Римус Люпин. Право на надежду (джен)

Отправляясь в Министерство, Римус настраивал себя очень жестко: что бы ни случилось — не паниковать. Иногда способность сохранять спокойствие может выдернуть из самой трудной ситуации.

И вроде все предусмотрел, но кто ж знал, что надо бросить в карман пару магловских таблеток?

«Дыши», — приказал себе Римус, пытаясь отторгнуть ледяной страх и справиться с приступом удушья. Осторожно вытащил волшебную палочку.

— Анапнео …

Заклинание, очищающее дыхательные пути… может, не совсем то, но… Палочка из боярышника вновь нагрелась в пальцах — обволакивая, защищая, прогоняя смертельный холод… Делала то, что пожелал ее первый хозяин. Словно теплая рука легла на плечо Римуса и удерживала от падения. Сердечный ритм начал выравниваться.

«Папа… спасибо!»

Дрожащей старческий рукой запихнул папку с делом Блэка обратно. Все, что видел, сохранилось в памяти. А сейчас задачка резко упростилась — просто-напросто выбраться отсюда.

Римус вытер холодный пот, с трудом подхватил портфель и, чувствуя болезненную пульсацию, направился к выходу из архива.

Шаг, еще шаг… нога волочится. Ужасно медленно, но добрел наконец. Медный чайничек едва не выпал из ослабевших пальцев…

«Спокойно, Люпин».

Дверь открылась.

В лифте Римус прижался спиной к стене и закрыл глаза. Усилием воли заставил себя не обращать внимание на тряску, и так миновал все уровни. Выбрался наружу, прошел через опустевший атриум. Дежурный на выходе, оторвавшись от «Ежедневного пророка», бросил на Протта рассеянный взгляд и вновь уткнулся в газету.

Римус поднялся наверх в красной будке и, оказавшись на улице, глубоко вдохнул пропитанный влагой воздух. А потом тихо брел по вечернему Лондону, сосредотачиваясь на призрачных огнях, заставляя себя не думать о том, что сделали с Сириусом...

Общественный туалет. Почти пустой. Можно спокойно переждать в кабинке — немного осталось. И когда началось обратное превращение, Римус едва не расплакался. Никогда он не радовался так собственному телу — даже после возвращения из волчьего. Родное тело вновь наливалось молодостью, становилось устойчивым и гибким.

А еще с ним безопасно трансгрессировать. Что Римус и сделал.

В эту ночь он спал плохо, урывками. Остаточное волнение смешивалось с огромным облегчением. Цель достигнута, и радость от того, что не ошибся в друге, сливалась с болезненной горечью. Да, Сириуса подставили. Но что теперь?

Римус отдавал себе отчет — дальше в одиночку он не продвинется. Вчерашний школьник и поднадзорный против глыбы Министерства. Надо найти союзника. Убедить его. Показать в думоотводе содержание папки с делом Блэка.

И только один человек может помочь.

«Если, конечно, — мысленно усмехнулся Римус, — я выживу после нашей встречи».

* * *

Маглы не видели этот дом. Маги предпочитали не видеть. В мрачном лондонском пригороде он затаился за высоким каменным забором, увитым чем-то колючим… возможно, ядовитым. Стены непробиваемы, окна закрыты изнутри, на дверях нет ручек. Тишина мертвая, не слышно даже птиц.

Римус присел на поваленное дерево на границе участка. Лицом к дому. Палочку отца аккуратно положил перед собой на землю, руки — на коленях ладонями вверх. Даже здесь воздух вибрировал от охранных чар. И юноша чуть ли не кожей чувствовал, как за ним наблюдают.

Наконец дверь чуть приоткрылась. Из темноты блеснул магический глаз.

— Люпин! — пророкотал Аластор Грюм. — Вернулся… Что тебе нужно?

Римус, словно сдаваясь, приподнял руки над головой.

— Мне нужна справедливость, Аластор. Они кинули в Азкабан не того человека.

— Они? — отрывисто бросил аврор.

— Министерство. Крауч.

Наконец он вышел сам — одноногий и одноглазый, нахмуренный и напряженный. Легенда автората. Римус знал, что для Аластора война с Пожирателями не закончится, может быть, никогда. Но беззакония министерских тот ненавидел не меньше. Вставленный в пустую глазницу волшебный глаз, наводящий страх, бешено провернулся и уставился на Римуса, сканируя на наличие скрытых зелий или артефактов.

— Акцио, палочка Люпина!

Римус слегка дернулся, когда палочка из боярышника, накануне спасшая ему жизнь, полетела в широкую лапищу Аластора.

— Иди сюда, — наконец потребовал Грюм. — Руки не опускай. Вот так. Объясни, чего ты хочешь.

— Только вы можете помочь мне добиться правды, — медленно заговорил Римус. — Больше никто. Министерство совершило подлог. Папка с делом по массовому убийству почти пуста, его закрыли без единой формальной проверки. Нет ни протокола допроса, ни результата Приори Инкантатем. Крауч просто избавился от проблемы, заработав баллы к репутации.

— Крауч делал все, что нужно для победы! — прорычал аврор.

Римус выдержал взгляд его живого черного глаза. И спокойно добавил:

— Никто, кроме меня и заключенного, не знает, что настоящий убийца ускользнул от правосудия. И лишь нам двоим известно, что он анимаг.

Повисло молчание, настолько напряженное, что у Люпина начали сдавать нервы.

— Откуда знаешь, что в папке с делом? — спросил наконец Грюм.

— Сам видел.

— Каким образом?

Римус набрал в легкие побольше воздуха, глубоко выдохнул.

— Я тайно проник в Архив Департамента магического правопорядка. С единственной целью: взглянуть на это дело.

— Инкарцеро! — рявкнул аврор.

Магические путы стянули тело до боли. Люпину показалось, что Аластор пытается сканирующим глазом разложить его на составные части.

— Чье дело? Отвечай. Кто он?

Римус прикрыл глаза.

— Сириус Блэк.