбардине.

— На данный момент всё, — заявил Регал, глядя на обломки, оседающие на разрушенном участке Дерфорджа. На его лице отразилась надежда. — Сходишь за пивом?

— Ого, — сказал Пуф странным, приглушённым тоном. — Случилось что-то действительно плохое.

— Все погибли? Да? — удивился Дак. Он громко всхлипнул.

— Агар-Дом сильно пострадал. К сожалению, должен это отметить, — счёл нужным заметить Тарн.

— Не так сильно! — настаивал Пуф, указывая на разрушенный участок Дерфорджа.

— Тебе не кажется иногда, что другие кланы заслуживают всего того плохого, что с ними происходит? — задумался Тарн. — В конце концов, похоже, что с вами, агарами, обращаются довольно несправедливо, куда бы вы ни отправились в Торбардине.

Регал Мудрый-Всегда прищурился и даже потёр лоб, пытаясь сообразить.

— Что ты имеешь в виду? — спросил он, явно озадаченный.

— Ну, просто... — Тарн попытался собраться с мыслями. Он знал, каково это — быть чужаком, чувствовать себя презираемым и отвергнутым другими гномами. Но никогда в жизни он не подвергался такому жестокому обращению, какому подвергался любой овражный гном. — Я подумал, что тебя это беспокоит. В остальной части Торбардина много еды и питья, много садов и пресной воды. Есть даже законы, которые защищают одних гномов от других гномов, которые их не любят. И всё же мы, кажется, не видим ничего зазорного в том, чтобы пнуть овражного гнома или держать вас в этих трущобах.

— Трущобы? Регал ощетинился. — Агар-Дом прекрасный, отличный город! Здесь гномы даже дружелюбнее, чем в Древе Жизни!

Тарн рассмеялся, несмотря на нарастающее чувство негодования — эмоцию, которую он испытывал из-за агаров, но которая, очевидно, не разделялась теми, с кем, по его мнению, обошлись несправедливо.

— Дружелюбные гномы… в этом ты прав, — согласился он, стыдясь собственной мелочности.

— Пойдём в нашу таверну. У нас там хорошая еда. И пиво, — пообещал Регал, широко взмахнув рукой.

Тарн неохотно последовал за маленькими гномами по ущельям и оврагам их каменистого дома. Здесь, вдали от моря, казалось, что буря Хаоса не причинила особого ущерба, хотя на самом деле было трудно сказать наверняка, учитывая, в каком плачевном состоянии находился город овражных гномов. Однако Тарн видел, что волны начисто смыли некоторые нижние части города, включая даже крупные валуны, создававшие характерный рельеф. Бредущий вразвалочку полукровка периодически останавливался и оглядывался по сторонам, позволяя своему разуму снова и снова обдумывать всё ту же насущную проблему. Как ему добраться домой?

Наконец они нырнули под низкий свод входа, и, помедлив мгновение, Тарн пригнулся и последовал за существами в тёмную и бездонную нору. Несмотря на зловоние немытых тел, набившихся в слишком тесное помещение, здесь царило оживление, велись беседы и даже раздавались смешки, которые переросли в какофонию истерического хохота, когда Тарн встал и ударился головой о камень, выступавший из потолка.

— Тебе не достанется пива! — съязвил кто-то. — Ты теперь даже стоять нормально не сможешь!

— Э-э, верно, — проворчал Тарн, потирая ушиб на голове. Увидев тёмный, пенящийся грог, наполнявший грязную общую кружку, он был готов отказаться от удовольствия сделать глоток. Овражные гномы дружелюбно передавали сосуд по кругу, болтая о еде и пиве с явным безразличием. Полукровка пытался подавить чувство полного недоверия. Неужели они не понимают, что происходит с их миром?

— Почему ты дуешься? — спросил Регал, в конце концов присев рядом с полукровкой.

Тарн печально усмехнулся.

— Я и не подозревал, что дуюсь. По правде говоря, я думал о проблеме.

— В чём проблема? Регал Умник поможет тебе её решить!

— Я бы хотел, чтобы ты мог это сделать, друг мой. Правда. Но мне нужно попасть в Хайбардин, и я не знаю, как ты можешь помочь мне с этим, быстрее чем я сам!» — с горечью заявил Тарн.

— Хайбардин? Это так далеко. Почему бы тебе не остаться здесь? У тебя есть друзья. Есть грог. Здесь. — Регал протянул ему грязную кружку, в которой ещё оставалось немного мутной жидкости. Тарн вежливо отказался.

— Почему ты так торопишься уйти? — снова спросил агар.

— У меня там отец и друг…подруга. Ты видел, что там произошло, что происходит со всем Торбардином? Я уверен, что им нужна моя помощь, — торопливо заявил полукровка.

— Ты поможешь им сражаться?

— Да, наверное, — согласился Тарн.

Внезапно его рука потянулась к поясу, где он обычно носил свой меч. Разумеется, петля была пуста. Он не видел своего клинка с тех пор, как его накачали снотворным в доме матери. — Хотя, должен признать, мне очень нужно оружие.

— Вот! Этот нож мне великоват, — предложил крошечный Дак Большой Гном.

— Спасибо, друг. Тарн взял протянутый ему короткий меч, недоумевая, откуда у агара такое великолепное оружие. Только тогда он узнал драгоценный камень в навершии, увидел белый гранитный узор на рукояти и понял, что это его собственный клинок. Он открыл рот, чтобы что-то сказать, но потом закрыл его. Какой смысл?

Тем временем овражные гномы склонились друг к другу, чтобы посовещаться шёпотом, во время чего по кругу пустили ещё одну кружку грога и несколько голосов разгорячённо заспорили. Как раз в тот момент, когда отвратительный напиток начал казаться Тарну почти сносным, Регал Всезнайка оторвался от компании и пристально посмотрел на него.

— Можно нам тоже пойти с тобой в Хайбардин? — прямо спросил Регал. — Мы никогда там не были, а теперь хотим побывать.

— Не думаю, что сейчас подходящее время для осмотра достопримечательностей, — рассеянно ответил Тарн. — И я правда считаю, что здесь вам будет безопаснее.

— Безопаснее? — возмутился Дак. — У нас есть безопасные места. Но как ты доберёшься до Хайбардина без нашей помощи?

— Не знаю, — ответил Тарн с печальным смешком. — Но чисто теоретически, как именно ты бы помог мне добраться до Хайбардина?

— Легко, — заявил Пуф Огнетворец, пренебрежительно махнув рукой. — Мы могли бы долететь туда или доплыть!

— Или мы могли бы прокатиться на том огненном драконе. Было бы весело! — добавил Дак Большой Гном.

— Хмф! — фыркнул Регал. — Этот здоровенный гном не ищет развлечений. Ему нужно повидаться с отцом и возлюбленной.

Другой агар задумчиво кивнул, явно понимая этот благородный порыв.

— Спасибо, — сказал Тарн. — Но я не думаю, что смогу пролететь или проплыть так далеко. Что касается огненного дракона, то мне бы не хотелось быть тем, кому придётся спрашивать у него цену на билеты.

— Нет, нет, нет. Это всё дурацкие планы, — заявил Вечно Мудрый Регал. — Мы отправимся в Хайбардин и сделаем это правильно!

— И как ты это сделаешь? — Тарн не удержался от вопроса.

— Легко. Мы отправимся в Дерфордж и украдем лодку.